МЫ ЗДЕСЬ - Публикации

http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=5629
Распечатать

Ефим, да еще Арон...

Сергей Шафир, Ашдод

Автобиография талантливого человека, рассказанная им самим, его коллегами и документами того времени...


Хочу рассказать сегодня о человеке, в память о заслугах которого перед кинематографом Казахстана в Алматы на стене небольшого двухэтажного дома по улице Масанчи установлена мемориальная доска. Этот человек - кинорежиссер и сценарист Ефим Ефимович Арон (на снимке). Заслуженный деятель искусств Казахстана. Родился в 1906 году, скончался в 1970. Прожил недолго, всего 64 года, но успел сделать достаточно много фильмов, которые стали знаковыми для динамично развивающейся после войны кинематографии республики.

Я начал работать на киностудии "Казахфильм" в 1971 году и уже не застал Ефима Арона, как не застал и выдающегося артиста и режиссера Шакена Айманова, чье имя сегодня носит киностудия. Но профессия Ефима Арона и его путь в большом кинематографе мне особенно близки и понятны, так как начинал он свою работу в кино помощником режиссера у всемирно известного режиссера Сергея Эйзенштейна, а позже стал сопостановщиком (так раньше называли вторых режиссеров) у не менее известного Михаила Ромма на фильме "Ленин в 1918 году" и фильме "Мечта". Позже Арон успешно сочетал работу режиссера-постановщика игрового кино с работой в документальном жанре.

У меня был похожий путь в кино. После одиннадцати лет практической работы на ТВ и после окончания ЛГИТМИка я был принят на киностудию "Казахфильм" ассистентом режиссера-постановщика игрового кино, потом стал вторым режиссером на очень сложных фильмах, таких как "Транссибирский экспресс", "Кровь и пот", "Снайперы" и других и, спустя примерно те же одиннадцать лет, продолжил работу уже как режиссер документального, неигрового кино.

Но все по порядку. Ведь рассказ не обо мне, а о Ефиме Ефимовиче Ароне. Я располагаю документами, посвященными жизни и творчеству этого талантливого человека. Их передал мне Борис Соломонович Абрамович - человек, посвятивший всю свою жизнь кинематографу. Именно благодаря его неутомимой деятельности в казахстанском отделении Бюро пропаганды советского киноискусства, стала возможной и установка мемориальной доски на стене дома, в котором жил Е. Арон.

Среди документов - газетные публикации в казахстанской прессе 90-х годов. Но самый ценный среди них - черновик автобиографии, написанной Ефимом Ефимовичем. Эта автобиография перенесла меня в прошлую эпоху, напомнила о советских фильмах, которые я видел в детстве и юности, и о людях, с которыми я бок о бок работал на киностудии "Казахфильм" неполные двадцать лет. И она стоит того, чтобы опубликовать ее. Я же дополню ее некоторыми сведениями из истории советского кино и воспоминаниями людей, которым довелось работать с Ефимом Ароном.

Е. Арон:
Я родился в январе 1906 года (по другим источникам - 30 декабря 1906 года – С.Ш.) в городе Люцине Витебской губернии (ныне г. Лудза Латвийская ССР). Отец был мелким служащим и умер за три месяца до моего рождения. Воспитывался я матерью-чулочницей и дедом-учителем в городе Белебей Уфимской губернии (ныне Башкирская АССР).
Среднее образование получил в реальном училище, преобразованном после революции в трудовую школу. В 14 лет добровольцем поступил на службу в сформированную в г. Белебее 67-ю Татарскую стрелковую бригаду, направленную в 1920 году на повстанческий ("Сапожковский") фронт в Поволжье и в дальнейшем - на юг Украины ("Врангелевский") фронт. Демобилизовался в конце 1920 года по болезни (тиф).
В 15 лет началась моя самостоятельная трудовая жизнь. Тяготея с детства к драматическому искусству, я поступил в театр, где работал суфлером, помощником режиссера. Сначала в Средней Азии (Самарканд, Бухара), потом в Москве.
В 1924 году я пытался поступить в институт кинематографии на актерский факультет (режиссерского факультета в те годы еще не было), но по слабости здоровья не был принят. В 1925 году начал учебные занятия в открывшейся при Доме рабочего искусства киношколе молодого режиссера Абрама Матвеевича Роома и с этого времени я навсегда посвятил свою жизнь искусству кино.


Из Краткой Еврейской энциклопедии:
Абрам Матвеевич Роом (1894-1976) — советский кинорежиссёр, сценарист, актёр, лауреат Сталинской премии (1946, 1949), народный артист РСФСР (1965). С 1923 - режиссёр театра Революции в Москве (совместно с В. Э. Мейерхольдом поставил спектакль «Озеро Люль» А. М. Файко, премьера 8 ноября 1923), режиссёр и педагог Высшей педагогической школы ВЦИК в Москве. С 1924 — режиссёр киностудий «Госкино», «Совкино», «Союзкино» С 1936 — режиссёр киностудии «Украинфильм», С 1940 — режиссёр киностудии «Мосфильм». Наиболее известные режиссерские киноработы - "Нашествие", "Суд чести", "Гранатовый браслет", "Цветы запоздалые", "Преждевременный человек".

Е. Арон:
Практическая работа на кинопроизводстве началась с 1926 года и непрерывно продолжается вот уже 40 лет. Мне посчастливилось начать работу в съемочной группе крупнейшего советского кинорежиссера Сергея Михайловича Эйзенштейна в качестве помощника режиссера. Участие в съемках двух его фильмов ("Старое и Новое" и "Октябрь") сыграло огромную роль в моем творческом формировании, явилось для меня теоретическим и практическим университетом кинорежиссуры.

Из Краткой Еврейской энциклопедии:
Сергей Михайлович Эйзенштейн ((1898 – 1948), советский театральный и кинорежиссер, кинодраматург, теоретик искусства. Родился в семье городского архитектора Риги, надворного советника, еврея, принявшего христианство, мать — русская, происходила из купеческой семьи. С 1918 г. работал на агитпоездах Красной армии, активно участвовал в клубной самодеятельности как режиссер и художник-декоратор. В 1921–22 гг. учился в Государственных высших режиссерских мастерских у В. Мейерхольда. С 1923 г. руководил театральными мастерскими Пролеткульта, с 1928 г. преподавал в Государственном техникуме кинематографии (в дальнейшем — Всесоюзный государственный институт кинематографии), с 1937 г. — профессор. Наиболее известные фильмы - "Стачка", "Броненосец Потемкина", "Октябрь"(Завершающая часть кинотрилогии. Фильм демонстрировался в США под названием «Десять дней, которые потрясли мир»), "Александр Невский", "Иван Грозный".

Эйзенштейн никогда не афишировал своего еврейского происхождения, однако когда власти предложили ему выступить в числе других известных деятелей еврейской культуры на антифашистских еврейских митингах в Москве в 1941 г. («Братья-евреи всего мира! Выступления представителей еврейского народа на митинге, состоявшемся в Москве 24 августа 1941 г.», М., 1941), не смог отказаться. Официальные советские источники сознательно скрывали происхождение Эйзенштейна, а иногда и намеренно его фальсифицировали, сообщая, что его отец происходил из прибалтийских немцев.
Несмотря на склонность к компромиссам, Эйзенштейн не побоялся после ареста Мейерхольда спрятать на своей даче богатейший архив своего друга и учителя.

Е. Арон:
В 1928 году я написал свой первый художественный сценарий на материале исторического восстания в 1916 году в Средней Азии и предложил его новой образовавшейся организации "Восток-кино"
. Громоздкий и трудный для постановки сценарий не был принят к осуществлению, однако, послужил основой для моей творческой работы в "Восток-кино".
1928 год стал знаменательной вехой моей деятельности в кинематографии и отмечен созданием, совместно с режиссером В. Туриным, художественно-документального фильма "Турксиб", посвященного строительству первенца пятилетки - Туркестано-Сибирской железной дороги. К 1930 году фильм с успехом прошел по экранам мира, популяризируя в Европе и Америке героический труд и дружбу русского и казахского народов.
...Тридцатые годы обогатили выразительные средства киноискусства новым могучим компонентом - словом. Потребовалась коренная перестройка художественного мышления и производственной техники звукового кино. Наиболее оснащенной базой и опытным творческим коллективом обладала киностудия "Мосфильм".
Сюда я и был переведен Комитетом кинематографии, где мог переучиваться у старших мастеров, работая с ними в качестве второго режиссера и сорежиссера. Творческое содружество с режиссерами Д.С. Марьяном над фильмом "На Дальнем Востоке" (1936-37 г.) и М.И. Роммом над фильмами "Ленин в 1918 году (1938-39 г.) и "Мечта" (1940-41 г.) создали предпосылки моих самостоятельных постановок звуковых художественных фильмов.


Из Краткой Еврейской энциклопедии:
Михаил Иосифович Ромм (1901– 1971), советский кинорежиссер, сценарист, педагог. Под влиянием С. Эйзенштейна пришел в кино. Начинал как сценарист: в соавторстве с другими написал сценарии фильмов «Реванш», «Рядом с нами» (оба 1931 г.), «Конвейер смерти» (1933). Затем работал ассистентом режиссера. В 1934 г. поставил свой первый самостоятельный фильм — «немую» экранизацию рассказа Г. Мопассана «Пышка» (оператор Б. Волчек, 1905–47), отличавшуюся тонкой актерской игрой, остроумием психологических характеристик, оригинальностью мизансцен и композиции кадра. Фильм «Тринадцать» (1937) о борьбе красноармейцев с басмачами в пустыне, своего рода советский вариант «колониального» фильма, отличался динамикой и экспрессией. В дилогии о В. Ленине («Ленин в Октябре», «Ленин в 1918 году», 1937–39, сценарий А. Каплера) режиссерское мастерство Ромма было поставлено на службу сталинской фальсификации истории. Обманчиво «живой» Ленин из фильмов Ромма (актер Б. Щукин) превратился в стереотип советского кино. За эти фильмы Ромму была присуждена Сталинская премия (1941). Позднее Ромм снова обращался к образу Ленина в документальных фильмах «В. И. Ленин» (1949) и «Живой Ленин» (1958), используя лишь кинохронику и архивные фотодокументы. Самые известные фильмы Михаила Ромма: - "Мечта" с Фаиной Раневской, "Человек 217","Девять дней одного года", "Обыкновенный фашизм" (документальный) Ромм не мог примириться с советским государственным антисемитизмом, проявления которого он явственно различал уже в годы Второй мировой войны, когда власти вознамерились создать в Москве «чисто русскую» (без режиссеров-евреев) киностудию «Русфильм». После того, как Ромм обратился к И. Сталину с письмом, в котором указывал на антиеврейский характер намечавшихся мер, этот план был отменен (1943) как несвоевременный: шла война с германским фашизмом, начертавшим антисемитизм на своем знамени. В эпоху хрущевской «оттепели» (ноябрь 1962 г.) Ромм выступил во Всесоюзном театральном обществе с речью, в которой напомнил об антисемитской практике сталинских времен, когда слово «космополит» заменило слово «жид». По доносу писателей-сталинистов Ромм был обвинен в сионизме. Ромм был в числе видных представителей советской интеллигенции, подписавших в феврале 1966 г. письмо Л. Брежневу с протестом против готовившейся реабилитации Сталина.

С. Ш.
Покидая Казахстан в 1991 году, я передал свою небольшую коллекцию книг по истории кино коллеге и товарищу, кинооператору Анвару Даулбаеву, с которым познакомился в 1971 году, работая на своем первом художественным (телевизионным) фильме "Зима не полевой сезон" в должности ассистента режиссера. Среди них была и книга воспоминаний Михаила Ромма "О себе, о людях, о фильмах". Сегодня ее можно прочитать в интернете, что я и сделал с превеликим удовольствием.

Возвращаясь к Ефиму Ефимовичу Арону, напомню, что в названных выше воспоминаниях Михаил Ромм пишет о том, как он приступал к работе над фильмом "Ленин в 1918 году":
"Д. И. Васильев (второй режиссер фильма "Ленин в Октябре") ушел от меня к С. М. Эйзенштейну и вторым режиссером я пригласил Е.Е. Арона - очень талантливого и острого режиссера..."

Е. Арон:
Начавшаяся Великая отечественная война круто изменила планы советской кинематографии, как и всей жизни страны. Киностудии срочно приступили к выпуску "Боевых киносборников", посвященных героической борьбе советского народа с фашистскими оккупантами. Мои постановки "Приказ выполнен", Молодое вино" и "Белая Роза" вошли в программу трех "Боевых киносборников" за 1941- 43 годы. Два из них были осуществлены на Центральной Объединенной Киностудии (ЦОКС) в Алма-Ате на базе эвакуированных киностудий "Мосфильм" и "Ленфильм".
Здесь же мной, совместно с режиссером Л. Рошалем, был создан полнометражный художественный фильм, посвященный жизни классика казахской литературы Абая Кунанбаева, "Песни Абая" - плод нашего творческого содружества с выдающимся писателем Мухтаром Ауэзовым.
Конец сороковых - пятидесятых годов отмечен в советской кинематографии мрачной полосой малокартинья. Эти трудные, для тысяч многочисленных коллективов киноискусства, годы не прошли бесследно и для меня.
Работая на Черноморской киностудии в городе Одесса (куда я был переведен в 1949 году из-за серьезной болезни ребенка), я снял в течении 6 лет несколько документальных очерков (полного и короткого метража), три инструктивных художественных фильма по специальному заказу Министерства путей сообщения СССР, дублировал на молдавский язык художественные и документальные фильмы, выпускал журналы хроники и т.д., и лишь в 1956 году, когда "кривая" производства художественных фильмов пошла вверх, я возвратился на Алма-Атинскую студию и приступил к работе над экранизацией романа Сабита Муканова "Ботагоз", участвуя с авторами А. Филлиповым и М. Хасеновым в написании сценария, а затем работал над фильмом, законченного мною в 1957 году.
Фильм "Ботагоз" прошел по экранам Союза и 14 зарубежных стран, участвовал в декаде казахского искусства и литературы в Москве в 1958 году".


С. Ш.

Здесь я обращаюсь к мемориальному очерку Елены Максутовой "Свой талант подарил Казахстану", опубликованному в казахстанской газете "Ковчег" 19 декабря 1996 года. В нем она приводит высказывания артистов, работавших с Е. Ароном на нескольких его фильмах. Я процитирую два из них.
Гульфайруз Исмаилова, народный художник Казахстана:
"Я познакомилась с Ефимом Ефимовичем Ароном на пробах фильма "Ботагоз". Посмотрев снимки, Ефим Ефимович сказал удивительную вещь: - "У этой девушки глаза с содержанием". Меня утвердили на роль. Во время съемок я познакомилась с удивительными людьми - Рошалем, Роммом, Зальцманом. Костюмы к фильмам делал Теляковский, мне же было разрешено свои костюмы придумать и сшить самой. Арон был очень внимателен, он сразу же замечал, если я допоздна засиживалась над работой, и по-отечески пенял за это. Разговаривать с ним всегда необычайно интересно. Он обладал поистине энциклопедическими знаниями в области литературы, искусства, истории. Его очень любили актеры, особенно молодежь, которая относилась к нему с трепетом. Именно с его помощью я поняла, какое сложное и красивое искусство - кино".
Мулюк Суртубаев, народный артист Республики Казахстан:
"С Ароном я работал на фильме "Ботагоз". Он запомнился мне, как очень хороший, добрый человек и замечательный режиссер, никогда не давивший на артиста. Он был на самом деле мастером своего дела, много сделавший для киноискусства Казахстана и казахстанских актеров".

С. Ш.
В дальнейшем Е. Арон снимает фильм "На диком бреге Иртыша" и потом приступает к постановке фильма "Перекресток". Но, в результате серьезного сердечного заболевания в самом начале съемочного периода, он был помещен в больницу. Фильм законсервировали и в дальнейшем работу над ним продолжил Шакен Кенжетаевич Айманов.
Я упоминал в самом начале этого исторического очерка о том, что начинал свою работу в казахстанском кинематографе на игровых фильмах. Их в моем послужном списке семь. И я не понаслышке знаю, какую физическую и психологическую нагрузку выдерживают режиссеры-постановщики художественных фильмов. Несмотря на то что съемочная группа состоит из людей, которые всячески, в силу своей профессиональной подготовки, помогают им в создании фильма, груз ответственности, помноженный на самоотдачу режиссеров-постановщиков, порой становится неподъемным. И хотя режиссеры-постановщики, с которыми мне посчастливилось работать - Юрий Пискунов, Мажит Бегалин, Эльдор Уразбаев, Абдулла Карсакбаев и Азербайжан Мамбетов ушли из жизни по разным причинам, но кто знает, в чем корень их болезней?
Выйдя из больницы, Ефим Арон продолжил работу на киностудии, но уже в щадящем режиме, на документальных фильмах. Осуществляет художественное руководство, помогая молодым казахским режиссерам освоить профессию.

Е. Арон:
В 1963 году молодой режиссер А. Карсакбаев под моим художественным руководством поставил фильм "Меня зовут Кожа", вышедший на союзный и зарубежные экраны и отмеченный на Среднеазиатском кинофестивале 1964 года, как лучший фильм о детях. Моя последняя постановка художественного фильма "Там, где цветут эдельвейсы", создана вместе с молодым режиссером Шарипом Бейсембаевым. Этим фильмом я заканчиваю свою режиссерскую деятельность, сознавая, что сделано мною гораздо меньше, чем могло бы быть при более благоприятных объективных и субъективных условиях. Меня утешает сознание того, что мне удалось поделиться своим опытом с целым рядом молодых работников, делавших со мною рядом свои первые шаги в кино. Одни из них прочно вошли в среднее звено армии кинематографистов (ассистенты, вторые режиссеры), другие нашли самостоятельный творческий путь в режиссуре".


С. Ш.
Автобиография - сухой и лаконичный производственный документ. Так принято у кадровиков. Но я впервые читаю такой искренний и неформальный отчет о жизни и работе. Чем же занимался Ефим Арон последние 6 лет своей жизни?
Спросим у его дочери Любови Ефимовны:
Когда отец заболел и не смог больше работать, по объявлению в "Литературной газете" мы выписали по почте десятитомное издание "Школы изобразительного искусства". И он, когда боль отступала, лепил - отец не мог жить, ничего не делая. В доме до сих пор хранятся вылепленные из пластилина и отлитые в гипсе его работы"

Жить и работать до последнего вздоха!
Таков удел всех людей.
Таково предначертание людей искусства!
И жизнь кинорежиссера Ефима Ефимовича Арона - тому доказательство и пример.
30 декабря 2012 года ему исполнилось бы 106 лет.


| 26.12.2012 18:06