Logo



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!



RedTram – новостная поисковая система

Эксклюзив «МЗ»
Прощание с Тегераном
Марк Зайчик


Рис. Бориса Бейдера, Санкт-Петербург

Житель Петербурга побывал в Иране и два дня прожил в столице Исламской республики. Его наблюдения достаточно интересны.
Первое впечатление от аэропорта в Тегеране: некоторая тревога из-за людей, одетых в защитные белые и зеленые комбинезоны и маски. Их много, они внимательно отслеживают любой непорядок, заботятся о чистоте, делают замечания туристам и так далее.
Пограничники и таможенники любезны, доброжелательны. Рядом с каждым из них присутствует посторонний человек в штатском, который смотрит, что и как, но не вмешивается ни во что - так это увидел приезжий.
 Увидев, что он в защитной маске, закрывающей лицо и в одноразовых перчатках, пограничник любезно кивнул приезжему, но маску попросил снять. Он сверил лицо и фотографию, поставил печать и пропустил его дальше.
 
Все очень тихо, вежливо, аккуратно. Петербуржца встречал его иранский партнер, который тоже был в маске, перчатках и с бутылочкой антисептика, в качестве подарка. Смущенно улыбался, они давно знакомы, он настоял, чтобы россиянин умыл руки на месте.
 Приезжий спросил его (не в первый раз, кстати) не будет ли проблем с его еврейской фамилией и внешностью. Иранец деловито ответил, что мы не антисемиты, не надо верить пропаганде, ничего не имеем против евреев и никогда проблем им не делали.
 «Мы толерантные люди, ты это хорошо знаешь. Не верь вашим пропагандистам и израильтянам, они или ангажированы или заинтересованы во лжи, и американцы эти, все от них, все зло», - ответил он довольно резко. Никогда прежде такой реакции у него в этом вопросе не было.
«Я почти пошутил», - сказал приезжий. Он волновался, понимая, что дело не в населении, а в режиме. Это же понимал и его встречающий. Слежки он не заметил, хотя приезжий и не мог назвать себя специалистом в этой области.
 Поехали на такси. Машин много, но пробок в Тегеране мало. И людей на улице было не так много. Был четверг, обычно в этот день делают закупки, но никакого ажиотажа в районе крытого рынка заметно не было. Приехали именно туда.
 - Слушай, я хочу поменять деньги, где это можно сделать безопасно? – спросил приезжий.
Шофер что-то сказал. Тегеранец объяснил:
- Он просто спросил, откуда ты, не волнуйся. Я сказал, он ответил, что русские странные, но хорошие. В общем, к делу не относится. И перестань бояться, что с тобой, это что 52-й год в Ленинграде? Ты что? Где этот усатый злодей, где его камарилья? Я с тобой, мы честные люди, лояльные и законопослушные, пойми. А Иран – нормальная и прекрасная страна, я хочу, чтобы ты это понял, деньги тебе не нужны, все-равно запутаешься, расчет такой, что нули в тебе не поместятся, это больше человеческого понимания, наш бедный реал. Сегодня я плачу и не вздумай ничего говорить, - тегеранец набрал воздуха и сил. Напряжение у него немного спало.
 Шофер простился с ними, не снимая маски с лица и не отрывая рук в перчатках от руля.
В ресторане был народ, но его было не так много. Еда была превосходной, как и всегда. «Кебаб, гунди, ах», воскликнул гость из России.
Хозяин встречал у входа, был любезен и смотрел на них как на посланцев судьбы. Впрочем, и в предыдущий приезд питерца он встречал их также. Это было в позапрошлом году. Только пачка денег за замечательный обед, заплаченная тегеранским партнером, была тогда раза в три меньше. Алкоголя никакого нет. «Ну, не пьем мы ваши дикие напитки, у меня дома налью, сколько захочешь, хорошо? В гостиницу ты не поедешь ни за что, тебе там нечего делать, спать будешь у нас»», -вообще этот отличный человек выглядел несколько перевозбужденным, как показалось гостю.
Тегеранец когда-то учился вместе с «русским» в большом советском городе, они дружили семьями, ничего за эти годы, кажется, у них не изменилось. Объем дел несколько снизился, но это ведь во всем мире так. Нет?!
Зашли купить подарки в большую лавку. За все платил тегеранец, ощущение было не самое приятное у гостя. Все-таки он зашел в ювелирную лавку и купил кольцо для 17-летней дочери тегеранца, расплатившись кредитной картой. Ювелир был в маске, в перчатках, прыскал спиртом, но был доволен сделкой очень. «Господин .. еерзон, заходите еще, я люблю делать дела с евреями», - сказал он, проводив гостей до дверей. Фамилию он прочитал на кредитной карточке. Они все очень умные там, в Тегеране, надо сказать.
Когда шли к выходу из торгового центра, сверкавшего чистотой и заполненного уборщиками в белых и зеленых защитных одеждах, питерцу, прожившему много лет при Советской власти в зрелом возрасте, показалось, что за ними следят. Он оглянулся, никто за ними не шел, никакой дамы с тортом, как это было в прошлом в другой стране, вблизи не было. Какой-то уличный торговец с разовыми зажигалками чего-то бурчал у стены. Но он же не мог быть секретным агентом, правда?
Тегеранец это подтвердил. Никто ими не интересовался, никто.
Вообще, все продукты питания, как всегда, были в изобилии. Все что тебе и твоей душе угодно было на прилавках навалено холмами и горами. Идеальный порядок и чистота. Музыки мало, никаких завываний, запад чистой воды. Париж, Рим, Лондон невольно возникали в памяти при виде этого изобилия.
- Пошли-пошли, все дома есть, я приготовил, сказал тегеранец, явно уставший от этих часов общения.
Дома у него все было прекрасно. Они пили чай, говорили о судьбе Грибоедова, об опасной для нас (для них?!) Турции, о любви персов к евреям, об истеричности иностранных политиков, о любви к миру и прогрессу. И, конечно, об этой ужасной напасти Covid’e –19, и что с нею делать. «У нас, вообще, много погибших, не справляемся, может, введем карантин, как эти безумцы в Израиле, дожили, да, и турки еще на нашу голову», - вдруг сказал тегеранец.
Бизнес их, кстати, шел прекрасно, что подтверждали приготовленные тегеранцем документы. Он был исключительно честен.
Потом они выпили бутылку виски на двоих. Нажрались, как в молодости. «Да все пьют по домам, делать нечего. Дезинфицируемся, дорогой», - сказал перс, он, кажется, впервые за этот день расслабился.
Назавтра гость улетел на сутки раньше срока. Не из-за боязни, нет, по его словам. «Ну, просто пора и честь знать, не надо играть с судьбой», - сказал он. «Давай брат, …еерзон, ты прав», - ответил тегеранец гостю.
Его компаньон и друг очень крепко и благодарно обнял питерца в аэропорту, кажется, этот сильный, благородный человек плакал. Наверняка сказать ничего нельзя.
Количество обращений к статье - 479
Вернуться на главную    Распечатать

© 2005-2020, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com