Logo


Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!


RedTram – новостная поисковая система

Израиль
Разрешите доложить…
Эстер Толкачёва, «МЗ»

Продолжение. Начало в №№ 279-280


6

"Вы не ждите, что в припеве заругаюсь матом я,
Я б, конечно, заругался, только очередь твоя.
И подкалывать не надо, мне на это наплевать,
Матерщинные слова не буду я употре… блять!"
(с) Сектор Газа

Утро Первого дня (воскресенья, дословный перевод с иврита). Едва успела на автобус. Все сиденья оказались заняты, и нам пришлось занять особые солдатские места, предназначенные как раз для таких случаев, на лестнице, около задней двери. Галерку занимало племя дикарей лет 16, кричавших и улюлюкавших на весь автобус так, что там не то что африканцы, палестинцы бы позавидовали. По соседству с нами сидел интеллигентного вида русский мужчина, которому они очень мешали, и материл их на весь автобус. Наверное, филолог, я даже пару новых слов узнала. Например, страдающие пидо..истической невзъе..енностью. Потом он стал призывать силы полиции, то есть меня, навести порядок. Я честно попыталась. На что в ответ получила бурные аплодисменты в адрес нашей полиции, комплименты по поводу моей улыбки - в общем, всё, что угодно, кроме тишины. Среди них была парочка ребят в кипах. Я попыталась воззвать к их благоразумию. Мол, не позорьте имя Всевышнего. Ребята решили немедленно исправить положение и следующие пять минут орали только религиозные песни.

Филологу я посоветовала отнестись к ним философски. Все-таки это наши будущие солдаты, причем, скорее всего, магавники.

Ну вот, не успела приехать - уже убирать.
- Есть, командирша! - передразниваю я Амит и продолжаю собираться на пробежку.
Ну вот, привела еще пятерых. Знаем мы эти приколы. До магава, в "голубой полиции" (нет, это не гаишникиJ), я наблюдала за камерами слежения. На всякие мероприятия, где было много народу, а полицейских не хватало, нас иногда вызывали на "поддержку" – толку никакого, но впечатляет. Так и здесь, пришла бестолковая поддержка. Я вежливо осведомилась у них, или мы находимся в зале суда, Амит видимо решила поиграть в хорошего следователя:
- Оставьте ее, она уберет!


Не, люди, я в ваши игры даже не вступаю. И ничего вам отвечать не буду, хрен вы меня спровоцируете. У меня есть дела и поважнее, например, пробежка. Скоро экзамен. После него я могу попасть в любые войска. Абсолютно любые, на ваш выбор (не на мой)! Хотя мое скромное мнение, может быть, учтут. Но мне это не так уж важно, важен сам факт, что я в боевых. Не важно, магав (пограничная полиция), каракаль (легкая пехота), спасатели, разведка, артиллерия… конечно, хотелось бы магав. Потому что интересно и потому что полицейские. Хотя, в принципе, для хорошей военной или полицейской карьеры не так уж важно, где ты был, главное, ты был "бойцом" то есть прошел тиронут 05 минимум. Но и не в карьере дело. Вы можете меня не понять, но дело в том, что мне интересно пройти именно этот самый тиронут 05, даже не обязательно воевать потом. Я просто хочу это уметь. Я просто хочу know how – знать как.
Так что я в прямом смысле убежала от агрессивно настроенных бабушек. Авось, пока я бегаю, успокоятся, выяснят, чья очередь, а заодно и уберут. Прямо криминальный мир: не уберешь ты – уберут тебя!

Бегала я долго, растягивала удовольствие. Прихожу и что вижу? Всем выйти из комнаты – Даниэла (девочка с моего курса) моет полы! Что ж ты делаешь, тупое блондинко! Как ты позволяешь им так с собой обращаться? Хотя нет, я погорячилась. Не совсем тупое, так как кое-какие навыки выживания у нее все же имеются. Ведь она не просто моет пол, она при этом вовсю кричит, как она обожает это делать. И она не так уж не права, в следующий раз девушки – бабушки отнесутся к ней с большей симпатией.
- А давайте еще и мебель передвинем!
- А давайте еще комнату пристроим!

Это я уже заснула под методичное поскрипывание, покрикивание, хихиканье и ругань. Во сне я видела, как агенты Моссада рассекретили Даниэлу, которая оказалась молдаванкой по происхождению, но было уже поздно – она к тому времени успела отстроить в Эйлате целый квартал бейт-хаялей.

7

"И мы завтра отсюда улетим на метле,
Как стая славянских джедаев…"
(с) Ундервуд

- Он погибнет.
Книга, которую я читаю, уже давно стала классикой, и известие о смерти героя не застало меня врасплох. С таким же успехом она может мне рассказывать, что Каренина бросится под поезд, а Онегин убьёт Ленского. Неприятен сам факт попытки наезда, но реагировать? Нет уж, я не доставлю тебе такого удовольствия. Но Мейталь так просто не сдаётся.
- Настя, ты девственница?
Ей совершенно не важно, отвечу я «да» или «нет». Пазаму скучно. Это напоминает анекдот, где крокодил спрашивает обезьяну, много ли она рыбы наловила, а про себя думает: скажет, много - отвечу, что дуракам везет, мало - разве такая дура много наловит! А обезьяна отвечает: - Да наловишь тут, когда такие дураки рядом плавают! Ты хочешь реакции? Держи!
- А ты шлюха?
Мейталь была действительно немножко шлюхой, мой удар угодил как раз по больному месту, профессиональной гордости, так сказать. Некоторые не смогли сдержать смех.
- Командир, она обозвала меня шлюхой!
- Она всего лишь сказала правду.
- Алло, офицер... Он сказал, что займется ею. Ты еще об этом пожалеешь!
Всевышний, избавь меня от них, ведь и Ты не приветствуешь конфликты среди твоего народа! И Он услышал.
- Ты, Шир и Нофар, переходите на мост Алленби, на границу с Иорданией, на два месяца.
Я очень радуюсь, но ходят слухи, что там ещё хуже, посмотрим.
- Ты должна попросить прощения за то, что назвала нашу подругу шлюхой.
Пытаются загнать в угол.
- Я не назвала, я только спросила!
Она пытается дать мне пощечину, я разворачиваюсь и иду к выходу. Я могу кинуть ее на пол минимум 10 способами, занятия борьбой не прошли бесследно, но это произойдет, когда время и место выберу я. Ну что, звоню офицеру. Долго возмущался, вроде даже и безопасность гарантировал. Ладно, пойду собираться.
А вот и Мейталь с компанией. Надеюсь, гарантия в силе...
- Милая, не надо жаловаться офицеру, я состою с ним в очень хороших отношениях!
Язык мой, что-то никак не могу понять, ты мне друг или враг?
- Ты со всеми состоишь в отношениях, подробности можешь не рассказывать.
Пазамницы хихикнули и вышли. Не сомневаюсь, её еще будут подкалывать, как и ту, с консервой. Возможно, это была победа. Жаль, только, что прежде, чем победить чужих, в нашей армии приходится учиться побеждать своих.
Вот и очередная "своя". Амит, своя в доску (ассоциация с ее фигурой) которая тоже участвовала в "деле", попыталась объясниться.
- Я ведь тебе не угрожала!
- Так и я никого не называла непристойным словом.
- Ты должна понять, здесь все происходит по пазаму. Даже фамилии в списке не по алфавиту, а по пазаму. Ты не понимаешь, что это такое: торчишь здесь два года, приходит какая-то новенькая и начинает права качать.
Не буду ей рассказывать о своих переживаниях, когда приезжаешь с целью отслужить в Армии обороны Израиля и получаешь такой приём. Зачем торговаться, кому хуже. Но несчастная пазамница - это зрелище показалось мне довольно смешным.
Неважно.
- А ведь она не шлюха. И я тоже терпела, все мы терпели, я даже получила помидор в морду!
Сказано это было с такой гордостью, что, не знай я иврита, по интонации можно было бы предположить, что она получила, по меньшей мере, медаль за отвагу.
В ответ я повторила ей высказывание моего хорошего знакомого: пройдя через жопу, не обязательно становиться дерьмом. Надеюсь, она поняла, и таким образом мы вместе преодолели языковой барьер.

8

"Мост над туманным заливом,
Чувство до боли знакомо,
Закрываю глаза и снова
Падаю в невесомость…"
(с) fleur

Я предложила нашему красавцу-офицеру хорошую идею, как метод борьбы с дедовщиной, - послать их куда подальше, в смысле - на мост Алленби, но он предпочел послать туда нас. Ну что ж, если тебя насилуют, расслабься и получай удовольствие. И, как это ни странно, я получаю. Несмотря на закрытую базу, отсутствие длинных перерывов на службе, отсутствие вообще каких-либо перерывов, кроме обеденных, еженедельное дежурство на кухне или в туалете, и постоянное сопровождение командиров. Бегаю по вечерам вокруг базы с нашей старшиной. Мило звучит, правда?

Без перерывов время летит быстрее и не надо ругаться с пазамом, кто идет в кабинет - идут все, и нет времени, палестинцы наступают. Дежурство по приказу командиров намного приятнее дежурства по приказу Амит. И дедовщины пока не чувствуется – кто ж при командире осмелится. И вот мы сидим третий час подряд, клиентам нет конца и края (если б за каждого мне давали шекель, я бы отказалась от льгот солдатки-одиночки и сделала бы много полезных приобретений. Для начала, например, выкупила бы наш домик на базе. Дальше я задумалась над остальными инвестициями.

И тут дверь в кабинет открывается. Я намеренно делаю лирическое отступление, чтобы вы поняли весь ужас происходящего. Мы на границе палестинской автономии с Иорданией, каждый пятый – потенциальный террорист. На каждом шагу стоит охранник с заряженным автоматом, чтоб даже не думали. Мы без оружия, сидим в нашем уютном "островке безопасности". И тут дверь в наше убежище открывается. Шир ныряет под стол, я судорожно ищу кнопку вызова охраны…

- Ой, как я вас классно напугал, у меня получилось… я, кстати, новый офицер вашей базы, как дела?

Не знаю, как вас, но меня уже ничем не удивить. И уже не возникает недоумения: и это офицер? И уже не восхищаюсь его внешностью, хотя, конечно же, он того заслуживает. Привыкла: все они красавцы, все они таланты, все они поэты, все они те еще кадры… и кадры - это не лишнее, это, пожалуй, самая обязательная из черт для офицера магава.
- Давай, увидимся за обедом, спасибо, что разрядил нам обстановку!

Ладно, вернемся к несчастному и угнетенному палестинскому народу. Свела же судьба в одном кабинете (и не только) крайне левую Шир и крайне правую меня. Хотите, я в одном абзаце расскажу вам всю историю "Палестины"? Жители Газы в оригинале – египтяне, жители Западного берега – иорданцы. Кстати, государство Трансиордания было создано почти тогда же, когда и Израиль. Уходя, англичане решили сделать два государства для двух народов (где я это слышала?) - еврейского и арабского. Власть в Иордании передали дружественному им бедуинскому шейху (кстати, бедуинов там меньшинство). Потом, после Шестидневной войны территории Западного берега и Газы перешли к нам, а жители так и остались. А кому они нужны? Почему-то ни одна из тех стран, которая так рьяно защищает их права, не спешит предоставить им свое гражданство, со всеми социальными льготами и пособиями. Странно.

И вот, пока я штампую их паспорта и отсеиваю подозрительных, которых довольно много, Шир умиляется их детям и пожимает ручку каждому из них, приговаривая: какой лапочка! Меня раздражает эта ее привычка. Даже не потому, что я догадываюсь, кем станут эти дети, когда вырастут, причина гораздо более проста. Я знаю, как у них обстоит с гигиеной. О том, что у большинства из них выгребные ямы вместо туалетов и Израиль даже строил канализацию в некоторых деревнях, для того, чтобы предотвратить экологическую катастрофу. И что 90% из них руки моют разве что перед молитвой, и то не факт. А так - неплохие люди, улыбаться в ответ на их улыбку я не брезгую.

Ладно, пойдем на обед. Руки бы не забыть вымыть. Особенно тебе, Шир.
- Ой, какой лапочка вон тот охранник, ну посмотри!
- Вижу, молчи, у тебя танкист есть!
Мне не до этого, так что лапочку-секьюрити я, как следует, не разглядела.
Кончился обед, поредели ряды армии освобождения Палестины. Когда ж вы ее от себя наконец освободите?!

- Идем погуляем.
- Вон он, давай мимо него пройдем?

А вот еще одна угнетенная женщина Востока. Положила ребенка на стол, где проверяют чемоданы, прямо между сумок. Малой сопливый, грязный, ревущий. Я не выдерживаю и спрашиваю Шир:
- Хочешь сказать, что вот ЭТО – лапочка?!

Ну кто ж знал, кто мог предполагать, что именно в этот момент мимо нас пройдет тот самый охранник, слегка заденет Шир плечом и взгляды их встретятся… и тут я… но все кончилось хорошо, героиня рассказа осталась в живых.

Ахла Иордан при хамсинной погоде. Редкий арабчик доберётся до середины Иордана непроверенным. А если сумеет, то погибнет…
Прям Гоголь в ближневосточной интерпретации.

А вот и действительно редкий арабчик. Иншалла, последний на сегодня.
- Мухаммад?
- Да. Все в порядке? – спрашивает он меня на чистом русском.
- В порядке. Откуда ты?
- Халиль (Хеврон). По лицу видно, что не все. Тебе тяжело.
- Для тебя стараюсь.
Может, мне не обязательно знать арабский. Ведь среди них появилось столько "русской интеллигенции".

Попробую поговорить с командованием, чтобы меня оставили здесь. Да, это странно, что я предпочитаю этот несчастный мост Эйлату. Еще более странно, что я предпочитаю террористов туристам. Но это так. Они интересны в своей непредсказуемости. Хотя я уже научилась угадывать их характер, общественное положение, знак зодиака – надо же было сделать для себя интересной проверку паспортов.

Для удобства их можно разделить на группы:

Работяга простой – обычно не террорист. Всех хамасовцев, фатховцев и прочую шелупень он пошлет куда подальше – я чё, дебил? Женится рано, с возрастом поднимается по карьерной лестнице. Детей не больше четверых – он трезво оценивает свои возможности. Жена выглядит более или менее адекватно.

Работяга задолбанный – настроен, как потенциальный террорист. Задолбанность прямо пропорциональна возрасту. Но мозгов у него хватит разве что на исполнение. То есть он находится на низшей ступени в этой страшной иерархии. Детей много, жена – дура. Он сам вышиб из нее последние мозги (видимо, принцип – бей своих, чтоб чужие боялись). Таким нужно гейт пас к паспорту степлером прикреплять, она все забудет, потеряет, потом будет очень картинно проклинать тебя вместе с этим государством, чем вызовет жалость иностранных миролюбов. Жди скандала за угнетение палестинского народа. Вот потеряет она гейт пас в вашем аэропорту, посмотрела бы я на вашу реакцию.

Приколист – обладатель той самой, любимой мной непредсказуемости. Обычно молодой. Вполне может быть и террористом. Но это ничего не меняет: ты – солдат, я – солдат, и хоть мы и находимся по разные стороны, жизнь одна, когда еще случай представится. Он будет беззлобно прикалываться, говорить комплименты, и если остроумно ответишь – тебя зауважает. Признает ли он право Израиля на существование – не знаю, но твоё право – да.

Умник – студент, постарше – специалист. Вполне возможно, выпускник хамасовской академии. Он не фраер, немножко сноб. Жена ухоженная, детей сколько угодно. 50% из них имеют американское гражданство, но и оно не скрывает их подлинную сущность. До комплиментов не опустится. Ну и фиг с ним.

И последний – идеалист. У него лицо поселенца, только вязаной кипы не хватает. А что, он и есть поселенец. Заселяет святую землю с другой стороны забора. Возит Кораны тачками из Иордании. Он не террорист, он их духовный наставник.

Продолжение следует
Количество обращений к статье - 1600
Вернуться на главную    Распечатать

© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com