Logo


Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!


RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
«Мне выпала большая честь...»
Эмануэль (Амик) Диамант, Кирьят-Оно

Во время похорон Ирины звучали "Снег" Городницкого, "Пане-панове" Окуджавы и "Я была среди вас, как цветок полевой" Хавы Альберштейн (на иврите). Они вполне соответствовали духу и моменту. Кто хотел что сказать – сказал. Я тоже...

Я долго маялся и мучился, как говорить мне здесь сегодня. Как бы не по праву мы здесь, как бы за оградой. И даже за оградой здесь всё строго расписано – вот это только для евреев (не совсем кошерных, но евреев), а это для тех, кто согласен быть рядом с неевреями (для таких, как я, например, кто купил себе место, чтобы и после жизни лежать с ними в одной могиле), а это уж для совсем отпетых гоев, с которыми ни на земле, ни под землёй мы смешиваться не должны.

И хотелось мне, и казалось мне вполне уместным и естественным говорить здесь на русском языке. Но сегодня утром я понял, что это не так. Что даже если бы все вокруг говорили только по-русски, я должен говорить здесь на иврите. Потому что из всех символов, которые связывают нас с этой землёй, иврит – это самый очевидный и самый ощутимый символ. Потому что я знаю, что кроме меня и Ирины, с этой землёй связаны и многие другие, кто сегодня стоит здесь, кто стоял и ещё будет стоять здесь, до нас и после нас. Не я один связал себя с этой землёй. Каждый стоящий здесь когда-то сделал для себя этот выбор. Каждый когда-то ляжет в эту землю. И нашу общность в эту минуту нельзя выразить иначе, чем на иврите. И поэтому я решил и буду говорить на иврите.

Наше сознание, наше понимяние окружающего мира построено на рассказах и историях из прошлого. Мама и бабушка рассказывают ребёнку сказки, потом в школе ему рассказывают всякие «майсы». Я тоже позволю себе напомнить вам кое-какие истории из прошлого.

Ирину часто сравнивали с Рут-моавитянкой. Говоря о Рут, конечно, сразу же вспоминаю Тамар. «Украла семя» – так сказали бы сегодня. Рут, между прочим, тоже надула Боаза – так Нээма её научила. Между прочим, не Боазу, а Нээме она присягала: Твой народ - это мой народ, и твой Бог – мой Бог. Где ты умрёшь, там и я умру, и там похоронена буду (Рут, б-17).

Вообще, в Библии женщины куда умнее и целеустремлённее мужчин. Они берут на себя и несут ответственность за судьбу народа. Не важно, кашерная ли еврейка Тамар, а Рут уж точно вообще не еврейка. Но вся ответственность и вся забота – на них. И Богу это угодно: Вы ныне тому свидетели. И весь народ, что был в воротах, и старейшины сказали: Да уподобит Господь жену, входящую в дом твой, Рахели и Лее, которые обе построили дом Исраилев. (Рут, д-11).

Ирина пришла ко мне не как к Боазу на сеновал. Под Новый 1960 год пришла одна в мужскую компанию встречать Новый год. Одна, без подруг, в мужское общежитие. По тем временам это был не простой шаг. Пришла в красном платье, которое сама себе по этому поводу сшила (из красного парашютного шёлка) с большими белыми пуговицами (как у клоуна). Было очень заметно и впечатляюще. Пришла не на сеновал к Боазу детей делать – о таких вещах по тем временам и думать не смели – пришла быть навсегда, жить навсегда.

Второй раз Ирина пришла ко мне уже в Охотске – аэродром возле Магадана. Из самолёта вышла она одна – других пассажиров в Охотск не бывало, потому что другим делать нечего было в Охотске: 240 человек заняты обслуживанием аэродрома, - и это всё. Никакой работы нет. Но Ирина через неделю уже работала – заправщицей самолётов. Совсем не женская работа, и женщин-заправщиц там никогда не было.

Когда через полгода ей предложили работать в школе (и она пошла преподавать математику), на её место пришла другая женщина – дорога уже была проложена. Ирина проложила эту дорогу.

Что я хочу сказать – Ирина не была зависима от меня. Не голодная Рут, а свободная женщина, которая знала, чего хочет, и делала, что хочет. Библейская история, да на Иринин лад.

А потом была ещё целая жизнь, и Израиль, куда она приехала в 33 года, работать и жить, и рожать детей – предтечей будущего царя Давида.

Позавчера из Нью-Йорка позвонила Оранит (её бывшая сотрудница). Ирина уже не реагировала на окружающих. Я сказал Оранит об этом. «Ничего, – ответила она, – шепни ей на ухо, может она ещё услышит: הייתה לי זכות גדולה להכיר אותה (Мне выпала большая честь быть с ней знакомой)».

Мне тоже: הייתה לי זכות גדולה (Мне выпала большая честь...).
Количество обращений к статье - 4269
Вернуться на главную    Распечатать

© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com