Logo
18-29 сент. 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
08 Сен 18
08 Сен 18
08 Сен 18
08 Сен 18
08 Сен 18
08 Сен 18
08 Сен 18
08 Сен 18
08 Сен 18











RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
Несостоявшийся «космополит»
Александр Гордон, Хайфа

Сегодня, 4 июля, – 100 лет со дня рождения поэта Павла Когана

Пьем за яростных, за непохожих,
За презревших грошевой уют.
(Павел Коган, «Бригантина», 1937)

Он был «яростным, непохожим и презревшим грошевой уют». Он был романтиком в действительности, которая требовала, по словам Б. Пастернака, «полной гибели всерьез». Он родился сто лет назад и погиб на войне в возрасте 24 лет. Он писал стихи и стал поэтом «отечественной» войны. Родина, не желавшая признать своими сынами живых евреев, раздавала свое признание тем, кто погиб. Трагическая гибель в юном возрасте на фронте самой большой войны лейтенанта-добровольца, поэта-романтика окрасила его жизнь постфактум в особые цвета, сделала его образ невыразимо светлым, исключительно положительным, абсолютно патриотичным. И действительно стих Павла Давидовича Когана, родившегося в Киеве 4 июля 1918 года, был проникнут любовью к России:

Но людям Родины единой,
Едва ли им дано понять,
Какая иногда рутина
Вела нас жить и умирать.
И пусть я покажусь им узким
И их всесветность оскорблю,
Я — патриот. Я воздух русский,
Я землю русскую люблю…
(1940−1941)

Но мы еще дойдем до Ганга,
Но мы еще умрем в боях,
Чтоб от Японии до Англии
Сияла Родина моя.



23 сентября 1942 года Павел возглавлял разведгруппу на сопке Сахарная Голова под Новороссийском. О боях под Новороссийском 1942 года в энциклопедии написано: «Новороссийская операция 1942 года – оборонительная операция войск Северокавказского фронта, проведенная с 19 августа по 26 сентября 1942 года». В обороне Новороссийска участвовала 47-я армия, в рядах которой воевал Коган. Как сказано в энциклопедии, «Были предприняты меры по созданию прочной обороны, но к середине августа готовность оборонительных рубежей составляла лишь 20%. <...> Войска Новороссийского оборонительного района, ослабленные в предыдущих боях, уступали в численности противнику по артиллерии и минометам в 7 раз, по пехоте в 4 раза, по танкам и авиации в 2 раза». Новороссийск был взят. На сопке Сахарная Голова, возвышающейся над уровнем моря на 558 метров, группа разведчиков во главе с Павлом Коганом попала под обстрел. Двадцатичетырехлетний поэт погиб. «Возглавляя поиск разведчиков, в рост пошел он под пули, как в рост шел он по жизни...», - так писал о гибели Павла другой фронтовой поэт, Сергей Наровчатов. Переводчик 1339-го стрелкового полка 318-й стрелковой дивизии 47-й армии, лейтенант Павел Коган ушел из жизни. Романтик пал на поле боя.

Одно из стихотворений Павла Когана выражает преданность большевизму:

Есть в наших днях такая точность,
Что мальчики иных веков,
Наверно, будут плакать ночью
О времени большевиков...


И дальше

И, задохнувшись «Интернационалом»,
Упасть лицом на высохшие травы
И уж не встать, и не попасть в анналы,
И даже близким славы не сыскать.
(апрель 1941)

Весть о начале войны застала поэта в Армении, где он был в составе геологической экспедиции. Коган вернулся в Москву, где жила его семья, но семьи в Москве уже не было, она переехала в другой город. Поэт пошел в военкомат, чтобы попасть на фронт. Однако, по состоянию здоровья, он не подлежал призыву. Чтобы не оставаться в тылу, Павел поступил на курсы военных переводчиков, которых не хватало. По окончании курсов военный переводчик отряда полковой разведки, лейтенант Павел Коган ушел на фронт. В феврале 1942 года он был контужен, месяц пролежал в госпитале, а в марте писал жене Елене Моисеевне Ржевской (Каган): «Мне хочется отослать тебе кусочек этой фронтовой ночи, простреленной пулеметами и автоматами, взорванной минами. Ты существуешь в ней рядом со мной. И спокойная моя бодрость наполовину от этого. <…> А в трехстах метрах отсюда опоганенная вражьими сапогами земля. Край, в котором я родился, где в первый раз птиц слышал. Так вы и существуете рядом – любовь моя и ненависть моя». Поэт научился ненавидеть. В мае 1942 года он писал отцу: «Батько родной! Получил две твоих открытки. Рад был страшно. О том, что ты в Москве, узнал недавно – письма ходят по 2-3 недели. Не сердись, родной, что не пишу. Это здесь трудно по многим причинам, нелепым для вас в тылу: нет бумаги, негде писать, смертельно хочется спать и т. д. Что писать о себе: жив-здоров, бодр, воюю. Очень хочется верить, что оста¬нусь жив и что свидимся все у нас, на улице Правды. Только здесь, на фрон¬те, я понял, какая ослепительная, какая обаятельная вещь — жизнь. Рядом со смертью это очень хорошо понимается. И ради жизни, ради Оленькиного смеха (Ольга – дочь поэта. – А. Г.), ради твоей седой чудесной головы я умру, если надо будет, потому что человек с нормальной головой и сердцем не может примириться с фашизмом».

Гибель поэта потрясла близко знавшего его Петра Горелика (1918-2015), полковника и литературоведа, так описавшего его облик в статье «Война беспощадна к благородству»: «Горечь этой утраты отозвалась во мне. Я думал не только потере поэта, чей талант раскрылся перед войной и так много обещал в будущем, не об авторе «Бригантины», которую до сих пор поют студенты, - я горевал об уходе моего Тиля Уленшпигеля, человека с горящими глазами, полного идей и движения, угловатого, но не колючего. Что-то оборвалось в душе, опустело».

Сергей Наровчатов, друг Павла, вспоминал: «Коган за время своей короткой жизни не увидел в печати ни одного стихотворения, подписанного его именем. Хорошо помню сухощавого и угловатого юношу, удивительно жизнелюбивого и страстного в своих жестах и суждениях. Из-под густых, сросшихся бровей пытливо и оценивающе глядели на собеседника глубоко запавшие каре-зеленые глаза. У него была поразительная память. Он знал наизусть не десятки, а сотни стихотворений, не считая собственных. Читал он их всегда вдохновенно, но особенно взволнованно звучал его голос тогда, когда он читал стихи, близкие ему по духу. Это были стихи, осмысляющие время. Не ошибусь, если скажу, что он жил поэзией».

В 1936 году Павел Коган поступил в Московский Институт истории, философии и литературы (ИФЛИ), а через три года стал студентом Литературного института имени А. М. Горького, продолжая учиться в ИФЛИ. Он занимался в семинаре Ильи Сельвинского. Время было предвоенное, а эпоха – «громная»:

Я слушаю далекий грохот
Предпочвенный, подземный гул.
То подымается эпоха,
И я патроны берегу.
Я крепко берегу их к бою.
Так дай мне мужество в боях.
Ведь если бой, то я с тобою,
Эпоха громная моя.

(Вступление к поэме «Щорс», 1937).

Стоял 1937 год. Эпоха была не столько «громная», сколько погромная. Развернулись репрессии невиданных размеров, и не все было светло в душе поэта:

Светлая моя звезда.
Боль моя старинная.
Гарь приносят поезда
Дальнюю, полынную.
От чужих твоих степей,
Где теперь начало
Всех ночей моих и дней
И тоски причалы.
Сколько писем нес сентябрь,
Сколько ярких писем...
Ладно − раньше, но хотя б
Сейчас поторопиться.
В поле темень, в поле жуть −
Осень над Россией.
Поднимаюсь. Подхожу
К окнам темно-синим.
Темень. Глухо. Темень. Тишь.
Старая тревога.
Научи меня нести
Мужество в дороге.
Научи меня всегда
Цель видать сквозь дали.
Утоли, моя звезда,
Все мои печали.
Темень. Глухо. Поезда
Гарь несут полынную.
Родина моя. Звезда.
Боль моя старинная...


«Боль моя старинная», «старая тревога», «чужих твоих степей», «тоски причалы» - это уже не розовый, линейный патриотизм. В другом стихотворении Коган пишет:

За четыре шага от меня
неотступная бродит тоска.


Для истинно советского человека «неотступная тоска» в четырех шагах – вызов, а мечта о Сан-Франциско (Фриско) выглядит диверсией:

Ветер, что устал по свету рыскать,
Под стеной ложится на покой.
Я мечтаю о далеком Фриско
И о том, как плещется прибой.
И когда-нибудь лихой погодкой
Будет биться в злобе ураган, −
Я приду взволнованной походкой
К тем маняще-дальним берегам...
Я приду через чужие страны,
Через песни дней и гром стихий,
Я приду, чтоб взять у океана
Смех и солнце, друга и стихи.


Переход «через чужие страны» к океану звучит совсем не по-советски. Когану свойственна душевная раздвоенность: СССР и другой мир. Его тянуло прочь - на чужбину. В терминах другого поэта еврейского происхождения Эдуарда Багрицкого, ему было свойственно «мятежное еврейское неверие». В «каре-зеленых» глазах поэта горели огоньки непокорности. Еще в 1935 году в стихотворении «Гроза» Павел Коган бросил первый вызов обществу:

Я с детства не любил овал,
Я с детства угол рисовал.

Он был устремлен в другие страны. Ему был близок романтизм Александра Грина с выдуманными страной Зурбаган и городом Лисс:

Снова месяц висит ятаганом,
На ветру догорает лист.
Утром рано из Зурбагана
Корабли отплывают в Лисс.
Кипарисами машет берег.
Шкипер, верящий всем богам,
Совершенно серьезно верит,
Что на свете есть Зурбаган.
И идут паруса на запад,
Через море и через стих,
Чтоб магнолий тяжелый запах
Грустной песенкой донести.
В час, когда догорает рябина,
Кружит по ветру желтый лист,
Мы поднимем бокал за Грина
И тихонько выпьем за Лисс.


Автор музыки на стихотворение Когана «Бригантина» Григорий Лепский (1919 -2002) вспоминал: «Безудержный фантазер и мечтатель, забияка и атаман. Его облик поразил меня, может быть, по контрасту, какой-то стремительной мужественностью, решительностью. Но более всего он был поэтом и романтиком, видящим жизнь возвышенно и взволнованно» Он был под влиянием философии Грина о «двух отчизнах»: у человека две родины: официальная и своя внутренняя. «Свою» надо найти и покорить, а «официальная» родина покоряет человека, требуя от него покорности. У Когана звучали не советские строки:

Мы кончены. Мы отступили.
Пересчитаем раны и трофеи.
Мы пили водку, пили «ерофеич»,
Но настоящего вина не пили.
Авантюристы, мы искали подвиг,
Мечтатели, мы бредили боями,
А век велел − на выгребные ямы!
А век командовал: «В шеренгу по два!»
Мы отступили. И тогда кривая
Нас понесла наверх. И мы как надо
Приняли бой, лица не закрывая,
Лицом к лицу и не прося пощады.
Мы отступали медленно, но честно.
Мы били в лоб. Мы не стреляли сбоку.
Но камень бил, но резала осока,
Но злобою на нас несло из окон,
И горечью нас обжигала песня.
Мы кончены. Мы понимаем сами,
Потомки викингов, преемники пиратов:
Честнейшие − мы были подлецами,
Смелейшие − мы были ренегаты.
Я понимаю всё. И я не спорю.
Высокий век идет высоким трактом.
Я говорю: "Да здравствует история!" −
И головою падаю под трактор.


Стихи пессимистические, критичные по отношению к «веку», то есть к советской эпохе, и по отношению к членам советского общества, «честнейших» из которых Коган называет «подлецами», а «смелейших» - ренегатами. Поэту тесно в СССР. Он мечтает о загранице:

Ах ты ночь, ты моя любовь,
Что ты злою бедою кружишь?
Есть на свете город Каир,
Он ночами мне часто снится,
Как стихи прямые твои,
Как косые ее ресницы.

В «Последней трети», незаконченном романе в стихах, Коган пишет:

Но как мы путали. Как сразу
Мы оказались за бортом.
Как мучались, как ум за разум,
Как взгляды тысячи сортов.
Как нас несло к чужим.

Могли ли у советского поэта быть взгляды «тысячи сортов»? Разнообразные взгляды были не совместимы с монолитным, единообразным и исключительно социалистическим мировоззрением. Советского человека не должно было «нести к чужим». Только посмертно можно было опубликовать такие антипатриотические стихи:

Ты очень красив, мой милый!
И ты приносишь с собою
Запахи прерий и моря,
Радости и цветов.
И я улыбаюсь, я очень
Рад твоему приходу.
И ты говоришь: «Павлушка,
Дай закурить, браток...»
Ты говоришь иначе,
Ведь ты не умеешь по-русски,
Ведь ты как будто испанец,
А может быть, янки ты...
И это совсем неважно −
Я-то тебя понимаю,
И ты говоришь о буре,
О море и о себе.
И я тебе по секрету
Скажу, до чего мне грустно.

Скажу, до чего мне хочется
Тоже уйти с тобой.
Поверю свои надежды,
Которые не оправдались,
Скажу про длинные ночи,
Про песни, про ветер, про дым.
Мне так хорошо с тобою,
Мой милый, мой синеглазый...
Я все-таки чуть-чуть верю,
Что где-нибудь ты живешь.
Я просто мечтатель, милый,
Я просто бродяга по крови,
И как-нибудь легким маем
Я вслед за тобой уйду.


Только «безродный космополит» мог вслед за испанцем и янки уйти. Ему «грустно», ему «хочется уйти» из давящей советской действительности, и он мечтает «как-нибудь легким маем уйти». Только «беспаспортному бродяге» могли прийти в голову романтические строки из «Бригантины» (1937) о пиратах, флибустьерах и авантюристах, людях Флинта, тогда как строитель социализма должен был мечтать о победе самого передового строя, а не «подымать паруса» на пути к вымышленным странам, предавая социалистический реализм.

Евгений Евтушенко с грустью и болью написал о Павле Когане: «Коган принадлежал к детям Великой Утопии, обманутым ею. Это был тот случай, когда «нас возвышающий обман» оказался гибельным для тех, кто в него поверил. <…> Его стихи воскресли во время последнего предсмертного всплеска романтизма – в годы «оттепели», когда его веселая «пиратская» песня «Бригантина поднимает паруса» стала гимном «шестидесятников», еще надеявшихся очистить революционные идеалы. Но «нас возвышающий обман» оказался жесток и по отношению к ним - но не менее жесток чем сначала к Борису Корнилову, Смелякову, а потом к Когану и его погибшим на фронте сверстникам. До слез больно читать эти обманутые историей надежды мальчиков поколения Когана». Евтушенко цитирует строки из стихотворения А. С. Пушкина «Герой»: «Тьмы низких истин мне дороже/ Нас возвышающий обман». «Очарованная душа» Павла Когана, унесенная смерчем войны, рассеявшим многие иллюзии многих людей, не дожила до разочарования, наступившего после дела «космополитов» 1949 года. «Тьма низких истин» оказалась дороже «нас возвышающего обмана». Обман рассеялся, и в мире «низких истин» жить становилось все труднее.

В июле 1942 года Коган писал другу: «3-го был бой, а 4-го – день моего рождения. Я шел и думал, что остаться в живых в таком бою все равно, как еще раз родиться. Сегодня у меня вырвали несколько седых волос. Я посмотрел и подумал, что этот, наверное, за ту операцию, а этот вот за ту. <…> Верст за 10 отсюда начинается край, где мы с тобой родились. Должно быть, мы умели крепко любить в юности. Я сужу по тому, какой лютой ненависти я научился. Родной, если со мной что-нибудь случится, - напиши обо мне, о парне, который много хотел, порядочно мог и мало сделал». Павел Коган не успел поседеть. «Парень, который много хотел, порядочно мог», ушел молодым и непризнанным. Первый стихотворный сборник «Гроза» Павла Когана вышел в 1960 году, через 18 лет после гибели поэта и через 11 лет после космополитического погрома. «Они любить умеют только мертвых» (А. С. Пушкин, «Борис Годунов») – Павел Коган получил посмертное признание. При жизни его бы не печатали, а если бы напечатали, он попал бы в разряд «безродных космополитов».
Количество обращений к статье - 4460
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (75)
Гость Владислав Орлов | 15.09.2018 21:25
Здравствуй, дорогой Леня! Я тебе, кажется, уже посылал этот экспромт, но ты его не пропустил. Я о нем уже забыл, а тут сейчас случайно его нашел. И посылаю его ещё раз, с надеждой, что годы над нами не властны, и ты душой остался с прежним чувством юмора. Поэтому желаю тебе ещё и прежнего счастья! Насколько это возможно.

***
Павел Коган лейтенант
был к тому ж большой талант.
Сочинил нам «Бригантину» -
флибустьерскую «малину» -
и позвал нас в сине море
утопить печаль и горе.
Где весёлый Роджерс вьётся,
где счастье нам в борьбе даётся!
И с тех пор мы пьем за тех,
кто с Флинтом делит свой успех!
Всё, что надо с ним найдём,
коль в пучину не уйдём!
Гость | 21.07.2018 22:26
А какое отношение к теме статьи имеет рифмованное дацзыбао Камянова, нарушающее все правила и этики, и элементарные журналистские нормы? Вывод однозначный: будьте здоровы! - Ю.К.
__________
"Рифмованное дацзыбао" Бориса Камянова, одного из лучших израильских поэтов, не дает Вам, "высокому интеллектуалу", право переходить в своих комментариях на заборную лексику.  Ваше пожелание быть здоровыми постараемся выполнять. Кстати, в завтрашнем новом номере будет немало для Вас интересного. Всего доброго! Админ сайта "МЗ".
Гость | 21.07.2018 01:16
То, что Камянов...


Комментарий Ю.К. удален , как и три предыдущих, оскорбительных по языку и по сути и не имеющих никакого отношения к теме статьи. Админ сайта "МЗ".
Борис Камянов | 17.07.2018 16:22
Гордона пламенный поклонник,
Охранник, преданный сторонник,
Вещает в выспренней манере,
Наместник Бога в ноосфере,
Юрод и нудный графоман –
Крикливой злобой обуян.
Гость | 17.07.2018 14:01
Таня, милая! Вы все-таки живете в Израиле, где еврейская поэзия существует на разных языках, и теория поэтического высказывания и поэтология, равно как и различные поэтические жанры, - развиты как нигде в мире. Может быть, вы приехали позже, когда поэзия пошла на убыль - но для израильтянина дико воспринимать евреев, пишущих на различных языках поэтами нееврейскими, будь то Левитанский - с его сугубо раввинистическим напевным темпоритмом, Самойлов - с его запредельно идишской иронией высказывания, будь то Пастернак, Сельвинский и Слуцкий, да и Бродский с Кушнером, с их типично "кашрутной" занудливостью. А Фет с Тихоном Чурилиным, - ведь у них торанический, никак не русский стиль высказывания и лексики. О Мандельштамах - в сущности создавших русский поэтический язык ХХ века - и говорить нечего.
И с Павлом Коганом вы не правы. А Гордон, знающий профессионально основы педагогики и психологии творчества, вовсе не считает Когана личностью поэтически несформировавшейся. Ведь поэты - проявляют гениальность в очень раннем возрасте, как и математики, художники, да и некоторые физики. Эта мысль в неявном виде в публикации существует. Гордон молод - 70 лет сегодня не возраст, но внимательный читатель не может не понимать, что это человек универсальный, что называется - СТАРОГО ЗАКАЛА. Клан Гордонов-Дегенов(Дейгенов)- уважаем во всем мире. Кстати, самое яркое стихотворение о войне написано Ионой Дегеном. Мне, как израильтянину, стыдно жить в стране, где любой распоясавшийся гопник, нисколько не стесняясь, высказывает неуважение по отношению к человеку выдающемуся. И самое скверное - что никто, почти никто, не возмущен. - Ю.К.
Гость | 17.07.2018 09:21
 Статья Александра Гордона о Павле Когане заставила вернуться к мысли об универсальности Израиля как центра мира и культуры. Ведь Павел Коган и есть подлинный Израиль - потому, что он интеллигентный, гениально одаренный и мужественный человек. Те, на кого публика ссылается как на супер-пупер авторитетов словесности - клише "славиков", и не более того. Дело не в том, что кому нравится - а в том, кто создал новый поэтический язык и литературу. Израиль в этом плане - один из ведущих центров многих видов подлинного творчества. Но, наряду с творцами, в любой стране есть активная "гопота", обыватели, всегда считающие себя главными. Оттого и весь сыр-бор. Феномен Когана, описанный Гордоном, - явление актуальное, и об этом сегодня многие говорят и пишут в разных странах. Редакция очень чутко относится к выявлению ведущих противоречий в нашем обществе и еврейском мире, всегда показывая, что центр противоречий - сосредоточен в человеке. Спасибо вам за это. - Ю.К.
Татьяна Азаз-Лившиц, Иерусалим | 17.07.2018 00:12
Поблагодарив автора, я совсем не собиралась участвовать в этой бурной дискуссии: так много мнений, так много углов зрения, при этом, к сожалению, не все участники соблюдают правила вежливости в отношении своих оппонентов и чаще не слышат друг друга, чем слышат...
Но все-таки потребность понять, почему людей заводит так далеко от предмета обсуждения, победила.
История - это данность. И если пытаешься ее понять, то надо обсуждать данную историю, а не какую-то другую, хоть и по соседству. Зачем сравнивать Павла Когана с С. Маршаком или М. Светловым, которые были для него старшими собратьями? Как абсолютно точно отметила литературовед Лина Кертман, Павел Коган принадлежал к славной когорте поэтов-лейтенантов, поколению сороковых-роковых. Их сформировала предчувствие предстоящей Великой войны , а затем участие в ней. Это и есть его собственный точный историко-биографический адрес. Его поколение заявило о себе такими большими поэтами, как Борис Слуцкий, Давид Самойлов, Александр Межиров, Михаил Кульчицкий, Семен Гудзенко. Все они дышали воздухом одной эпохи: требовательной, заряженной невиданным магнетизмом, и вместе с тем страшной. У тех из них, кто остался жить, послевоенная судьба сложилась, как известно, по-разному.
Как сложилась бы судьба Павла Когана, оставшись он в живых?
Зазвучала бы в его творчестве после войны и в годы оттепели еврейская тема, как это произошло у Слуцкого, или она совсем бы его не интересовала, как Самойлова и Левитанского?
Попал бы он в "активные" космополиты или только "сочувствующие", - мы можем только гадать. Это вопросы чисто риторические, нет на них ответов.
Бориса Слуцкого, например, в эти годы просто не печатали.
Одно несомненно - ген "инакости", обостренной чувствительности к чужой боли, стремление к утопическому братству "вселенских масштабов" - отчетливо прослеживаются в стихах Павла Когана, и Александр Гордон это убедительно показал..
Основываясь на текстах (а не на самолюбии или начетническом догматизме) он представил свое видение, свою реконструкцию несостоявшегося будущего поэта. Попытка благородная и талантливая. А то, что у кого-то эта версия может быть иной, совершенно не отменяет ее ценности!
Гость S. | 15.07.2018 21:35
Владимир Шапиро:
. О каких-либо последствиях для особо рьяно выступавших студентов я ничего не слышал.

Это действительно незаурядный случай. Примеров ему подобных было несколько в ту временную и скоротечную пору ОТТЕПЕЛИ.
Нетрудно предположить, что последствия могли эти молодые бунтари позднее почувствовать. Диктатура большевистская,как известно, сохранилась, лишь слегка поменяла форму.
Игорь | 15.07.2018 19:27
Стихотворение Александра Габовича, (Киев | 14.07.2018 19:14), мне очень понравилось. Есть, конечно, "технические" (и не только) неточности, но автор и сам их найдет, а в целом сильно.
Борис Камянов | 15.07.2018 15:15
Количество глупцов и лгунов растет на сайте лавинообразно. Хорошо еще, что часть из них - очевидно, обладатели наиболее живых душ и наиболее обостренной совести - живут в Германии. Вот уж кого мне не жаль!
Анатолий Молдавский, Дюссельдорф | 15.07.2018 12:01
Алех, добрый день!

Прочитал ваш рассказ о Павле Когане. Мне он очень понравился. Реплика Камянова: "Жалеть их надо, а не воспевать." - говорит о нём то, что этот человек с мёртвой душой, но с высокими претензиями литературоведа. На мой взгляд, он просто завидует Вам, потому что сам не способен на написание таких текстов. Эти скандальные комментарии только способствуют его пиару.

Успехов Вам! И далее воспевайте наших ребят, еврейских поэтов! Спасибо Вам, я многое узнал о Павле, мне тем более интересен этот рассказ, т.к. мой отец был старше Павла всего на полгода и умер в 48 лет.

Всего наилучшего,
Анатолий Молдавский
Александр Гордон, Хайфа | 15.07.2018 10:26
Спасибо участникам дискуссии, согласным и несогласным. Если несогласие выражено корректно, я отношусь к расхождению во мнениях с уважением. Тем, кто поддержал рекомендацию "жалеть, а не воспевать", хочу разъяснить, что вы поддерживаете того, кто затыкает рты и назначает, о чем следует писать, а о чем писать нельзя, обосновывая свое мнение ссылкой на религиозный авторитет. Представьте себе, что вы написали стихотворение, и к вам обратится "религиозный политрук" и скажет, что писать на эту тему не следует. Что вы почувствуете? И последнее: а почему вообще верующий еврей пишет стихи на русском языке? Неправильное это занятие, надо изучать лишь священные книги и жить по правилам иудаизма, в которых нет такого занятия, как поэзия на русском языке. Всем удачной недели и с уважением! Автор.
Гость | 15.07.2018 05:30
Забыл назваться. Не хочу быть анонимом. Гость 14.07.2018 14:32 - это Беренсон Л. Ришон ле-Цион.
Гость | 14.07.2018 23:22
Автор публикации Александр Гордон пишет о том, что Павел Коган воспитывался в интеллигентной городской еврейской семье. Это была новая генерация восточноевропейского еврейства - не рабская, а уважаемая другими народами. Игравшая в стране огромную роль. Я родился до войны, и хорошо понимаю и знаю, что это такое. И не казалось нам еврейское мелким: мы ведь родились в той среде, и впитали теплоту идишкайта. Именно в нашем поколении глаза всех еврейских этносов излучали по сути одни и те же древние ментальные коды и ценности. Это время - довоенное и военное - было для нашего народа уникальным. Люди, родившиеся после войны - это чувство внутренней свободы и значимости просто не знают - они думают, что вся жизнь заключалась в репрессиях и их ежеминутном ожидании. Прав профессор Габович, когда пишет о том, что Александр Гордон в своих исследованиях всегда сосредоточен на ВЫБОРЕ ЧЕЛОВЕКА. Исходя из нравственных коллизий еврейского человека автор рассматривает и проблему жизни и творчества такого крупного поэта, как Павел Коган, в том числе и его выбор между двумя родинами: внутренней - совестью (еврейской, архетипической, иной ведь не дано!) и внешней - социумом, стремящимся духовность переплавить в холуйство перед власть имущими.
Александр Гордон - умный публицист, давно живущий в стране и много для нее сделавший. Сегодня Израиль, как и любая страна, приходит к старой истине что мерой всего - является ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ. А многие полагают - что это не так. Это противоречие между предпочтением ПРОГРЕССА и РЕГРЕССА - есть та драма, которую развернул автор публикации и разработали в разных вариациях участники необычайно интересного читательского форума. Думаю, что это огромный успех как самого Александра Гордона, так и, несомненно, редакции. Я не раз писал о достоинствах этого издания в умении создавать острые, но цивилизованные и содержательные дискуссии по наиболее животрепещущим проблемам еврейской жизни. За более, чем 10-летний период работы этой международной электронной газеты таких форумов было много. И слава Богу! - Ю.К.
Профессор Александр Габович, Киев | 14.07.2018 19:14

Дорогой Саша!
Так как я не технически могу дать отзыв на сайте, я посылаю стихотворение, навеянное Вашим эссе и дискуссией вокруг него. Если сочтёте достойным, поместите его в качестве моего отзыва (с подписью).
А теперь ещё мысль: на самом деле спор по поводу Когана разгорелся бессмысленный, поскольку личность он противоречивая, жившая в противоречивую эпоху, что Вы и намеревались показать. Как мне кажется, Вам это удалось. А каждый из спорящих добавляет штрихи преимущественно к одной из ипостасей личности Когана. В целом совокупное мнение получается таким же противоречивым. Жаль, что ругань затмевает суть проблемы, на которой Вы всегда акцентируете: евреи должны жить на своей Земле.
Ваш Алик.

А сейчас – стихотворение «Павел Коган», навеянное эссе Александра Гордона и дискуссией вокруг него:

Мы все прошли неправедные школы:
Нам праведных жестокий мир не дал,
И он, когда бежал за комсомолом,
Штаны терял: Икар, а не Дедал.

Маячило иное за окошком,
Он чувствовал, он рвался, он страдал,
Но, угодивши в русское лукошко,
В ковши чужие отливал металл.

На Бригантине мчался к Зурбагану,
Все смыслы в смысл дозволенный сливал,
А не пустил в придуманные страны
Его реальный кованый овал.

Еврейское ему казалось мелким,
Мещанским, местечковым, низший балл.
Поэтому в ненужных переделках
Он сотни раз на фронте погибал.

Преодолеть, презреть, родные гены
Талантливый стремился маргинал.
Он был убит во время перемены,
И главного он так и не узнал.


Александр Габович
14 июля 2018 года
Игорь | 14.07.2018 18:44
Гость Альберт, ну почему же "мы пока не в силах" предложить осовремененный образ "Бригантины"? А "Заправлены в планшеты космические карты и штурман уточняет последний раз маршрут......"? Чем не песнь о космической бригантине, одна из редких песен не отравленных ни идеологией, ни патриотизмом, ни идеей превосходства кого-либо над кем-либо?
Владимир Шапиро | 14.07.2018 16:46
Прежде всего хочу поблагодарить Сашу за статью. И, если мне будет позволено, рассказать эпизод из моей студенческой жизни н Физтехе. К институтской к комсомольской конференции 1962 года студенты приготовили на ротапринте сборник популярных песен. Открывала сборник «Бригантина» Павла Когана. На этой конференции студенты выставили ряд требований дирекции института, они требовали заменить руководство кафедры марксизма-ленинизма, обвиняя его в некомпетентности и догматизме, в непонимании молодежных проблем. Это был по существу бунт против партийного руководства института, так как заведующий кафедрой марксизма-ленинизма был бессменным секретарем партийного комитета. На меня эта конференция произвела тогда сильнейшее впечатление. Студенты-комсомольцы с трибуны открыто говорили о «старших товарищах» как о полных идиотах. Один студент, потрясая ротапринтным сборником студенческих песен и указывая им на сидящего в зале преподавателя, восклицал: « Вот этот человек, который запретил печатать в сборнике «Бригантину», посмотрите на него! Как он может после этого преподавать диалектический материализм?». После этой конференции наиболее одиозных фигур убрали с кафедры, и сменился, по-видимому, состав парт-комитета. О каких-либо последствиях для особо рьяно выступавших студентов я ничего не слышал.
Гость Фома | 14.07.2018 15:49
(1) Ю.К. - Своих антагонистов поэт сравнивал с маразмом советского технического новодела - ЧУТЬ РАХИТИЧНЫЕ КОЛЕСА ГРУЗОВИКА СИСТЕМЫ "АМО".
Привожу фрагмент стихотворения (включающий процитированную фразу), из которого ясно, что речь у Павла Когана идёт совершенно о другом:
"Художники от мук сопреют, Пока они изобразят их, Погибших возле речки Шпрее. А вы поставьте зло и косо Вперед стремящиеся упрямо, Чуть рахитичные колеса Грузовика системы "АМО", И мальчики моей поруки Сквозь расстояние и изморозь Протянут худенькие руки Людям коммунизма."
(2) Информационные технологии "иных веков" позволят распознавать нерелевантные высказывания. Возможно даже, что будет выдаваться сопутствующая информация. Например, в ответ на "Люди Флинта песенку поют" сообщат, что Флинт - "вымышленный капитан пиратского корабля «Морж» романа «Остров сокровищ»" и что - по словам Сильвера - корабль Флинта «Морж» был «…насквозь пропитан кровью» ...
(3) В общем, "мальчикам иных веков" придётся иметь в виду, что читатели попытаются согласовывать придумываемые ими образы с реальностью или с образами, придуманными до них. Или же им придётся заставить читателей забыть о любых согласованиях - магией слов, как Павел Коган. Тем не менее, никакая магия не предотвратит огорчение какого-нибудь читателя по какому-то специфическому поводу (скажем, по поводу "русскости" Павла Когана).
Гость | 14.07.2018 14:32
Я считаю себя евреем, сионистом (неагрессивным националистом) и патриотом Еврейского государства. Мне совершенно безразлично по этому поводу любое мнение. Я благодарен уважаемому А. Гордону за это прекрасное эссе, как и за все его работы, направленные на утверждение еврейского таланта, подвига и достоинства. Исходя из позиции г-на Б.Камянова: "жалеть их надо, а не воспевать" - мы бы не услышали добрых слов о еврейских ярких дарованиях, судьбой определённых на жительство вне Эрец-Исраэль. Смешно жалеть Багрицкого, Светлова и Антокольского или Коржавина и Липкина и десятки других еврейских строителей чужих культур, но оставивших в них глубокий национальный, иудейский, библейский эмоциональный и нравственный след... По мне так остроконечный УГОЛ Когана - это еврейское восприятие мира и жизни в нём, это еврейская реакция на реальность. Они много выше обывательской жалости. Давайте "жалеть, а не воспевать" Гейне или Тувима, Бродского или Закс...
Нападки на А. Гордона ИМХО оскорбительны, безосновательны и вызваны совсем не благородными чувствами.
Гость Альберт | 14.07.2018 01:35
Государство - это всегда орган насилия одного класса над другим. Одной внутренней свободы над другой. Павел Коган жил в определённый исторический период, при своеобразном, не совсем идеальном коммунизме. Его поэзия - это его внутренний мир, где-то совпадающий, а где-то не совпадающий с реальной жизнью, которая как всегда несовершенна. Павел Коган создал для нас идеальный поэтический образ "Бригантины" с её "веселым Роджерсом". Но он возник не на пустом месте. До него был более символичный Лермонтовский "Парус" -"одинокий". На "Бригантине" уже есть команда - "Люди Флинта". И мы на берегу, провожающие эту команду "яростных и непокорных" в синее море, хотя душою уже с ними. Ведь и сегодня мы, как и Павел Коган, пытаемся понять и осмыслить "Этот "безумный, безумный, безумный мир" и тоже предлагаем что-то своё, в силу своих понятий и убеждений. Но более возвышенный образ, чем образ "Бригантины", объединяющий всех нас, найти и предложить мы пока не в силах.
Гость | 13.07.2018 16:20
Публикация Александра Гордона потому и взвинтила читателей,  что она посвящена не столько поэзии и поэту, сколько экологии культуры и СУВЕРЕННОСТИ ЛИЧНОСТИ, что отвечает ЭГОЭКОЛОГИИ.
Александр Гордон прямо и без всяких вывертов пишет о примате ПЕРСОНАЛИЗМА над любой тотемной и плебейской СОЦИОКРАТИЕЙ, лелеемой теми, кого Павел Коган именовал БЕЗВКУСНЕЙШИМИ ПАРВЕНЮ. Своих антагонистов поэт сравнивал с маразмом советского технического новодела- ЧУТЬ РАХИТИЧНЫЕ КОЛЕСА ГРУЗОВИКА СИСТЕМЫ "АМО". Он вас, господа итээровцы и "славики" - вычислил еще до рождения, и в этом плане ему предшествовала ярость Осипа Мандельштама ("Наглей комсомольской ячейки и вузовской песни наглей...присевших на школьной скамейке учить щебетать палачей...") и поэзия его современника и почти ровесника Алика Ривина ("Только утром в заречном колхозе зарыдает винтовка, как гром", "Какой же это к черту праздник - лучше руки на себя наложить!", "Я простой английский клоун, я из рода Маккавеев, и в лучах моей короны призрак родины любой!").
Александр Гордон так прямо и пишет то, что больше всего возмутило наших ревнителей - "...У ЧЕЛОВЕКА ДВЕ РОДИНЫ: ОФИЦИАЛЬНАЯ И СВОЯ ВНУТРЕННЯЯ."СВОЮ" НАДО НАЙТИ И ПОКОРИТЬ, А "ОФИЦИАЛЬНАЯ" РОДИНА ПОКОРЯЕТ ЧЕЛОВЕКА, ТРЕБУЯ ОТ НЕГО ПОКОРНОСТИ".
Сама поэзия Когана говорит о его предпочтениях - он из людей ЯРОСТНЫХ И НЕПОКОРНЫХ. Об этом же пишет и автор, цитируя слова Григория Лепского, автора музыки к "Бригантине".
Добропорядочный читатель может лишь благодарить автора за приведенную историко-культурологическую информацию.
  - Ю.К.
Гость Серж | 13.07.2018 15:24
Шесть тысяч воинов Спартака сдались в плен и были распяты на крестах вдоль Аппиевой дороги от Капуи до Рима. Должны ли мы их жалеть? Один советский поэт написал:"Нас не надо жалеть, ведь и мы никого не жалели! Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты!" Могут ли у солдат, идущих в атаку, быть тысячи разных мнений?! Вряд ли! Ведь это им ничуть не поможет! Однако некоторые комментаторы допускают и такой вариант. Шесть тысяч воинов Спартака, вероятно, тоже захотели иметь иное мнение, чем было у Спартака. И чем это закончилось - мы знаем из всемирной истории!
Нехама Бат- Цви | 13.07.2018 11:15
Браво,Мирон Амусья! Все верно!Хорошо, что Маршак,в основном, публиковался как переводчик, а "взрослые" стихи писал в стол. Слуцкий -один из моих любимых поэтов, был в глубокой депрессии, Антокольский, по крайней мере в старости,когда я была с ним знакома, не ассоциировал себя с еврейством. Долматовский -мой оппонент на защите, вообще не считал себя евреем. И сегодня все так. Сколько евреев выкрестилось, скольких крестил Александр Мень. Галич,Улицкая,Лион Измайлов...Несть им числа. Воистину, каждый выбирает для себя...
Борис Камянов | 13.07.2018 10:56


Б.Камянов - Ю.К.:
"Не так страшна новая метла, как старый совок" (Борис Крутиер).
Мирон Амусья | 13.07.2018 10:40
Данная статья проф. Гордона уместно напомнила о 100-летии со дня рождения замечательного поэта П. Когана, представив подборку его стихов, хорошо знакомых, но заслуживающих быть перечтёнными. Замечательным элементом статьи является трогательная, буквально берущая за душу фотография поэта. В статье отмечается не просто советскость Когана, но и его русскость. Это огорчительно, что человек в 22 года, еврей, заявляет о своём русском патриотизме: «Я –патриот/ Я воздух русский, / Я землю русскую люблю.» Всегда, читая, удивлялся этим строкам. В 23 года он написал, что «мальчики иных веков, / Наверно, будут плакать ночью / О времени большевиков...» Это пророчество уже сбылось в несколько гротескном, к сожалению, виде.
Коган рвался на фронт ВОВ, как и И. Деген, который был на 7 лет моложе и, по его словам, «рос юным фанатиком, беззаветно преданным коммунистическому строю». И. Деген сравнивал свой порыв на фронт с сомнениями своего старшего товарища, на фронте погибшего, и отмечал, что нежелание идти на чужую войну у того было признаком зрелости. Что это война своя, как понял Деген, стало ясно несколько позже.
Коган писал с фронта, что «человек с нормальной головой и сердцем не может примириться с фашизмом». Со многим, однако, к тому времени он уже сам примирился, или в упор не видел, поскольку просто не мог не знать, кто и как рубит лес: ведь рядом как пули из неумолкающего пулемёта, летели «щепки».
Он был совсем не одинок в своём фатальном заблуждении. Почти на 20 лет старше Когана, Пастернак писал о какой-то внутренней силе, потянувшей его встать, когда он, участник писательского съезда, увидел Сталина, идущего в президиум. Понять не испытавшему такое, это очень трудно, но массовое безумие и весьма просвещённых, хорошо образованных людей случалось в истории. Происходит оно с некоторыми и сейчас.
Вот и Коган слушал «далёкий грохот», и берёг для боя с этим грохотом патроны, а гула совсем близко от себя не заметил. Прожив уже очень много времени, я не имею права в чём-то обвинять и за что-то осуждать тогдашних людей, сейчас кажущихся предельно наивными романтиками, но обходить молчанием их удивительные заблуждения не хочу, да и не могу – слишком это чревато рецидивами, опасными для будущего.
Отмечу, что приведенные в статье слова: «В поле темень, в поле жуть, осень над Россиею» едва ли убедительно относить к реакции на уничтожение и преследование массы людей в СССР, в 1937. Скорее, это речь поэта о внешней угрозе.
И, конечно, после восстановления дипломатических отношений США с СССР в 1933, с массовым строительством в СССР А. Каном и десятками его инженеров сотен промышленных объектов слова «Я мечтаю о далеком Фриско / И о том, как плещется прибой» никак не выглядят никакой диверсией, как никаким вызовом для власти в СССР не выглядят слова «За четыре шага от меня/ неотступная бродит тоска». Германия Гитлера, например, тоже была «за четыре шага». Замечу, что «Переход «через чужие страны» к океану» не противоречит советскости – тогда это начал Литвинов по прямому указанию Сталина своим приездом в США.
Не могу согласиться с трактовкой Гордоном стиха, начинающегося словами «Мы кончены. Мы отступили. / Пересчитаем раны и трофеи», в котором вижу не критику своего времени, а сообщение, что любой ценой лирический герой Когана готов был выполнить приказ этого Времени. Гордон пишет: «Могли ли у советского поэта быть взгляды «тысячи сортов»? Разнообразные взгляды были не совместимы с монолитным, единообразным и исключительно социалистическим мировоззрением. Советского человека не должно было «нести к чужим»» Насколько понимаю, у Когана были «правильные взгляды», а то, что они возникали в борьбе с чужими влияниями, официальной версии вполне соответствовало.
Странно читать слова Гордона, о том, что «только «безродный космополит» мог вслед за испанцем и янки уйти. Ему «грустно», ему «хочется уйти» из давящей советской действительности, и он мечтает «как-нибудь легким маем уйти». Обращу внимание, что во время Когана был в СССР просто культ республиканской Испании, и туда, в Гренаду, кто только не ходил. Как кое-кто и сейчас рвётся в Сирию…
Верно писал Е. Евтушенко: «Коган принадлежал к детям Великой Утопии, обманутым ею. Это был тот случай, когда «нас возвышающий обман» оказался гибельным для тех, кто в него поверил. … До слез больно читать эти обманутые историей надежды мальчиков поколения Когана» Но не только Утопия их обманула – сами они с радостью обманывались. И это относится к Когану, как и к самому Евтушенко, пусть и в гораздо меньшей мере, поскольку время стало иным.
Считаю, что убедительных оснований считать замечательного поэта П. Когана «несостоявшимся космополитом», предполагать, что проживи он дольше, попал бы в их число, нет. По-разному советское лихолетье проживали поэты, в том числе и евреи – включая таких крупных, как М. Светлов, Б. Слуций, П. Антокольский, С. Маршак.
Александр Гордон, Хайфа | 13.07.2018 10:20
Я не намерен комментировать свой очерк. Написал так, как умел. Читатели поняли, как сумели или захотели понять этот очерк. Всем спасибо. Дискуссия, возникшая вокруг моего очерка, в основном относится к форме реакции, а не к сути дела. Когда Борис Камянов писал на этом сайте грубые, безапелляционные и неуважительные комментарии, отклики на них были делом авторов и читателей других материалов. Когда Борис Камянов перенес свои привычки на обсуждение моего материала, я против. Я согласен с редактором "МЗ", который не усмотрел в отзыве Юрия Каца призыва к насилию. Тот, кто думает иначе, должен предъявлять претензии к администрации сайта. Однако грубость, самоуверенность и неуважение, характерные для Б. Камянова, - полдела. В своем отклике он выдал себя за религиозного авторитета. Каждый, кто надевает кипу, - ученик, а не учитель нравственности. Выступление Б. Камянова в качестве того, кто дает галахические определения, - свидетельство его головокружения от своей персоны. Те, кто аплодирует стилю Бориса Камянова, лучше меня знают, как пришло к нему сознание его величия. Всем светлой субботы!
Гость Серж | 13.07.2018 09:33
Впечатление такое, что многие авторы и комментаторы просто не знают историю Руси Великой. А в истории Руси было всякое. Прочтите хотя бы Тургенева "Записки охотника" или его же "Му-Му". Или "Путешествие из Петербурга в Москву" Радищева. Можно увидеть, что жизнь "униженных и оскорблённых" была не такой уж и сладкой. По крайней мере, не слаще чем СССР. Всё это, несомненно, знал и понимал Павел Коган. Поэтому он и воспевал Людей Флинта, "по крови упругой и густой". Ведь даже сегодня, что можно противопоставить коммунистам-перевертышам и олигархам, которые не только руководят производствами, но и часто разрушают основы человеческой морали. Капиталисту позволено почти всё. В крайнем случае, он можешь откупиться. Но выше продажных судей - у людей чести есть "свой коммунизм" - это когановская "Бригантина" и "весёлый Роджерс". Приближающие нас к светлой и справедливой эпохе.
Нина Локшина | 13.07.2018 07:44
Считаю ниже своего достоинства вступать в перепалку с Юрием Кацем. Единственное, что хочу сказать ему , что я выросла в среде людей редких энциклопедических знаний,а училась у таких людей,которым благодарна всю жизнь.Не буду называть их имена, они известны всем.И они научили меня хорошо отличать интеллигентного человека от злобного хама."Милые дамы",это здорово -дальше можно было и не читать...
Гость | 13.07.2018 07:18
Я думаю, что причина того, что не печатали Павлв Когана в том, что он не поменял фамилию.Печатали же Багрицкого,печатали Сельвинского,печатали Ваншенкина, Озерова. "С зубоврачебной фамилией Гольдберг русских поэтов не бывает",-сказал Озерову один из редакторов журнала.А многие стихи Когана просто было напечатать.Как те же:

"То подымается эпоха,
И я патроны берегу.
Я крепко берегу их к бою.
Так дай мне мужество в боях.
Ведь если бой, то я с тобою,
Эпоха громная моя. "


Или

Есть в наших днях такая точность,
Что мальчики иных веков,
Наверно, будут плакать ночью
О времени большевиков..
.
Или
Я — патриот. Я воздух русский,
Я землю русскую люблю…

Вполне в духе времени- и того,и последующего, и сегодняшнего.Россия никогда не изменится, но в то же время был и Осип Мандельштам. Так что "каждый выбирает для себя....дъяволу служить или пророку",как мудро написал Ю.Левитанский.
Гость | 13.07.2018 01:11
Количество читателей двух публикаций Александра Гордона в этом номере примерно одинаковое. Это свидетельствует о том, что автора читают многие люди вне зависимости от внешних обстоятельств и страстей.
Огорчительно не то, что всегда находятся демонстранты и их клакеры (это всегдашнее амплуа некоторых "ватюков с человеческим лицом"!), а садо-мазохистская спайка израильского обывателя, всегда защищающая насильника. А автор публикации просто обязан был защитить от клеветы и оскорблений доброе имя великого и мужественного поэта и воина - Павла Когана: благодаря подвигу миллионов таких, как он - и стала возможной победа над фашизмом и возникновение независимого Израиля. В этой стране идет борьба за формирование национальных ценностей. Истеблишмент пытается внедрить идею, что еврейский народ во время войны был "мылом", жертвой, а не героически сопротивляющимся врагу на фронте и в тылу. В 1945 году мы все читали СПИСКИ ЖЕЛЕЗНОВОЙ - где было ясно, что евреи - являлись самыми самоотверженными воинами. За это Мирру Айзенштадт (Железнову) расстреляли в 1950 году.  - Ю.К.
Валерий, Бат-Ям | 12.07.2018 22:55
Статью А. Гордона прочли за неделю более двух тысяч человек. Это ли не свидетельство ее актуальности, глубины и ясности? Сыр-бор, начатый "всемпирно известным ученым" Кацем, втянул в свой водоворот и известного, любимого многими поэта Бориса Камянова и, к сожалению, А. Гордона. И хотя его ответ Камянову считаю впорлне  уравновешенным и не крикливо-оскорбительным, как реплики Каца, я думаю, что проф. Гордону не надо было вмешиваться в этот спор, - тем более, что он уже практически угас. Призываю впредь всех участников дискуссий помнить о своей интеллигентности и быть "взаимно вежливыми".
Гость | 12.07.2018 22:55
Милые дамы! Павел Коган во всей этой вакханалии видел языческие, ТОТЕМНЫЕ ИСТОКИ (образы и лексика его гениальны - он единственный, кто писал о ТОТЕМАХ КОММУНИЗМА и именно в 1938 году!). Так что не надо жалеть Павла Когана, его современников и предшественников - поэтов, презрительно относившихся к тому, что тот же гений в том же 1938 году определил как ПАФОС БОЙНИ БЕСПРИЧИННОЙ.
Пожалейте себя, выросших во лжи и невежестве и в неумении отличать творчество отдельно взятого ЧЕЛОВЕКА от социального насилия и социальной ущербности, освященных дикарями и шаманами разнородных культов. - Ю.К.
Гость | 12.07.2018 21:06
Обращаюсь к Александру Гордону. Что, по Вашему, грубость и неуважение? Высказывания Камянова(и даже в шутливой форме двустиший) или злобный выпад Каца "Бейте гадов!"и оскорбительное"чернонародье",попахивающее антисемитизмом?
Очень прошу ответить. Или Вы присоединяетесь к этому хамству Каца, который к тому же называет друзей Камянова алкоголиками и люмпенами?
Нехама Бат- Цви | 12.07.2018 20:23
Борис Камянов абсолютно прав в своем суждении о "попавших в младенчестве в плен к неевреям."Достаточно вспомнить из "Думы про Опанаса"Эдуарда Багрицкого.

Так пускай и я погибну
У Попова лога,
Той же славною кончиной,
Как Иосиф Коган!

А чем занимался товарищ Коган? Отбирал хлеб у крестьян,обрекая семьи на голод. Поэты, ослепленные большевистской пропагандой, идейно убежденные в правоте человеконенавистнического звериного режима, несчастные жертвы. Да он это сам понимал, но добровольно падал головой под трактор.

Честнейшие − мы были подлецами,
Смелейшие − мы были ренегаты.
Я понимаю всё. И я не спорю.
Высокий век идет высоким трактом.
Я говорю: "Да здравствует история!" −
И головою падаю под трактор
.

Этот трактор его и раздавил.
Эти поэты мечтали о боях, они их и получили.
Так что прав Борис Камянов.
При всем уважении к памяти погибшего поэта.
Нина Локшина | 12.07.2018 18:03
Я.к счастью моему,тоже ученица Ильи Львовича Сельвинского.но отношусь к более позднему поколению. Люблю стихи Павла Когана за их романтику,может быть ,наивно юношескую. Но, вспоминая прекрасные стихи Хаима-Нахмана Бялика (перевод Вяч.Иванова), должна согласиться с Борисом Камяновым. Позволю себе привести выдержку из этих стихов:

И горшую кару пошлет Элоим:
Вы лгать изощритесь - пред сердцем своим,
Ронять свои слезы в чужие озера,
Низать их на нити любого убора,
В кумир иноверца и мрамор чужой
Вдохнете свой пламень с душою живой.
...................................
И строя гордыни египетской град,
В кирпич превратите возлюбленных чад.
Когда ж из темницы возропщут их души,
Крадясь под стенами, заткнете вы уши.


Так что не стоит затыкать уши, друзья. Стоит прислушаться!
Плеяда поэтов, таких как Павел Коган, Иосиф Уткин , они были заложниками людоедского режима, такими же, как брат моего отца, погибший на финской войне. Это не умаляет их таланта, их значимости в советской литературе, именно в советской. Их стоит пожалеть.
Александр Гордон, Хайфа | 12.07.2018 10:37
Борису Камянову.

Я давно заметил Ваши грубые, безапелляционные и полные неуважения высказывания в адрес авторов и читателей-комментаторов "МЗ". Если Вы включаете меня в число этих неуважаемых людей, то, возможно, я в хорошей компании. Вы меня очень обяжете, если не будете писать комментарии к моим произведениям. Ваши отзывы не интересуют меня ни по сути, ни по форме. Желаю здравствовать.
Гость | 12.07.2018 03:05
О чем идет речь при обсуждении публикации Александра Гордона? Прежде всего- о том, что по сути в день 100 летнего юбилея ценители высокой поэзии вдруг обнаружили, что существует великая поэтическая личность, сидевшая до поры до времени в туристических рюкзаках и романтических чердаках розовощекой юности. Мне импонирует гордоновское восприятие поэзии Павла Когана как некое живое уникальное явление и мировосприятия, и мелодики поэтического высказывания.
Человек я другой - с ранних лет во всем видящий феноменологию, и потому взгляд художника на творчество и явления жизни - воспринимаю как необходимую иррациональную коррекцию исследовательской стратегии.
С другой стороны - киевское рождение Павла Когана факт весьма существенный: идишско-западнославянские архетипы и коды в сущности и сформировали новый русский поэтический язык и новую ценностную философию поэтического восприятия. Именно инородцы и провинциалы ее и создали, о чем многие говорили и писали в поэтических антологиях.
Поэтологией я начал заниматься еще в 60-70-е - годы, а в Израиле - обнаружил один из ведущих мировых центров разноязычного поэтического творчества и исследовательских групп. И слава Богу! -Ю.К.
Борис Камянов | 11.07.2018 19:47
Александр, я не готов выслушивать сомнительные нравоучения из уст человека, посещавшего «религиозное училище» (?!), в котором ему не привили элементарное стремление к справедливости. Встав на сторону хама, призывающего к физической расправе с человеком, который никого в своей заметке не обидел, а не на сторону его жертвы, вы утратили право на обращение к вам с эпитетом «уважаемый». Впрочем, как вы с вашим подзащитным могли уже убедиться, «жертва» вполне способна за себя постоять.
Александр Гордон, Хайфа | 11.07.2018 11:33
Я благодарен Эстер, Захару, Изольде, Семену, Sava, Лине и Юрию за благожелательные комментарии.
На мой взгляд, Альберт из Самары не читал внимательно этот очерк либо у него есть склонность приписывать авторам то, что ему показалось, а не то, что ими написано. Так бывает. Если я могу судить, то те, кто читают мои очерки, понимают прочитанное.
Мне очень жаль, что вокруг моего очерка возникла грубая дискуссия, которая не идет этому изданию. Такой тон не привлекает к "Мы здесь", а отталкивает от него.
Б. Камянову. Борис, Вы не посек Галаха. Вы пересказываете то, что сказали другие люди, имеющие право высказывать подобные суждения, в других случаях. Спросите у Вашего раввина, имеете ли Вы право давать галахические определения. Я учил в религиозном училище, что это запрещено. Боюсь, что Вы пользуетесь тем, что многие читатели не знают подобных тонкостей иудаизма. Мне странно, что Вы ожидаете поддержки в Ваших грубейших нападениях на Юрия Каца. Но, может быть, Вы правы и дождетесь. Это было бы огорчительно.
Гость | 10.07.2018 13:38
Я уж почти сутки жду, когда кто-то из восторженных любителей поэзии среагирует на хулиганский погромный демарш Камянова со товарищи. Говорить о нелегитимности подобного рода персонажей - излишне. В Израиле они цвели и цветут изначально - пышно, и на разных уровнях.
Я с младых ногтей знал, что люди приемлют любое зло, и молча солидаризируются с ним. Вот вам и весь еврейский дуализм, как и русский, английский, китайский или острова Пасхи. Наслаждайтесь плевками люмпенов, алкоголиков и насильников и дальше, больше, глубже. Читайте это издание и пускайте слюни от удовольствия, что в одной, отдельно взятой стране с особой лихостью разрушаются дома, семьи, человеческое достоинство и культурные ценности. Вам это безразлично, потому как живете все вы стандартно - "под собою не чуя страны".- Ю.К.
Гость Владислав Орлов | 10.07.2018 08:59
"...И мечтается снова мальчикам: звездочётам-бородачам, тем, что едут в посёлки дальние и взметают их к облакам. Что идут с песней Павла Когана по удачливой этой земле, непокорными, непохожими, не изнеженными в тепле. У которых поэма окраины бьётся прямо из-под руки. У которых живут в биографии города посреди тайги". Полностью это моё стихотворение было напечатано в конце 60-х в газете «Биробиджанская Звезда» - поэтом и заведующим литературного отдела газеты - Игорем Ерёминым, у которого меня в те годы приютил Леонид Школьник.
Борис Камянов | 09.07.2018 17:54
Это уже пошла чистая «клиника»: кацоватый впал в буйное помешательство и дошел до примитивной уголовщины. «Бей его» - это круто! Впрочем, пресечение подстрекательства обезумевшего Корифея Всех Наук к мордобою - задача в данном случае не моя, а администратора сайта, которому следовало бы оградить меня от психа. Странно, что он этого не сделал.
Но не только это огорчает меня. Не впервые я публикую в «МЗ» разного рода материалы, многие из которых вызывают ожесточенную полемику, в ходе которой я практически всегда выступаю в одиночестве против нескольких оппонентов. Где же мои пресловутые «заединщики»? Где «вихляющие дружки с крысиной повадкой»? Неужели у меня ни по одному обсуждаемому вопросу нет единомышленников? Не верю! Так почему же они молчат?
Гость | 09.07.2018 17:25
Ненавистный вам, Ю.К., оппонент проявляет себя более сдержанным и безусловно интеллигентным человеком в оценках ваших заблуждений и некоторых странностей, признавая, при этом, наличие у вас "щедро одаренных Богом" способностей.
Рекомендуется умерить грубый оскорбительный тон. Это совсем не интеллигентно.
Гость | 09.07.2018 15:32
Александр Гордон - ученый, воин, исследователь, культуролог и писатель, - написал щемящий очерк о талантливейшем еврейском поэте, подарившем человечеству проникновенные строки, и большинство людей, в том числе и живших в то запредельно жестокое время, когда создавались необыкновенные по внутренней силе духовного и душевного достоинства строки и образы Павла Когана, - с большим вниманием отнеслись к тончайшему исследованию автора публикации.
Клакерство Камянова и его "заединщиков" понятно: гады - они для того, чтобы гадить. Удивляло меня везде, где только жил, - другое: пассивность, безоружность людей перед любой нечистью - угодливой или зарвавшейся. Вы вякаете почему-то все о сталинщине. А вот она сама перед вами и есть, миленькая, в лице Камянова и его вихляющих дружков с крысиной повадкой. Ведь я жил в те времена, и семиотику поведения и протухлую лексику тоталитарной шпаны - запомнил на веки вечные, а в зрелом возрасте - бил их нещадно где только мог. Напутствие вам, господа, от меня одно: БЕЙТЕ ГАДОВ! Ведь предки, вероятно, учили вас сопротивляться мерзости. Или нет? Или вы просто забыли, что этим меряется в этом мире ЧЕЛОВЕК?!- Ю.К.
Гость | 09.07.2018 10:52
Наконец-то услышан голос не мальчика, а самокритичного мужа:
"Любую наглую плюющуюся тыкву они именуют просто: КУ-КУ!- Ю.К."
Борис Камянов | 09.07.2018 10:28
Спасибо Школьнику за Каца:
С ним так забавно пререкаться!
Гость Альберт | 09.07.2018 09:05
"Бригантина" и "Роджерс" в стихах Павла Когана - что за символы? Не напоминают ли они революционный порыв "яростной и непокорной" молодёжи?! В тексте так:
"Пьем за яростных, за непокорных,
За презревших грошовой уют.
Вьется по ветру веселый Роджерс,
Люди Флинта песенку поют".
В СССР ведь - Люди Флинта любили и песенки петь, и пить - тоже?!
Гость | 09.07.2018 07:16
Я бы посоветовал присмотреться к более древнему - умному и тертому-перетертому - народу эфиопских евреев. Любую наглую плюющуюся тыкву они именуют просто: КУ-КУ!- Ю.К.
Гость | 08.07.2018 21:29
Ю.К.выдал очередной фортель в адрес не любимого им Б.Камянова: "Во всех сообществах людей есть такие, как вы, и везде они именуются ЧЕРНОНАРОДЬЕМ."
Есть основания предполагать, что чернонародный поэт не оставит без внимания столь "чуткое" отношение к своей персоне от все знающего и лучше всех все понимающего СВЕТЛОНАРОДНОГО сына некоего известного папы -поэта.
Sava | 08.07.2018 20:05
Э.Пастернак:
Павел Коган это наша юность, наши мечты, наши влюбленности и разочарования, наша вера в то, что "красота спасет мир"...

Это, может быть, и так, чисто эмоционально.Молодость, в большинстве случаев, всегда радостнее старости, если она не порушена злодейским умыслом тирана.Удачливому молодому поэту, но неведующему, как и многим сверстникам его поколения о том,в каком чудовищно жестоком и страшном режиме им суждено было существовать и заниматься любимым творческим делом, пришлось бы. скорее всего,если бы не погиб,разделить трагическую участь Мендельштама, Пастернака и многих других невинных жертв сталинского режима.Как раз того, славу и красоту которого он искренне воспевал.Нет в этом его вины.Это беда всего обманутого поколения.
Борис Камянов | 08.07.2018 18:45
Он Богом щедро одарен:
Болтун, дурак и фанфарон.
Гость | 08.07.2018 18:24
Господин Камянов! То, что вы личность демонстративная, и больше ничего, - никакого отношения к "еврейству", за которое вы ховаетесь - не имеет. Вы ничего никогда не умели и ничего никогда не понимали, и это ведомо не только всем окружающим, но и прежде всего вашей персоне. Во всех сообществах людей есть такие, как вы, и везде они именуются ЧЕРНОНАРОДЬЕМ. В Израиле то, что вам дорого и свято - абсолютный беспредел - именуется куда как менее философским словом: ХУЦПА. Ваша братия люто ненавидит интеллигенцию. И потому вы так злобно топчетесь по светлому образу ушедшего из этого мира человека. Александр Гордон в своем высочайшем по уровню эссе показал, что именно интеллигентная еврейская душа - величайшая ценность мировой культуры. Я знаю, о чем говорю, потому, что таким же был и мой отец Исаак - тоже писатель и тоже герой войны, погибший в 1944-м. Его уроки я помню с 1938 года, а книги, присланные с войны: Данте, Сервантес, Лафонтен, Гоголь, Лермонтов - были продолжением его душевной ауры. Мне особо дорог этот необычный литературный труд Александра Гордона: он показал то, что писателям удается крайне редко: именно движение душевной ауры. Этому же учили и другие большие люди культуры - такие, как Нехама Лифшиц, Дмитрий Покровский, так что Александр Гордон вышел на широчайший уровень человеческого миропостижения и сочувствия. Павел Коган - прежде всего великий поэт с идишской архетипической доминантой - как Осип и Роальд Мандельштамы, Алик Ривин, и многие-многие иные, создавшие новый русский поэтический язык. Для меня еврейская теплота и горечь мироощущения Павла Когана сродни поэзии Ицика Мангера. А первым сломал тупорусский поэтический язык еврей Афанасий Фет. Вообще, гордоновское эссе - многомерно, и выводит на различные пути и уровни творческого постижения мира. Камяновский демарш - яркий пример в этом плане. Гордон по сути показал, что евреи, как пассионарный народ, - выводят на новый уровень и языки, и культуры. Но оказывается, что внутри своего сообщества народ всегда выбирает деградационную доминанту развития. Это мы видим и у американских, и европейских и израильских евреев. На страницах этого издания подобная проблема поднималась неоднократно, а в гордоновских эссе - десятки и сотни раз. - Ю.К.
Борис Камянов | 08.07.2018 06:16
Ѓалахический статус Павла Когана, как и почти всех евреев в его поколении, которым не посчастливилось родиться в ашкеназских семьях, оставшихся верными Богу Израиля (таких было очень немного), – тино́к ше-нишба́ аль-йеде́й го́им («попавший в младенчестве в плен к неевреям» и воспитанный в язычестве). В своей вере в идола мировой революции он нисколько не виноват: виноваты были два-три предыдущих поколения евреев, отказавшиеся от исполнения своего высшего предназначения и отдавшие своих детей на воспитание кровавому Молеху. Мне жаль этих ребят, изуродованных красными компрачикосами, и я не могу их осуждать: за грехи отцов и дедов они заплатили своими жизнями в инспирированной кремлевскими бесами войне и в ГУЛАГе. Коган был талантлив и страстен, его строки о любви к России идут из глубины души; он был смел и последователен в воспевании российского империализма («Мы еще дойдем до Ганга…») – идеологии, доведенной сегодня до фарса Жириновским с его сапогами, вымытыми в водах Индийского океана. Он был прям и честен – истинный «Йешурун» – «прямодушный», и искренне служил Злу, считая его Добром.
Несчастным было поколение евреев – пасынков России, в том числе и выживших в войне и в лагерях, на страстную любовь которых мачеха ответила повсеместной юдофобией. Жалеть их надо, а не воспевать. Короткая история жизни и гибели талантливого еврейского мальчика должна привести всех евреев, еще остающихся вне Израиля, к отрицанию галута как такового и репатриации на их истинную родину, где когены вместе со всем народом защищают с оружием свой, а не чужой дом, а в мирные часы благословляют евреев у Стены плача и в синагогах.
Лина Кертман, Хайфа | 07.07.2018 16:23
только волнующий воспоминаний из далёкой юности воскресил в памяти моей этот чудесный очерк (с таким горьким названием…) !.. В начале 60-х годов вышел сборник «Имена на поверке» - стихи молодых поэтов, погибших в такую ещё недавнюю войну. (Но в свои 18 лет я не понимала, как недавно это было…). В этом сборнике было много стихов Павла Когана, чьё имя до этого было знакомо нам только по «Бригантине». (А ещё были там на всю жизнь запомнившиеся стихи П. Винтмана, З. Городисского, Кульчицкого…). Мы - первокурсники – филологи (и друзья с других факультетов) были глубоко взволнованы, долгое время буквально не выпускали эту книгу из рук, «взахлёб» читали друг другу стихи из неё, многое запоминали наизусть. Это была первая на нашем веку «возвращённая литература» - безоглядно искренняя, абсолютно лишённая «официозного пафоса». Я чувствовала подспудный трагизм многих строк этих поэтов, Павла Когана – особенно,, но, честно признаюсь, связывала эти настроения только с предчувствием надвигающейся войны, была потрясена звучащей во многих его стихах обречённостью на гибель («Упасть лицом (…) и даже близким славы не сыскать!»), других же мотивов – не увидела, и отношение Павла Когана и его друзей к ужасам 37-го года, о которых мы многое узнали в годы хрущёвской оттепели, оставалось для нас тревожащей тайной – как могло это сочетаться с его несгибаемой романтической верой в идеалы коммунизма? Мы пытались расспросить об этом однокурсницу Павла по ИФЛИ Стеллу Зархину, преподававшую тогда у нас в Перми. Они были в одной компании, и она хорошо помнила многое из их молодой жизни, рассказывала о Павле много живых подробностей (например, как он «гордо хвастался» только что родившейся дочкой, как зачитывался Пастернаком), но на другие наши вопросы - об их отношении к арестам, о которых не могли не знать, к Сталину - отвечала «с не забытым испугом»: «Ну что вы! Мы никогда об этом не говорили!» И вот только сейчас, благодаря глубокому прочтению Саши Гордона (называю так по праву дружбы с раннего детства), сумевшего так потрясающе «услышать» в подтексте многих строк Павла Когана «шум времени» страшных тридцатых, я вдруг совсем по-новому прочла такие слова, как «В поле темень, в поле жуть. Осень над Россией…», «Темень. Глухо. Темень. Тишь. Старая тревога…», и ещё многое… Оказывается, в стихах было сказано многое «не произносимое» поэтами в беседах тех лет. Огромное спасибо Саше за глубину и чуткость такого не равнодушного чтения!
Гость | 07.07.2018 14:39
Дорогой Альберт! Если Павел Коган - "советский поэт", то город вашего проживания - не Самара, а Куйбышев. То же и с вашим оригинальным подходом к эссеистике и к литературе вообще. Вы почему-то, как и многие "плохиши", путаете позицию автора и лирического героя. Не буду цепляться к другим частностям вашего коммента - важно то, что он обогатил дискуссию. Отмечу, что я из тех читателей, кто на протяжении около 10 лет не давал житья автору, но при этом всегда считал его литератором чутким и перспективным. У меня много было к нему претензий, но то, что он постоянно развивается как гуманитарий-аналитик и литератор-эссеист - явный феномен в сегодняшнем литературном мире. Не могу не радоваться, что за нами, стариками, идет активное и чуткое поколение 70-летних. У вас в Куй... Простите, в Самаре - тоже так? - Ю.К.
Sava | 07.07.2018 14:27
Содержание статьи-высший класс. Счастливая и одновременно трагическая судьба молодого талантливого советского поэта, П.К., истинного, убежденного патриота страны и искренне преданного "единственно верному и непогрешимому учению Ленина-Сталина" была типичной для значительной части молодежи. Конечно, и многим товарищам по творческому цеху-в том числе. Большинству из них были неведомы истинные, тщательно до поры сокрытые, чудовищно злодейские помыслы и тайные деяния кровавого и жесточайшего сталинского режима.
Как это ни парадоксально, но в определенной мере , эта неосведомленность ,особенно молодежи, в истинной преступной сущности большевистской власти, и принятие сладостно звучавшего мифа за действительность, предопределила подъем патриотических настроений в стране, столь важных для поддержания требуемого боевого воинского духа. Наш герой, П. Коган, оказался одним из многих других своих сверстников достойным патриотом и доблестным воином.
Гость Альберт | 07.07.2018 13:03
Думаю, что поэт Павел Коган значительно больше, чем просто "Несостоявшийся «космополит», обманутый Советской Властью. Советская Власть никогда не была против мирового господства, а так же против покорения Космоса, и на земле и в небе. При желании, Павел Коган мог бы отсидеться в гулаговских лагерях для инакомыслящих, но он - напротив - добровольцем ушел на фронт защищать свою Советскую Родину. А вот автор этой статьи пытается из поэта-героя сделать инфантильного лоха, мечтавшего стать Мальчишом-Плохишом. Поэтому статья получилась, к сожалению,  не особенно убедительной, да к тому же ещё и принижающей достоинства замечательного советского поэта-романтика. (Россия, г. Самара)
Гость | 07.07.2018 09:26
P.S. Простите - достойного всяких похвал комментатора Марка Фукса впопыхах назвал "Максом" - бывает. А умному Фоме неверующему советую внимательно читать это издание, где не раз говорилось, что крутой боевой офицер и самобытный поэт Борис Абрамович Слуцкий был зафрахтован гебешниками в стан хулителей Пастернака в силу "убойных" обстоятельств: двоюродный брат Слуцкого - тоже Слуцкий - стал не только Меиром Амитом, но и главой израильского Мосада. Поэт сохранил жизнь своих близких. Эта трагическая история хорошо известна. А самые пророческие и интеллигентные, но убойнo антисоветские стихи ("Карл XII") написал ученик Слуцкoго - Станислав Юрьевич Куняев. Ученик, как и учитель – несомненный персоналист («Отвечаю только за себя – больше ни за что не отвечаю») и столь же игрив по еврейской линии: известна роль «заединщиков» и «Памяти» по части транспортировки евреев в Израиль! Такая то ли «Бригантина», то ли лодка Харона - тоже реальность истории, вне зависимости от того кто, как и каким голосом ее напевает. -Ю.К.
Гость | 06.07.2018 18:25
Профессор Захар Гельман! Ваш известный очерк "Под чужими знаменами", где говорится, что концепция еврея, как всегдашней жертвы - в корне неверна, как раз и подтверждает правомочность высказанной мною позиции. В Израиле принято человеком всячески манипулировать. Об этом много пишется и говорится в кругах интеллигенции из Восточной Европы. Ёрничать и минимизировать человека, который гораздо старше и образованнее вас, до уровня "кочки"-точки зрения, и тинейджерского атрибута "задиристости" - вовсе не по-людски.
Вы с Сашей Гордоном - люди достойные, но слишком, как все ваше поколение, закрепощенное концепцией КОНВЕНЦИОНАЛИЗМА. Для нас же - детей войны и довоенного лихолетья - самой главной ценностью было оставаться ЧЕЛОВЕКОМ, - ГУМАНИЗМ и ПЕРСОНАЛИЗМ вопреки химерам безжалостной, жестокой жизни, где нет места никаким иллюзиям. Именно отсюда и довоенные строки Алика Ривина, Павла Когана, военные стихи Тарковского, Старшинова и послевоенные Чичибабина (1946 -"Красные помидоры кушайте без меня!"), Окуджавы ("Ах, война, что ты сделала, подлая!?") и Левитанского. Никто из них не пропал, и не утоп ни в Ганге, ни в Иордане, будь они неладны.
Александр Гордон этого если и не знает в деталях, то во всяком случае понимает сердцем. А лирический герой его очерка - человек "из народа" - как раз и высказывает "точку зрения" о том, что поэтическая гениальность - это на любителя, а жертва последующих репрессий сталинщины - аргумент забойный, беспроигрышный. Стихи-то читать - так это думать надо. А тут чего думать: вырвался из стада - получай по полной программе. Сегодня как раз и обсуждали эту проблему молодые журналисты на "Русском радио" Израиля. Так что статья Гордона оказывается в гуманистическом плане очень даже актуальной, о чем прекрасно написал Макс Фукс. - Ю.К.
Гость Фома | 06.07.2018 17:13
(1) Из обсуждения "Илья Сельвинский и его «державные семинаристы»" на lechaim.ru:
Илья Кукулин: "... ученики Сельвинского не были гуманистами, за исключением Елены Ширман. Они были восторженными империалистами." Скорее всего, "империализм" тогда был типа "Чтобы в мире без Россий, без Латвий жить единым человечьим общежитьем" (Маяковский).
Но вот в декабре 1940 года, после финской войны, эта перспектива представляется Павлу Когану уже не столь безусловной (перейдя в категорию "наверно"):
А леса за нами,
А поля за нами —
Россия!
И наверно, земшарная Республика Советов!
(2) Борис Слуцкий, другой «державный семинарист», кажется, верил в земшарную республику " даже в 1961 году. Из стихотворения "М.В. Кульчицкий":
Я не жалею, что его убили.
Жалею, что его убили рано.
Не в третьей мировой,
а во второй.
Рожденный пасть
на скалы океана,
Он занесен континентальной пылью
И хмуро спит
в своей глуши степной.
Гость Талейсник Семён | 06.07.2018 15:46
Вам, уважаемый Александр, надо отдать первенство в создании весьма торжественного и пока исчерпывающего панегирика в часть Павла Когана, отдавшего свою жизнь для защиты той страны, в которой родился и жил, и которая рано или поздно всё равно попыталась бы его забыть, как и происходило с другими еврейскими талантами, но не случилось... Ибо нет ни одной туристической вылазки, ни одного фестиваля туристской песни, когда бы не звучала "Бригантина". Правда содержание её намного значительнее, нежели звучат её бодрящие слова под весьма удачную мелодию почти неизвестного композитора Григория Лепского... В них отголоски его мечтаний, сомнений и надежд, отраженных в приведенных вами стихотворениях.
Жаль, что так рано оборвалась творческая счастливая жизнь этой обманутой души русского еврейского поэта. Правда была ли эта жизнь долговечной в стране террора и антисемитизма, звучали бы его стихи, печатались бы либо заглохли бы за стенами ГУЛАГа?... Но он бы успел оставить человечеству ещё много нужных заветных строк...
Д-р Изольда Милютина, Реховот | 06.07.2018 15:42
Глубоко волнует всё, о чём ведёт рассказ Александр Гордон в статье «Несостоявшийся космополит» . Автором найдены слова, за которыми стоит благородное стремление сохранить для истории имя и саму бессмертную душу замечательного поэта, каким был Павел Коган, погибший так рано, подтвердивший своей участью весь ужас военного лихолетья. Незабываемый образ его свободолюбивой «Бригантины» овевал нашу молодость, хотя, я думаю, далеко не все знали, кому за него следует поклониться…. Особым достоинством стиля, метода А. Г. представляется умение проникнуться психологией любой личности, к которой он обращается во всех своих работах; раскрыть в каждом отдельном случае неординарный внутренний мир своего героя, уловить здесь самые тонкие нюансы, психологические мотивы, складывающиеся в богатую симфонию душевного мира. Автору удаётся подчеркнуть неодномерность, даже иной раз противоречивость, двойственность той или иной натуры. И соотнести это с реалиями окружающей жизни, приметами Времени. Именно так представлен и образ Павла Когана, который начертало талантливое перо Александра Гордона. СПАСИБО за замечательную статью!
Захар Гельман. Гостю | 06.07.2018 04:14. Он же Ю. | 06.07.2018 14:25
Во-первых, бросил! Давно-давно! Во-вторых, согласен с Вами! В-третьих: да здравствует Ю.К, всегда выступающий с единственно правильной и верной точкой зрения! В-четвертых, "ура" (по отношению к Вам) не будет. Вместо этого, задам Вам нетрудный вопрос. Почему Вы представляетесь вначале просто "гостем", и только в конце "Ю. К."? Всегда Ваши комментарии читаю с удовольствием, хотя они, на мой взгляд, излишне задиристы! Создается впечатление, что не всегда статьи Вы дочитываете до конца. Что же касается настоящей статьи Саши Гордона, то, конечно, она блестящая! Но Вы дочитали ее до конца? Шабат шалом!
Эстер Пастернак | 06.07.2018 14:07
Я с детства не любил овал,
Я с детства угол рисовал.
Кто же не помнит эти строки...
Павел Коган это наша юность, наши мечты, наши влюбленности и разочарования, наша вера в то, что "красота спасет мир"...
Спасибо Саше за проникновенный очерк о настоящем поэте, который остался и останется.
Шабат Шалом!
Эстер
Александр Гордон, Хайфа | 06.07.2018 12:33
Я признателен Леониду, Владимиру из Хабаровска, Татьяне, Марату, Юлии, Захару, Арону и особенно Юрию и Марку за комментарии.
Этот очерк неожиданно для меня вызвал много откликов. Я получил много почты на эту тему. Прошу прощения у тех, кому, возможно, не ответил. Это произошло не из-за невежливости, а ввиду технической невозможности за всеми уследить.
Гость Аарон (Вильям) Хацкевич, NYС | 06.07.2018 08:15
Дорогой Александр, спасибо за замечательные статьи! За память о Павле Когане, о Бригантине, о многом другом и о других эпохах и людях вызванных Вами к жизни на страницах этого номера МЗ. Конечно, история не всегда учит, но она воскрешает тех, кто достоин воскрешения.
Гость | 06.07.2018 04:14
Господин Гельман! Бросьте вы, наконец, советские пропагандистские штучки при переходе от Ганга к Иордану! Всем уже давно ясно, что превыше всего является не руководящая идея, не стадо, бросившееся ее хранить и лелеять, а одна - неповторимая, отдельно существующая дарованная сугубо приватно человеческая душа. Именно это основа иудаизма, а не любые расхожие идеофренические бредни. И об этом наконец-то со всей определенностью и талантом публициста и аналитика и написал Саша Гордон.
Комментаторы - люди интеллигентные, и все правильно поняли - ведь они дети и младшие братья и сестры вольных КОГАНОВ, вырвавшихся к свету знания и культуры из душного затхлого гетто. Воспитаны они свободой и надеждой, возникшей в борьбе с фашизмом - как коричневым, так и красным, равно как и черным, зеленым и всеми иными. Эти два поколения и создали новую вершину еврейской цивилизации, которая была враждебна в равной степени и Сталину, и Бен Гуриону и их последователям.
Павел Коган оказался превыше политики и политиков. Его поэзия выше любого агрессивного и болтливо-циничного политического чванства. Потому, что она видит во главе угла ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ЧАЯНИЯ, гуманизм, если говорить проще и понятнее. Александр Гордон с завидным спокойствием и достоинством дает возможность читателю это понять. Диву даешься - как еврейский юноша, почти мальчик написал строки столь глубинные, которые до него не удавалось создать никому:
"НАДОЕЛО ГОВОРИТЬ И СПОРИТЬ
И ЛЮБИТЬ УСТАЛЫЕ ГЛАЗА...".
Это потом в подобном же ключе будут писать и Заболоцкий, и Тарковский, и Соколов, и Дрофенко, а до этого - поэты иноязычные - польские, украинские и идишские.
Я резок с вами по одной причине. Ваш пост в понятиях юриспруденции нацелен на соображения ВИКТИМОЛОГИИ - доведения духовного проявления до уровня БАСАР ВЭ ДАМ: материального подножья. Доведение героя до жертвы - это рабский садо-мазохизм. И культивируется это во всех без исключения человеческих социумах. На параллельной ветке - в комментариях к статье Ханоха Дашевского разыгрался кровавый навет, подобный вашему: читатели из разных стран мира дружно показали автору, что евреи никак не были жертвами, провоцирующими агрессора. Они поступали соответственно ситуации по-разному в разные исторические эпохи.
Наша еврейская беда - что мало говорим и пишем о своих подлинных героях. И Александр Гордон, подобно другим журналистам этого издания и редакции, выставляющей публикации о значимых людях на "обочине" - создают тот воздух, тот нравственный климат, который нас держит в этом мире. А эта публикация - способствует духовному восхождению читателя. Спасибо автору за такой царский подарок.-Ю.К.
Захар Гельман, Реховот. | 05.07.2018 22:03
Правильная статья! И название очень точное. Что было бы с Павлом Коганом и плеядой замечательных майровых, кульчицких, смоленских, Елены Ширман и других, доживи они до послесталинской эпохи? Не думаю, что все комментаторы поняли смысл и главное пафос статьи.
Революция (конечно, мировая!, Октябрь, Ленин, Троцкий лепили манкуртов из многих талантливых и искренних людей. Система заставила забыть свои корни несколько поколений! И отнюдь не только евреев!
Павел Коган и такие, как он, отдали свои молодые жизни, сражаясь с самой черной силой в истории человечества! И потому вечная им память! Но могли бы они "дойти" не до Ганга, а до Иордана? Не исключаю, что могли, если не только бы выжили на фронтах, но пережили эпоху подлого сталинского антисемитизма! Многое бы они поняли! Обязательно бы поняли! И не исключаю, что в этом случае они вполне могли бы обивать пороги ОВИРа в 60-е годы, требуя оформления документов для переезда на историческую родину.






Юлия Систер, Реховот | 05.07.2018 17:59
Спасибо, Саша, за прекрасный очерк о талантливом, многогранном поэте Павле Когане, авторе знаменитой "Бригантины", которая была гимном моего поколения. Мы хотели
быть такими, как герои песни. Поэт оставил яркий след и в
истории 2-й мировой войны, и в литературе. Бесконечно жаль,
что жизнь этого замечательного человека, романтика так рано
оборвалась. Просто отлично, что к его столетию со дня
рождения появилась такая глубокая аналитическая статья.
Марат Герчиков | 05.07.2018 15:00
Когда историки говорят о потерях в этой страшной войне, они справедливо пишут о миллионах погибших. Александр Гордон говорит об одном из них. И этот один, Павел Коган, честный, яркий, необычайно талантливый юноша, повторяю - один из них.
Сколько же дарований загублено? Какие оглушительные потери.
Не говоря уже о том, что каждая жизнь - неповторимое чудо.
Вот такие чувства вызывает проникновенный рассказ Александра Гордона.
Татьяна Азаз-Лившиц | 05.07.2018 13:18
Спасибо Александру за прекрасный очерк о ярком и талантливом поэте, безвременно ушедшем Павле Когане. Его творчествo многогранно и многосложно, подстать времени, в котором он жил, и той личностью, которой он был. Автору удалось передать, как в мироощущении поэта отразилась эпоха со всеми ее конфликтами между романтическим идеалом "ветра свободы" и уродствами реальности.
Гость, Хабаровск | 05.07.2018 06:36
Отличная публикация! А слова из песни "Пьем за яростных, за непокорных!", которые считали символом шестидесятых, оказывается, появились еще в тридцатые.
Марк Фукс | 05.07.2018 06:03
А.Я!
Вы приоткрыли нам новую грань своего таланта: понимание поэзии и любовь к ней.
Наше c вами поколение можно сказать выросло на теме возвращения в большую литературу огромного числа имен поэтов и писателей, забытых или искусственно затертых, специально, целенаправленно преданных забвению по тем или иным политическим и окололитературным причинам.
Не каждый поэт, будь он трижды предан власти и свято веривший в утопию коммунизма вписывался в жесткие рамки идеологического стандарта, не каждого удавалось, даже после ухода из жизни причесать по лекалам СП.
Павел Коган – один из символов той эпохи и того поколения и показательно, и символично, что по обе стороны океана (посмотрите http://club.berkovich-zametki.com/?p=39135), за пределами границ России, русскоязычный мир вспоминает о нём, пишет о нём и читает его стихи.
Спасибо.
М.Ф.
Леонид Жмудяк | 04.07.2018 21:10
Спасибо Александру за добрые слова о талантливом поэте с трагической судьбой.
Гость | 04.07.2018 19:01
Это самый лучший, самый проникновенный очерк Александра Гордона. Автор дает возможность читателю самому разобраться в замечательно сбалансированном сложном материале, где на уровне самой высокой трагедии сплетаются человеческая личность, история, глубинность поэтического взгляда и творческая судьба. Александру Гордону как никому до него удалось целостно отобразить феномен Павла Когана - личности, несомненно, великой, проникшей в сердца многих поколений. Цитируя его поэзию, автор как бы раскрывает глубинные истоки его необычайного взгляда на мир, которые уходят в вечность человеческого восприятия. Вещие стихи Павла Когана в свете исследования Александра Гордона для меня впервые получают объяснение на уровне парадоксальности поэзии и судьбы Павла Когана. Это ПЕРСПЕКТИВА МЕЧТЫ. Реальна только она. Остальное - химеры. - Ю.К.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com