Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

На еврейской улице
«Смотрите, это стихи моего сына...»
Зиси Вейцман, Беэр-Шева

Даже весьма пожилой и дотошный ивритский читатель вряд ли теперь помнит, что 50 лет назад израильская газета "Гаарец" опубликовала статью своего парижского корреспондента Мориса Кора под заголовком "Еврейская культура в Советском Союзе пробуждается".

Проживал я тогда в своем бессарабском городке под названием Бельцы, и "шел парнишке в ту пору" всего пятнадцатый год. Несмотря на то, что я вроде считался продвинутым малым (писал интересные сочинения по литературе, мог найти на карте любую страну, знал назубок все их столицы и руководителей братских компартий), а вот про израильскую газету "Гаарец" не знал ничего, хотя о стране, в которой она выходила, кое-какое представление имел. Еще во времена румынского монарха Кароля, в которых "меня и близко не стояло", в начале тридцатых годов прошлого столетия, в каком-то галилейском кибуце поселились наши дальние родственники, и иногда в разговорах родителей и бабушки (а говорили они исключительно по-еврейски, то есть на понятном мне идише) всплывала иногда израильская тема - в рамках противостояния с арабами. Касались и родичей, их кибуцной жизни, почерпнутой из редких писем из страны, текущей молоком и медом...

Новый еврейский журнал "Советиш Геймланд", который выписывала в семье бабушка, я часто держал в руках, разглядывая фотоснимки и буквы незнакомого алфавита, те самые, которыми были набраны зачитанные до дыр страницы бабушкиного сидура (молитвенника). В нашем дворе этот журнал выписывал и наш сосед Зелик Ботошанский, балагула, то есть извозчик, один из немногих, кто еще в те хрущевские годы владел частным гужевым транспортом: у него была старая кляча по имени Мирра и кэруца (подвода - молд.), на дне которой всегда лежал клок душистого сена и огромный пустой бидон из-под молока. Ввиду нехватки автотранспорта в медучреждениях, одна из городских больниц, составив с дядей Зеликом договор о найме, пользовалась услугами его клячи для подвозки продуктов.

Оба читателя - моя бабушка, отлично знавшая идиш, румынский (молдавский) и довольно неплохо русский, и дядя Зелик, окончивший когда-то городскую Талмуд-Тойру, люди старой формации, часто подвергали журнал своеобразной критике. Не вдаваясь в художественные достоинства опубликованного, они пеняли журналу за идеологическую направленность произведений, позабыв, вероятно,что выходит он не в довоенной буржуазной Румынии, а в стране, давшей журналу гордое название и шагающей семимильными шагами к светлому будущему, которое, как обещал Хрущев, уже не за горами. Но журнал этот они все равно выписывали, поскольку он был единственным в стране еврейским изданием.

В редакции «Биробиджанер штерн» с поэтом Иосифом Табакмахером

Правда, в далеком Биробиджане выходила еще и газета в одну полосу большого формата, но за пределы области она тогда не шла, да и о чем после разгромных послевоенных годов, кроме надоев молока, хода заготовки сена и повышенных соцобязательств на местных швейной и мебельной фабриках, да еще на хлебозаводе, можно было в ней узнать?

А моей бабушке и Зелику Ботошанскому, наверное, и присниться не могло, что ровно через десять лет они увидят мои первые стихи на идише именно в «Советиш Геймланд».

А о статье в "Гаарец" полувековой давности тем, кто еще читает на мамэ-лошн, напомнила недавняя публикация в "Лэбнс-фрагн" ("Вопросы жизни") - единственном уцелевшем в Израиле издании на идише, которое является последним осколком когда-то могущественной империи многочисленной и влиятельной бундовской печати. Многолетний и бессменный редактор "Лэбнс-фрагн", писатель и публицист Ицхак Луден сделал доброе дело: пересказывая статью из "Гаарец", он тем самым поведал своим читателям несколько эпизодов из истории возникновения журнала "Советиш Геймланд".

Разумеется, историческую пунктуальность гарантировать нельзя, но, тем не менее... Приведу некоторые цитаты из этой публикации:

"С пустыми руками Андрэ Блимель, президент Сионистской федерации Франции, возвратился со встречи с министром культуры, членом президиума ЦК КПСС Екатериной Фурцевой в январе 1961 года. Андрэ просил министра сделать что-нибудь для возрождения еврейской культуры в ее стране. В беседе с высокопоставленным лицом он сослался на результаты последней переписи населения в Советском Союзе (1959 г.), в которой полмиллиона жителей заявили, что их родным языком является идиш. Но Фурцева отделалась туманной отговоркой, что рассмотрит его предложение. На самом деле, говорилось в отчете Блимеля, она его приняла обнадеживающе, но ее цель была, как потом ему стало ясно, использовать гостя в пропагандистских целях, чтобы журналист из Франции растрезвонил потом по всему западному миру о благостном положении евреев в Советском Союзе...

Нельзя забывать, что советский министр культуры служила партии и действовала в полном соответствии с ее идеологией и политикой, хотя сам факт встречи "главного сиониста" Франции с ответственным партийно-правительственным лицом свидетельствует о том, что эта самая партия, угробив выдающихся еврейских писателей, не позволив после смерти вождя даже выжившим в сталинской мясорубке публиковать свои произведения, готова сейчас снять железные оковы, в которые она облачила еврейскую культуру, пытаясь ее удушить в "чистках" тридцатых и послевоенных годов, завершив процесс в 52-м году августовским расстрелом. Советская власть не скрыла и тот факт, что во время недавней переписи в стране полмиллиона евреев назвали идиш своим родным языком.

Не прошло и года, как было опубликовано сообщение о том, что новый двухмесячный журнал еврейской культуры и литературы под названием "Советиш Геймланд" будет официально выходить в СССР и распространяться по всей стране через "Союзпечать".

Первые признаки реабилитации еврейских литераторов появились после смерти вождя, но делалось это втихаря, и лишь в 1956 году печатный орган советских писателей официально сообщил о восстановлении честного имени Изи Харика, признанного крупнейшим еврейским поэтом в послеоктябрьский период и внезапно исчезнувшего в 1937-м. Начавшаяся реабилитация долго не могла избавиться от подлой лжи. Родственникам расстрелянных сообщали, что они скончались от воспаления легких, болезни сердца, цирроза печени или какого-нибудь неведомого заболевания, причем дата смерти указывалась неверно. А когда имена репрессированных стали возвращаться в газетно-журнальные публикации и энциклопедии, о насильственном лишении жизни там не говорилось ни слова. Вранье об узниках ГУЛАГа прекратилось только в горбачевскую эпоху гласности.

Сообщение о скором выпуске литературного журнала на еврейском языке, под которым, разумеется, подразумевался идиш (а какой же еще?), появилось в 1960 году. Спустя пять лет после выпуска первого номера, датированного июлем-августом 1961 года, Арон Вергелис сообщил в интервью журналисту газеты "Нью-Йорк Таймс", что решение об открытии еврейского журнала принял Союз советских писателей, который раньше сомневался в целесообразности издания такого журнала...

Первоначально журнал выходил объемом в 130 страниц тиражом в 25 тысяч экземпляров. На страницах первого номера были опубликованы стихотворения Мойше Тейфа, Аврома Гонтаря (оба - члены редколлегии), Арона Вергелиса (главный редактор), стихи поэтов Кубы и Конго, а также отклики на автобиографию первого космонавта Юрия Гагарина. Зарубежные наблюдатели, осведомленные о настроениях и тенденциях советской действительности, отметили большой интерес к журналу не только евреев Советского Союза, но и всего мира. Тысячи евреев стали подписчиками журнала в Вильнюсе, Риге, Минске, Кишиневе и других городах - больших и малых, и даже в сельских населенных пунктах, где еще изредка попадались евреи. Пробуждение идиша, вызвавшее у большинства чувства радости, у других вызывало сомнения. Пятью годами раньше, в 56-м, в котором появились первые признаки оживления еврейской литературы в СССР и который по случайности стал годом израильского наступления на Синай, Советский Союз использовал еврейскую культуру, идиш, чтобы атаковать Израиль и сионизм. Иногда газетно-журнальную трибуну давали еврейским писателям, писавшим произведения на идише, чтобы они клеймили израильских "агрессоров". Одним из них был Арон Вергелис, который в 1961 году стал главным редактором "Советиш Геймланд".

Помнится, он дал такое объяснение названию нового журнала. В разное время в стране выходили два центральных литературных издания: "Советиш" (большой ежегодник, орган еврейских писателей СССР - с 1934 по 1941 гг.), а после войны - журнал"Геймланд", закрытый властями в ходе разгрома еврейской культуры в 1948 году. Так вот, якобы в память об этих изданиях, сохраняя их традиции, и нарекли новый журнал, объединив два названия в одно - "Советиш Геймланд" ("Советская Родина").

Вергелис был непримиримым противником сионизма и категорически отметал все утверждения о том, что в Советском Союзе процветает антисемитизм. В 1962 году он оправдывал процесс в отношении евреев, обвиненных в шпионаже, а также заявил, что не будет печатать стихотворение "Бабий Яр" Евгения Евтушенко, направленное против антисемитов. Произведение, мол, страдает художественными недостатками, идейно слабое, и может быть неправильно истолковано. Чуть позже он сетовал, что сионисты "присвоили" себе выдающегося ивритского поэта Х.-Н. Бялика...

Теперь, спустя более чем полвека после того, как возник журнал, читатель этих заметок может себе выбрать любую версию его зарождения, но сути того, что он родился в муках, это не меняет...

12 августа 1952 года сталинский режим совершил страшное злодеяние - казнил группу видных деятелей еврейской культуры. Итого было репрессировано 110 человек, которых обвинили в буржуазном национализме, государственной измене и прочих страшных преступлениях. Три года во время следствия продолжались чудовищные пытки и издевательства над невинными людьми - членами ЕАК, гордостью еврейской литературы и культуры. Как известно, лишь в годы перестройки, в пору горбачевской гласности были открыты некоторые архивы, и появилась возможность ознакомиться с некоторыми документами.

В связи с этой печальной датой в жизни еврейства солидный еженедельник на идише "Форвертс" (№ 31924, 10-16 августа 2012) пишет, что среди явившихся впервые взору бумажных дел, касающихся еврейской советской литературы, находился "документ № 34" - письмо, написанное Ароном Вергелисом по просьбе партийного бюро при Союзе писателей. Редакция "Форвертса" приводит без комментариев отрывки из текста этого письма, в котором Вергелис высказывает свое мнение о некоторых советских еврейских писателях:

"Известно. что на протяжении прошедшего года еврейская литература пережила тяжелейший кризис. Положение еврейских писателей, работающих сегодня, усугубляется тем, что не мы сами, а органы государственной безопасности первыми обратили внимание на горстку еврейских литераторов, которые активно хозяйничали как буржуазные националисты, враги советского народа (...). Старшее поколение еврейских писателей, которое в течение тридцати лет было ядром литературы на идише, ушло глубоко своими корнями в прошлое, сохраняя старые традиции мелкобуржуазного и местечкового быта. Начав свою литературную деятельность еще до революции, такие писатели, как Гофштейн, Дер Нистер, Бергельсон. Маркиш и другие, вошли в литературу как носители буржуазных и националистических идей. Еврейская литературная общественность повинна в том. что она так легко простила этим писателям их побег из революции, их белоэмигрантскую деятельность за границей в самые тяжелые для советской власти годы.

Националист и сионист Гофштейн демонстративно выехал в Палестину, Маркиш, находясь в эмиграции, писал националистические и анархистские пасквили; Бергельсон публиковал на страницах американского листка "Форвертс" свои злобные антисоветские статьи. Вернувшись в Советский Союз, эта группа длительное время на различные лады раздувала так называемые трудности их переустройства. "Перестраиваясь", эти писатели наносили тяжелые удары по советской литературе вообще и задерживала развитие советской еврейской литературы в частности. (...).

Если кто-то захочет иметь понятие о жизни и борьбе советского народа, основываясь на еврейской литературе, я бы ему это не советовал, ибо у него может создаться впечатление, что в Советском Союзе строили социализм в большинстве лишь люди еврейской национальности. В таком же духе написаны книги Маркиша и Бергельсона о гражданской войне, произведения Альбертона о Донбассе, поэма Фефера о Днепрострое, рассказы Стельмах, поэма Маркиша, произведения Дер Нистера, Персова, Ошеровича, Гофштейна и других о периоде Отечественной войны. Прожженный сионист Гофштейн наводнил еврейскую литературу своими националистическими и философскими сочинениями. (...) Свой марш в советской литературе Маркиш начал с грубо националистических и декадентских поэм о погромах "Ди купэ" ("Куча") и пасквилем на советскую действительность "Хавэйрим кустарн" ( "Товарищи кустари")...".

Свое "компетентное мнение" А. Вергелис датировал 16-м декабря 1949 года, когда следствие со стороны органов госбезопасности было только в самом начале, и подобное "мнение" в те времена было равносильно подписи под смертным приговором.

Страшное письмо, написанное в страшное время. И все же, считаю, что автором этого письма являлось то самое "партбюро", состоящее из злотворцев, которое водило его пером. Тот же А. Вергелис рассказывал, что в свое время Александр Фадеев советовал ему сменить еврейский язык на русский, приведя в пример Эм. Казакевича, и Вергелис ему ответил: "Когда вы перейдете на французский, я перейду на русский." Хлопнул дверью и ушел. В связи с этим не открою америк, если скажу: еврейская литература и идиш в СССР были сохранены благодаря журналу "Советиш Геймланд", а ведь его возглавлял Арон Вергелис.


Таким я был в 1971 году, когда стал печататься в журнале
... Мои первые стихи в "Советиш Геймланд" появились в январском номере 1971 года. Нет, я и не пытался подражать Дризу и Тейфу, чьи недавно выпущенные сборники в затертых обложках, благодаря малому формату, умещались во внутреннем кармане шинели. Я их постоянно таскал с собой и, оставшись где-нибудь наедине в ротной канцелярии, упивался их идишем, как боец в окопе во время краткой фронтовой передышки - строчками письма от любимой.

Среди виршей, которые я впервые отправил в журнал, было маленькое стихотворение "Хавэр полковник". Его, конечно, не напечатали, да и не могли в конце 70-го опубликовать, даже если бы оно состояло из одних достоинств. Не знаю, читал ли его Вергелис, но ответ на присланные стихи мне дал тогда Авром Гонтарь, официально заведовавший отделом поэзии в журнале после смерти Мойше Тейфа. Думаю, что и главный их читал - хотя бы потому, что никто (понимаете, никто!) из моих ровесников, кроме единственного русского парня с Волги Саши Белоусова, в ту пору стихов на идише в СССР, думается, не писал, а если и писал, то в журналах их не печатал.

Я не в обиде на редакцию за то, что из дюжины моих стихов Гонтарь (или Вергелис?) выбрали лишь два, а "Полковника" зарубили. Чтобы нынешний читатель рассудил, почему это произошло, приведу его точный, почти дословный, литературный перевод с идиша:

- Товарищ полковник, товарищ полковник!
Откуда вы родом?
Из Бэлц или Ковно?
Простите меня за нескромный вопрос,
но ваши глаза, как две черные сливы,
и если уж быть до конца справедливым,
ваш нос мне напомнил мой собственный нос...

Полковник устало сидит у стола,
дымит сигаретой, вздыхает: "Дела...
Скажи, лейтенант, надежда моя,
как будет на идиш: "Родная земля"?

               (Перевод Л. Школьника).

За строчками стихотворения стояла реальная фигура - одного из моих начальников, годившегося мне в отцы, полковника Исаака Хаймовича Спивака из Одессы, фронтовика-десантника. Был дважды ранен. После войны, когда из армии начались массовые увольнения, уговорил кадровиков оставить его на службе и был списан в строительные части. Сослуживцы, которые были вровень с ним или выше в табели о рангах. так и называли его: Исаак Хаймович, другие, как я, соблюдали субординацию: "Товарищ полковник". За десятки лет мыканья по военным стройкам Дальнего Востока он изрядно подзабыл идиш. Сразу признавший во мне соплеменника, надеясь вспомнить родной язык. он зазвал меня в кабинет, расспросил о житье-бытье, сказал тогда: "Знаешь, лейтенант, многим не нравится мое имя-отчество, но тем, кому оно не нравится, я их ..." - и дальше следовал непечатный глагол.

... На другом краю огромной страны, в моем родном городе, отец с гордостью показывал соседям, знакомым и незнакомым, толстый журнал, в котором всего лишь на одной из страниц были напечатаны стихи и небольшая фотография молодого лейтенанта. При этом отец с гордостью повторял на нашем мягком бессарабском наречии: "Гит а кик, дус из майн зин..." (Посмотрите, это мой сын...).
Количество обращений к статье - 2807
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (4)
Гость | 25.11.2012 08:11
Дорогой Зиси!
Был приятно удивлён,прочитав Ваши строки о прекрасном Человеке Исааке Хаймовиче Спиваке.Имел честь общаться с ним лично,в то время(1973-74гг)зам.командира в/ч 58113(УИР,Белогорск,Амурской обл.),как и с Давидом Лифшицем,его зятем,зам.нач-ка ПТО УИРа,майор.
В 1974г.нашу часть перевели на Урал,и с того времени мне (к большому моему сожалению) ничего не известно о судьбе сослуживцев.
Буду очень благодарен,если Вы найдёте возможность мне
ответить.
Моя эл.почта krd.v@yandex.ru
С уважением
Владимир Щетинин
Калининградская обл.
Любовь Гиль, Беэр Шева | 22.09.2012 19:43
Дорогой Зиси!
Мне очень понравилась Ваша статья и замечательное стихотворение. Вам удалось охватить 50-летний период истории как забвения, так
и новых всходов и, хотя не пышного, но всё же ощутимого нового роста языка идиш в Советском Союзе. Безусловно, Вы, как и Леонид Школьник, бывшие мои земляки по Дальнему Востоку, - в первых рядах новой плеяды идишских писателей и журналистов! Отрадно,что теперь довелось нам встретиться на страницах "МЫ ЗДЕСЬ".
Я держу в руках "Русско-еврейский (идиш) словарь", изданный в Москве в 1989 г., купленный мной в Хабаровске в 1990 г. незадолго до моей репатриации в Израиль. Помню, как сделала заявку
на его приобретение в центр. книжном магазине на улице Карла Маркса, если не ошибаюсь, "Книжный мир" он назывался. Больше года ждала момента покупки.
В этом словаре есть очерк "О языке идиш" Э.М.Фальковича. Он начинается с истории возникновения языка в XI- XII веках, очень всё интересно и реально описано о периоде до начала XX века.
В его рассказе о еврейской литературе на идиш XIX- начала XX века указывются имена классиков литературы на идиш: Менделе-Мойхер Сфорима (1836-1917),
И.-Л.Переца (1851-1915) и Шолом-Алейхема(1859-1916).
Что же касается XX века, то здесь присутствует одна лишь фраза: "Обогащению языка способствовала и
зародившаяся революционная пролетарская поэзия
(стихи М.Винчевского,М.Розенфельда, И.Бовшовера,
Д. Эдельштадта и др.)."
А где же все другие имена?
Жаль, что в 1989 г. приходилось так писать. А о временах Вергелеса и о нем прекрасно написали Вы.
Но спасибо, что все же выходил журнал и газета.
СПАСИБО автору!
Гмар Хатима Това Вам и Вашей семье!
Из Реховота. | 22.09.2012 19:23

Такие публикации важны, ибо это не только литература, а история.
Гость | 20.09.2012 03:10
Интересная публикация, да и для нас, земляков, близка не только географически. Спасибо автору! Иванов-Ардашев.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com