МЫ ЗДЕСЬ - Публикации

http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=6398
Распечатать

Бейлин: Рабин не консультировался с экспертами по безопасности и разведке перед принятием Осло

Элеонора Шифрин, "МЗ"




В этом году на короткий промежуток времени в два дня выпали "круглые" годовщины событий, определивших историю современного Израиля и играющих определяющую роль в израильской политике по сей день. Речь, конечно, идет о 20-летии подписания "Соглашения Осло" и 40-летии Войны Судного дня.


В связи с этими годовщинами израильское радио поднимает старые материалы, рассказывает о содержании рассекреченных в последнее время материалов и приглашает для интервью политических и общественных деятелей, имевших к тем событиям непосредственное отношение. Это помогает израильтянам освежить в памяти то, что происходило в те дни, а гражданам, не занятым регулярным изучением истории, ознакомиться из первых рук с фактами, которые вызывают у них недоверие, когда их озвучивают в прессе авторы, не обладающие громкими именами.

Поскольку в Йом Кипур - Судный день - израильское радио не работает, напоминая тем самым, что все-таки мы живем в еврейской стране, транслировавшаяся по радио с центрального военного кладбища на Горе Герцля государственная церемония памяти павших в Войне Судного дня, как и множество радио-интервью передвинулись на воскресенье.

Одним из наиболее шокирующих явилось в воскресенье утром интервью с Йоси Бейлином, в последние годы отошедшим от активного участия в политике, а в годы, предшествовашие "Осло", принимавшим в ней самое активное участие. Будучи "мальчиком на побегушках" у Шимона Переса, он удостоился в стране прозвища "пудель Переса", которое прилипло к нему надолго, на все годы, пока он был в политике. Пока Перес был временным премьер-министром в "ротационном" правительстве Аводы-Ликуда с 1984 - 1986 гг., Бейлин был секретарем правительства. Когда Перес был вынужден уступить место премьера Ицхаку Шамиру и стал министром иностранных дел, он взял Бейлина к себе генеральным директором министерства по политическим вопросам.

В 1988 г. Бейлин был избран в Кнессет по списку партии Авода (как известно, в израильской избирательной системе депутаты избираются в Кнессет не индивидуально, а списками) и посвятил следующие два года созданию Фонда по экономическому сотрудничеству - совместно с Яиром Хиршфельдом и Роном Пундаком, будущими соратниками по секретным переговорам с ПЛО. Этот Фонд стал инструментом для осуществления многих политических инициатив Бейлина, позволив Евросоюзу финансировать их под видом пожертвований в некоммерческую неправительственную структуру.

Таким образом была заложена база для той деятельности, которой Бейлин занялся вплотную после выборов 1992 г., когда партия Авода пришла, наконец, снова к власти. Перес получил в правительстве Ицхака Рабина должность министра иностранных дел, и Бейлин стал его заместителем. По утверждению самого Бейлина, он начал запрещенные в то время законом переговоры с представителями Арафата, названные позднее «процессом Осло». На первой стадии в переговорах участвовали вместе с ним Хиршфельд и Пундак. Лишь позднее, когда выработались рамки переговоров, Бейлин привлек к ним Переса, который также предпочел до достижения успеха оставить переговоры в тайне от главы правительства.

Поскольку темой сегодняшнего интервью Бейлина - и, соответственно, темой этой статьи - было неведение Рабина относительно самого факта переговоров и их содержания и его последующее отношение к их резельтатам, я не буду отвлекаться на последующие "подвиги" Бейлина в израильской политике. Желающие могут ознакомиться с ними самостоятельно хотя бы через Википедию. Отмечу лишь, что в 2004-2008 гг. он возглавлял партию МЕРЕЦ и ушел из политики, когда партия потерпела на очередных выборах полный разгром.

В сегодняшнем интервью в рамках передачи "Хаколь дибурим" ("Все разговоры") на радио "Решет-бет" Йоси Бейлин еще раз подтвердил, что он вел переговоры в Осло без санкции главы правительства Ицхака Рабина и даже без его ведома. Бейлин прямо заявил, что Рабин был поставлен в известность в конце февраля 1993 г., после того, как второй раунд переговоров завершился подписанием рабочего документа.

Бейлин также поведал, что с момента, когда Рабин узнал о факте переговоров и вплоть до их завершения премьер-министр Рабин предпочитал не консультироваться с высшими чинами армии и разведки. Он даже не поставил их в известность о ведущихся переговорах.

Но с этого момента, по словам Бейлина, и Шимон Перес был отодвинут в сторону.

Это не первое признание Бейлина на тему переговоров. 7 марта 1997 г. он дал интервью влиятельному израильскому журналисту Ари Шавиту. Оно было опубликовано в журнальном приложении к газете "Гаарец". Вот, среди прочего, что он там рассказал.


Шавит: Когда вы приступили к процессу Осло, Перес, Рабин и вы, было ли вам ясно, что он ведет к Палестинскому государству?

Бейлин: Нет. Интересно отметить, что переговоры по существу относительно того, "куда заведет процесс", велись только между сторонами, но не внутри каждой из сторон. Внутри партии Авода и внутри правительства и внутри переговорной команды я не припомню никаких настоящих и серьезных обсуждений окончательного решения. (Он употребил именно это выражение: "final solution").

Шавит: Я не понимаю. В 1992 г. вы были избраны в правительство. В 1993 г. вы инициировали процесс Осло. И ни на одной стадии вы не задали себе вопроса, куда все это ведет?

Бейлин: Нет.

Шавит: Вы никога не говорили с Рабином о значении "Осло" в долгосрочной перспективе?

Бейлин: Никогда.

Шавит: А с Пересом?

Бейлин:
С Пересом я тоже никогда об этом не говорил.

Шавит
: Это значит, что мы идем к историчесскому процессу, который беспрецедентен по своей драматичности, и ни на одной из его стадий вы не сказали "подождите минутку, давайте подумаем об этом", давайте проверим, куда же мы все-таки движемся?

Бейлин: Для Рабина эо было своего рода политикой - избегать окончательного соглашения. Он его отталкивал. После его смерти я разговаривал с Леей Рабин и сказал ей: "Если кто-то мог знать, какое окончательное соглашение Рабин имел в виду, это только ты". Она мне ответила: "Смотри, я не могу тебе сказать. Он был очень прагматичен, терпеть не мог думать о том, что будет еще через много лет. Он думал о том, что будет сейчас, очень скоро. Насколько я знаю, у него не было очень ясной картины того, как будет выглядеть окончательное соглашение".

Рабин думал, что события будут развиваться, представлял себе какую-то автономию, которая может стать государством, а может и не стать. У него не было ясной картины.

Шавит:
Приходится поднять вопрос: принимались решения относительно Осло вообще в ходе рационального процесса?

Бейлин: Вообще-то, рациональных процессов не существует. Рациональность, в конце концов, это почти всегда рационализация. Когда ты смотришь на такого рода процессы, то понимаешь, что почти всегда те или иные вещи происходят в результате внутреннего чувства участников, что они делают правильные вещи. Из их эмоций и интуиции и личного опыта.

Шавит: Не задумывались ли вы когда-нибудь, что в связи с 1948 г. осложнения конфликта делают его неразрешимым?

Бейлин: Да. Это приходило мне в голову. Но я немедленно это полностью отвергал. Я рассматриваю себя как абсолютного рационалиста и хочу жить в рациональном мире. Я очень хочу жить в мире, в котором разрешение наших экзистенциальных проблем возможно. Я не имею доказательств того, что ситуация действительно такова. Это как быть оптимистом. Уверен ли оптимист, что пессимист всегда неправ? Нет. Он просто убеждает себя, что все будет хорошо. Все будет в порядке. И затем он также делает все для того, чтобы действительно все так и было. Вот таков я.
Я просто не готов жить в мире, в котором есть неразрешимые вещи.


| 16.09.2013 03:54