Logo


Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!


RedTram – новостная поисковая система

Наша история
Письма из прошлого
Хаим-Реувен Карпов, Ришон ле-Цион

Если рукописи не горят, то письма и подавно должны жить вечно. Особенно не дошедшие до адресата. Особенно отправленные издалека. Особенно написанные в надежде отыскать родных, пропавших в военное и послевоенное лихолетье.

В годы, предшествовавшие Второй мировой войне, евреи, бежавшие от надвигавшегося нацистского ужаса в тогдашнюю подмандатную Палестину, не всегда до нее добирались. Да и британские власти ограничивали переезд европейских евреев в Эрец Исраэль, чем внесли немалый вклад в трагедию Холокоста. Нередко евреи, покинувшие родные (и зачастую уничтоженные) местечки, годами не имели возможности найти своих родных и близких.

Что им оставалось делать? Конечно же, они писали письма, но чаще – открытки. Почему именно открытки? Потому что открытка дает больше надежды. Ведь ее может прочесть и случайный человек, оказавшийся знакомым родственников отправителей или адресатов, не ставших получателями. Он, этот человек, если прочтет написанное, сможет оповестить тех, кого ищут. Или – и это уже трагедия! – сообщить отправителю открытки, что ему некого ждать, ибо выдали, убили, замучили, сожгли его родных и близких...



В таких случаях каждая буква, оставшаяся на недоставленной вовремя открытке, становится единственной ниточкой, связывающей мир до Холокоста с опустошенным послевоенным миром, в котором в прах и пепел превратились миллионы людей.

В «Балладе о вечном огне» Александра Галича (настоящая фамилия Гинзбург), поэта, исполнителя песен собственного сочинения, есть такие строки:

Всё ли про то спето?
Всё ли навек - с болью?
Слышишь, труба в гетто
Мертвых зовет к бою!.




Письма мертвых тоже взывают! Ко мне почти случайно попали открытки и письма, которые уже никогда не прочтут те, кому они адресованы. Потому что их нет в подлунном мире. Они погибли в газовых камерах концлагерей и сожжены в печах нацистских крематориев, расстреляны во рвах и ярах разных стран Европы.

Сохранившиеся у меня письма и открытки написаны в прошлом веке, в его самую жуткую пору с 1933 по 1951 год. Большинство открыток – на языке идиш, на котором до Второй мировой войны говорили миллионы и для которых он был действительно мамэ-лошн – языком матери. Увы, сегодня с трудом наберётся несколько десятков тысяч тех, кто просто может изъясниться на этом языке.



Некоторые отправители писем и открыток, попавших ко мне, написаны на иврите и польском. Одно письмо и одна открытка вроде как на русском языке, но с такими грамматическими и лексическими ошибками, что текст даже после неоднократного прочтения понятнее не становится. Но не в ошибках дело. Какие-то открытки отличаются прекрасным почерком, высоким ивритом, правильным литературным идишем и польским. Тем не менее, до адресатов они не дошли. Не знаю, живы ли их дети или внуки. Хотя всякое в жизни бывает. Но точно знаю, что давным-давно нет тех местечек, в которых жили и авторы открыток и те, кому они были адресованы.

У израильского поэта, уроженца СССР Марка Межиборского (Бен Галута) есть хорошие и точные строки об отцовских письмах:

Мой отец не вернулся. С войны не пришел.
Где погиб он? И есть ли на свете могила?
Повзрослев, эти письма я с болью прочел,
Карандашные письма, что почта тогда приносила.


Марк отцовские письма «с болью прочел», но миллионы сыновей и дочерей даже в руках не держали писем погибших родителей. Именно о таких рассказано в книге Василия Гроссмана «Жизнь и судьба».



Открытки, которые я предоставил сайту «МЗ», обязательно должны стать музейными экспонатами. Но все эти открытки и письма нельзя считать обычными предметами экспозиции. Потому что их следует не осматривать, а читать. Проблема в том и заключается, что прочесть и понять содержание этих, по сути, документов эпохи смогут далеко не все посетители того или иного музея. Если же такого рода корреспонденция не окажется в запасниках, а будет систематизирована соответствующими специалистами, переведена на русский или английский языки, то потомки адресатов смогут, наконец, получить письма и открытки отправителей, о существовании которых они, возможно, и не слышали. Такие заинтересованные лица и организации обязательно должны найтись. Они или их представители могут обращаться ко мне, а также непосредственно к главному редактору «МЗ» Леониду Школьнику.
Количество обращений к статье - 856
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (3)
Сергей Бонк, Реховот | 17.02.2019 14:25
Обращаю внимание на штемпель одной из открыток: Vilnius 1940.Значит, писали те, кто вряд ли пережил 1941 год.
Михаил Свойский (Ришон ле-Цион) | 17.02.2019 09:14
Эту статью невозможно читать без волнения! Открытки, написанные еще живыми людьми, с надеждой, что когда -нибудь дойдут до адресата. Судьбы людей, перечёркнутые войной!Их миллионы- уничтоженных, но не забытых! Вечная им память!
Григорий Иерусалим | 16.02.2019 23:03
Большое спасибо автору за столь интересный, познавательный и редкий материал. Уверен, что он будет полезен многим людям разных возрастов и Вер.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com