МЫ ЗДЕСЬ - Публикации

http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=10454
Распечатать

Холодный мир для двух поколений?

Элиэзер М. Рабинович, шт. Нью-Йорк

Обзор военно-политической ситуации Израиля перед выборами-2019


Арабский лидер на ближневосточной встрече глав
правительств восхваляет «Новую эру»
в отношениях с Израилем.

«В каждом городе Палестины у Израиля
есть Освенцим для резни палестинцев», -
утверждает член руководства ФАТХа Джибрил Раджуб.

Гватемала: Подлинные друзья Израиля переводят
свои посольства в Иерусалим.

Подзаголовки из «United with Israel”, 13 февр. 2019,
news@unitedwithisrael.org via em.secureserver.net

Эпиграфы лучше всего отражают то, о чём я собираюсь писать. Первоначально я назвал статью «Израиль перед выборами», но тут же понял, что нужно другое название и более узкая тема. Не живя и не голосуя в Израиле, я имею крайне ограниченное право на обсуждение обстановки, которая, к тому же, меняется быстрее, чем статья успеет быть напечатанной. Мои израильские друзья, все правые, дают оценки от «никто не сможет, кроме Нетаньяху, а Бенни Ганц (бывший начальник генерального штаба) – клоун без идей и политического опыта» до «кто угодно, только не Нетаньяху, и почему бы не Бенни Ганц с его огромным опытом управления». Также это общее мнение, что Нетаньяху пошёл на ранние выборы, чтобы укрепить политическую позицию в связи с тремя полицейскими расследованиями против него. Однако и здесь друзья расходятся так, что одни полагают его почти полностью невиновным и жертвой политизированной в пользу левых полицией, тогда как другие доверяют израильскому следствию и думают, что премьер должен уйти. И спектр проблем, в которых обвиняют премьера, идет от взяток в виде сигар и шампанского до покупки подводного и надводного флота у Германии. Последнее страшно, если коррупция проникла в армию и закупку оборудования для неё. Поскольку следствие не завершено, при таком расхождении в общественном мнении, очевидно, что я не могу иметь обоснованного суждения и писать по этому поводу.

С другой стороны, вопросы мира с арабами, о которых я могу судить с бóльшей уверенностью, почему-то не занимают центрального места в избирательной кампании. Люди устали от этих проблем, страна не может найти никакого консенсуса, а потому старается отодвинуть проблему. А между тем в отношениях Израиля с арабским и, шире, мусульманским, миром происходят фундаментальные изменения, не заметить и не использовать которые будет большой ошибкой.

В январе 1974 года, всего через несколько месяцев после войны Йом Кипура, моя семья прибыла в Израиль, и нас поселили в центре абсорбции в Пардес- Хане. Руководство центра узнало, что мой родственник - Зеев Аргаман, в то время известный адвокат в Хайфе, а до этого израильский дипломат и посланник, член Рабочей партии, в стране с 30-х годов. Меня попросили пригласить Зеева, свободно говорившего по-русски, выступить перед новыми иммигрантами. Зеев охотно согласился. Один из главных вопросов был, кончится ли когда-нибудь эта безумная вражда арабов к нам. «О, да, - ответил дипломат. - Всё, что нам нужно, это чтобы одна, только одна страна нарушила бойкот, и остальные будут толкаться в очереди в попытке побыстрее завязать с нами связи».

Зеев жил до 1983-го года и видел и визит Садата в 1977-ом, и подписание мирного договора в 1979-ом. Чего он не видел, это очереди на пути к миру. Мечтатель Шимон Перес строил планы «нового Ближнего Востока», где Израиль поможет подняться арабскому миру. А отнюдь не самый ярый враг Израиля, преемник Садата Хосни Мубарак, парировал: «А чем его не устраивает старый Ближний Восток?» И в этом вся проблема. Блеск Израиля и его желание помочь соседям совсем не нужны миру, для которого отсталость – часть нормальной жизни.

В те годы в Иерусалиме я любил пройти от Яффских ворот к Стене Плача через шумный арабский рынок, иногда что-нибудь, торгуясь, покупал. Когда появилась машина, не задумываясь, оставлял её на арабской стоянке у ворот. Меня волновали и возбуждали контрасты, шумы, любые звуки и запахи вечного города. Месяцев через пять я увидел объявление, что профессор Биньямин Мазар приглашает добровольцев на раскопки, а институт, в котором я уже работал, уходил в отпуск, и я поехал раскапывать город Ирода. В 1978 году я сдал экзамен на водительские права, мы купили подержанный «жучок» Фольксваген и с друзьями двумя машинами поехали по территориям. Не было даже мысли, что это может быть опасно. Мы въехали в центр Хеврона, поставили машины, к нам бегут мальчишки с предложением охраны, мы отмахнулись. Когда вернулись через час, никто не тронул машины. Мы переехали в Америку через 7 лет, но часто приезжаем. И вот как-то дядя мне сказал: «Мы больше через рынок не ходим – опасно».

Мы были в стране в мае 2018 года после перерыва в 3-4 года. Семья друзей пригласила нас провести ночь в их доме в поселении около Кириат Арба. Прекрасно организованная жизнь, школы и синагоги, по телефонному заказу через пару часов доставляются продукты из супермаркета в Кириат Арба. Прекрасные отношения, нулевая преступность. Но это жизнь за колючей проволокой под военной охраной. Изумительно красивые холмы. Но не может быть и речи о том, чтобы выйти за проволоку для туристского похода, не говоря уже об индивидуальной прогулке. Поздним утром мы выезжаем вместе с хозяевами на нашей машине в Иерусалим по столбовой дороге, а по бокам видим объявления на трёх языках с таким текстом:

«Дорога ведёт в зону А, управляемую Палестинскими властями. Въезд израильским гражданам запрещён, опасен для вашей жизни и противоречит израильскому закону».

Один из моих друзей видел, как машины с израильскими номерами всё же въезжали в зону А. Несомненно, она неопасна для израильских арабов, которые пользуются её ресторанами и дешёвыми магазинами.

Пока едем, у меня звонит телефон. Я приостанавливаю машину, чтобы ответить, но слышу голос нашей хозяйки с заднего сидения: «Нельзя! Здесь нельзя останавливаться!» В предыдущую поездку мы были гостями профессора университета в Ариэле – достаточно большом городе, отделённом от основной территории широким шоссе. Приближался вечер, и хозяин сказал: «Мне бы все-таки хотелось, чтобы вы уехали засветло».

Незадолго до войны с Ираком я слышал выступление журналиста Фарида Закариа (Fareed Zakaria), который говорил, что в конце 40-х годов все ожидали, что арабский мир будет следующим, кто присоединится к прогрессу. «И теперь мой кандидат – Ирак», - говорил он. Вторя ему, его единомышленник Роберт Каплан писал (обе цитаты по памяти) в Atlantic Monthly, что Ирак – это Германия Ближнего Востока, а Египет – его Италия. Стоит только установить демократию в Ираке, полагали оба идеолога, как там начнётся экономический и культурный расцвет, и весь Арабский мир потянется за ними. Оба – Закария и Каплан - оказались влиятельными в решении Президента Буша начать войну в Ираке. Другой интеллектуал, французский философ Бернар-Анри Леви (Bernard-Henri Lévy), повлиял на вмешательство Франции в Ливии. Трудно спорить с тем, что и надежды на Ирак, и т.н. «Арабская весна» оказались полным провалом, нестабильность Арабского мира возросла, а материальное и моральное благополучие не реализовались.

За это же время Израиль, увеличивший население почти до 9 миллионов, из которых около 75% евреев, превратился в мощную промышленную державу с высоким уровнем жизни. После трёх-четырёх лет, что мы не были здесь, мы увидели уверенную в себе, повзрослевшую, страну с мощной инфраструктурой дорог, развитым транспортом, страну, в которой её еврейские жители довольны жизнью. Но я не думаю что ее нееврейские граждане - арабы, но особенно друзы, известные преданностью государству, довольны принятым законом о еврейском характере государства. Семьдесят лет была страна, про которую все знали, что она – еврейская без этого закона, и вдруг почему-то повзрослевшей стране понадобился этот детский акт самоутверждения. [Друзы – этнические арабы друзской религии. В 70-е годы я как-то видел экскурсию для русских евреев, которую вела девушка-сабра с плохо выученным русским. Она сказала: «Друзы потому так называются, что они – друзья».]

Почти внезапно началось потепление и сближение с арабским миром. Причина – в общей угрозе со стороны Ирана, которого арабы во главе с Саудовской Аравия стали видеть бóльшим врагом, чем Израиль. В феврале в Варшаве прошла конференция 60 стран по Ближнему Востоку, и основным для нас интересом является приём Израиля арабским миром как равного. Интересно и то, насколько палестинский вопрос сошёл с первого плана. Шестнадцатого февраля канцелярия премьер-министра опубликовала 25-минутное видео закрытой встречи, в которой представители стран Персидского залива поддержали право Израиля на самооборону, отодвигая израильско-палестинский конфликт на второй план и характеризуя Иран как величайшую угрозу миру в регионе (но видео было довольно быстро снято с открытого доступа).

А с другой стороны, бывший Саудовский посол в США и Великобритании принц Турки в неожиданном интервью, данном 13 февраля израильскому телевидению, сказал, что полные отношения Израиля с арабским миром невозможны до разрешения палестинской проблемы, а не наоборот, как пытается Нетаньяху уверить израильскую публику.

Я согласен с послом. Арабский мир не может предать палестинцев, хотя бы по символическим причинам. Необходимо не упустить момент и использовать благоприятное отношение, чтобы не опоздать заключить мир с палестинцами. Израиль и президент Трамп могут ожидать и просить посредничества Арабской лиги. Они могут ожидать, что будут получены уступки в отношении того минимума, в котором Израиль уступить не может: изменение границ и отказ от возвращения беженцев. Однако без формализации решения палестинского вопроса никакого продолжения отношений с арабским миром не будет. В 2014 году Нетаньяху отверг секретное предложение Саудовской Аравии о посредничестве.

А между тем, иранский министр иностранных дел сказал 17 февраля, что шанс войны с Израилем велик.

• Minister Benjamin Netanyahu and Yemen's Foreign Minister Khalid al-Yamani.
(AP Photo/Czarek Sokolowski

File) Итак, статус-кво перестаёт быть одной из возможностей. Остаются две – объединение или разъединение. Объединение означает аннексию Иудеи и Самарии с предоставлением всем палестинцам израильского гражданства, права селиться во всех районах страны, а для евреев этих районов – долгое продолжение жизни за колючей проволокой.

Я – за еврейское государство с твёрдым еврейским большинством, но без всяких деклараций о еврейском характере государства, в котором 25% не-евреев. У меня нет сомнений в правах арабского населения Палестины, нет никаких возражений в их теперешнем самоназвании «палестинцы». И именно поэтому я удивлён, что израильские правые привели географию к положению, когда у нас, похоже, не остаётся другого выхода, кроме как жить с арабами в «единой демократической Палестине» - формулировка Ясера Арафата. Тогда нам не поможет никакой закон, утверждающий еврейский характер государства. Карта поселений, приведенная ниже, не даёт никакой возможности для другого решения, если существенная часть поселений не будет эвакуирована.

Карта израильских поселений (обозначены красным), 2006, из Википедии

Согласно Википедии (на английском), в январе 2015 года в поселениях Иудеи и Самарии жило 389,250 израильских граждан плюс ещё 375,000 - в Восточной части Иерусалима. Палестинские власти выдали 2.93 миллиона удостоверений личности арабам Иудеи и Самарии.

Сейчас никто не сомневается в провале Осло, переговоры в котором я в то время приветствовал, потому что полагал, что их вести надо с реальным врагом, а не подобранными Израилем представителями в городах. Почему провал? Потому, что его израильские архитекторы лишь заявили о добрых намерениях разделиться в отдельные государства, но даже не коснулись решения основных проблем: карты, беженцев, Иерусалима. Соглашения же с арабами должны быть чёткими, где продумана, но, главное, записана каждая деталь решения.

Провалом было и отделение Газы без договора в 2005 году – внезапное непонятное решение Ариэля Шарона. Может быть, на его решения уже влияла болезнь, свалившая его через год?

Любопытно, а как жизнь без отказа от отдачи части Иудеи и Самарии видят израильские правые?

Начнем с члена правительства - министра образования Нафтали Беннета, который 20 сентября 2018 года дал интервью Би-Би-Си (https://www.youtube.com/watch?time_continue=177&v=tod0-az4xR0). Министр говорил только об автономии для арабов Иудеи и Самарии. Он напомнил собеседнику, что «земля Израиля всегда была еврейской в течение последних 4 тысяч лет: откройте любую Библию в мире и прочитайте». Кому он это говорил, какой реакции ожидал от своего христианского собеседника? Все знают, что евреев не было на этой земле в последние 2000 лет до начала алии, что практически всё нынешнее население – иммигранты или их потомки в одном, максимум двух, поколениях, а арабы на этой земле жили веками. Никто не примет, что иммигрант из Советского Союза имеет больше прав на землю, чем арабы, жившие там поколениями. Все понимают, что старая сионистская формула «Дайте землю без народа народу без земли» никогда не была верной, и это прекрасно знал Жаботинский, писавший в статье о «железной стене»:
«С какой стати народу, который вполне доволен своим уединением, добровольно пускать к себе добрых соседей в таком серьёзном количестве? «Не хочу я ни вашего меду, ни вашего жала» — вот его естественный ответ... Простейший выход — поискать другую страну для колонизации». «Этика железной стены», «Рассвет», № 44/45 (81/82). 1924 г.

Но г-н Беннет полагает, что арабы могут согласиться с неравноправием и жизнью в отдельных разделённых городах и деревнях? Его собеседник говорит, что многие видят это как подобие провалившимся «бантустанам» в Южной Африке. «Что вы? - возмущается министр. - Совсем нет». И явно недооценивая интеллект собеседника, говорит, что израильские арабы имеют те же права, что и он, еврей, по принципу «один человек – один голос». Но ведь речь идёт не об израильских арабах, а об арабских жителях Иудеи и Самарии! Если и там им, в дополнение к автономии, будет предоставлено израильское гражданство, голос на выборах и полное участие в израильской политической жизни, то это, конечно, не «бантустаны», и они могут согласиться. Г-н Беннет это имеет в виду?

Если да, то это будет конец еврейского государства. Посчитаем:

Сейчас, согласно Wikipedia на 8,916,980 человек – 74.5% евреи, 20.9 – арабы, 4.6 – прочие, т.е. 2.3 млн. не-евреев. Прибавим 2.5 миллиона (по самой скромной оценке) арабов Иудеи и Самарии, и получим для начала 2.3 + 2.5 = 4.8 миллионов арабов и других не-евреев на 6.6 миллиона евреев – т.е. уже для начала 58% евреев и около 39% арабов. И это еврейское государство? Вы никакими резолюциями его таким не объявите. Израильские правые используют политизированную демографию и утверждают, что нынче арабские женщины рожают меньше детей, чем еврейские мамаши – не верю. Арабы будут покупать жильё в северном Тель-Авиве, Герцлии и всех, теперь элитных, еврейских районах, и скоро евреи из такого государства побегут.

Жаботинский это прекрасно понимал:
«Во-первых, вытеснение арабов Палестины, в какой бы то ни было форме, считаю, абсолютно невозможным; в Палестине всегда будет два народа. Во-вторых, горжусь принадлежностью к той группе, которая формулировала Гельсингфорскую программу. Мы её формулировали не для евреев только, а для всех народов; и основа её — равноправие наций. Как и все, я готов присягнуть за нас и потомков наших, что мы никогда этого равноправия не нарушим и на вытеснение или притеснение не покусимся». («Рассвет», № 42/43 (79/80), 1924 г.)

Так что Жаботинский, основоположник Ликуда – партии, которая сейчас у власти, знал о взаимной вражде, и думать не хотел о совместной жизни, но он полагал, что декларация Бальфура обязывает англичан защищать еврейские поселения. Он не представлял современную мощную военную державу, которой стал ишув его времени, вполне способную постоять за себя.

А как это видят правые, которые стоят вне политики? Давайте спросим лауреата Нобелевской премии, израильского профессора Роберта Аумана который всегда был противником отступления из Иудеи и Самарии. Но в интервью 2012 года он сказал (http://www.jewish.ru/style/science/2012/05/news994307828.php):
«…Общая картина, которая сложилась у меня в мозгу, такова: я верю, что возможна ситуация, при которой будет арабское образование в том месте, которое называлось Палестиной, и будет еврейское образование. Они будут разделены. И второе: я считаю, что никого нельзя выселять из своих домов». Это как шутка о женской логике, здесь примененная именно к мужчинам: «Во-первых, я не брала, во-вторых я положила» - никого нельзя выселять, но необходимо разделиться?!

Подобное любопытное мнение оставил нам и русский писатель Фридрих Горенштейн, который на Святой Земле никогда не жил, но был возмущён тем, что «отдают Западный берег, Иудею и Самарию, могилы патриархов и пророков. Святую Библию, мистически живущую на этих землях» И вдруг мы читаем:
«Перес говорит: оппозиция не знает, что делать с территориями (так стыдливо именуются Иудея и Самария). Мы знаем. Надо от таких миллионов арабов отделиться. Видно, Перес, погрузившись в политические глубины, забыл правила полит-демографической арифметики. Пройдёт некоторое время, и арабов в Иудее и Самарии будет 10 или 20 миллионов».

Предположение, что Шимон Перес не понимал демографии района, нелепо. Но хотелось бы спросить, к сожалению, уже покойного гения: так как нам быть со «стыдливо именуемыми» территориями - не отдавать, потому что там могилы патриархов, или отдавать, т.е. разделяться, потому что там - около 3 миллионов живых арабов, и они плодятся? Это подобно восторженным рассуждениям Эйнштейна о социализме; гении и лауреаты в химии, физике, литературе совсем необязательно являются авторитетами в политике и других областях вне их прямой специальности.

РАЗДЕЛЕНИЮ НЕТ АЛЬТЕРНАТИВЫ, что видно из карты, и иной вариант мы больше рассматривать не будем. Вернёмся к вариантам разъединения, всё ещё известного под условной формулой «два государства для двух народов», хотя эта формула давно отдалилась от своего первоначального значения.

Рассмотрим проблему в следующем порядке:

1. Как формула может выглядеть сейчас? Милитаризация или демилитаризация арабских территорий. Красная черта – нет беженцам.
2. Карта. Её соотношение с границами 1967 года: Район Нетании, Голанские высоты, Иудея и Самария.
3. Иерусалим.
4. С кем переговоры? Характер мира с палестинцами.

Формула должна быть основана на фактах на местности, как они образовались за годы оккупации после войны 1967 года. Раньше формула означала самостоятельное демилитаризованное палестинское государство в секторе Газы и Иудее-Самарии с единым правительством и соединением между двумя секторами через Израиль. Но оба сектора уже давно не имеют единой власти. Соединительное шоссе между ними Израилю не нужно. Правители – ХАМАС в Газе, ФАТХ в Иудее и Самарии – прежде всего, некомпетентны. Ни одна из частей неспособна, по моему мнению, к самоуправлению в качестве отдельного государства. [Палестинцы, как всегда, в сотый раз подтверждают максим А́ббы Э́вена: «Они никогда не упустят возможности упустить возможность».] Это была большая ошибка Бегина, что он, следуя принципу полной отдачи завоеванных земель, как требовал Садат, отдал город Ямит, но не навязал Египту Газу, которой Египет управлял до 1967 года. Сейчас Израиль должен настаивать, чтобы Египет или Арабская лига взялись за управление Газой.

Заботу об арабах Иудеи и Самарии должна взять на себя Иордания. Она может её формально аннексировать. Израиль не должен возражать против ввода иорданских и египетских войск в оба сектора. Если же арабы решат о независимости одного или обеих частей, то они должны быть демилитаризованными.

Красная черта только одна: НИ ОДНОГО т.н. «беженца» 1948 и 1967 гг. в Израиль. Готовность к большой, но не неограниченной, финансовой помощи, чтобы проблема была признана раз и навсегда решённой.

2. Карта. Резолюция Совета Безопасности ООН №242 (1967) подчеркивала «недопустимость приобретения территории путём войны», требовала «вывода израильских вооруженных сил с территорий, оккупированных во время недавнего конфликта” и «прекращение всех претензий или состояний войны…»

Заметьте, что слово «всех» НЕ добавлено к территориям, но оно добавлено к «претензиям и состояниям войны». Тем не менее, общее понимание этой резолюции международным сообществом было и остается как полный возврат к границам 1967 года. ТОГДА Израиль был к этому готов, но совершенно не готов сейчас, ибо прошло почти 52 года, а он всё ещё дожидается «прекращения всех претензий или состояний войны…»

Таким образом, нет законодательной основы к возвращению к границам 1967 года, но есть печальное обстоятельство, что Израиль упустил возможность создать факты на местности и карту, существенно отличающуюся от карты 1967 года. В районе Нетании вся ширина страны – необороняемые 15 км. Между 1967 и 1973 гг. Израилю, под впечатлением блистательной победы и формального подтверждения арабами отказа от переговоров, многое могло сойти с рук, в том числе перемещение арабского населения городов Тулькарма и Калькилии в новые города, построенные для них в глубине Иудеи и Самарии. А на их месте надо было поселить евреев и тем самым увеличить ширину страны. Но в безумной надежде, что удастся удержать всю завоеванную территорию, Израиль забросал всю Иудею и Самарию посёлками за колючей проволокой (см. карту выше). Сейчас, я думаю, что район Тулькарма и Калькилии при окончательном урегулировании должен быть аннексирован с предоставлением всем арабам района (62 тысячам) полного израильского гражданства.

Голанские высоты – стратегически очень важная территория. Здесь Израиль сумел создать благоприятные для аннексии факты. На территории живут 20 тысяч евреев и столько же друзов; арабов-мусульман почти нет. Всем друзам Голан было предложено израильское гражданство, но большинство (85-90%) предпочло остаться гражданами Сирии. В сирийской гражданской войне почти все они поддерживают Ассада. Его правительство договорилось с Израилем о праве друзов на торговлю через границу. Израиль не признаёт их сирийское гражданство и определят их как «постоянных жителей Голанских высот». Израильское гражданство остаётся доступным в любой момент.

Одно время шли переговоры с Сирией о возвращении Голан Сирии за мир. Они ни к чему не привели, а сейчас, в условиях долгой гражданской войны, отдача никому и в голову не придёт. Можно ли себе представить, хотя бы в далёком будущем, возвращение Голан Сирии? Да, если мир будет таким прочным, что лидеры Израиля и Сирии будут проводить вместе выходные и обмениваться сигарами и шампанским без нарушения закона и внимания полиции обеих стран. Навряд ли при моей жизни…

Иудея и Самария. Эта территория включают четыре больших еврейских города с населением (по Wikipedia, округленно):

Модии́н-Или́т – 59 тысяч;

Маале-Адумим – 41 тысяча;

Бейтар-Илит – 46 тысяч;

Ариэль – 18 тысяч.

Первые три прилегают непосредственно к старой границе и, конечно, будут аннексированы. Ариэль отстоит на 20 км от черты, и для него может быть аннексирована полоса шириной в 1 км – по 500 м с каждой стороны шоссе, перекрытая стенами. Израиль должен будет построить транспортных узлы, которые позволят арабскому автомобильному транспорту и пешеходам передвигаться поперёк этого шоссе.

Мне представляется, что Израиль должен выступить с планом и картой, которая может выглядеть, например, так:

Предполагаемая карта остающихся израильских городов в Иудее и Самарии. Пунктиром обозначена старая «зелёная черта», жирные черные линии справа
от пунктира – предлагаемые поправки к границе.

Всё, что находится за её пределами, эвакуируется, в том числе, Кириат Арба и поселения вокруг неё. Выйдя с картой, Израиль должен заявить, что дальнейшее решение проблемы не его дело, а Арабской Лиги, Египта и Иордании, поскольку пример Газы показал провал палестинцев в самоуправлении. Арабы сами должны решить станет ли арабская Иудея и Самария плюс Газа новым государством или, что предпочтительней, они будут аннексированы Иорданией и Египтом. Израильские войска будут выведены, когда их заменят армии ответственных арабских правительств. Только в этом случае Израиль не будет настаивать на демилитаризации. Новое положение должно быть оформлено договорами между правительствами, в которых никакие детали, включая дипломатические отношения, торговлю и пошлины, не будут оставлены на более позднее время. Обсуждение туризма можно отложить на потом. Я не ожидаю, что при моей жизни можно будет вернуться к той лёгкости и бездумности, с которой мы ездили туда в 1978 году.

Мне говорят: нельзя объявлять заранее арабам, что им что-то будет отдано. Это мнение основано на той неприятной черте арабов в переговорах, что в момент уступки они тут же рассматривают уступку в качестве новой начальной черты. Это так, но без объявления, что какие-то части Иудеи и Самарии будут освобождены, просто нет темы для переговоров. Формула «переговоры без предварительных условий» - пустой звук в таких условиях.

3. Иерусалим. Этот город глубоко разделён, и евреи почти не посещают арабские районы. Я помню, мы с женой ехал из дома престарелых, где жила моя кузина, я сделал неверный поворот направо и стал подниматься в гору. Остановился и спросил дорогу у араба-шофёра такси. Он сказал:
«Там – арабская деревня. Вам лучше бы не ехать туда. Езжайте за мной, я помогу вам выбраться».

Мы поехали, помог. Может быть, возможен объединённый арабско-израильский муниципалитет, но в США жители района Бостона знают, как Бостон, Кембридж, Бруклайн – практически районы одного города в одной нации, тем не менее, имеют отдельные городские власти. А политически арабская часть, в которой евреев почти нет, может стать центром или столицей того государственного образования, которое будет согласовано. Ниже приведена карта старого города, которая показывает, что хотя по городу может пройти несколько границ, но даже и в старом городе разумное разделение на две половины возможно по линии рынка.


Проход от автостоянки у Яффских ворот (Jaffa Gate) через рынок к Стене Плача (Wailing Wall) легко осуществляется через Армянский и Еврейский кварталы – суверенитет Израиля. Рынок (белая линия, соединяющая Яффские ворота с мечетями на Храмовой горе) и всё, что севернее его, может быть под арабским суверенитетом. Граница – по линии рынка

4.С кем переговоры? Характер мира с палестинцами.

Начнем с характера мира. Я ожидаю крайне холодных отношений в течение жизни хотя бы двух поколений – буду рад ошибиться.

С кем переговоры, через кого? Оно, конечно, было бы приятнее вести переговоры с друзьями. Мы могли бы подписать конвенцию с президентом Трампом о том, что Израиль признаёт американский суверенитет над густонаселёнными евреями районами Бруклина. Францию мы могли бы успокоить тем, что Израиль не претендует на Эльзас и Лотарингию.

Эти гипотетические действия, однако, не приведут к миру на Ближнем Востоке. Переговоры должны быть с реальным врагом, строящим туннели, запускающим горящих змеев и ракеты, не брезгающим никаким террором, готовым жертвовать своими детьми - Хамасом и Хизболлой при посредничестве. Президент Трамп обещал установить здесь мир ещё при своей первой каденции – до 2021 года. Ну, он ещё не обжёгся, как обжигались все предыдущие президенты до него. Но есть отличие – иное отношение арабского мира.

Цитаты из собеседников:

«О чём можно говорить с людьми, которые нас не признают?» О том, чтобы признали.

«О чём говорить с террористами?» О том, чтобы прекратили террор.

Называя всех этих людей «террористами», мы как бы выставляем их за границы цивилизации. Говорим, что было бы хорошо их уничтожить. А коли формула «Если враг не сдаётся, его уничтожают» не работает и добиться безоговорочной капитуляции наподобие Германии 1945 года невозможно? Значит переговоры. И если отношения с арабскими странами стали улучшаться, надо их использовать как посредников и гарантов.

Но ещё долго израильтяне должны будут полагаться на защиту жён и детей своими штыками.

Автор благодарит Марка Фукса за большую помощь
при подготовке этой статьи к печати


| 10.03.2019 08:19