Дайджест "МЗ"
 

Выбор российской элиты:
ФАТХ или ХАМАС?

Прошло уже несколько недель после вороженного переворота ХАМАСа в Газе. "Еврейский журнал" предлагает вам опрос, который был опубликован в журнале "КоммерсантЪ-Власть". Российская элита - кто за ХАМАС, а к то за ФАТХ?

Олег Морозов, первый заместитель председателя Госдумы.
В гражданской войне нет ни правых, ни виноватых. Поэтому гражданские войны самые ужасные, непонятно, кого надо поддержать. Пожалуй, нам надо попытаться найти диалог и с теми и с другими, чтобы прекратить эту войну.

Юлий Воронцов, президент Российско-американского совета делового сотрудничества.
Я бы поддержал ФАТХ и президента Аббаса. Я знаю его лично, он всегда был спокойным и умеренным государственным деятелем. А ХАМАС - крайне радикальная исламистская группировка, которая никогда не хотела никаких переговоров. Я не исключаю и того, что они близки с "Аль-Каидой". Сейчас России предстоит сложный выбор: на военные приготовления Израиля глаза уже не закроешь.

Владимир Жириновский, лидер ЛДПР.
Наиболее дееспособной организацией является ХАМАС. Они сильны и способны решать многие вопросы. ФАТХ - это наследница Арафата, ей 50 лет, и это уже прогнившая система. Вся проблема в Израиле, они не чувствуют себя в безопасности и ведут политические интриги. И что за государство Палестина, находящаяся в двух отдаленных частях, как Белоруссия и Казахстан? Надо произвести обмен территориями: Газу отдать Израилю, а Палестине добавить в другом месте.

Михаил Касьянов, лидер Народно-демократического союза.
России необходима стратегия в отношении Ближнего Востока. Главное - решить, участвовать нам в этой проблеме или нет. На мой взгляд, России надо поддерживать мирное сосуществование двух независимых государств - Израиля и Палестины. Исходя из этого, нам нельзя поставлять им оружие, нельзя раскачивать ситуацию. Надо помочь договориться им о границах.

Погос Акопов, председатель Ассоциации российских дипломатов.
Я за мир между "Фатхом" и "Хамасом". Их противостояние не может долго продолжаться, гражданская война никому в Палестине не нужна, она приняла аномальный характер. Россия делает все от нее зависящее, и правильно, что мы принимали у себя делегацию "Хамаса", так как он является частью общего политического движения в Палестине.

Вячеслав Матузов, президент Общества дружбы и делового сотрудничества с народом Палестины.
За Аббаса. Он единственный, с кем можно вести переговоры, и он признан Израилем. В интересах России выразить ему поддержку, а мы, наоборот, как будто абстрагировались от этой проблемы. Даже на саммите G8 этот вопрос не обсуждался.

Валерий Зинченко, вице-президент Номос-банка.
В настоящее время скорее нужно выбирать вид транспорта, на котором как можно быстрее возможно выехать из региона.

Георгий Шпак, губернатор Рязанской области, бывший командующий ВДВ.
Ни за тех, ни за других. ФАТХ и ХАМАС должны немедленно сесть за стол переговоров и попытаться разрешить проблему мирным путем. Никто не должен делать ни на кого ставку, это не приведет к урегулированию ситуации. Россия традиционно пользуется большим влиянием на Ближнем Востоке, в наших силах найти выход из этого кризиса. К нам прислушаются.

Евгений Сатановский, президент Института Ближнего Востока.
За палестинцев, мне детей жалко. Нужно ввести войска, расстрелять террористов, а женщин и детей отправить на полевую кухню. Но к Газе уже все потеряли интерес, и непонятно, кто предоставит свои войска. Если только марсиане. Нам же надо держаться от этого рассадника терроризма подальше. Максимум, что мы можем сделать,-- вытащить оттуда ученых, докторов, детей и, может быть, местных христиан. Впрочем, сомневаюсь, что это получится.

Геннадий Зюганов, лидер КПРФ.
Ни за тех и ни за других, я за единую Палестину. То, что там происходит, ненормально. Нынешнее положение дел в Палестине выгодно США и Израилю. Но если положение дел не изменится, то от этой гражданской войны проиграют все.

Александр Шаравин, директор Института политического и военного анализа.
Я за Россию, а ей выгодно, чтобы в Палестине верх взял Аббас. Хотя у меня обе стороны симпатий не вызывают. ХАМАС - экстремистская организация, а ФАТХ насквозь коррумпирован.

Геннадий Алференко, член совета директоров Standard Bank (Великобритания).
Обе группировки одинаково плохи. ФАТХ и ХАМАС преследуют только свои интересы. Только международное вмешательство может положить конец гражданской войне. Нужно ввести миротворческие войска и их утихомирить. А Россия могла бы сыграть в этом процессе важную роль. Например, Примаков наверняка знает выход из этой ситуации.

Гейдар Джемаль, председатель Исламского комитета России.
За ХАМАС, который представляет интересы простого народа. ФАТХ - бюрократическая коррумпированная группировка, не имеющая после Арафата харизматичного лидера. ФАТХ стал сборищем людей, цель которых - удержаться за кресло. А ХАМАС выдвинут отчаянием простых людей.

Василий Иллювиев, управляющий компании "ВС-оценка".
Я поддерживаю легитимное руководство администрации Палестинский автономии. Вооруженная попытка захвата власти, предпринятая "Хамасом", является террористической и не может пользоваться поддержкой цивилизованного общества.

Геннадий Зайцев, член Общественной палаты, бывший командир группы антитеррора "Альфа", Герой Советского Союза.
Я, как Чапаев,-- за интернационал. В Палестине сейчас все очень сложно и неоднозначно, там нет ни правых, ни виноватых. Но грабеж и убийства, которые там сейчас творятся, поддерживать нельзя.

Алексей Малашенко, член научного совета Центра Карнеги.
В эту борьбу за власть сторонним вмешиваться не стоит: ХАМАС и ФАТХ сами договорятся. Иметь две Палестины - роскошь, которую не может позволить себе арабский мир.

Зиновий Коган, председатель Конгресса еврейских религиозных организаций России.
ФАТХ наиболее адекватная организация. С ней готовы общаться и Россия, и США, и Евросоюз. Чем лучше ситуация будет у соседей, тем лучше будет Израилю. В Газе должны быть созданы условия для жизни людей. И чем раньше поймут это боевики, тем лучше.

Виктор Кисин, генеральный директор "Поликлиники ЦК", бывший министр промышленности РСФСР.
Я за живых и здоровых людей, которым нужен мир. Вопросы партийной принадлежности не имеют никакой ценности перед жизнью человека. Гражданскую войну в Палестине необходимо прекратить, там ежедневно гибнут дети, и ответственность за это лежит на обеих группировках.

Виталий Наумкин, президент Центра арабских исследований Института востоковедения РАН.
Пора исключить ХАМАС из черных списков и начать вести с ним переговоры. Американцы смогли разговаривать с Ираном, хотя и считали их спонсорами террористов. Правильно было бы возвратиться к идее правительства национального единства. А идея сделать из Западного берега процветающий край, а Газу оставить на разграбление исламистам - идиотская.

Александр Белов, лидер Движения против нелегальной иммиграции.
Мне никто не симпатичен. ХАМАС - исламская радикальная группировка, а ФАТХ слишком коррумпирован и связан с американскими и европейскими организациями. Но союзников нам надо искать, не с Америкой же дружить? Поэтому деньги и оружие давать и тем и другим, а потом посмотреть, кто выиграет.

Мамма Маммаев, депутат Госдумы, президент международного фонда "Мусульмане против терроризма".
Я ни за кого, я против той силы, что их стравливает. Запад сначала финансировал ХАМАС, а теперь называет их террористами. Им выгодно рассорить мусульман. Успешная травля позволит американцам добраться до ближневосточной нефти и газа.

Игорь Родионов, депутат Госдумы, в 1996-1997 годах министр обороны России.
Мне на них одинаково наплевать. Ведь и без них мир такой большой. Но меня возмущает, что новости идут только из этого плюгавенького региончика, где всем заправляет Израиль.

Дамир Гизатуллин, заместитель председателя Совета муфтиев России.
Брать какую-то одну сторону мы не вправе. Важно, чтобы люди не противостояли друг другу: ни арабы против арабов, ни арабы с израильтянами. Это противостояние нанесло огромный урон мусульманскому миру.

29.06.07
Текст: "КоммерсантЪ-власть"; фото: cartoonstock.com

Вернуться на главную страницу


Мерзкий смех мерзких людей

Мариэтта ЧУДАКОВА, "Грани.RU"

Сериал "Завещание Ленина", снятый к столетию со дня рождения Варлама Шаламова, - быть может, самый адекватный содержанию серьезный телефильм последних лет.
Жесткость. Ориентация на факт, фактичность - безо всяких сантиментов, без красот. Наше прошлое - российский ХХ век, старательно затираемый, замазываемый в последние годы, - вздыбливается с телеэкрана в своей жестокой наготе.
Эта нагота - важнейшее свойство и достоинство телефильма по прозе Шаламова.
После чтения в рукописи окончания романа "Доктор Живаго" Шаламов, указывая автору на ошибки в описании не виданного, к счастью, Пастернаком советского концлагеря, описывал его реальность: "Белая, чуть синеватая мгла зимней 60-градусной ночи, оркестр серебряных труб, играющий туши перед мертвым строем арестантов. Желтый свет огромных, тонущих в белой мгле, бензиновых факелов. Читают списки расстрелянных за невыполнение норм.
Шестнадцатичасовой рабочий день. Спят, опираясь на лопату, - сесть и лечь нельзя. Тебя застрелят сразу... И возвращение в лагерь, в т.н. "зону", где на обязательной арке над воротами по фронтону выведена предписанная из приказа надпись: "Труд есть дело чести, дело славы, дело доблести и геройства". Тех, кто не может идти на работу, привязывают к волокушам и лошадь тащит их по дороге за 2-3 километра".
Упоминается и ворот у штольни, и бревно, которым его вращают, - "семь измученных оборванцев ходят по кругу вместо лошади. И у костра - конвоир. Чем не Египет?".
Но главное, пишет Шаламов, не в этом, не в этих столь памятных ему картинах, "а в растлении ума и сердца, когда огромному большинству выясняется день ото дня все четче, что можно, оказывается жить без мяса, без сахару, без одежды, без обуви, а также без чести, без совести, без любви, без долга. Все обнажается, и это последнее обнажение страшно".
Сценарист и режиссер будто следовали этим представлениям Шаламова. В фильме много беззвучных кадров - они соответствуют простоте языка его прозы. Бесконечное поле с кольями, воткнутыми в снег над телами погребенных, - вместе со всем неосуществленным, что могло бы составить славу родины. Камера ведет наш взгляд по полю, оно все расширяется, расширяется под невыносимо-точные звуки музыки. Ведь этими кольями были утыканы - наяву, не в воображении сценариста и режиссера - сотни километров заснеженных пространств необъятной страны. Шаламов считал, что там, под снегом, остались 12 миллионов. Неужели те полстраны, которые готовы сегодня снова славить Сталина, совсем забыли своих невинно погубленных соотечественников? И не жалеют их? Не скорбят, вспоминая о содеянном - не где-то, не кем-то, а у нас, нашей властью и ее приспешниками?
Фильм показывает - зримо, притиснув картины к нам впритык, - как ежедневно, ежечасно у человека отнимается, съедается кем-то ненасытным единожды ему данная жизнь.
Один их эпизодов фильма совпадает (как, собственно, и все остальные) с реальным эпизодом. Он описан в рассказе-мемуаре "Надгробное слово".
"Умер экономист Семен Алексеевич Шейнин, добрый человек. Он долго не понимал, что делают с нами, но в конце концов понял и стал спокойно ждать смерти. Мужества у него хватало".
Шаламов неожиданно получил посылку - бурки. "Я понимал отлично, что бурки украдут, отнимут у меня в первую же ночь. И я их продал, не выходя из комендатуры, за сто рублей десятнику". И купил целый килограмм масла, а также хлеба - "и побежал к Шейнину - мы жили в разных бараках - отпраздновать посылку... Семен Алексеевич взволновался и обрадовался.
- Ну, как же я? Какое я имею право? - бормотал он, взволнованный чрезвычайно. - Нет, нет, я не могу...
Но я уговорил его, и, радостный, он побежал за кипятком.
И тотчас я упал на землю от страшного удара по голове.
Когда я вскочил, сумки с маслом и хлебом не было. Метровое лиственничное полено, которым меня били, валялось около койки. И все кругом смеялись, Прибежал Шейнин с кипятком. Много лет потом я не мог вспомнить об этой краже без страшного, почти шокового волнения. А Семен Алексеевич - умер".
Этот смех то и дело слышится со страниц Шаламова - смех мерзких людей над погибелью (нередко их руками или при их помощи осуществляемой) людей достойных и ни в чем не виновных.
"Рютин? Одевайся". Смерть пришла в барак за человеком в лице "кого-то кожаного, пахнущего бараном". А человек еще не понимает. Тот обыскивает его скудные вещи и откладывает в сторону шахматы. А обреченный объясняет, что это его, это собственные, что он за них платил деньги.
"- Ну и что ж? - сказала овчина.
- Оставьте их.
Овчина захохотала. И когда устала от хохота и утерла кожаным рукавом лицо, выговорила:
- Тебе они больше не понадобятся".
Этот - именно этот! - смех несется сегодня с анонимных интернетовских форумов.
Мы не подвели итогов своего ХХ века. Не издали государственного вердикта - считать преступлением расстрелы 20-х годов (без вины - за принадлежность к социальному слою), погубленное крестьянство, массовый террор середины 30-х, надругательство над фронтовиками, бежавшими из нацистских лагерей - и без пересадки отправленными после победы в лагеря на своей земле. Мы не сделали этого - и ежедневно нарастает мало кому заметная плата. Да, мы расплачиваемся за неисполненный долг перед погибшими. Блатная, лагерная психология и этика - вместе с соответствующей ей манерой речи - прорастает прямо сквозь асфальт городов и пыльные проселки, затопляет Интернет, растлевает детей.
...Жить без чести, без совести, без долга - читайте форумы, и вы увидите, сколько людей сегодня без этого обходятся. И живут, и энергично включаются площадной бранью везде, где только забрезжат эти естественные понятия человеческого сообщества. Напишешь о действительно замечательном, бескорыстно служившем людям человеке - и первые отклики будут непременно оскорбительными: люди без чести и совести реактивны, они ищут возможности навязать другим свои понятия - разумеется, анонимно, то есть безопасно. (Глумлением, не сомневаюсь, будет встречена и моя статья о Варламе Шаламове). Вслед за их мерзкими выкриками появятся реплики вменяемых людей, но поле уже загажено: люди без совести показали, что все позволено. Нормальным людям уже трудно ступить на это поле ногой.
Уверена - именно явное стремление забыть погибших, не ставить памятников жертвам советского террора (и всерьез обсуждать установление памятника их убийце), именно пустота на месте твердой оценки происшедшего с нами, а отнюдь не свобода приводит к тому, что многие считают - позволено все, и отражают это в своем публичном (Интернет - место публичное) слове. Они считают позволенным то именно, что в человеческом обществе позволено быть не может, - как, скажем, прилюдные издевательства над ребенком и даже животным. И именно эта дозволенность цинизма - а совсем не секс на телеэкране и т.п. - сегодня отравляет воздух, которым дышат дети России. "А нам плевать, что здесь плевать нельзя!" Подрастающие читают - и вливаются в эти ряды: зло заразительно.
Режиссер Андрей Смирнов сказал однажды в теледиспуте: "Кто голосует сегодня за Сталина? Это же дети и внуки вертухаев! Зэки потомков не оставили - им не дали этого сделать!"
Если и не внуки (хотя их, конечно, немало - Андрей Сергеевич прав), то, во всяком случае, духовные их наследники.
"Какое мне дело, что ваши зэки сдохли? Я-то жив!" Потому их любимая тема: врут демократы, расстреляны вовсе не миллионы. А ВСЕГО ЛИШЬ около восьмисот тысяч (подсчитано - по тысяче с лишним в день расстреливали; наследникам вертухаев это пустяки: незнакомые жертвы безлики). О миллионах могил под номерами и в вечной мерзлоте, и в сырой земле по всему пространству безбрежных лагерных зон они не думают. Фильм "Завещание Ленина" сует им прямо в глаза людские страдания и безвременную, безвинную смерть. Но их не проймешь. Они ведь в школе этого по-настоящему (как проходят, например, до сих пор в Германии преступления нацистов) - не проходили.
Только глупцы могут думать, что если без конца повторять, что у нас была беспрерывно-славная история, то так оно и будет. Можно, конечно, вновь надолго заморочить целые поколения. Но неосознанное, неоцененное прошлое появится на пороге - там, где его не ждут.
Впрочем, многие, похоже, уже и ждут, и торопят.

18.06.2007

Невзлин готовит превентивную акцию

Бывшие акционеры ЮКОСа планируют самую крупную PR-акцию за всё время своего пребывания в Израиле. Она должна состоятся в первых числах июля. В качестве главного действующего лица выступает Леонид Невзлин. Всего готовятся два взаимосвязанных мероприятия: первое предназначено для широкой публики, второе проектируется в более закрытом режиме.
Для проведения основной "открытой" акции создается отдельный сайт. Он будет функционировать на базе сетевого журнала Mnenia, а значит - и крупнейшего в Израиле русскоязычного портала Zahav.ru. В день X на новом сайте пройдет прямая трансляция видеоконференции Невзлина с русскоязычной сетевой аудиторией. Уже в ближайшие дни она будет проанонсирована в рамках массированной рекламной кампании на всех актуальных интернет-ресурсах, связанных с порталом Zahav.ru (Mnenia, MIGnews, Newsru.co.il, Cursorinfo). Таким образом, организаторы акции рассчитывают охватить основную часть израильского Рунета. Они же пытались сохранить все приготовления к предстоящей видеоконференции в тайне, опасаясь "диверсий" патриотично настроенных российских хакеров.
Планируемый "выход в свет" стал компромиссным решением приверженцев противоположных точек зрения в окружении Невзлина на PR-стратегию босса. Так, сторонники "пассивной" линии выступают против всякого самостоятельного присутствия олигарха на информационном пространстве. Именно они настояли на сворачивании участия Невзлина в российских и израильских медиа-проектах. По их мнению, вполне достаточно освещать позицию экс-акционеров ЮКОСа путем стандартных методов пресс-службы: рассылки сообщений, интервью различным СМИ (почти исключительно печатным изданиям и интернет-сайтам) в Израиле и странах Запада. Оппоненты этой линии, напротив, считают, что Невзлину имеет смысл более активно позиционировать себя на медиа-рынке, возможно, путем частичного инвестирования в некоторые особенно эффективные проекты.
В последние год-два в окружении олигарха превалировал пассивный подход относительно его присутствия на информационном пространстве. Однако сведения о планах Кремля провести в Израиле масштабную PR-кампанию повлияли на общие настроения приближенных Невзлина. Они не сомневаются, что любая активность Москвы на этом направлении, так или иначе, будет нацелена против экс-акционеров ЮКОСа. Поэтому и было принято решение начать упреждающие действия "по работе с общественным мнением", и тем самым перехватить инициативу у кремлевских эмиссаров.
Эта "пиарная" конфронтация может иметь только благоприятные последствия для русскоязычного медиа-рынка. Она обеспечит финансовую подпитку уже существующим ресурсам, и наравне с ожидаемым началом предвыборной кампании послужит импульсом к появлению новых проектов. Это, в первую очередь, касается интернета, который охватывает почти половину "русских" израильтян и требует минимальных капиталовложений (несравнимых с телевидением и даже печатными изданиями, уже ощутимо уступающими по своей популярности ведущим сетевым ресурсам).
"Информационные войны" Кремля с олигархами окажут воздействие также на рынок ивритоязычных СМИ. И хотя бывшие акционеры ЮКОСа пока не проявляют к ним какого-то интереса, уже совершенно конкретные планы вынашивают в этой связи Владимир Гусинский и Бадри Патаркацишвили.

Israfile.info, 19 июня

Полковник КГБ Путин
пустил по миру
Питер

К пятнадцатилетию
корпорации "Двадцатый трест"

Илья БАРАБАНОВ, Санкт-Петербург

Корпорацию "Двадцатый трест" можно назвать самым успешным российским бизнеспроектом XX века. Вряд ли какая-либо еще компания мира может похвастаться столь впечатляющим карьерным ростом своих отцов-основателей и их помощников. В их числе: президент страны, первый вице-премьер правительства, министр финансов, директор крупнейшего оборонного института, бывший глава федерального агентства и т.д. Пятнадцатилетие корпорации "Двадцатый трест" The New Times отмечает вместе с ее создателями, занимающими ныне высокие кремлевские и министерские кабинеты.

15 лет назад в Санкт-Петербурге была создана корпорация "Двадцатый трест". 20 октября 1992 года председатель комитета по внешним связям (КВС) мэрии города Владимир Путин подписал свидетельство о регистрации корпорации. Возглавил компанию Сергей Никешин, ныне заседающий в законодательном собрании Санкт-Петербурга и представляющий "Единую Россию". В 1999 году в связи с деятельностью корпорации было заведено уголовное дело № 144128, которое 30 августа 2000 года (после прихода Владимира Путина в Кремль) было закрыто. Вскоре один из следователей, работавших по делу корпорации, Олег Калиниченко, ушел в монастырь. Другой, Андрей Зыков, был отправлен на пенсию.

Все финансовые документы "Двадцатого треста" подписывались главой корпорации Сергеем Никешиным, который мог стать обвиняемым, а оказался депутатом Законодательного собрания Петербурга от "Единой России".

Как удалось тогда выяснить следствию, только за 1993 год из городского бюджета, а также из специального внебюджетного фонда, созданного Министерством финансов и Центробанком, на счета корпорации ушло около $4,5 млн. По данным, которые следователям доказать так и не удалось, отмываемые суммы составляли десятки миллионов долларов. О деле "Двадцатого треста" и причастности к финансовым махинациям компании представителей нынешнего российского руководства в начале 2000-х годов писала "Новая газета". Она сообщила, что корпорации, официально занимавшейся строительством, реконструкцией и ремонтом объектов в России и за рубежом, безосновательно выделялись крупные кредиты мэрией Санкт-Петербурга, которые потом исчезали на счетах почти 30 дочерних фирм "Двадцатого треста". Ответом на публикацию была тишина.

Дача, квартира, исчезнувшие бюджеты

Материалы расследований деятельности руководителя КВС Владимира Путина в 1990-х годах касались не только работы корпорации "Двадцатый трест". В разное время вокруг имени будущего президента возникали скандалы, связанные с незаконным приобретением дачи под Санкт-Петербургом, махинациями в сфере жилья, хищением бюджетных денег, выделенных на закупку продовольствия.

Доклад депутатов заксобрания Марины Салье и Юрия Гладкова мог испортить карьеру Владимира Путина еще в 1992 году. На 19 страницах депутаты излагали схему, по которой руководство комитета по внешним связям Санкт-Петербурга "распилило" выделенные правительством деньги на закупку продуктов питания за рубежом.

Наибольший резонанс вызвало дело с исчезновением как раз правительственных квот на закупку городской администрацией продовольствия за рубежом. В отчете, подготовленном в 1992 году депутатской группой во главе с Мариной Салье и Юрием Гладковым, были сделаны вполне однозначные выводы: "КВС мэрии Санкт-Петербурга, игнорируя постановление правительства России, превысил свои полномочия... приведенных... фактов вполне достаточно для вполне обоснованного заключения о некомпетентности руководства КВС мэрии Санкт-Петербурга в решении вверенных им вопросов". Заканчивается документ рекомендациями другим депутатам заксобрания передать собранные материалы в прокуратуру и отстранить Владимира Путина от занимаемой должности. Но в 1992 году отстранить Путина депутатам не удалось. Мэр города Анатолий Собчак ему открыто покровительствовал и не дал в обиду своего помощника.

В 1992 году Владимира Путина еще не показывали по центральным телеканалам, но в прессе о его деятельности уже писали. Публикация в газете "Megapolis-express" от 8 апреля 1992 года (№15, стр.19)

Из материалов уголовного дела, переданных The New Times Андреем Зыковым, бывшим старшим следователем Следственного управления ГУВД Санкт-Петербурга, руководителем одной из групп в расследовании уголовного дела корпорации "Двадцатый трест", отправленным на пенсию после того, как дело № 144128 было закрыто:

"О Путине источники рассказали, что он в настоящее время работает в мэрии СанктПетербурга, является руководителем комитета по внешнеэкономическим связям. Обычно на работе он бывает занят в течение всего дня, уходит из дома примерно в 8.00 и возвращается в различные вечерние часы. Где и как он проводит свое свободное время, неизвестно. Для поездок к месту работы и обратно он пользуется служебной автомашиной иностранного производства с шофером. За время проживания в адресе проверки Путин зарекомендовал себя спокойным, скрытным человеком. С жильцами дома он общается только по мере необходимости, при встречах с ними ограничивается приветствиями, в разговоры вступает неохотно, на вопросы отвечает односложно, о себе не рассказывает. Дружеских, доверительных отношений у него ни с кем из окружающих не сложилось. Посторонние лица адрес проверки посещают крайне редко. В квартире они находятся от 1 до 4 часов. Источники предполагают, что эти люди либо коллеги Путина по работе, либо связанные с ним по роду деятельности. Их установочные данные неизвестны. Материально семья проверяемого обеспечена на хорошем уровне. Перед заселением в квартиру в ней был произведен дорогостоящий ремонт, завезена импортная мебель..."

"Посторонние лица" в министерских кабинетах

Многие чиновники, имевшие отношение к корпорации "Двадцатый трест", сделали стремительные карьеры. The New Times уже писал об одной из них (см. № 15 от 21 мая), связанной с первым вице-премьером Дмитрием Медведевым, который имел отношение к серьезным финансовым потокам, контролировавшимся комитетом по внешним связям.

И Путин такой молодой...

Пожелавший остаться анонимным источник рассказал The New Times, что именно Медведев выполнял поручения Владимира Путина о переводе денежных средств на разного рода строительные проекты. В те времена, как утверждают, глава корпорации Сергей Никешин мог запросто позвонить будущему президенту России и сообщить о необходимости перевести сумму в несколько миллионов долларов на восстановление православного храма в Греции. Медведев этот перевод контролировал. О дальнейшей судьбе этих денег ничего не известно. Уходили деньги через знаменитый банк "Россия" братьев Ковальчук. Офис банка находился на первом этаже Смольного, и, как рассказывают источники The New Times, обращавшиеся к Владимиру Путину инвесторы могли получить добро на свой проект только при одном условии: все должно было быть проведено через банк "Россия".

На этом список VIP-лиц, причастных к делам корпорации, не заканчивается. Под документами о выделении "Двадцатому тресту" кредитов мэрии стоит подпись нынешнего министра финансов Алексея Кудрина, возглавлявшего тогда комитет финансов администрации Санкт-Петербурга. Как следует из материалов уголовного дела, корпорация получала кредиты на льготных условиях, а полученные средства переводила на счета различных иностранных фирм. Вместе с Кудриным в Москву на повышение перебрался и его заместитель Дмитрий Панкин, в те далекие годы ставивший свою подпись на платежных поручениях, по которым выделялись деньги. В настоящий момент Панкин по-прежнему работает в связке с Кудриным, занимая пост директора департамента международных финансовых отношений, госдолга и госфинактивов Минфина РФ.

Стремительную карьеру сделали не только подчиненные Кудрина, но и сотрудники путинского комитета по внешним связям. На уставных документах "Строительно-финансовой корпорации "Двадцатый трест", находящихся в распоряжении The New Times, стоят печати КВС. Регистрировал устав корпорации начальник регистрационного отдела КВС Альберт Степанов. Перебравшись в Кремль, Владимир Путин не забыл и про этого коллегу. В настоящий момент Степанов руководит департаментом финансов и является членом постоянного Комитета Союзного государства России и Белоруссии. Директор Регистрационной палаты мэрии Санкт-Петербурга Сергей Мовчан, который в 1996 году перерегистрировал учредительные документы корпорации, до последнего времени руководил Федеральной регистрационной службой. В апреле 2007 года, впрочем, Владимир Путин отправил Мовчана в отставку. По информации, проходившей в ряде СМИ, Мовчан должен стать первым (то есть главным) аудитором Счетной палаты, но пока нового назначения чиновник не получил.

Меньше повезло руководителям корпорации. Не считая Никешина, заседающего в петербургском заксобрании, следы большинства членов руководства теряются. Евгений Юркевич, который в 1993 году входил в руководство "Двадцатого треста", из бизнеса предпочел уйти, сконцентрировавшись на научной карьере. Теперь Юркевич член-корреспондент Российской академии естественных наук, кандидат технических наук, член Международной академии информатизации и прогнозирования. Владимир Гайдей, входивший в правление треста, после прихода на президентский пост Владимира Путина в июне 2000 года стал заместителем председателя комитета финансов администрации Санкт-Петербурга, а в настоящее время является первым заместителем председателя жилищного комитета. Непосредственно в строительной сфере остался только один из руководителей "Двадцатого треста". В свое время корпорация прославилась обещанием возвести на Васильевском острове Башню Петра Великого, которая должна была стать первым небоскребом Петербурга, более чем на десятилетие опередив разгорающийся сегодня скандал вокруг строительства в городе башни "Газпром-сити". От того проекта сейчас ничего не осталось, кроме забора вокруг пустой строительной площадки да воспоминаний о пропавших двух с половиной миллиардах рублей, выделенных из городского бюджета. Но считать то строительство остановленным нельзя. Один из руководителей "Двадцатого треста" Равиль Камалетдинов теперь возводит "элитные жилые комплексы", являясь директором по экономике и бизнес-процессам холдинга RBI. На официальном сайте компании в разделе "Золотые мысли" посетитель может ознакомиться с цитатой Фридриха В.-И. Шеллинга: "Архитектура - это застывшая музыка". Но если о застывшей музыке известно немного, то о том, как и на чьих счетах застывают выделяемые бюджетные средства, все участники операции "Двадцатый трест" знают отлично.

Из послания Владимира Путина Федеральному собранию от 10 мая 2006 года:
"И бизнесмен с миллиардным состоянием, и чиновник любого ранга должны знать, что государство не будет беспечно взирать на их деятельность, если они извлекают незаконную выгоду из особых отношений друг с другом. Говорю сейчас об этом потому, что, несмотря на предпринимаемые усилия, нам до сих пор не удалось устранить одно из самых серьезных препятствий на пути нашего развития - коррупцию. Считаю, что социальная ответственность должна быть основой деятельности и чиновников, и представителей бизнеса. И они обязаны помнить, что источником благополучия и процветания России является народ". (Аплодисменты)

 


Оригинал этого материала
© "New Times", 13.06.2007, Птенцы гнезда Петрова

Вернуться на главную страницу