Logo
20-30 нояб..2017


 
Free counters!


Сегодня в мире
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17
06 Дек 17









RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
Красный ребе
Александр Гордон, Хайфа

Фрагмент из книги «Этюды о еврейской дуальности»


Пролог

В истории было много судебных процессов, но один судебный процесс, - Суд Истории - ожидаемый столь многими, никогда не происходил. Не происходил, ибо нет Истории с большой буквы. Понятия такой степени общности не представляют реальных величин, а тем более не могут быть движущими силами. Нет и Суда Истории, ибо абстракция не может судить. В истории с маленькой буквы состоялось много судебных процессов, на которых евреи были осуждёнными. Приговоры судов обрекли евреев на тысячи, может быть, миллионы лет тюремного заключения. Однако гораздо чаще вина евреев определялась без судебных процессов, на основании известных многовековых предрассудков.

В начале XIX века власть христианской религии ослабела, а с ней и религиозная юдофобия. Терпимость к отличиям в вероисповедовании ослабила степень неприятия евреев. Однако эмансипация спровоцировала создание более мощной юдофобии – расовой. В просвещённом XIX веке было изобретено нечто более прочное: несмываемое антропологическое клеймо, кровный, врождённый, биологический порок евреев, исходящий из их расовых отличий от христианских народов. Евреев обвиняли в создании учений и режимов социализма и коммунизма, в свершении революций, в заговоре с целью захвата власти над чужими народами, во вмешательстве во внутренние дела других наций, в порчу их культуры. Их призывали уйти и заняться своими национальными делами. По мнению его противников, только уход, изгнание могли бы стать подлинной эмансипацией еврейского народа. Таким образом, только создание еврейского государства наряду с государствами других наций могло бы устранить еврейскую аномалию.

И вот шестьдесят лет назад евреи создали государство и занялись своими делами. Они отказались от претензий на исправление несправедливостей всемирно-исторического масштаба. Они решили, что пришло время действовать на благо своего народа в своей стране, а не спасать другие народы в странах рассеяния. Однако оказалось, что внутренние дела евреев в их государстве страстно волнуют тех, кто призывал к их изгнанию из стран диаспоры. И хотя еврейское государство далеко от Старого и Нового Света, оно притягивает к себе евреененавистников и признаётся угрозой для многих и разных наций, той же угрозой, какой считался еврейский народ, когда жил за пределами страны Израиля и до её воскрешения.

Сионистскому государственному проекту шестьдесят лет. Его критикуют те, кто видят в его реализации попирание прав другого народа. Его критикуют те, кто видят в нём падение национального духа и кризис религиозного мировоззрения. Его критикуют те, кто видят в нём проявление агрессивности и национализма. Его критикуют те, кто видят в нём избыток социализма, и те, кто видят избыток капитализма. Еврейское государство критикуют так же сильно, как раньше критиковали евреев за отсутствие у них государства. После создания Израиля евреям есть что критиковать. Америка была открыта. Израиль был переоткрыт. Еврейское государство, стёртое с лица земли римлянами, вновь появилось на географических картах. Не всегда сионистский проект вызывал такое неодобрение, как это случилось после его реализации. Волнение в связи с успехами сионистского движения, реальными и ожидаемыми, выразил Альберт Эйнштейн. В начале февраля 1923 года он прибыл в Палестину. 13 февраля, проходя между шеренгами учеников иерусалимской школы, которые его горячо приветствовали, Эйнштейн сказал: “Сегодня — величайший день в моей жизни. Наступила великая эпоха, эпоха освобождения еврейской души; это было достигнуто сионистским движением, так что теперь никто в мире не способен уничтожить достигнутое”. Однако через сорок лет после создания еврейского государства нашлись именно в среде израильтян те, кто угрожает «достигнутому».

Среди океана критики заметно не тёплое течение, основанное теми, кто никогда не подвергался антисемитским гонениям, - уроженцами Израиля. Многолетняя мечта о создании еврейского государства сменилась мечтой двадцати лет от роду: постсионисты возжелали вывести Израиль на финишную прямую как еврейское государство и вознамерились преобразовать его в государство всех его граждан, то есть, в том числе и арабских. После сорока лет существования еврейского государства в нём появилась группа людей, называющих себя постсионистами. Постсионисты, уроженцы страны, критикуют не только израильскую политику, но и отрицают сионистский проект и саму легитимность существования Израиля как еврейского государства. Они воспринимают сионизм как колониализм. Хотя постсионизм является, на первый взгляд, новым движением, он представляет собой давно забытый старый антисионизм религиозных и секулярных евреев, протестовавших против «лжемессианского» движения или против конкурирующей идеи разрешения еврейского вопроса. Постсионизм – это в сущности предсионизм, не продвижение вперёд, а возвращение на десятки лет назад, поворот от еврейского государства к рассеянию, отступление в исторический тупик, в котором евреи находились до создания Израиля. Еврейская самоненависть перешла из наследия европейских евреев в обиход уроженцев Израиля. Из среды евреев вышли выдающиеся антисемиты. Урождённые израильтяне стали выдающимися антисионистами. Стремление к «улучшению» еврейского народа провоцировало некоторых его представителей стать врагами нации. Стремление к «усовершенствованию» Израиля толкает постсионистов в лагерь противников его существования.

В период, когда сионистское государство бичуют и ругают, осуждают и клеймят, бросим взгляд на одного из тех, кто лелеял мечту о его создании, - вернёмся во времена, когда «ещё не была потеряна надежда» (слова из гимна государства Израиль), во времена, когда жила надежда на возвращение и евреи жили надеждой на возвращение в страну отцов.

Выбор судьбы

В долгой и сложной национальной истории евреев бросало от религии к атеизму, от ассимиляции к сионизму, от социализма к национализму, от эмансипации к национальному нивелированию. И только однажды эти метания и превращения выразились в судьбе и взглядах одного человека. В нём, как в зеркале, отразились еврейские комплексы неполноценности и мечты о нормальности. В нём была сосредоточена энергия вождя и преобразователя. Он был борцом и мечтателем, мыслителем и романтиком. Его жизнь прошла на баррикадах и в кабинетах, в редакциях газет и на трибуне первой конференции о делах революционных, в переписке и в бегстве от погони.

Патент на сионизм

«Освобождение вечного города на берегах Тибра положило начало освобождения вечного города на склонах Мории, с воскрешения Италии начинается воскрешение Иудеи» - писал в 1862 году в предисловии к книге «Рим и Иерусалим» Моисей Гесс, секулярный философ-еврей. Известный младогегельянец Арнольд Руге, друг и недруг Карла Маркса, называл Гесса «коммунистический рабби Моисей». Руге не мог ему простить «отречения от идеи (социализма – А. Г.)» Тогда ещё не ставили к стенке за отклонения от генеральной линии, однако обращение социалиста Гесса к еврейскому народу «Вперёд, евреи всех стран! (вместо «пролетарии всех стран» - А. Г.). Древняя родина зовёт вас...» несомненно было вызовом идеологии коммунизма, ибо отвлекало трудящиеся массы от социальных забот к национальным. «Пробил час заселять берега Иордана...Ныне пробил для вас час вновь заявить свои притязания на родину, которую до сих пор попирает Турция...» - писал Гесс в тот момент, когда Маркс и Энгельс боролись за превращение призрака коммунизма в плоть и кровь.

В начале XXI века постсионизм завоёвывает новых сторонников, захватывая с помощью своего «послесионистского» пессимистического пафоса уставших от идеологии и стыдящихся национального самоутверждения «прогрессистов». Когда сионизм стал порой звучать «неприлично», спор о том, кто был первым сионистом, выглядит не модным и устаревшим занятием. Столь непопулярный сегодня сионизм был в середине XIX века мечтой о национальном убежище, утопией, внушающей надежды идеей, уравнивающей евреев с другими народами, борющимися за государственность и независимость. Когда Гесс сравнивал изъятую из истории поколениями врагов Иудею с подымающейся против австрийского гнёта Италией, он завидовал итальянцам и мечтал оживить давно исключённую из ряда других народов еврейскую нацию: он смотрел на восставший против завоевателей Рим и видел освобождённый Иерусалим. Но это был не «Освобождённый Иерусалим» итальянского поэта XVI века Торквато Тассо, не Иерусалим, освобождённый крестоносцами от мусульман, а Иерусалим, сердце еврейского народа, город, освобождённый от крестоносцев и мусульман, о котором мечтал еврейский поэт XII века Иегуда Галеви.

В XIX веке представление об авторском праве было слабым, патентное дело было плохо развито, иначе Теодор Герцль был бы обвинён в краже чужой идеи, идеи сионизма, первым носителем которой был Моисей Гесс. Когда Герцль впервые прочёл книгу Гесса «Рим и Иерусалим», он написал: «со времени Спинозы еврейство не имело большего мыслителя, чем этот забытый Моисей Гесс». Он, Герцль, отмечал, что не написал бы «Еврейское государство», если бы был знаком с «Римом и Иерусалимом» раньше. Владимир Жаботинский почтил Гесса в «Еврейском легионе в мировой войне» как одного из тех людей, которые сделали декларацию Бальфура возможной, вместе с Герцлем, Ротшильдом и Пинскером.

Социалист между ненавистью и любовью

В 1798 году стены Боннского гетто рухнули перед напором идей Великой французской революции. В книге «Рим и Иерусалим» Гесс писал: «Старик Венедай, отец Якоба, который в 1842 г., во времена издания первой «Рейнской газеты» (которую Гесс редактировал вместе с Марксом – А. Г.), ещё был жив и появлялся иногда в редакции, чтобы излить нам душу, рассказал однажды то, что мне, впрочем, давно уже было известно: как он по поручению Первой французской республики собственноручно разрубил топором ворота еврейского гетто в Бонне». С разбиения ворот боннского гетто началась долгая и трагическая борьба евреев Германии за эмансипацию. Через четырнадцать лет после тех боннских событий, 21 июня 1812 года, в этом городе родился Моисей, позже Мориц, а ещё позже снова Моисей Гесс.

Гесс получил еврейское религиозное воспитание у своего деда. 16 сентября 1836 года он записал в своём дневнике: «В еврейском квартале я родился и получил образование; до пятнадцати лет они пытались вбивать в меня Талмуд. Мои учителя были бесчеловечными существами, мои товарищи были плохой компанией, приводящей меня к тайному греху; моё тело было слабым, мой дух незрелым». Когда Гесс был в возрасте двадцати-тридцати лет, он чувствовал себя настоящим немцем. Он верил, что евреи должны ассимилироваться. В 40-х годах он писал: «Правда, что евреи после того как отдались идее своего будущего и отвергли Иисуса, продолжали существовать как бездушные мумии. С тех пор проклятие неизменности тяготело над детьми Израиля и подобно призраку они блуждали с той поры по живому миру, движимому духом Божьим, не в силах ни умереть, ни воскреснуть. Померк обновляющий принцип иудаизма – мессианская вера, и их надежда на избавление, после того как они не поняли идеи истинного избавления, превратилась в голую абстракцию». Это высказывание было результатом влияния на автора мировоззрения Гегеля и выражало типичный для гегелевской философской школы взгляд: евреи вымершая нация. Сам Гегель так выражает свой диагноз в отношении евреев: «Трагедия евреев вызывает лишь отвращение. Судьба еврейского народа – это судьба Макбета».

Гесс принадлежал к младогегельянцам. Он поступил в Боннский университет в 1830 году. Там он изучал философию и попал под влияние радикальных идей. Ни один образованный еврей того времени, страдавший от национального угнетения, не мог устоять перед идеями социализма. Занятия Гесса социализмом привели его к разрыву с консервативным отцом. Гесс принёс в жертву семейные связи своим идеям и стал, по-видимому, первым еврейским идеологом социализма. Он помог созданию первой социалистической газеты - «Рейнская газета» - в Кёльне и стал её парижским корреспондентом. В конце 1842 года он переехал в Бельгию, где занимался коммунистической деятельностью. Во время революции 1848 года он приехал в Германию, где принял участие в вооружённом восстании. Когда революция потерпела поражение, Гесса приговорили к смертной казни. В 1849 году он получил убежище в Швейцарии. Прусское правительство требовало его выдачи. Пребывание Гесса в Швейцарии стало небезопасным. Он вернулся в Бельгию, а затем - в Париж (1853). Там жил до смерти – 6 апреля 1875 года за исключением периода высылки во время франко-прусской войны в качестве прусского гражданина. Он был парижским корреспондентом нескольких социалистических газет в США и Германии.

Вначале Гесс был сторонником еврейской интеграции в международном социалистическом движении. Он был другом и соратником Карла Маркса и Фридриха Энгельса. В письме к писателю Бертольду Ауэрбаху в 1841 году он сообщил о своём открытии Маркса: «Доктор Маркс – так называется мой кумир, - ещё совсем молодой человек, самое большее около 24 лет. Он нанесёт окончательный удар по средневековой религии и философии». Гесс обратил Энгельса в коммунистическую веру и ввёл Маркса в социальные и экономические проблемы.

Хотя Гесс был атакован Марксом и Энгельсом в «Коммунистическом манифесте» за «абстрактный идеализм» и назван ими «мечтателем и фантазёром» и «утопическим социалистом», он был первым, кто признал величие Маркса, испытав его сильное влияние в 1846-1851 годах, не став, однако, марксистом. Он не смог стать ортодоксальным марксистом, поскольку не верил в классовую борьбу как неизбежную историческую категорию. Он ощущал, что классовые интересы в чистом виде не существуют, что их «загрязняют» интересы национальные. Гесс не мог быть марксистом, ибо был антиматериалистом. Он почти поэтически выразил своё отношение к материализму: «Библейские традиции, вновь оживающие под звук ваших шагов, снова освятят наше западное общество и бесследно изгладят раковую болезнь современного материализма».

После смерти отца в 1851 году он получил наследство, обеспечившее базу для независимого проживания. Окончательный разрыв с отцом наступил в результате женитьбы Гесса ещё в 1840 году. Именно тогда он выразил свой протест одновременно против буржуазии и еврейского национализма, женившись на проститутке христианского вероисповедания Сибилле Пеш. Вследствие этого антисоциалистического и антиеврейского бунта отец и сын расстались навсегда.

Кровавый навет

О степени отчуждения Гесса от иудаизма и его враждебности к евреям свидетельствует опубликованная им в 1845 году статья «О сущности денег». Он написал эту статью ещё в 1843 году и показал её Марксу, работавшему над ставшей впоследствии печально известной антиеврейской статьёй «К еврейскому вопросу». Только зная, что Маркс был знаком со статьёй Гесса за полгода до публикации своего антисемитского опуса, можно заметить, что многие идеи для своей статьи Маркс заимствовал у Гесса. Критика евреев Гессом резкая и враждебная: «Евреи, всемирно-историческая миссия которых лежит в сфере естественной истории социального животного мира и состоит в том, чтобы превратить человечество в хищное животное, - завершили наконец работу, к которой они были предназначены...»... «культ крови у древних евреев, обнаруживается здесь, наконец, совершенно неприкрыто как таинство хищного зверя». В своей позиции против иудаизма Гесс не отличался от отошедших от своего народа евреев, которых позже заклеймил в национальном предательстве. Через двадцать лет после своего антиеврейского выступления он писал: «Немецкий еврей, испытывая на каждом шагу ненависть антисемитов, всегда склонен вытравить в себе всё еврейское и даже отречься от своей расы...Ни реформы, ни крещение, ни образование, ни эмансипация не открывают до конца немецким евреям дорогу к общественной жизни...Несмотря на просвещение и эмансипацию, еврей в изгнании, отрекающийся от своей национальности, не обретает уважения народов, в среде которых он успешно натурализуется как гражданин, ибо он не освобождается от долга солидаризоваться со своим народом...вопреки отказу от своего национального культа, вопреки всем попыткам германизироваться, они (евреи – А. Г.) тщетно претендуют на политическое и социальное равноправие». Согласно Гессу, эмансипация лишь порождает дополнительную напряжённость в отношениях между еврейством и окружающим его, построенном на национальном принципе обществом, которое не видит и не может видеть в нём интегральную часть своей национальной культуры. Он понимал то, что через пятьдесят лет не понимали такие блестящие умы и высокообразованные люди, как Вальтер Ратенау и Фриц Габер. Но это было в шестидесятых годах, а в сороковых годах XIX века Моисей Гесс проводил отождествление еврейства с капитализмом в более резкой форме, чем Маркс. Знавший иврит, он заметил, что слово «дамим» означает «деньги» и «кровь». Гесс заявил, что с течением времени произошла сублимация, и евреи перешли от кровавых жертвоприношений к денежным жертвоприношениям «Мамоне» (богу Капитала). Гесс утверждал, что у евреев существует врождённая тяга к деньгам, которые для них тождественны крови. Это его утверждение профессор Еврейского университета в Иерусалиме Шломо Авинери назвал кровавым наветом. Но именно кровавый навет, не этот, а другой, вернул евреененавистника Гесса к своему народу.

У Теодора Герцля поворотной точкой к сионизму стало дело Дрейфуса 1894 года, у Владимира Жаботинского – Кишинёвский погром 1903 года, у Моисея Гесса - кровавый навет в Дамаске 1840 года. Сам Гесс так описывает в книге «Рим и Иерусалим» этот поворот: «Двадцать лет тому назад, когда из Дамаска до нас, европейцев, дошёл абсурдный навет (обвинение евреев в ритуальном убийстве, Дамасское дело 1840 г. – А. Г.) и грубость и легковерие азиатской и европейской черни, которая сегодня, как и две тысячи лет назад, охотно верит любой клевете, если только она направлена против евреев, заставили все еврейские сердца сжаться от горькой и естественной обиды, тогда, в разгар моего увлечения социализмом, мне в первый раз довольно бесцеремонно напомнили, что я принадлежу к несчастному, оклеветанному, покинутому всем светом, рассеянному по всем странам, но не умерщвлённому народу; тогда, хотя я и был уже далёк от еврейства, я пожелал излить чувства своего еврейского патриотизма в крике боли...». Никакой социализм не мог отвлечь его от антиеврейских ветров на его родине. В книге и статьях Гесс описывает юдофобскую атмосферу в Германии. Он был не только вовлечён эмоционально в противостояние евреев их гонителям, он высоко ценил духовность иудаизма Однако то, что было силой иудаизма, было, по мнению Гесса, его слабостью: «Еврейство – дух без тела». Евреи, по Гессу, нуждались в государственном теле.

Социалистический антисемитизм

В тот момент, когда Маркс и Энгельс создавали Первый социалистический интернационал, формировался естественно и без усилий юдофобский интернационал. Гесс почувствовал антисемитизм международного размаха именно на самом интернациональном социалистическом форуме. В 1871 году он был участником Первого Интернационала в лагере сторонников Маркса. Известный русский анархист Михаил Бакунин атаковал Гесса как члена лагеря Маркса, который он клеймил как «синагогу». Самого Гесса Бакунин назвал «еврейским пигмеем в окружении Маркса». В том же году этот идеолог народничества писал: «весь еврейский мир, который является одной бандой эксплуататоров, пиявок и паразитов, который лишь обжирается за чужой счёт, не считаясь с государственными границами... находится сегодня, с одной стороны, в распоряжении Маркса, а с другой стороны, Ротшильда». Бакунин в своих антиеврейских настроениях безусловно был интернационален: его не устраивали евреи всех стран – от России до Германии. В работе Первого Интернационала Гесс познал социалистический антисемитизм, восходящий к одному из его кумиров, французскому социалисту-утописту Шарлю Фурье, который считал евреев «паразитами, торговцами, ростовщиками» и чью эмансипацию он назвал «самым постыдным пороком общества». В 1847 году теоретик анархизма, французский предшественник Бакунина Пьер Жозеф Прудон обрисовал программу уничтожения евреев: «Эта раса всё отравляет повсеместным вторжением, не присоединяясь ни к одному народу. Надо потребовать их высылки из Франции...Надо закрыть синагоги: ...привести к окончательному устранению этого культа...Евреи – враги человеческой расы. Нужно отправить их обратно в Азию или уничтожить их...Огнём либо ассимиляцией либо высылкой евреи должны исчезнуть...То, что средневековые народы инстинктивно ненавидели, я ненавижу сознательно и бесповоротно». Хотя французская социалистическая мысль выдвинула столь значительных юдофобов, Гесс более всего опасался германского евреененавистничества.

Отец еврейской социал-демократии

По Гессу, немцы обречены на юдофобство каким-то имманентным свойством своей национальной природы. Он формулирует свою точку зрения так: «К еврейским же национальным устремлениям немец, помимо того, питает расовую антипатию, от которой у нас не могут освободиться даже наиболее благородные натуры и возвышенные умы. Тот самый немец, чья «чисто человеческая природа» не может скрыть отвращения к сочинениям, защищающим еврейскую национальность, печатает без всякого отвращения сочинения против еврейства, истинный мотив которых по понятным причинам прямо противоположен «чисто человеческой природе», ибо это прирожденный расовый антагонизм». Расовая антисемитская теория, разрабатываемая в Германии Вильгельмом Марром и изруганным Энгельсом Евгением Дюрингом, била именно в ту самую точку, которую Гесс десятью-пятнадцатью годами раньше считал неотъемлемой особенностью евреев – в их обособленность и нерастворяемость среди других народов.

С 1861 по 1863 год, во время написания «Рима и Иерусалима», Гесс жил в Германии и познакомился с нарастающим приливом антисемитизма. Тогда он вернул себе еврейское имя Моисей в знак протеста против ассимилиции. Он видел, что германская нация враждебна еврейской. Он был обеспокоен антисемитизмом в Германии, и это было основной причиной его «возвращения» к еврейству. Испытав антисемитизм, он вернулся к еврейской национальной концепции. Он поддерживал мнение о том, что евреи должны сохранять свою национальную идентификацию в диаспоре, стремясь к политическому возрождению в Палестине. В двенадцатом письме книги «Рим и Иерусалим» он изложил программу освоения отечества - своё «что делать». Он выдвинул идею колонизации Палестины. Гесс предсказывал создание еврейского государства за 80-85 лет до того, как оно было основано.

В «Риме и Иерусалиме» Гесс определил еврейскую нацию как избранную и хранящую себя без изменения, Палестину как родину еврейского народа и еврейскую религию как лучшую гарантию еврейской национальности. Основа его сочинения заключалась в восприятии еврейства как нации и в рассмотрении еврейского вопроса как национального, а не вопроса равноправия и эмансипации религиозной группы.

Невзирая на свою постоянно подчёркиваемую принадлежность к социалистам, Гесс уклонялся от марксизма. Он не желал основывать историческое развитие на экономических факторах и классовой борьбе, а видел борьбу рас и национальностей как первичный фактор истории. Он размышлял о подъёме итальянского национализма и германской реакции на него и от этого пришёл к идее еврейского национального возрождения.

Гесс призывал к учреждению еврейского социалистического содружества в Палестине параллельно с возрождением национальных движений в Европе и как единственный ответ на антисемитизм призывал утвердить еврейское единство в современном мире. Социализм был важнейшей частью его мировоззрения: «Я пожелал излить чувства своего еврейского патриотизма в крике боли, который, однако, вскоре вновь был заглушён в моей груди ещё большей болью, пробуждённой положением европейского пролетариата». Идеи коллективистской еврейской этики, в отличие от индивидуалистической морали христианства, так же, как тяготение еврейского общества к идеям социализма, послужат, по мнению Гесса, основой для осуществления особой миссии еврейства среди народов мира, а возвращение на историческую родину создаст благоприятные условия для его духовного и культурного развития. По Гессу, национальная еврейская республика, которая будет создана на исторической родине еврейского народа, должна зиждиться на социалистической основе, на общественном владении землёй и средствами производства, а само производство будет организовано на кооперативных и коллективных началах. Он, таким образом, фактически призывал к созданию киббуцов в Палестине. Социализм и сионизм объединялись у Гесса в суровой критике современного общества. Неспособное решить экономические проблемы, не прибегая к социализму, это общество, по Гессу, так же не сумеет разрешить еврейский вопрос, если не отнесётся к нему как к национальной проблеме.

Свои взгляды Гесс базировал на концепции «национального духа», господствовавшего в древнем еврейском государстве. Его идея возрождения народа связана с возвращением на то место, где этот дух царил и определял существование евреев. Использование Гессом таких терминов, как «национальность», «национальное возрождение» демонстрирует романтизм, дававший энергию европейским национальным движениям того времени. Он был первой фигурой в еврейском национализме, не вышедшей из лона еврейской ортодоксальной религиозности. Он не пошёл по традиционному мессианскому пути освобождения народа, а стал первым еврейским мыслителем секулярного толка. Гесс называл себя учеником Спинозы. Он и был последователем Спинозы, но не в философии, как он полагал, а в секулярном мышлении.

Гесс был первым, кто определил, что настало время возвращения евреев на Родину. Гесс был пророком не в своём отечестве, но по поводу своего отечества. Как он и просил, его похоронили на еврейском кладбище в Кёльне. На могиле был установлен памятник с надписью «отцу немецкой социал-демократии». Эта надпись стала официальным доказательством «вины» евреев в революционном движении в Германии. Сочетание «еврей» и «первый социалист» выглядело для националистических кругов Германии вызовом евреев немецкому народу. Его фигура до сих пор поставляет антисемитам материал о еврейском доминировании в социалистическом революционном движении и о вине евреев в рождении коммунизма.

Приговорённый прусскими властями к смертной казни за активное вооружённое участие в неудачной революции 1848 года, Гесс оказался, наверное, совершенно неожиданным для него успешным в другом. Он стал первым пророком сионизма и пионером еврейского социализма. В 1961 году его останки были перевезены на кладбище в киббуце Кинерет. Он был похоронен там вместе с другими социалистами-сионистами, такими, как Нахман Сыркин, Бер Борохов и Берл Кацнельсон. Гесс оказался отцом еврейской социал-демократии.
Количество обращений к статье - 4052
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (12)
Гость Аарон Хацкевич | 27.02.2012 07:13
Дорогой Александр, я был знаком с этим прекрасным глубоким эссе из Вашей книги, которая у меня имеется, и рад тому, что публикация в МЗ расширит круг читателей этой очень нужной своевременной работы.
С уважением, Аарон
Валерий,Германия | 26.02.2012 12:56
Дорогой Александр!
Отличное,многослойное,со сквозными сюжетами эссе,
расставляющее акценты и оставляющее место доя глубоких раздумий.Должен,к стыду,признаться,что этот
Ваш герой был для меня практически неизвестен,а это
глыба.Спасибо за поднятый фонарь просвещения,свет его благотворный.
Марк Фукс, Израиль | 25.02.2012 16:31
А.Я!

Я располагаю вашей книгой «Этюды о еврейской дуальности» и в силу этого обстоятельства знаком с этим материалом. Хочу заметить, что в данной ситуации мне особенно интересно мнение читателей, нашедших возможность отозваться об эссе. Я полагаю, что если Вы и редакция продолжат знакомить читателя с остальными материалами книги, то от этого читатель значительно выиграет, получив возможность сравнения судеб людей и их идей, а также ощутит историческую перспективу препарируемого вопроса.
Благодарю Вас. С уважением, Марк Фукс
algor | 25.02.2012 11:42
Очень признателен всем комментаторам моей работы.

Давиду Гарбару. Дорогой Давид Иосифович! Спасибо. До встречи на презентации в моей книги в Бохуме! По неизвестной мне причине организаторы добавили моё выступление о положении Израиля. Поэтому времени на обсуждение моего очерка "Еврейские мелодии" не будет. Однако я получил приглашение сделать "доклад" на тему иммиграции в Израиль от одной еврейской общины в Вашем районе. Возможно, ко времени нашей встречи 5-го марта дата и место этого выступления будут определены.

Александр Гордон
Гость Волков | 25.02.2012 01:45
Публика страсть как обожает мещанские страсти. То евреи не такие, то государство неправильное, то поучения отцов не блюдутся. Да имейте же вы, наконец, нормальную незаполошенную голову без всяких там дуплетов-триолетов-секстетов-апологетов. Жизнь устроена неправильно дезорганизованно, она энтропийна, если уж ударяться в философию. Именно в этом ключе и написал о еврейских делах Александр Гордон. И не нужно присоединять к им написанному постороннее глупое прожектерство, всякого рода отсебятину. Живите спокойно - ведь каждый день нам дарован как счастье, а люди почему-то считают, что он не имеет смысла без пускания политических пузырей и всякого рода ссылок на поучение всякого рода отцов. Ежели их много - так это натуральная безотцовщина получается. Чай у нас не полиандрия... А впрочем... Век такой суматошный, что и от этих индостанских материй хлебнуть придется...
Феликс | 24.02.2012 21:55
Дорогой Александр! Моя еврейская бабушка в отношении к незнакомцу спрашивала:"Это наш человек?"
Прочитав вашу замечательную статью,с большим интересом, говорю Вам, Вы наш человек!!!
Спасибо большое.
Гость Давид Гарбар | 24.02.2012 20:58
В книге "Изречения отцов" (Пиркей Авот) есть такие слова: "И знай, что всему ведёться счёт; и пусть не заверяет тебя твоё дурное побуждение, что могила станет твоим убежищем, - ибо не по твоей воле ты был создан, и не по твоей воле ты рождён, и не по твоей воле ты живёшь, и не по твоей воле ты умираешь, и не по твоей воле тебе предстоит дать отчёт пред Царём над царями, Святым, благословен Он".
Если бы все наши предки помнили об этом, то для дуальнсти не оставалось бы и места. Можно только пожалеть, что это не так.
Спасибо, дорогой Александр Яковлевич, за Ваше страстное (и достаточно информативное, - такое тоже бывает)полемическое эссе. Будьте здоровы и успешливы.
Гость | 24.02.2012 20:57
В книге "Изречения отцов" (Пиркей Авот) есть такие слова: "И знай, что всему ведёться счёт; и пусть не заверяет тебя твоё дурное побуждение, что могила станет твоим убежищем, - ибо не по твоей воле ты был создан, и не по твоей воле ты рождён, и не по твоей воле ты живёшь, и не по твоей воле ты умираешь, и не по твоей воле тебе предстоит дать отчёт пред Царём над царями, Святым, благословен Он".
Если бы все наши предки помнили об этом, то для дуальнсти не оставалось бы и места. Можно только пожалеть, что это не так.
Спасибо, дорогой Александр Яковлевич, за Ваше страстное (и достаточно информативное, - такое тоже бывает)полемическое эссе. Будьте здоровы и успешливы.
Гость Sava | 24.02.2012 18:17
Не получилось,к сожалению, задуманного еврейского государства,т.к. творцам его создания мешали злонамеренные внешние силы. Они вынудили евреев образовать двунациональное еврейско-арабское государство, вопреки их воли.С тех пор и поныне Израилю приходиться настаивать перед мировым сообществом о признании его ,как еврейского государства.Добиваться этого становится все сложнее, ибо все те же силы продолжают упорно против этого возражать.
Нет пока никаких реальных путей изменить эту пагубную для Израиля тенденцию.Наибольшие из проблем создают еврейские пост сионисты.Это воспринимается как нонсенс, совершеннейший абсурд.Как могло такое случится с большой массой, примущественно молодых, евреев-интернационалистов,наивно уверовавших в возможность еврейского равноправия в условиях гегемонии других народов? Кому это удалось так крепко запудрить им мозги?
Идеологические метаморфозы знаменитого М. Гесса вполне объяснимы и понятны в той конкретной исторической ситуации, в которой он существовал и мыслил.Но нет оправдания и рационального объяснения
поступкам современных пост сиоистов, левых либералов.

Alex from Kiev | 24.02.2012 15:49
Дорогой Саша, откуда у Вас такая мощная эрудиция и таланты анализа и обобщения? Наверное, всё-таки физика навеяла.
Гость Волков | 23.02.2012 23:27
Потрясающая многогранная работа, так необходимая нам именно сегодня, на величайшем историческом изломе. Нам сегодня есть на что опереться - ведь мы участники и свидетели беспрецедентного процесса реконструкции еврейской цивилизации. Понятно каждому, что это явление - одно из величайших событий в ноосфере. Автор статьи необычайно талантливо вскрывает как бы физический механизм этого процесса во всей возможной пространственно-временной полноте. Это очено важно, поскольку в наше время мышление людей стало примитивным, кодовым, и блестящее исследование Александра Гордона - я бы рискнул назвать панацеей от всякого рода социально-политических профанаций. Лучшей работы, подводящей к внутренним истокам наших сегодняшних бед и неурядиц - пожалуй и назвать трудно. Спасибо автору за редчайший талант аналитика и интуицию исследователя.
Наум Вольпе, Харьков | 23.02.2012 19:00
Дорогой Александр! Огромное спасибо за великолепный материал. Я с ним знаком по Вашей книге,но для большинства читателей "МЗ" - это бесценный дар! Вы страстный пропагандист "освобождения еврейской души". Барух Ашем, наступит время и она станет свободной. Вашу заслугу в этом благородном деле народ не забудет! Обнимаю, удачи.
Страницы: 1, 2  След.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2017, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com