Logo


Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!


RedTram – новостная поисковая система

Pro et contra
Страна неубывающей лжи
Михаил Марголин, Черри Хилл

«Упрекали Булата Окуджаву за строчки: «Но нам нужна одна победа, Одна на всех, 
Мы за ценой не постоим». И не постояли, цену нагнали до тридцати миллионов,
теперь уже заговорили о 40 миллионах погибших. Цена страшная. Но чувство
такое было. Доподлинно. По крайне мере, в 1941 году. Свидетельствую. В 1965
году на празднике Дня Победы учительница сказала: «Не нужна мне ни эта война,
ни эта Победа». Дети моих друзей, вернувшись из школы, спрашивают:
«Как же так? Почему?». Попробуй, объясни».

Д. Гранин «Причуды моей памяти»

Это было очень давно. В тот год страна праздновала победу над фашистской Германией, а я, едва достигнув юношеского возраста, начинал свою добровольную, многолетнюю службу в Военно-морском флоте. Помнится, был субботний день, и мы, молодые «салажата», после традиционной генеральной приборки сидели в кубрике и слушали выступление по радио «отца всех народов», который со знакомым всем грузинским акцентом произносил заздравную речь во славу русского народа-победителя.

Тогда впервые всем запомнился его афоризм, где он сравнивал советских людей с «винтиками», надежно крепившими советскую государственную машину в борьбе с фашизмом. Среди моих однокашников, трепетно внимавших каждому слову любимого вождя, только я не был, как теперь принято говорить, представителем титульной нации и поэтому безо всякой задней мысли вслух заявил, что генералиссимус, поздравляя всех русских людей с победой, конечно же, имел в виду и другие народы страны, сражавшиеся на равных с нашим общим врагом. Никаких сомнений в своей правоте я не испытывал:  во-первых, потому, что мой отец прошел войну от звонка до звонка и на войне погибли его два брата и, во-вторых, в годы Холокоста погибли 68 наших близких родственников. К величайшему моему удивлению, никто из сверстников со мной не согласился, а один из них, потомок донского казачества, попытался, используя привычную аргументацию, обвинить меня в желании примазаться к заслугам великого русского народа, за что незамедлительно схлопотал по физиономии. Нас быстро разняли, но этот урок группового антисемитизма заставил меня впоследствие многое переосмыслить и, главное, на всю жизнь утвердить себя в мысли, что никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя ронять своей чести и достоинства.

Тогда же я понял, что именно он, «наш вождь и учитель», ярый апологет «социалистического интернационализма» и государственного антисемитизма стал порожденцем самого гнусного из мифов прошедшей войны: о евреях, воевавших против фашизма ... в Ташкенте.

Об этом я вспомнил совсем недавно, в российский День защитника Отечества, когда телекомпания НТВ впервые показала документальную драму «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова». Этот фильм об Отечественной войне, об одном из самых кровавых сражений, где потери Красной армии, только по официальным данным, превысили миллион человек. Люди моего поколения хорошо помнят, как после победоносного сражения под Москвой, когда враг был отброшен по всему фронту на 250 километров, наступило затишье. По тогдашним сводкам Информбюро шли бои местного значения и ни о каком сражении под Ржевом, тем более о трагических ошибках маршала Жукова никто, кроме непосредственных участников тех боев, знать не мог. Вся кампания, состоявшая из трех наступательных операций, была сосредоточена на попытках окружения 9-й  немецкой армии группы «Центр» на т. н. Ржевском выступе, строго замалчивалась. Да и бахвалиться было нечем: части Красной армии, понеся колоссальные потери, были окружены и разгромлены.

Перед творческой группой создателей фильма, которую возглавлял Алексей Пивоваров,  стояла совсем непростая задача: им предстояло доказать, был ли Георгий Жуков гениальным полководцем и «спасителем Отечества», или обезумевшим от неограниченной власти военным диктатором, который хладнокровно гнал на смерть сотни тысяч солдат, когда лично считал это необходимым?

Ответить на этот вопрос было совсем не просто, ибо и раньше, и в современной России личность маршала Жукова - объект такого же культа и мифотворчества, как и священный образ самого генералиссимуса.

К сожалению, пересказать, даже конспективно, достойный фильм Алексея Пивоварова не позволют возможности газетной статьи: этот фильм нужно смотреть. Создатели фильма на достоверных фактах развенчали миф о Жукове - великом военноначальнике, не знавшем поражений. Стало известно, что Жукову ничего не стоило бросить пехоту на танки, кавалерию - на вражеские артиллерийские батареи, причем действуя не по команде Верховного, но с уверенностью в его полном одобрении. Жуков был убеждён, что соотношение 10, 15, 20 погибших бойцов к одному бойцу противника – это для Ставки не катастрофа, а нормальный ход боевых действий для заслуженного маршала.

Cегодня дезинформируемая «сурковщиной» на телевидении и в других СМИ российская аудитория признаёт генералиссимуса Сталина «самым эффективным менеджером». Никого особенно не смутила  итоговая цифра потерь - 7 млн. человек (тех самых сталинских «винтиков») в его победном обращении к народу: никто из этих «винтиков» не посмел заподозрить своего вождя-победителя в лукавстве. Много позже страна узнала, что «эффективный менеджер», располагавший в начале войны огромным военным потенциалом, потерял в войне 27 млн. человек. Это превышает потери всех наших союзников и противников и самой Россией за всю её тысячелетнюю историю. Немудрено, что этот доморощенный российский Молох не пренебрегал при случае напоминать своим соратникам его излюбленный девиз: «Смерть одного человека – это трагедия, смерть тысячи человек – статистика». В недавно изданных «Воспоминаниях» Н. Хрущев пишет: «В своих «вольных беседах» Сталин часто говорил, что если бы США нам не помогли, то мы бы эту войну не выиграли: один на один с гитлеровской Германией мы не выдержали бы её натиска и проиграли войну. Этой темы официально у нас никто не затрагивал, и Сталин нигде, я думаю, не оставил письменных следов своего мнения, но я заявляю тут, что он несколько раз в разговоре со мной отмечал это обстоятельство».

До сих пор бережно сохраняется миф о запаздывании и несущественности Второго фронта. Это тоже сущая ложь, которую доказательно опровергает доктор философских наук И.Чубайс. Англия ещё 3 сентября 1939 года объявила войну Германии, вслед за ней войну объявила Франция. Решающие битвы Отечествнной синхронизировались с Америкой и Великобританией (в дни битвы под Курском и Белгородом США высадили 30 дивизий на Сицилии, наступательная фаза битвы за Сталинград было совмещена с активизацией союзников в Африке...)

Трудно объяснить, как могло произойти, что враг дошел до стен Москвы, Ленинграда и волжских берегов. Для этого надо вспомнить и понять кем были наши соотечественники в 1941 году, которые насмерть стояли с мосинской трехлинейкой образца 1891/1930 годов. Это были люди, по чьим детям и родителям и по ним самим «пропахали» Октябрьский переворот, Гражданская война, уничтожение религий, красный террор, раскулачивание, расказачивание, депортации, организованный голод в Поволжье в 21-м  и Голодомор, Большой террор, ГУЛАГ, уничтожение командного состава армии ! Об этой катастрофе даже подумать страшно.

Неудивительно, что за первые шесть месяцев войны в плену у немцев оказалось 3 млн 800 тысяч человек, 70 % личного состава советской армии. 200 тыс человек сдались добровольно, по собственной иниициативе. В фильме «Ржев» показана жуткая картина обращения с советскими военнопленными: занятая немцами территория, за колючей проволкой тысячи наших солдат, зима, но внутри колючки снега нет, и видно черное пятно земли – снег съеден пленными, им не дают ни есть, ни пить.

Вот что об этом пишет британец Крис Беллами в своей книге «Апофеоз войны. Советская Россия во Второй мировой войне»: «Те, кто попал в плен к немцам, становились оруэлловскими «нелицами». В 1945 году десятки тысяч военнопленных, выживших в нацистских лагерях, были расстреляны или отправлены в ГУЛАГ... А теперь представьте себе, сколько русских военнопленных, сражавшихся за дело союзников, также было передано «своим» на погибель. Маршал Жуков – настоящее чудовище, как и большинство русских военноначальников – предлагал расстреливать ещё и семьи сдавшихся в плен, чтобы укрепить стойкость солдат, но даже Москва сочла, что это уж слишком». Зато Сталин, безо всяких оговорок, посчитал возможным  и справедливым изымать у матерей детей, рожденных во время оккупации от немцев и отправлять их в специальные детские дома.

По аналогии с традициями уголовного мира, маршал Жуков всю войну находился «под крышей» своего «пахана», неограниченная власть которого поощряла решать боевые задачи « любой ценой», безошибочно полагая, что «война всё спишет».

После смерти «вождя всех народов», в результате «подковерной схватки» власть в стране захватили братки Хрущева, развернувшие «не на жизнь, а на смех» борьбу с культом личности, заставив одураченный народ поверить ещё в один миф - грядущую хрущевскую  «оттепель». Для укрепления авторитета всё той же тоталитарной власти Хрущев вытаскивает на свет опального маршала Жукова и назначает его министром обороны. Беспредельная «жуковщина» продолжала насаждаться в армии и на флоте, причем к флоту Жуков всегда относился с откровенным пренебрежнием.

Я был свидетелем, как в марте 1957 года во время инпекторской проверки министерством обороны Таллинской военно-морской базы был снят с должности, разжалован и предан суду военного трибунала командир 19-й бригады ОВР, контр-адмирал Нарыков В.М. С этим участником гражданской и отечественной войн (награжден орденом Ленина, четырьма орденами Красного Знамени, орденом Ушакова), бывшим командиром легендарного линкора «Октябрьская революция» Жуков расправился жесточайшим образом только лишь за то, что контр-адмирал был не согласен и опротестовал заключение инспекции МО. За это несогласие Нарыков был приговорен к 2,5 годам лишения свободы. После освобождения адмирала в 1961 году судимость с него была снята. Ходили слухи, что он покончил жизнь самоубийсвом.

Неспроста испугался генсек Хрущев своего выдвиженца маршала Жукова и в октябре 1957 года отправил его в отставку, сославшись на то, что маршал, якобы, недооценивал роль политорганов в армии и на флоте, что, конечно же, не соответствует действительности.  

Фильм А.Пивоварова «Ржев» не имеет ничего общего с множеством кинофильмов о войне, созданных в условия тотальной советской цензуры. Приятно осознавать, что создатели этого фильма - поколение молодых людей, которые знают о той страшной войне «понаслышке», но, судя по фильму, - значительно больше, чем, загубленное сталинским соцреализмом, старшее поколение кинематографистов. Исключение составляет разве что фильм Алексея Германа «Проверки на дорогах», который на много лет поверг российскую власть в замешательство. Ещё один достойный фильм о войне -  «Штрафбат» - совсем недавно снял режиссер Николай Досталь. 

Готовясь к съемкам фильма «Ржев», журналисты НТВ провели собственное расследование, собрав свидетельства непосредственных участников событий и архивные документы, многие из которых были до сих пор засекречены. Съемки фильма продолжались столько же , сколько и сама битва: больше года. На площадке, помимо журналистов работали более ста актеров, каскадеров и просто энтузиастов. Сочетание документального расследования, художественной реконструкции и компьютерных спецэффектов погружают зрителя в атмосферу одного из самых трагических сражений прошедшей войны.

Вскоре после показа фильма «Ржев» по телевидению авторитетный глава МЧС России  Сергей Шойгу, по всей вероятности, выполняя наказ «национального лидера», потребовал от Госдумы внести на рассмотрение новый закон о привлечении к уголовной ответственности за отрицание победы России в Великой Отечественной войне. Меня мало интересует ничем не примечательная личность министра Шойгу, но, судя по его общественно-политической деятельности, это обыкновенный подпевала власти.

Очень точно по этому поводу написал прекрасный журналист сайта «Грани.ру» Лев Рубинштейн в своей статье «Политика на гранях войны»: «...борьба с разного рода сомнениями началась вместе с самими сомнениями, т. е. сразу после войны. А потому была запрещена великая песня Исаковского, где были такие слова: «Хмелел солдат, слеза катилась, слеза несбывшихся надежд». «Несбывшихся надежд» - надо же! В 1946 году».

Представляю, с какой саднящей болью в сердце Даниил Гранин в своей последней книге «Причуды моей памяти» не без основания назвал свое дорогое отечество – «страной неубывающей лжи». Нам, бывшим соотечественникам писателя, ничего не остается, как разделить его душевные переживания и искренне ему посочувствовать.

Количество обращений к статье - 2413
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (0)

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com