Logo
10-20 ноября 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18










RedTram – новостная поисковая система

Persona grata
Гость "МЗ" - историк Дебора Липштадт
Сэм Ружанский, Рочестер, NY

Поскольку имя профессора Деборы Липштадт мало знакомо русскоязычному читателю, я посчитал целесообразным для начала привести – хотя бы кратко – несколько фактов ее биографии. Дебора Эстер Липштадт (на снимке), американский историк, исследователь Холокоста, родилась 18 марта 1947 года в Нью-Йорке в семье еврейских эмигрантов из нацистской Германии. В настоящее время она профессор Института новейшей еврейской истории и изучения Холокоста в Университете Эмори в Атланте, председатель академического комитета Американского музея Холокоста. Профессор Липштадт известна и тем, что ведет научную полемику с отрицателями Холокоста. В 1993 году она издала книгу «Denying the Holocaust: The Growing Assault on Truth and Memory» («Отрицание Холокоста. Растущие нападки на истину и память») , посвященную этой проблеме.


В 1996 году один из персонажей этой книги, известный отрицатель Холокоста Дэвид Ирвинг подал иск в британский суд против Деборы Липштадт и издательства Penguin Books, обвинив их в клевете и нанесении ущерба его научной и деловой репутации. Суд вызвал большое внимание общественности, причем не только в Великобритании. Процесс продолжался несколько лет. Липштадт и издательство убедили суд, что Ирвинг манипулировал документами, подтасовывал исторические факты, и эти его действия объясняются лишь одним - его неприкрытыми антисемитскими убеждениями.

11 апреля 2000 года британский судья Грей огласил 333-страничный вердикт: Ирвинг был официально признан антисемитом, расистом и апологетом Гитлера. Все его исковые требования были признаны несостоятельными, горе-историка обязали уплатить 3,2 млн фунтов стерлингов в качестве компенсации судебных издержек.

Спустя несколько лет Липштадт опубликовала книгу «History on Trial: My Day in Court with David Irving» (История под судом. Мои дни на процессе против Дэвида Ирвинга). Эта книга, как и предыдущая, получила высокую оценку прессы. Приведу только выдержку из одной рецензии:The Times (Лондон) так оценивает итоги суда: «... в этот день история одержала сокрушительную победу» над ложью. Суд решил что Ирвинг не только отрицатель Холокоста, но и фальсификатор Истории, расист и антисемит».

Однако, несмотря на постоянную борьбу с отрицателями Холокоста, Дебора Липштадт не поддерживает запрет на высказывания, отрицающие Холокост, либо наказание за них. «Я сторонница такой не всегда приятной мелочи, как свобода слова, и меня очень беспокоит, когда правительства ее ограничивают».

В феврале 2007 года, Липштадт использовала неологизм «мягкое отрицание». Говоря о книге Джимми Картера «Палестина: мир, а не апартеид», она заявила: «Когда бывший президент Соединенных Штатов пишет книгу об израильско-палестинском кризисе и помещает хронологическую таблицу в начале книги, чтобы способствовать пониманию ситуации, и в этой его хронологии нет ничего существенного между 1939 и 1947 годами (т. е. ни слова о Холокосте - С.Р), это и есть мягкое отрицание».

В 1994 году президент США Билл Клинтон назначил Дебору Липштадт членом Американского Совета памяти жертв Холокоста, где она проработала два срока. По просьбе президента Джорджа Буша Дебора Липштадт представляла Соединенные Штаты на мероприятиях, посвященных 60-летию освобождения Освенцима (Аушвица). В июне 2007 года Дж. Буш включил её в состав делегации США на конференцию ОБСЕ по противодействию расовой нетерпимости и антисемитизму.

В 2011 году вышла ее новая книга The Eichmann Trial (Суд над Эйхманом), в которой детально описывается суд над известным нацситским преступником, ответственным за смерть миллионов европейских евреев. В настоящее время профессор Липштадт совершает большое турне по США с презентацией этой своей книги.


А теперь, когда читатели «МЗ» «вооружены» первоначальной информацией об этой талантливой исследовательнице истории Холокоста, перейдем непосредственно к интервью с профессором Липштадт.

Скажите, пожалуйста, уважаемая Дебора Липштадт, не повлияла ли на выбор вашей профессии судьба родителей, которые для того, чтобы избежать возможных антисемитских репрессий, эмигрировали из Германии? Чем вы можете объяснить, что почти все ваши публикации посвящены двум тесно связанным между собой темам: борьбе с отрицателями Холокоста и антисемитизмом?

Во-первых, я не из семьи переживших Холокост. Мои родители покинули Германию еще до того, как нацисты пришли к власти. Что же касается выбора специальности, я объясняю его двумя причинами – личными и интеллектуальными. Я посетила СССР в 1972 году (мы прилетели туда как раз в тот день, когда на мюнхенской Олимпиаде были зверски убиты израильские спортсмены) и большую часть времени провели с отказниками. Я была одной из тех, кому Израиль поручил доставить в Союз учебные материалы. После двух недель пребывания в стране и за неделю до отъезда я и мой коллега по поездке были допрошены представителем КГБ (это было в Черновцах). Нас обвинили в распространении антисоветских материалов, в поощрении людей, желающих покинуть страну и т.д. После целого дня допросов, включая личный досмотр (с раздеванием) и досмотр багажа, нас выдворили из страны - посадили в поезд и отправили в Болгарию, где нам удалось пересесть на поезд, идущий в Бухарест. Во время этого визита я была потрясена самоотверженностью отказников и их преданностью еврейству. Они хотели одного - жить еврейской жизнью. Они были готовы ради реализации этой цели вступить в борьбу с властями. Меня глубоко тронула их борьба и их противостояние антисемитизму, который они испытывали. Таков был результат моего личного опыта. Я думаю что это была одна из причин, которая подтолкнула меня к изучению антисемитизма, а позже - и Холокоста. Поскольку Холокост - событие не только еврейской истории, это событие мировой истории, и изучать его необходимо с научной точки зрения.

Из выступления Д. Липштадт перед читателяями:
«Когда я заканчивала эту книгу («Суд над Эйхманом» - С.Р.), приближалась 50-я годовщина суда над этим нацистским преступником. Это событие представляет собой яркую часть моих детских воспоминаний. В тот период (в 1961 году) ужин в нашей семье назначался так, чтобы мы могли смотреть телевизионные передачи из Иерусалима. Я, тринадцатилетняя, была заинтригована тем, что событие, так глубоко связанное с евреями, занимало столь видное место в передачах. В те дни мой мир в значительной степени делился на евреев и неевреев. Практически все мое окружение - соученики, соседи и друзья ,- все были евреи. Если вы попросите меня вспомнить эти годы, то в ответ услышите, что окружение, в котором я жила, представляло собой процветающую еврейскую общину. И я буду уверждать, что я никогда не испытывала даже намека на антисемитизм. Я бы так ответила, хотя знала, что были такие районы города, в которых евреи не могли селиться, и были такие фирмы, которые не брали евреев на работу. Более того, я слышала от моих друзей, что их старшие братья и сестры, несмотря на высокие оценки, не могли поступить в университеты Лиги Плюща (Ivy League). Да и мы сами, восьмиклассники, тоже знали, что есть ряд колледжей, в которые очень трудно поступить евреям, особенно тем, кто жил в еврейских районах и окончил еврейскую школу. Вместо потрясения этими обстоятельствами мы (и об этом стыдно говорить) воспринимали подобное просто как факт жизни. Вот как всё это было!».

В своей книге «Beyond Belief: The American Press And The Holocaust, 1933-1945» вы оцениваете роль американской прессы в годы Второй мировой войны в такой подаче информации, которая способствовала бездействию нашей страны и безразличию по отношению к судьбам миллионов евреев Европы. У меня очень простой вопрос: как ныне, по вашему мнению, американская пресса освещает рост антисемитизма в мире и чрезвычайно сложные отношения между арабским миром и Израилем?

Это очень сложно - дать оценку позиции американской прессы в целом. Есть газеты, которые подают такие материалы достаточно достоверно, и есть те, которые просто их игнорируют. Уточняю, главные газеты страны (NY Times, Washington Post) обычно хорошо освещают затронутые вами вопросы. В то же время есть нарастающая тенденция видеть в израильтянах (а значит, и во всех евреях - С.Р.) «плохих» и бескомпромиссных людей.

Благодаря вам 11 лет назад, в апреле 2000 года, Дэвид Ирвинг впервые в истории Европы был официально признан судом как антисемит и расист. За это - великое вам спасибо. Но не могу не спросить о такой "неприятной" мелочи, как свобода слова. С одной стороны, вы против отрицателей Холокоста и подаете на них в суд, но с другой - вы против того, чтобы их судить и даже отстаиваете их право беспрепятственно высказывать клевету. Не странно ли это?

Давайте рассмотрим факт как он есть – Ирвинг подал на меня в суд, обвиняя в том, что я написала на него пасквиль. Он предложил мне, что отзовет дело из суда в ответ на мое согласие пустить под нож весь тираж моей книги. Другими словами, он пытался заставить меня замолчать. Я же никогда не пыталась заставить его молчать. Такова моя позиция. Поэтому я не совсем понимаю, что «странного» в ней. Решением суда Ирвинг признан антисемитом, расистом и отрицателем Холокоста. Если бы он не начал этот процесс против меня, ничего подобного не случилось бы.

Вы пишете в своем блоге: «Несмотря на успех в суде над Ирвингом, в последние годы в Интернете наблюдается значительный рост выступлений отрицателей Холокоста. Они, отрицатели, шаг за шагом нападают на всё, что связано с историей Холокоста. Что же и как можно и нужно делать, чтобы успешно бороться с ними? Можно ли всеобщими усилиями прогрессивной мировой прессы победить этих людей?

Я не думаю, что можно «одержать победу» над отрицателями Холокоста. Так же, как не может закончиться «победой» борьба с антисемитизмом. Кстати, отрицание Холокоста есть не что иное, как еще одна форма антисемитизма. Антисемитизм же, в свою очередь, есть продукт предубеждений (подумайте еще раз над словом «предубеждение» - оно говорит о том, что человек, еще ничего не зная о сути произошедшего, заранее сформировал свое мнение). Все это иррационально! Однако это не означает, что мы не должны вести борьбу с отрицателями Холокоста. Мы должны быть бдительны, должны следить за распространением ими своих лживых идей и вовремя давать им отпор.

Вы считаете, что наша бдительность и наш отпор откроют им глаза и они изменят свое отношение к Холокосту?

Нет, не считаю. И не испытываю желания изменить их мнение. Я хочу работать над тем, чтобы предотвратить распространие их идей среди тех, кто не знает правды о Холокосте. Мы не можем повлиять на мнение отрицателей, но мы должны работать над тем, чтобы донести правду до «невиных» людей, тех, которые не знают фактов истории. Именно с этой целью мною создан специальный интернет-сайт www.hdot.org , на котором мы помещаем материалы, отвечающие на обвинения отрицателей Холокоста. Этот сайт можно читать на русском, арабском, фарси и турецком, поскольку именно на этих языках большинство отрицателей публикуют свои работы, зная, что читающие на этих языках не в состоянии бросить им вызов.

Следующий вопрос - может быть, не очень приятный для вас - о терминологии, которой вы пользуетесь. Что, по-вашему, означает "мягкое отрицание Холокоста"? И если есть «мягкое», должно быть и «твердое»? И какая между ними разница?

Да, действительно, есть твердолобые (скорее, жесткие, чем, как вы назвали, «твердые») отрицатели типа Дэвида Ирвинга, которые безапелляционно заявляют, что не было ни газовых камер, ни концлагерей, ни массовых расстрелов. «Мягкие» же утверждают, что Холокост ничем не выделяется от имевших место других геноцидов, и повышенное внимание общественности к нему определяется только тем, что его особо выделяют и подчеркивают влиятельные еврейские круги. Кстати, «мягкие» отрицатели утверждают, что израильская армия осуществляет геноцид по отношению к палестинцам. Не все могут быть согласны с политикой Израиля, но утверждать, что он практикует геноцид - это просто неправда.

Почему 50 лет спустя после окончания суда над Эйхманом вы решили написать книгу об этом процессе - «The Eichmann Trial»? Какие проблемы рассматриваются в этой книге ? И насколько они актуальны сегодня?

Этот процесс заставил весь мир взглянуть на геноцид с такой точки зрения с которой он его никогда ранее не рассматривал! И это актуально и сегодня. Впервые люди, пережившие Холокост, рассказывали о том, что им довелось пережить и, наверное, впервые их так внимательно слушали, как никто их не слушал до того суда! (И как, я надеюсь, услышат их сейчас тысячи читателей новой книги Липштадт - С.Р.).

Вы пишете в своей книге, что суд над Эйхманом преобразил еврейскую жизнь в Израиле. Как именно?

Это влияние проявилось двояко. С одной стороны, оно укрепило чувства коренных израильтян, что они никогда больше не допустят, чтобы подобное вновь повторилось. С другой - многие израильтяне поняли, что то, что произошло с евреями, произошло не потому, что они были слабыми, а потому, что никто не пришел им на помощь. В то же время многие узники полагались на случай или, как поется в американсокй песне, «there but for fortune go I» (я иду туда в поисках удачи - С.Р.). Но они не имели никакой поддержки ни от кого.

Когда можно будет увидеть ваш фильм "History on Trial" ( История под судом) ? Будет ли в этом фильме затронут и суд над Эйхманом?

Этот фильм, если он, наконец, выйдет, будет об иске Ирвинга ко мне за «клевету». И поэтому в нем не предусматривается рассмотрение дела Эйхмана.

Как вы считаете, не приходит ли пора сегодня задуматься евреям диаспоры о растущем в мире антисемитизме и о бегстве в единственное еврейское государство, которое способно их принять и защитить?

Я полагаю (верю, думаю), что должны быть и сильное государство Израиль, и здоровая и устойчивая жизнь евреев в диаспоре.

Что бы вы хотели сказать читателям нашего еженедельника?

Я еще помню СССР (посетила дважды и один раз мне было отказано в визе за мои выступления в защиту советских евреев). Меня удивляет возрождение еврейской жизни в России и одновременно поражает рост антисемитизма в ней. С последним необходимо бороться, но не стоит, борясь с антисемитами, забывать о том, что в первую голову надо быть евреями. Другими словами, достойная самоидентификации евреев не может строиться только на борьбе с антисемитами. В первую очередь, это должна быть борьба за право каждого русского еврея жить еврейской жизнью.

Уважаемая Дебора Липштадт, позвольте поблагодарить вас за то, что, будучи чрезвычайно занятым человеком, вы нашли время для откровенного разговора с нашими читателями.
Количество обращений к статье - 3649
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (2)
kineret | 11.05.2011 06:45
И что из вашего коментария следует, госп. Рейхман? То, что личность и историк - и без вас известно. Или вы это просто ради пиара своей конторы? А ведь это эксклюзивное интервью газеты с очень непростыми для Липштадт вопросами. Но вам это, видимо, не важно, вам важнее свою фирму и должность публично назвать. Так, что ли?
Reikhman | 10.05.2011 08:47
Дебора Липщтадт являлась гостьей и лектором Российского НПЦ "Холокост".
Яркая личность, историк с мировым именем. Участница конференций и в "Яд Вашем".
Григорий Рейхман,
представитель НПЦ "Холокост" в Израиле.
2011г.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com