Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Парк культуры
«Рождественский – это явление»
Александр Баршай, "МЗ"
Начну с цитаты:

«К тому времени (начало 70-х годов) из оркестра «выбыли» семь «лиц еврейской национальности», и «мудрый» председатель Госкомитета по радиовещанию и телевидению С. Лапин создал специальную комиссию с целью обнаружения этих «лиц» на заснятых телефильмах и немедленного «обрезания» их изображений, даже, как он выразился - «если они засняты со спины».

Бдительный председатель, по-видимому, думал, что дело касается только видеоряда, не сообразив, что «обрезание» богомерзких ликов повлечёт за собой повреждение звуковой дорожки телефильма, после чего его надо было бы считать уничтоженным. Таким образом и было уничтожено около дюжины созданных мною телефильмов...

К уехавшим музыкантам артисты БСО (Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио и телевидения – А.Б.) немедленно «приклеили» этикетку – «Великолепная семёрка» (по названию демонстрировавшегося тогда в СССР американского ковбойского боевика).

У меня лично эта «семёрка» почему-то ассоциировалась с еврейским семисвечником...


В «Великолепную семёрку» входили: первый флейтист Наум Зайдель, скрипачи Инна Двоскина, Марк Баранов, Юрий Белявский, альтисты – Ефим Золотурский и Моник Мишнаевский, и виолончелист Рафаил Фурер. Все они были высококвалифицированными музыкантами. И.Двоскина и М.Баранов выступали в концертах БСО как солисты («Поэма» Шоссона и 2-й Концерт Моцарта), а Н.Зайдель – лауреат Международного конкурса музыкантов-исполнителей в Москве, с успехом записал на пластинку флейтовые концерты С.Прокофьева и П.Хиндемита с замечательной пианисткой М. Юдиной.

Геннадий Рождественский на репетиции БСО
в Большом зале Московской консерватории

Должен сказать, что перед тем, как покинуть СССР, каждый из отъезжающих подвергался омерзительной публичной проработке на общем собрании оркестра, во время которой все, кому ни лень, обливали его потоками грязи, явно получая при этом садистское удовольствие. Само собой разумеется, задавали тон этому позорному улюлюканью члены КПСС, тексты выступлений которых были предварительно одобрены начальством... К сожалению, я как руководитель коллектива не мог не присутствовать на этих унизительных «аутодафе», но, слава Богу, благодаря своей чудом сохранившейся беспартийности (эта тема требует отдельного повествования!) каждый раз категорически отказывался выступать и «клеймить» отъезжающих музыкантов, что, мягко говоря, не очень нравилось руководству и, как я думаю, и самому Председателю... Я всегда считал и считаю неотъемлемым правом каждого человека выбирать самому себе место жительства, потому не находил для себя возможным участие в «клеймении»...

Это фрагмент из статьи Геннадия Рождественского «Еврейская сага», которую он опубликовал в сетевом журнале «Семь искусств» в октябре 2012 года. А 16 июня 2018 года выдающийся дирижер и уникальнейшая личность, легенда музыкальной культуры Геннадий Николаевич Рождественский покинул этот мир - на 88-м году жизни.

И я сразу же вспомнил, что упомянутый им в «Еврейской саге» флейтист Наум Зайдель - мой добрый знакомый и даже соавтор нашей с ним статьи о Рудольфе Баршае. Наум вот уже сорок пять лет живет в Израиле. Он и здесь был первым флейтистом, 26 лет прослужил в Иерусалимском симфоническом оркестре, встречался с Рождественским в Израиле, поcтоянно следил за его творчеством.

Наум Зайдель на резервистской службе в ЦАХАЛе (70-е годы)

И сейчас неутомимый Наум ведет в Фейсбуке свой блог под названием «Камерная музыка». Кому же, как не ему, 12 лет игравшему в БСО под управлением Рождественского, не поделиться своими воспоминаниями о великом Маэстро?

И вот мы сидим с Наумом Львовичем в его доме в Маале-Адумим, и старый музыкант старается максимально подробно ответить на мои вопросы…

- Дорогой Наум, скажите, пожалуйста, когда Вы впервые услыхали это имя – «дирижер Рождественский», когда впервые увидели его и когда впервые сыграли с ним под водительством его дирижерских рук?


- Когда я учился в музыкально-педагогическом институте имени Гнесиных, а потом перевелся в Московскую консерваторию (это были 50-е годы прошлого столетия), имя Рождественского уже было на слуху у профессиональных музыкантов. Говорили о невероятном успехе двух молодых талантливых дирижеров, принятых в Большой театр – Евгении Светланове и Геннадии Рождественском.

У нас в Гнесинке был курс дирижирования, который вёл профессор Михаил Осокин. И вот после нескольких занятий он мне говорит: «Я советую Вам заняться дирижированием. Смотрите, слушайте, как работают настоящие мастера этого искусства, например, Геннадий Рождественский, это многому вас научит». А я до этого еще ни разу не видел Рождественского. Поэтому, когда через некоторое время мне впервые довелось увидеть Геннадия Николаевича за дирижерским пультом: это было первое (концертное) и – блестящее - исполнение балета Родиона Щедрина «Конёк-Горбунок», я был ошеломлен и заворожен магией дирижера. Если не ошибаюсь, это случилось в 1955 году.

А вскоре и мне впервые довелось сыграть в оркестре под его управлением. Я уже работал в Государственном симфоническом оркестре по производству фильмов, и Рождественский пришел к нам на студию «Мосфильм», на Патылихе, чтобы записать музыку к какому-то фильму (уже не помню, какому). В студии сидит оркестр, перед ним дирижер, а на задней стене, за оркестром – большой экран. На него проецируется двух-трехминутный эпизод, который нужно озвучить. Игру надо начать по кресту на пленке. Это легко. Весь фокус, вся сложность в том, чтобы закончить музыку точно с окончанием эпизода. Это получалось далеко не у всех и не сразу. Сколько же радости было на лице Рождественского, когда ему удавалось (а удавалось ему почти всегда) закончить музыкальный фрагмент с окончанием эпизода. Он улыбался и радовался как ребенок.

Г Рождественский во время мастер-класса
в Иерусалимской академии музыки им. Рубина (90-е годы)

Г. Рождественский оставляет Науму Зайделю
свой автограф на карте Иерусалима

Геннадий Николаевич встретился в Иерусалиме
со своим бывшим сокурсником В. Мазиным

Примерно в то же время произошла незабываемая встреча с маэстро, когда наш сборный оркестр пригласил его помочь нам саккомпанировать пианисту-дипломнику Виктору Деревянко (ученику Генриха Нейгауза) концерт для фортепиано с оркестром П.Хиндемита – Kammermusik №2 piano-konzert. Моя знакомая Маргарита Гроссман, которая собрала этот небольшой ансамбль из 12 человек, предложила мне взять палочку и продирижировать концерт. Но я не решился – уж больно сложной и непреодолимой казалась мне эта задача. Маргарита повернулась и ушла. А на следующий день перед нами стоял Геннадий Рождественский. И с ним все оказалось так просто и хорошо, и концерт такой замечательный, и совсем не сложный. Вот тогда я его оценил по-настоящему: ему сказали вечером, он пришел утром и сделал, сказали утром, он пришел вечером и сыграл блестяще... Позже, кстати, я и сам как дирижёр не раз исполнял этот чудесный концерт Хиндемита. Можно сказать, с лёгкой руки Геннадия Николаевича…

- Наум, Вы играли в первом составе Московского камерного оркестра, созданного Рудольфом Баршаем. Вы работали во многих других известных музыкальных коллективах. Вам посчастливилось исполнять классическую музыку под руководством таких выдающихся дирижеров, как Александр Гаук, Александр Мелик-Пашаев, Натан Рахлин, Курт Зандерлинг, Борис Хайкин, Евгений Светланов, Кирилл Кондрашин, Арвид Янсонс, Андрэ Клюитенс, Курт Мазур, Лорин Мазель, Игорь Маркевич, Гарри Бертини. Но двенадцать лет, самых счастливых, по Вашим собственным словам, Вы служили в Большом симфоническом оркестре Всесоюзного радио и телевидения под управлением Геннадия Рождественского. Как это было, каковы Ваши впечатления о нём как о музыканте, дирижере, руководителе оркестра?

- Я начал работать в БСО в 1959 году, а Геннадий Николаевич пришел в оркестр в 1961 году. Начиналось это так. Тем летом БСО отправился на гастроли в Ригу, на Рижское взморье, где должен был играть в замечательном концертном зале в Дзинтари. Перед началом поездки Александр Васильевич Гаук неожиданно и тяжело заболел, и было решено пригласить провести гастроли оркестра Геннадия Николаевича Рождественского, у которого были свободные от спектаклей дни в Большом театре. Я ничего этого не знал, поскольку у меня самого в это время тяжело заболела жена, и мне пришлось задержаться на пару дней. Поехал в Ригу один, а в этом же поезде – в другом вагоне - ехал Рождественский. Я увидел его на перроне во время одной из остановок, но по своей природной стеснительности не решился заговорить с мэтром. Каково же было мое удивление, когда на первой же репетиции оркестра я увидел за дирижерским пультом Геннадия Николаевича!

И все чудесным образом изменилось, словно у него в руках была не дирижерская, а волшебная палочка! Мы репетировали с ним «Концерт для оркестра» венгерского композитора Белы Бартока. Рождественский незадолго до этого записал этот Концерт на пластинку со знаменитым Симфоническим оркестром Ленинградской филармонии. То была замечательная запись. Пластинку эту я до сих пор храню, несмотря на годы, многочисленные переезды, на все перепетии судьбы. Рождественский очень любил это сочинение, передал свою любовь орекстру, знал партитуру до мельчайших подробностей. Работать с ним было одно удовольствие! Каждая репетиция, каждый концерт были радостью общения с ним. Улыбка поощрения музыканта, сопереживание и удовольствие от исполняемой музыки на его лице, всегда удобные темпы и яркая, заразительная эмоциональность!...

Александр Васильевич Гаук уже не смог вернуться к своим обязанностям и вскоре умер. Казалось бы, колектив должен был возглавить Геннадий Рождественский – лучшей кандидатуры не подберешь. Но еще больше года его не назначали главным дирижером БСО: якобы, больно молод, беспартийный, нет никаких регалий, чинов и т.д. Но все же в 1963 году он официально был назначен художественным руководителем и главным дирижером нашего коллектива. Из которого через 11 лет был вынужден уйти, не желая выполнять антисемитские указания одиозного и, я бы сказал, реакционнейшего руководителя Гостелерадио Сергея Лапина. Об этом Геннадий Николаевич очень хорошо и подробно, с присущей ему иронией рассказал в своей «Еврейской саге»…

Ну, а для меня тогда, в 61-м начались мои двенадцать счастливых лет с Геннадием Николаевичем. Концерты в Лондоне, в Albert Hall, в Вене, в Musikverein, оперы в концертном исполнении, многочисленные концерты. БСО впервые участвовал в фестивальных Променад- концертах (Proms) классической музыки, ежегодно проводившихся летом в Royal Festival Hall в Лондоне. На этих концертах кресла в партере убираются. На освобожденном пространстве публика стоя слушает музыку. По символическим ценам продаются входные билеты, так что молодежь, студенты, малоимущие люди могут насладиться шедеврами классической музыки. Кстати, Рождественского много раз приглашали в Англию, его там хорошо знают и любят.

Вызывала восхищение ненасытная жажда Геннадия Николаевича к безграничному расширению репертуара. Почти каждая программа включала сочинение, которое исполнялось в первый раз. Его мама Наталья Петровна Рождественская, известная камерная певица, знавшая несколько языков (отсюда, наверное, и знание ее сыном английского, французского и других европейских наречий), переводила на русский язык тексты опер М. Равеля «Дитя и волшебство», «Испанский час», Ф. Пуленка «Человеческий голос». Она часто присутствовала на репетициях и на концертах. Восторженная публика рукоплескала ее сыну, а я смотрел на Наталью Петровну и думал: у нее сердце может выпрыгнуть из груди от счастья. Да, в исполнении оркестра под управлением Рождественского всегда было что услышать и что посмотреть!..

Геннадий Николаевич записал с БСО на грампластинки все симфонии Сергея Прокофьева, балет «Золушка». Играли в радиопередачах и его оперу «Любовь к трем апельсинам». Для Центрального телевидения был снят потрясающий фильм-опера С. Прокофьева «Игрок», по одноименному роману Ф. Достоевского. Да и много чего он еще сыграл и записал...

– Чем, на Ваш взгляд, Наум, Геннадий Рождественский отличается от других больших дирижеров, которых Вы знаете?

- Да всем! Он неповторим, уникален, и попытки скопировать, повторить его заведомо обречены на провал. «Дирижер Рождественский» - это Явление в музыкальной культуре и вместе с тем загадка! Как Явление, например, и Евгений Мравинский, его старший собрат по дирижерскому цеху, с которым Геннадий Рождественский вполне сопоставим по масштабам личности и таланта. Но они во многом полные противоположности – по характеру и подходу работы с оркестром, к репетиции, к прочтению партитуры, к взаимодействию с публикой. И вместе с тем оркестр Мравинского очень любил, когда у них за дирижерским пультом стоял Рождественский.

Геннадий Николаевич – дирижер новой формации и внутренней организации – создал свой, только ему присущий стиль мануальной техники. Его жесты всегда предельно ясные, темпы удобные. Он не возвышается на подиуме над оркестром – предпочитал не пользоватся дирижерской подставкой - стоит на одном уровне с музыкантами, не повелевает, не навязывает, а убеждает и ведет за собой. Обладая замечательной памятью, он тем не менее не дирижирует наизусть, а скользя взглядом по партитуре, как-то совсем незаметно переворачивает страницы, показывает все важные и не очень важные вступления группам и солистам, встречаясь глазами, а часто и улыбкой с музыкантами.

Может быть, температура горения на репетициях не доходит до максимума, но она достаточно высока, – эмоциональный заряд сохраняется, чтобы выгореть на концерте.

«Цель репетиции, - говорил Рождественский, - это создание канвы. Никогда нельзя требовать от репетиции того, что будет при исполнении на концерте. Потому что исполнение прибавляет новую эмоциональную окраску, чего не может быть и не должно быть на репетиции. А это мое желание, довольно скромное, – сохранить возможность импровизации с оркестром, – чрезвычайно часто расценивается как моя нелюбовь к репетициям. Я не хочу убивать исполнение, а те, которые пытаются репетицию превратить в исполнение, убивают его…».

Неверно сказать, что его репетиции проходили скучно и буднично. Напротив, атмосфера была серьезной, но в то же время он не упускал случая посмеяться, пошутить. Как-то сказал кларнетисту:
– У Вас, вероятнее всего, ошибка в партии. Вы играете ноту до, а должно быть до диез.
– Геннадий Николаевич, как вы услышали неправильную в полтона ноту?
– Я не услышал, я ее увидел. Взглянул в партитуру, вижу – написано до диез, а Вы играете чистое до.

Встреча в друзей в Иерусалиме. Слева направо: Наум Зайдель,
Борис (Буся) Гольдштейн (известный скрипач и композитор, приехал в Израиль, чтобы дать несколько сольных концертов), скрипач Иерусалимского симфонического оркестра Мордехай Гершович и виолончелист ИСО
Аркадий Сприкут (90-е годы)

Наум Зайдель (справа) с Рудольфом Баршаем в Лондоне

Он часто шутил в моменты, когда меньше всего ожидаешь. Приехал в Москву американский пианист Байрон Джайнис. Записывали с ним Второй концерт Ференца Листа, 150-летие со дня рождения которого отмечалось в тот год. У служебного входа в Большой зал консерватории стоял автобус, привезенный из Америки, напичканный звукозаписывающей аппаратурой. Все шло замечательно. Рождественский переговаривается по телефону со звукорежиссером в автобусе – мы готовы, магнитофон включен и прочее.

Звонит телефон, Геннадий Николаевич берет трубку и слышит: «У нас технические неполадки. Просим сделать перерыв на десять минут». Маэстро с улыбочкой «переводит» с английского сидящим близко к нему музыкантам:
– Американская техника загнивает. Перекур.

Но если на репетиции пассаж в группе первых скрипок или в группе духовых звучал подозрительно, откровенно фальшиво или ритмически неточно, Геннадий Николаевич сердился, и тоном, не терпящим возражений, произносил фразу: «Каждый артист оркестра должен знать свою партию так, как я знаю партитуру»...

- А теперь позвольте мне, Саша, познакомить ваших читателей с некоторыми высказываниями об ушедшем от нас Геннадии Николаевиче, высказываниями, которые я нашел в интернете и с которыми абсолютно согласен, - сказал мне в конце нашего разговора Наум Зайдель.

- Вот что говорит, например, профессор Московской консерватории дирижер Анатолий Левин:
"Мне посчастливилось работать под руководством Рождественского много лет в Камерном музыкальном театре и в консерватории, слышать много его выступлений, общаться с ним в рабочей и нерабочей обстановке. Это был гениальный человек, фантастический музыкант, несравненный эрудит, человек потрясающего обаяния, остроумия. При этом он был великий труженик. Его уход — огромная потеря. Сейчас говорят «ушла эпоха» — это верно, но только со временем можно будет понять все величие этого человека и музыканта".

А вот высказывание пианиста Дениса Мацуева:
«Не стало легенды, абсолютно исторической личности в нашей и мировой культуре. Уникальный дирижёр со своим неповторимым стилем, с уникальным интеллектуальным и энциклопедическим багажом. Абсолютная магия у него была в руках. Он как будто писал картины, по ходу концерта рождалось неповторимое озарение, которое было в нем самом. Абсолютный гений, мудрец, гуру в дирижёрском цехе…».

- Что ж, спасибо Вам большое, Наум, за эту беседу и помянем с благодарностью и восхищением Геннадия Рождественского!

P.S. Уже после нашей встречи Наум Зайдель позвонил мне и предложил дать читателям «МЗ» послушать Сюиту Альфреда Шнитке к фильму «Мертвые души» в концертной аранжировке Геннадия Рождественского:



Вот лишь один из комментариев к этому музыкальному действу (учитесь, комментаторы «МЗ»):
"Ну, это просто уже что-то запредельное! Ультра-гениально! Редчайший случай - и оркестр, и солисты, и дирижёр, и композитор, и зал... Всё как одно великолепное целое! А Геннадий Николаевич – Дирижёрище, Актёрище, и самое главное - МУЗЫКАНТИЩЕ!!!"

Фото Наума Зайделя и из его архива
Количество обращений к статье - 789
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (0)

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com