МЫ ЗДЕСЬ - Публикации

http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=4638
Распечатать

Тайна ее лица

Владимир Ханелис, Бат-Ям

Это интервью я взял у Софико Чиаурели летом 2001 года. А ровно четыре года назад, 2 марта 2008 года, ее не стало...


Мы сидели за столиком во дворе их дома и разговаривали – актер, спортивный комментатор Котэ Махарадзе (интервью с ним см. в позапрошлом номере "МЗ") и я. Дом этот стоит в Тбилиси, недалеко от филармонии, на спуске Верико Анджапаридзе. Дом этот построили великая актриса Верико Анджапаридзе (ее имя театральные критики всего мира ставят среди первых 10-20 имен выдающихся актрис ХХ века) и ее муж, известный советский режиссер Михаил Чиаурели.


Из этого знаменитого дома - их дочь, актриса Софико Чиаурели – жена Котэ. По данным последнего опроса, она самая любимая актриса в Грузии. Фильмы с ее участием: "Тепло твоих рук", "Хевсурская баллада", "Саят-Нова", "Мелодии Верийского квартала", "Не горюй!" – собрали немыслимое количество призов и наград. Снятый лет пятнадцать назад телевизионный двухсерийный детектив "Ищите женщину", где Софико сыграла главную роль секретарши, крутят и крутят по всем российским телеканалам.


- Сейчас не могу, - сказала в ответ на мою просьбу об интервью Софико Чиаурели, - бегу покупать базальтовую плитку для бассейна, приходите вечером, часов в восемь.
И убежала. Но «на бегу» я успел задать ей первый вопрос:

- Что это за плоский желтый камень с черными еврейскими письменами, который вы носите на груди?
- Камень мне подарили в Израиле. Он – мой талисман. На нем – десять заповедей.

... В восемь вечера интервью не началось – затянулся урок игры на скрипке. Полчаса я ходил по этому дому-музею, театру на 90 зрителей, разглядывал уникальные фотографии, рисунки, скульптуры, афиши, сувениры, подарки; посидел в маленьком баре...

... Урок музыки окончен. Софико разливает по чашкам чай. Ставит на стол сласти.

- Один из театральных критиков написал в своей книге "Софико Чиаурели", что вы владеете "тайной лица". Откройте нам ее.

- Что вы! Нет и никогда не было никаких тайн! Я – очень открытый человек. Да и возраст для тайн уже не тот...

- У каждой женщины, да еще актрисы, должна быть тайна.

- В моем характере есть одна особенность - может быть, ее имел в виду критик, на которого вы ссылаетесь. Я не принадлежу к актрисам, боящимися выглядеть на экране старыми, уродливыми. Мне было двадцать семь лет, когда в фильме покойного режиссера Шота Манагадзе я сыграла семидесятилетнюю старуху. С этой картиной я объездила весь мир, и везде, в том числе и на фестивале в Сан-Себастьяне, брала первые премии за лучшую женскую роль. Для актера важен не физический возраст, а перевоплощение, психологическое.

- Как назывался этот фильм?

- По-грузински он назывался "Жизнь как один миг". Но русские почему-то назвали его "Тепло твоих рук". При чем здесь "тепло"? При чем здесь "руки". Русские вообще любят всё переводить по-своему. Есть город, который на всех языках называется Рома. Почему его нужно называть Рим? Или зачем Наполи называть Неаполем?


- Перед самым приездом в Тбилиси я смотрел по телевидению гениальный фильм гениального Сергея Параджанова "Саят-Нова". В нем вы играете шесть ролей. Расскажите, пожалуйста, о вашей работе с Сергеем Параджановым.

- В моей жизни Параджанов – отдельная страница. Он стоит где-то там, вдалеке от всех других режиссеров, с которыми я работала. А я снималась у многих замечательных режиссеров. Но Параджанов... Это праздник души. Праздник искусства. Мы с полуслова понимали друг друга. Я мгновенно делала то, что ему нравилось. Как-то вместе с театром имени Марджанишвили я была на гастролях в Ленинграде. В это же время там находилась Джульетта Мазина. Ленинградцы попросили меня взять у нее интервью. Я спросила у Мазины, трудно или легко ей было сниматься у своего мужа, гениального Феллини. "Ужасно трудно, - ответила она. - Феллини не нравилось то, что я делала. Он заставлял меня повторять и повторять всё-всё сначала, по десять-двенадцать дублей. Я ненавидела своего партнера Марчелло Мастроянни. У него всё получалось. Он дремал где-нибудь в уголочке, а когда Феллини звал его в кадр, вставал, отряхивался, входил в кадр. Снимал один дубль, и Федерико кричал: "Гениально!". Марчелло снова уходил спать в свой уголок".

Сережа Параджанов был на съемках очень раздражительным, ко всем придирался. Но я была для него, как Мастроянни для Феллини. Ему нравилось всё, что я делала. У нас, если можно так сказать, были родственные души в искусстве...

- А с другими режиссерами как вам работалось?

- Я говорила, что снималась у многих замечательных режиссеров: у Тенгиза Абуладзе, Резо Чхеидзе, Ланы Гогоберидзе, Георгия Шенгелая, Аллы Суриковой... Я человек легкий, и никаких конфликтов у меня с режиссерами никогда не было. Снималась я у замечательного режиссера, талант которого, я считаю, мы недооценивали. Я говорю о своем отце, Михаиле Чиаурели. Только сейчас мы начинаем понимать, как разносторонне талантлив был этот человек – скульптор, художник,, он играл на всех музыкальных инструментах.

- Только что вы закончили урок на скрипке. Зачем вам понадобилось учиться играть на этом инструменте?

- Я играю на рояле и аккордеоне. Скрипка мне понадобилась для будущего спектакля. Но скоро я поеду в Москву – сниматься в фильме режиссера Аллы Суриковой. Там по сценарию я играю на гитаре. Придется научиться играть и на гитаре.

- Что это будет за фильм?

- Новогодний рассказ о трех парах. Я прочла сценарий, и мне он очень не понравился. Позвонила Алле Суриковой, с которой мы подружились после съемок фильма "Ищите женщину"... Вы смотрели?

- Обижаете...

- "Ищите женщину" мы снимали лет пятнадцать назад, одним махом, в павильоне. Компания была замечательная: Сережа Юрский, Леня Куравлев (я с ним училась на одном курсе во ВГИКе), Саша Абдулов, все свои, близкие... Поэтому и фильм получился...

Да, так вот, я позвонила Алле Суриковой и сказала, что сценарий мне "не очень". "Она ответила: «Сценарий не Библия, можно переделать».

- Сегодня и Библию переделывают...

- Моим партнером в этом новом фильме, который должен быть выпущен к Новому году, будет Донатас Банионис. Надеюсь, картина получится, и у нее будет такая же судьба, как у "Ищите женщину".

- Что происходит сейчас в грузинском искусстве?

- В искусстве, не только в Грузии, бывают периоды взлета, расцвета, ренессанса. Так было в грузинском искусстве в тридцатые, пятидесятые, в конце шестидесятых годов... А сейчас... Рухнула огромная империя. Все мы оказались под ее обломками. Каждый заново учится жить, существовать. Мы кричали: "Свобода! Свобода!" А что это такое – никто не представлял. Оказалось – за все нужно платить, за свет, за газ, а мы – нищие, у нас ничего нет.

Вот я вам скажу одну вещь. Мы живем с Котэ неплохо, у нас часто бывают гости, мы актеры, мы играем, мы создали театр одного актера "Верико", поставили четырнадцать спектаклей, готовим три (!) премьеры... Все это возможно потому, что мы – фокусники. Каждое утро я просыпаюсь с мыслью, что придумать, что сделать, чтобы наш дом, наш музей, наш театр жил, работал, играл...

- Вы играете и в театре имени Марджанишвили?

- Одну роль, в одном спектакле...

- Вопрос, который наверняка задавали вам десятки раз. Тяжело ли быть дочерью таких великих родителей?

- Быть дочерью таких родителей – это прекрасно. Я выросла в потрясающей атмосфере любви, дружбы, доверия друг к другу. В этом доме, в этой комнате, где я родилась, я встречала интереснейших людей. Вот здесь, в этом углу, влюбленный в маму Качалов читал ей стихи. Кого только не было в этом доме: короли, принцы, президенты и их дети (сын Рузвельта, например), поэты, художники. Каждый день у нас бывали гости, и мои родители были счастливы принимать их. А когда – это было очень редко – никто не приходил, мама в восемь часов вечера выходила и спрашивала: "В чем дело? Что случилось? Почему в доме никого нет?". Воздух этого дома я вдохнула при рождении. Им я дышу до сих пор. Но тех людей, той интеллигенции, которая приходила в наш дом, нет. Она вымерла.

- Я бы хотел вернуться к вопросу о "тайне лица"...


- Я уже говорила вам, что в двадцать семь лет играла семидесятилетнюю старуху, а в позапрошлом году, не скажу, в каком возрасте, в спектакле режиссера Хейфица "Мама, я люблю тебя!" играла... девятилетнюю девочку.

- Девятилетнюю?!

- В этом потрясающем спектакле женщина вспоминает свою жизнь, и оказывается, что счастливой она была только тогда, когда ей было девять лет.

- Сколько всего ролей в театре и кино вы сыграли?

- Примерно пятьдесят в театре и пятьдесят в кино.

- Ваша актерская династия имеет продолжение?

- Наша династия продолжается в искусстве. Сын Николай – талантливый художник. Он оформил несколько наших спектаклей. В Париже с успехом прошли две его выставки. Внучка Наташа Шенгелая учится в классе, который ведет Котэ. Изучает авторское телевидение. Наташа должна стать хозяйкой этого дома, продолжить его традиции. Она должна сохранить этот оазис искусства в этом сумасшедшем мире.

- Утром, когда мы в первый раз встретились, мне стало очень грустно. Мне кажется, что такая актриса, как вы, актриса вашего класса, не должна заниматься покупкой базальтовой плитки для бассейна...

- Ну что вы! Я и строитель, и дизайнер... Приезжайте через год. Напротив нашего дома мы собираемся построить новый театр. Приезжайте!

... Потом я долго снимал Софико Чиаурели в ее замечательном доме и понял – никакой "тайны" ее лица нет. Есть лицо Женщины и Актрисы.

* * *

Это интервью я взял у Софико Чиаурели летом 2001 года. Второго марта 2008 года ее не стало...



*     *     *


Книга Владимира Ханелиса (Израиль)

"РОДИЛИСЬ  И  УЧИЛИСЬ  В  ОДЕССЕ"

(Материалы к энциклопедическому словарю)


Стоимость книги:
в Израиле – 89 шек.;
в Европе, США и странах СНГ – $29.90 ;
в Австралии – 34.90 ам. долл.
В цену входит пересылка.

Для заказа обращаться:
V
. Hanelis Livorno str. 11 apt 31,
Bat-Yam, Israel, 59644
Tel\fax - +972-3-551-39-65
E-mail – vhanelis@yahoo.com


| 07.03.2012 12:59