Logo



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!



RedTram – новостная поисковая система

Яблоко от яблони
Пенсионерка, дочь наркома
Владимир Ханелис, Бат-Ям

Ее имя стало известно с 1998 года, когда она обратилась с ходатайством о реабилитации своего отца. Оснований для этого судьи не нашли…

Ее фамилия – Хаютина. Пенсионерка. Музыкант. Бабушка нескольких внуков. Живет (в 2008 жила) в Богом и людьми забытом рыбацком поселке Ола на берегу Охотского моря, Недалеко, кстати, от Магадана. На вопрос, кто ее отец, отвечает – нарком Ежов.

История происхождения Натальи Николаевны – мрачная тайна. Официально она – приемная дочь Николая Ивановича и его жены Евгении Самойловны. Вот как она сама отвечала на этот вопрос корреспондентам различных изданий.

"Кто были мои настоящие родители? Не знаю. Ни имен нет, ни фамилий. У Гроссмана в рассказе "Мама" описано, как Николай Иванович Ежов с женой берут меня из Дома ребенка на воспитание. С Гроссманом я знакома не была, откуда он эту историю взял, понятия не имею. Но там сказано, что мой настоящий отец – молодой референт лондонского торгпредства. Его вызвали в Москву с женой и пятимесячной дочкой. Родителей арестовали, а меня забрали в Дом малютки.


Евгения Хаютина с приемной дочерью Натальей

А может Николай Иванович и был настоящим отцом. В раннем детстве меня воспитывала няня, Марфа Григорьевна Смирягина. Она удивлялась, как это меня Николай Иванович взял такую страшную. Я была вся в болячках, головку не держала. Она говорит: «Господи, неужто получше не нашли!». В 60-х встречалась с сестрой Ежова, она говорит: "Знаю, что ты приемная, но как же похожа на Колю!". И мне намекали, что вроде это он нагулял, иначе почему из детдома такую забрал?".

Кто такой Николай Иванович, "железный" нарком внутренних дел СССР, взявший в 1936-1938 всю страну в "ежовые рукавицы" читателям "МЗ" долго объяснять не нужно. За время его "правления" арестовано больше четырех миллионов человек, из них примерно 700 тысяч расстреляны.


Нарком Николай Ежов и Наталья Хаютина

А потом, 3 февраля 1940 года его самого после жестоких пыток приговорили к "вышке" и на следующий же день потащили, голого, по тюремным коридорам на расстрел. По дороге бывшие товарищи били Николая Ивановича и разряжали в него свои именные пистолеты… А он умолял не трогать его дочь… Его просьбу выполнили…

Еще раньше, в 1938 году, Наталья Николаевна потеряла мать, Хаютину. 21 ноября она в состоянии депрессии отравилась люминалом. Перед смертью оставила записку: "Колюшенька! Очень тебя прошу, настаиваю проверить всю мою жизнь, всю меня… Я не могу примириться с мыслью о том, что меня подозревают в двурушничестве, в каких-то не содеянных преступлениях".

Евгения Самойловна (Соломоновна) Хаютина, вторая жена Ежова была незаурядным человеком. Редактор журнала "СССР на стройке" (потом он превратился в "Советский Союз"), она держала в Москве открытый дом, дружила с художниками, поэтами, писателями. С одним из них, Исааком Бабелем, была, по слухам близка еще по временам в Одессе.

Сменив девичью фамилию Фейгенберг на фамилию первого мужа – журналиста Лазаря Хаютина, она носила ее до конца жизни. Вторым мужем был дипломат, ответственный работник Александр Гладун.

Наталья Николаевна вспоминала о ней: "Мать была, как бы это выразиться… немножко рассеянная. Не скажу, что она меня не любила. Строже отца - это да".

А отец…
"Любил он меня чрезвычайно. Я это знаю, я помню! Приедет из Кремля на дачу, подбросит меня вверх, потом всю оглядит, всю ощупает: цела ли я, в порядке ли я, сколько зубов появилось.
В Кремль брал несколько раз. Помню, как Чкалова встречали. Листовки летели, красиво. Отец стоял на трибуне мавзолея, я у него на плече сидела.
Даже в своем последнем слове он просил: передайте Сталину, что я буду умирать с его именем, и воспитайте мою дочь.
Я помню буквально всё. Когда няня в сороковых приехала ко мне в детдом, она ужасалась: ты что, специально запоминала? Забудь! Считай, что это сказка была! А я не могу. Оба – мои родители. Других-то не было…".

…После ареста Ежова семилетнюю Наталью под охраной посадили в вагон и увезли в Пензу, в спецдетдом №1. Там, в Пензе, она поступила в ремесленное училище, готовилась стать часовщиком. Жизнь была очень тяжелой. Однажды в парке она накинула на шею петлю из бельевой веревки… Но веревка оборвалась…

Не закончив ремесленное училище, Наталья Николаевна поступила в музыкальное, стала играть на аккордеоне. С 1958 "сослала" себя на Колыму. Жила в Магадане, в поселках Ягодное, Тахтоямск, Ола, в последнем осела уже навсегда. От Левона Хачатряна, которого убьют за какие-то темные дела с золотом, родила дочь.
Дату рождения Натальи Николаевны нарком определил лично – 1-го мая. Этого был его день рождения и Международный день солидарности трудящихся. "В этот день я ставлю его портрет на стол, перед портретом – свечу, и просто разговариваю с отцом. Я говорю ему: что ты со мной сделал? Тебя-то уже нет, а я всю жизнь мыкаюсь, всю жизнь мне перевернул, искалечил. Свеча начинает трепыхаться, как будто ему не нравится, что я с ним так… Я много лет думаю о вине отца и считаю, что Бог ему, может быть, когда-нибудь и простит, а вот люди – никогда. Потому что тогда не будет виноватых…

Наталья Николаевна Хаютина сегодня

13 февраля 2008 года в Ольском райсуде прозвучали главные в ее жизни слова: "Именем Российской Федерации суд решил заявление Натальи Николаевны Хаютиной удовлетворить". А через полгода пришло письмо из УВД по Магаданской области: "Уважаемая Наталья Николаевна! В соответствии с Законом РФ "О реабилитации жертв политических репрессий от 18\10-1991 года и решением Ольского районного суда Магаданской области от 13\02-2008 года вы признаны подвергшейся политической репрессии и реабилитированы".

Наталья Николаевна много лет писала песни (они до сих пор исполняются в сельских и поселковых клубах области), стихи. Вот несколько строк из ее стихотворения:

По какой-то неясной случайности
Я в те годы смогла уцелеть
И кому я обязана радостью
Что не дали тогда умереть?

Помешать продолжению рода
Кто-то очень хотел навсегда.
До сих пор я считаюсь уродом,
Дочкой изверга, дочкой врага…

... Николай Иванович Ежов сменил на посту расстрелянного Генриха Ягоду, у которого не было приемной дочери – у него был родной сын, Гарик. После гибели отца Гарик написал бабушке в лагерь: "Дорогая бабушка, я опять не умер, это не в тот раз, про который я тебе писал. Я умираю много раз. Твой внук".


*     *     *


Книга Владимира Ханелиса (Израиль)

"РОДИЛИСЬ  И  УЧИЛИСЬ  В  ОДЕССЕ"

(Материалы к энциклопедическому словарю)


Стоимость книги:
в Израиле – 89 шек.;
в Европе, США и странах СНГ – $29.90 ;
в Австралии – 34.90 ам. долл.
В цену входит пересылка.

Для заказа обращаться:
V
. Hanelis Livorno str. 11 apt 31,
Bat-Yam, Israel, 59644
Tel\fax - +972-3-551-39-65
E-mail – vhanelis@yahoo.com

Количество обращений к статье - 11079
Вернуться на главную    Распечатать

© 2005-2020, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com