Logo
20-30 нояб..2017


 
Free counters!


Сегодня в мире
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17









RedTram – новостная поисковая система

Зиси Вейцман


Родился я через год с небольшим после того, как папа пришел с фронта, - 30 ноября 1946 года, и назвали меня в честь его отца,то есть моего деда, умершего от голода и болезней в узбекском кишлаке, в эвакуации, в которой пребывали мама,бабушка и некоторые другие родичи, сумевшиеся чудом вырваться из Бельц - города, который уже был окружен фашистами - румынами и немцами. Так что Зиси (Зися - в метрике) - не псевдоним, а мое родное имя. Можно переводить с идиша как сладкий.

Белый свет я впервые увидел в Бельцах, в том самом бессарабском штэтэлэ Бэлц, куда к родному пепелищу родители возвратились после войны. На восьмой день, как и положено, мне сделали обрезание. Моэлем был благочестивый Шмуэль, которого все называли "Шмиликл-шойхет", - вероятно, потому, что он "еще немножечко шил" - то есть резал кур. С его сыном Фимкой я учился потом в одном классе, он был круглым отличником и давал списывать арифметику. Когда мне было три или четыре года, мама сшила мне френч из папиной фронтовой шинели, который мне очень нравился: на нем были блестящие золотые пуговицы со звездами. С той поры многие взрослые и дети называли меня "офицером", и кто бы из них знал, что через годы я таковым, без кавычек, и стану.

До шести или даже почти до семи лет, пока не пошел в школу, я, как и все в семье и в нашем дворе, говорил на идиш. Потом он стал как-то незаметно уходить из обихода, потому что в школе мы учились на русском, и даже были уроки молдавского, но язык этот мы знали плохо, так как титульная нация республики проживала, в основном, в сельской местности. В тринадцать лет родители устроили мне бар-мицву, и я до сего дня помню слова молитвы, которую пришлось произносить при накладывании тфилин. В середине восьмидесятых, на новом месте службы, в Куйбышеве, когда я захаживал в местную синагогу, за знание этой молитвы да еще и идиша меня принимали чуть ли не за нового раввина.

Первые мои стихи, написанные по-русски, кажется, в девятом классе, печатались в городской газете "Коммунист", в коллективе которой лишь один главный редактор был нееврей. Публиковался и в других изданиях, но такой расклад вещей меня не устраивал, и уже будучи офицером, в глухой дальневосточной тайге (не смейтесь - это чистая правда!) я освоил письменный идиш и стал печататься в журнале "Советиш Геймланд" и газете "Биробиджанер Штерн", публиковался и в русских изданиях в переводах моего друга, поэта, редактора и прочая - Леонида Школьника. В 1992 году в Самаре мы выпустили совместный сборник стихов и переводов, который тут же разошелся, как "уши Амана" на праздник Пурим, - начиненные, конечно, повидлом. В "лихих" девяностых издавал и редактировал в Самаре еврейские газеты - разумеется, на русском языке, который для местных евреев давно уже был родным, а также в течение десяти лет возглавлял еврейскую редакцию многонациональной радиостанции "Радио-7 из Самары" (прошу не путать с израильской "Аруц шева" ).

Памятуя о том, что несколько лет по сравнению с тысячелетиями галута - сущая ерунда, в Израиль я не торопился, несмотря на призывы Сохнута и давно уехавших друзей, а упорно стремился завершить свои галутные дела. Когда моя тамошняя каденция была завершена, в 2007 году я поднялся в Землю Израиля. До этого приезжал сюда четырежды и туризм с репатриацией не путаю. Здесь, на Святой Земле, пишу литературные эссе о писателях и поэтах, творивших на идиш, - о тех, кого не только видел, но и знаю по их произведениям. Реже, но продолжаю сочинять стихи на мамэ-лошн, которые любезно публикует нью-йоркский "Форвертс".
Количество обращений к статье - 3045
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (3)
Теллер Софья | 24.09.2015 17:28
Я Вам очень благодарна за интересную и тёплую статью о жителе нашего города Ефиме Гольцмане и, можно сказать, о члене нашей дружины (он помогает нам хранить память о тех, кто не вернулся с фронта - создал фильм "Мы помним"). Спасибо
Драгош | 04.03.2013 18:34
Я с большим удовольствием прочитал Вашу статью о Меире Хараце "Меир Харац. Послесловие". Меня зовут Драгош Олар, больше 30 лет работаю в Черновицком областном архиве. В документах Областной организации союза писателей за 60-е годы прошлого века обнаружил несколько документов касающихся М. Хараца и написал обширную статью об этих событиях и напечатал в румынском журнале "Septentrion Literar". С текстом этой статьи можете познакомиться в моем блоге ”Trecutul ca lumina, speranta si leac”,
в архиве от 20 ьарта 2011 под названием ”DOSARUL MEYER HARATZ (Pagini din viaţa unui scriitor cernăuţean persecutat"
Я понял что Вы не плохо владеете румынским языком и сможете ее прочитать. Если Вам трудно, у меня есть украинский вариант: http://dragos-olar.livejournal.com/1226.html , http://dragos-olar.livejournal.com/1433.html , http://dragos-olar.livejournal.com/1550.html
С 17 по 24 апреля я буду в гостях у своего друга в Хайфе. Если это возможно, хотел встретиться с Вами, с его дочками Симой и Браной, посетить могилу М. Хараца. Буду рад если нам удастся встретиться.
С уважением, Драгош.
Гость | 11.11.2012 14:12
Уважаемый З. Вейцман! Вы очень интересный автор "МЗ". Но в данном случае имеет место непонимание. Как раз в еврейской традиции очень много всегда говорилось о любви к языку. Больше чем у многих других народов! Как же пылко выражались наши дедушки и бабушки на этот счёт! Но у себя дома: на улице было запрещено говорить на идише. Сказать, что местечковая любовь была тихой?.. Разве интимные отношения определяются ареалом проживания?
Вообще, говорить о громкости изъяснений в любви к идишу это вопрос, видимо, такта. Как если бы мы стали анализировать, кто говорит громче, а кто тише о любви к безвременно ушедшей из жизни матери. А ведь идиш уже тоже умер.
Одним из главных обвинений членов ЕАК было прославление идиша. В самой статье о "тихой любви" к идишу вообще ничего не говорится.
Стихов о любви к идишу сейчас полным-полно и по-русски. Например, у Городницкого. Т. е. даже в наше время, хоть и по-русски, но тоже очень эмоционально говорят на эту тему. А в переводе на русский язык – тому масса тому примеров. Если пройтись по шеститомнику Шолом-Алейхема, то там много можно накопать. И, выходит, что о "великом и могучем" - пожалуйста, он же тот ,что "без унынья и лени", даёт столько примеров страстной любви. Но запрет на оплакивание идиша – это уже сродни запрету на оплакивание жертв войны и культурного геноцида. Когда каждая попытка оплакивать идиш жестоко пресекалась в СССР.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2017, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com