Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Это - мы
15-21 ноября 2012
Рубрику ведет Леонид Школьник

15 ноября

 

1925 - Поэт, прозаик, переводчик, диссидент Юлий (Юда) Даниэль (псевдоним Николай Аржак) родился в семье еврейского литератора М. Даниэля (Марка Наумовича Мееровича). Юлий - участник Великой Отечественной войны, был несколько раз ранен. Окончил филологический факультет Московского областного педагогического института. С 1957 г. публиковался в СССР как переводчик поэзии. С 1958 года публиковал за рубежом повести и рассказы (под псевдонимом Николай Аржак), критически настроенные по отношению к Советской власти. Наиболее характерна для прозаика Аржака (Ю. Даниэля) и наиболее важна для русской прозы середины XX века повесть-антиутопия «Говорит Москва», рассказывающая о введении в СССР Указом Президиума Верховного Совета Дня открытых убийств, о единодушном одобрении этой инициативы со стороны трудящихся масс и непросто дающемся отдельным гражданам неприятии чудовищного «праздника». Даниэль в 1965 году был арестован и через год приговорён за эти публикации к пяти годам лагерей (вместе со своим другом Андреем Синявским - «процесс Синявского-Даниэля»). Именно там, на «просторах» ГУЛАГа Юлий Даниэль написал следующие строки:

Это было времечко такое —
Кто там пел и кто протестовал?!
От Владивостока до Джанкоя
Шел, гудел Большой Лесоповал!

А зато — и Родину любили,
Транспаранты в праздники несли!
Ах, недостреляли, недобили,
Недогнули, недоупекли...


После освобождения в 1970 году Даниэль жил в Калуге, публиковался как переводчик под псевдонимом Ю. Петров. Умер в Москве 30 декабря 1988 года. А спустя почти три года, 17 октября 1991 года, в «Известиях» появилось сообщение о пересмотре дел Ульманиса, Тимофеева-Ресовского и Царапкина, Синявского и Даниэля «за отсутствием в их действиях состава преступления». В настоящее время не известны какие–либо документы, которые бы свидетельствовали о привлечении к ответственности кого-либо из лиц, причастных к осуждению Юлия Даниэля. Есть основания полагать, что все эти лица сохранили свои руководящие посты или сменили одни посты на другие, не менее руководящие...

 

16 ноября

1923 - Заместитель командира эскадрильи 103-го штурмового авиационного полка 230-й штурмовой авиационной дивизии 4-й воздушной армии 2-го Белорусского фронта, старший лейтенант Вольф Борухович Корсунский родился в городе Артемовск, ныне Донецкой области (Украина) в семье рабочего. По окончании восьмилетки работал на заводе штамповщиком. В армии с 1940 года. В 1942 году окончил Ворошиловградскую военно-авиационную школу пилотов. На войне - с июля 1942 года. Участвовал в боях за освобождение Кубани, Таманского полуострова, города Севастополя, Белоруссии, Польши и в наступательных сражениях в Восточной Пруссии. За боевые подвиги, героизм и отвагу еще до представления к званию Героя Советского Союза был награжден двумя орденами Красного Знамени, Отечественной войны 2-й степени, орденом Красной Звезды и медалью «За оборону Кавказа». Будучи заместителем командира эскадрильи 103-го штурмового авиационного полка, Вольф Корсунский к маю 1945 года совершил 152 боевых вылета на штурмовку живой силы и боевой техники противника. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 августа 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом мужество и героизм старшему лейтенанту Корсунскому было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№8765). После войны Вольф Борухович продолжал службу в ВВС СССР. Трагически погиб 17 марта 1950 года. Похоронен в Артемовске.

17 ноября

1898 – Макс Эрик (настоящие имя и фамилия Залман Меркин), критик, исследователь еврейской средневековой литературы на идиш, родился в местечке Сосновице Люблинской губернии, ныне Польша. Вырос в состоятельной семье. Мать Эрика (убита нацистами в годы Второй мировой войны) была сестрой И. Пейсахзона, одного из основателей Бунда, и внучкой Залмана Шнеура из Ляд. Среди домашних учителей Эрика был Хаим-Нахман Бялик. В 1918 г. Эрик окончил гимназию, служил в польской армии, прошел офицерские курсы. В 1921–24 гг. (с перерывами) изучал юриспруденцию в Ягеллонском университете в Кракове. В 1922–23 и 1925–26 гг. преподавал польскую и еврейскую (идиш) литературу в еврейских средних школах в Вильно. Литературой Эрик увлекся в последних классах гимназии, тогда же стал писать сам. Дебютировал литературоведческой статьей в 1918 г. в альманахе «Идише замл-бихер» (т. 5). В годы преподавания в Вильно Эрик подготовил (совместно с Залманом Рейзеном) хрестоматию литературы на идиш до 18 в., но она не была опубликована и рукопись пропала. Увлекшись средневековой литературой на идиш, Эрик много работал с рукописями и книгами, хранившимися в городской библиотеке Данцига (ныне Гданьск). Впоследствии изучал староеврейские памятники в библиотеках Парижа, Оксфордского университета, Британского музея. В 1923 г. в журнале «Бихер-велт» (Варшава, № 3–4) было опубликовано эссе Макса Эрика о структуре драмы Ицхока-Лейбуша Переца «Ди голдене кейт» («Золотая цепь»), в котором тщательно проанализированы рукописи и черновики автора. Эта работа вошла в первую книгу Эрика «Конструкцие-штудиен» («Исследование архитектоники произведений», Варшава, 1924). В книге представлено также исследование о драме И.-Л. Переца «Ба нахт афн алтн марк» («Ночью на старом рынке») и философское эссе «Батрахтунг вэгн патос» («Размышления о пафосе»). Занимался Макс Эрик и мировой литературой. В журнале «Ринген» (Варшава, 1924) было опубликовано его эссе «Цу дэр характеристик фун дэр найстэр пойлишер дихтунг» («К характеристике новейшей польской поэзии»). Монография о Гомере, написанная в 1920-е гг., не была опубликована. Не потеряли значения статьи Эрика о творчестве Давида Бергельсона («Литерарише блэтер», Варшава, апрель–май 1925), Мойше Кульбака (там же, октябрь 1926), теоретические работы «Вэгн айнфлусн ин дэр литератур» («О влияниях в литературе», там же, ноябрь 1924) и «Дэр бух ун ди литерариш-гешихтлехэ ситуацие» («Книга и историко-литературная ситуация», там же, декабрь 1924), рецензия «Иосеф Опатошус трилогие» («Трилогия Иосифа Опатошу», «Идише велт», Варшава, август 1928). Главное произведение Эрика — «Гешихте фун дэр идишер литератур, фун ди эрштэ цайтн биз ди hасколэ-ткуфэ, 14-тн – 18-тн йорhундэрт» («История литературы на идиш, от ее начала до эпохи Гаскалы, 14–18 вв.», в 4-х томах, Варшава, 1928). Монография Эрика стала значительным событием в еврейском литературоведении и стимулировала дискуссии по истории литературы (Ш.Нигер, И. Цинберг, И. Шипер и др.). В сентябре 1929 г. Эрик приехал в Советский Союз. До 1932 г. жил в Минске, затем в Киеве. В должности профессора преподавал историю еврейской литературы в вузах, выступал на научных семинарах. Заведовал секцией литературоведения и критики в Институте еврейской пролетарской культуры АН Украины, сотрудничал в большинстве советских еврейских журналов и научных сборников. Выказал лояльность к партийной линии, опубликовав в сборнике «Фашизиртер идишизм ун зайн висншафт» («Фашизированный идишизм и его наука», Минск, 1930) идеологически выверенную статью «А бинтл брив вэгн дэр элтстэр идишер литератур» («Несколько писем о самой старой литературе на идиш»). Были опубликованы исследовательские работы Эрика «Касрилэвкэ» (журнал «Фармест», Киев, 1935, №5–6), «Менахем-Мендл» (журнал «Штерн», Минск, 1935, №5–6), «Тевье дэр милхикер» («Тевье-молочник»; «Фармест», 1935, №11). Эрик был членом редакций по изданию произведений Давида Эдельштадта и не вышедших произведений Йосефа Бовшовера и Мориса Винчевского. Он подготовил к печати книги «Шолом Аш» (1931), «Комедии берлинской Гаскалы», 1933, «Литература на идиш в 19-м веке»; совместно с А. Розенцвейгом /1888–1934/, 1935. Совместно с Б. Безносиком и Ривкой Рубин редактировал «Антирелигиэзер литераришер замлбух» («Антирелигиозный литературный сборник», 1930). Подготовленная к печати книга Эрика «Фун дэр литераришер иеруше» («Из литературного наследия»), содержавшая очерки о Ш. Эттингере, Шолом-Алейхеме и других, света не увидела. Большую ценность представляют предисловие Эрика к публикации «Писем коммивояжера» Шолом- Алейхема («Висншафт ун революцие», № 3–4, 1935), исследование «Перец ойф дер Черновицер конференц», там же, № 8, 1936) и многие другие. Во второй книге Эрика «О староеврейском романе и рассказах, 14–16 вв.», Варшава-Ковель, 1936) анализируются самые значительные произведения староеврейской литературы: «Бове-бух», «Артур-роман», «Майсэ-бух», «Тиль Уленшпигель», «Королевич и назорей» и другие. В книге изложена теория Эрика об эпохе шпилманов (бардов) в еврейской литературе. Еврейские поэты в Европе 14–16 вв., как полагал Эрик, делали то же, что и нееврейские поэты той поры: публично пели или декламировали свои произведения. В 1936 г. Эрик был арестован, обвинен во вредительстве и шпионаже, умер в 1937 году в Ветлошанском лагере, в Сибири. Его литературное наследие до сих пор не собрано.

18 ноября

1927 - Кинорежиссёр, сценарист, актёр, поэт, народный артист СССР Эльдар Рязанов родился 85 лет назад в Самаре (где жили родители матери) в семье работников советского торгпредства в Тегеране Александра Семёновича Рязанова и Софьи Михайловны Шустерман (1902-1969). Вскоре семья Рязановых переехала в Москву, где его отец работал начальником винного главка. В 1930-х годах семья распалась и в дальнейшем будущий кинорежиссёр воспитывался матерью. Сам Эльдар Александрович о том времени вспоминает так: «Мое детство прошло в борьбе между любовью к книгам и любовью к друзьям, которые были полная шпана. Естественно, мне хотелось гонять голубей. Мы играли в расшибалочку, в пристеночек. Мы ходили в соседний двор и стреляли из самопалов во врагов из соседнего двора. И в самый неподходящий момент всегда приезжала мама и говорила: "Элик, иди ко мне!". И мне было так стыдно перед ребятами, что я такой маменькин сыночек. А мама меня очень пыталась отбить от дворового образа жизни. Она мне доставала где-то книжки из "Библиотеки приключений" с золотым тиснением. И тут сложилась ситуация, когда книжки победили. Я начал читать как сумасшедший. Во время войны наша семья была эвакуирована в Самару, туда же приехал и Большой театр. А в филармонии, напротив нашего дома, выступал Театр оперетты. Я тогда посмотрел "Сильву" раз семнадцать. Я думаю, что любовь к жанру музыкальной комедии зародилась где-то там, наверное. Иначе я даже думать не могу». Эльдар Рязанов в детстве собирался стать писателем, мечтал о путешествиях. По окончании десятилетки он даже отправил письмо-заявление в Одесское мореходное училище. Но шла война, и ответа он не дождался. Волею случая Рязанов стал студентом 1-го курса ВГИКа (мастерская Г. М. Козинцева). К тому времени Козинцев был уже всемирно знаменитым режиссёром, автором таких фильмов, как «Шинель» (1926), «С. В. Д.» (1928), «Новый Вавилон» (1929), «Одна» (1931), трилогия о Максиме (1934-1939) (все - совместно с Л. З. Траубергом). Среди педагогов Рязанова был и Сергей Эйзенштейн, который «выделил» юного студента. В 1950 году Эльдар Рязанов окончил ВГИК, защитившись (совместно с однокурсницей З. П. Фоминой) документальной лентой «Они учатся в Москве». Молодые режиссёры получили диплом с отличием. На протяжении пяти лет Рязанов работал в документальном кино: снимал киносюжеты для киножурналов «Пионерия», «Советский спорт», «Новости дня», несколько выпусков смонтировал целиком. Он также сделал киноочерки «Дорога имени Октября» (с Л. Дербышевой, 1951), «На первенство мира по шахматам» (1952), «Твои книжки» (с З. П. Фоминой), «Недалеко от Краснодара» (оба 1953), «Остров Сахалин» (с В. В. Катаняном, 1954). В 1955 году Эльдар Александрович стал режиссёром киностудии «Мосфильм» и поставил (с С. Н. Гуровым) первый советский широкоэкранный фильм-ревю «Весенние голоса», в котором были и игровые эпизоды. А через год известнейший советский комедиограф, руководитель киностудии «Мосфильм» И. А. Пырьев буквально заставил Рязанова взяться за кинокомедию. У Пырьева было подлинное продюсерское чутье: фильм «Карнавальная ночь» (1956) имел колоссальный успех. Знаменитый Игорь Владимирович Ильинский сыграл одну из своих лучших ролей - бюрократа Огурцова, а исполнительница главной роли, молодая актриса Людмила Гурченко стала кинозвездой. Песни композитора А. Лепина напевала вся страна! Трудно поверить, что Эльдар Александрович пытался четыре раза отказаться от постановки - но преодолеть плотную «опеку» Пырьева, к счастью, ему не удалось. Дальнейший путь режиссера связан с кинокомедией. Вслед за успехом дебюта наступил период поисков, проб, разведки жанра и разнообразных жанровых сочетаний фантастики, сатиры и эксцентрики («Человек ниоткуда», 1961), бытовой комедии («Дайте жалобную книгу», 1965) и др. В 1962 году Рязанов снял героическую комедию о 1812 годе «Гусарская баллада» (по пьесе А. К. Гладкова "Давным-давно", музыка Т. Н. Хренникова). С 1966 года Рязанов стал писать сценарии своих картин, создавая особый жанр кинематографческой комедийной прозы. За основу сюжета зачастую он брал комедийно-остранённую парадоксальную ситуацию, необыкновенный случай-легенду, городской анекдот: например, "дело" уникального похитителя машин, борца с нечестно нажитой собственностью ("Берегись автомобиля ". 1966), или приключения счастливца, выигравшего крупную сумму по облигации ("Зигзаг удачи", 1968), или инсценировка кражи знаменитого живописного полотна из музея ("Старики-разбойники", 1972) и др. Эксцентрические по завязкам и причудливым поворотам интриги сюжеты обретают на экране достоверность реальных жизненных историй, погружаются и среду, богатую наблюдениями и подробностями, характеры героев и человеческие отношения проработаны психологически точно и тонко. В фильме "Ирония судьбы, или С лёгким паром" (1975, телефильм, в прокате 1976, Госпремия СССР, 1977) и "Служебный роман" (но пьесе Рязанова и Брагинского "Сослуживцы", 1977, Госпремия РСФСР, 1979) использование стихов и песен создают эмоционально насыщенную атмосферу лирических раздумий над жизнью. В фильмах Рязанова важную роль играет музыка (работал с композиторами А. Лепиным, М. Таривердиевым, А. Петровым), органично входящая в постановочное решение и приобретающая функцию поэтической и психологической автохарактеристики героя. В 1980 году Рязанов снял сатирическую комедию "Гараж" и телефильм "О бедном гусаре замолвите слово", в 1983 – фильм "Вокзал для двоих", в 1984-м – «Жестокий романс» (по мотивам пьесы А. Н.Островского "Бесприданница"). В 1983 получил премию за вклад в развитие советской кинокомедии. А еще он снял такие замечательные ленты, как «Забытая мелодия для флейты» (1987), «Дорогая Елена Сергеевна» (1988), «Небеса обетованные» (1991), «Предсказание» (1993), «Привет, дуралеи!» (1996), «Старые клячи» (2000), «Ключ от спальни» (2003), «Андерсен. Жизнь без любви» (2006), «Карнавальная ночь-2, или Пятьдесят лет спустя» (2007). На впопрос одного из российских журналистов, когда ему, Рязанову, было лучше – в СССР или в сегодняшней России, Эльдар Александрович ответил без обиняков: «Я должен сказать, что хорошего времени не было никогда. Потому что раньше были идеологические препоны, коммунистические догмы, с которыми мы должны были считаться, а сейчас финансовые "рогатки", которые иногда преодолеть труднее, чем идеологические. Мы в советское время приспосабливались, обманывали, хитрили, у нас были всякие свои приспособления. Хотя это было очень противно, потому что фильмы нам уродовали, сценарии заставляли переделывать, что-то вырезать. А сейчас то, что делать, нам диктует малообразованная часть нашего населения. Слово "быдло" не хочется употреблять, но это люди, которые находятся на грани дебилизма».

19 ноября

1910 – Один из руководителей ЭЦЕЛя (с 1937 по 1941), лидер движения «Бейтар» Давид Разиэль родился в Вильно, в семье Мордехая и Блюмы Розенсон. Когда мальчику было три года, семья решила уехать в Палестину. Во время Первой мировой войны семья Разиэля, как и все российские подданные в Израиле, была депортирована в Египет, откуда ей пришлось вернуться в Россию, но в 1923 году Разиэли опять переехали в Израиль. Давид стал учиться в Тель-Авиве, затем в Иерусалиме. После арабских погромов он в 1928 году присоединился к «Хагане», но после беспорядков и резни в Хевроне в 1929 году вышел из организации и вместе с другими её членами основал ЭЦЕЛь. С июля 1938 года Иргуном (ЭЦЕЛем) были свершены многие действия против арабского населения страны. Среди них - многочисленные обстрелы арабских автобусов, взрыв мины на арабском рынке в Иерусалиме и взрыв гранаты в арабском автобусе. Эти действия, в которых погибли многие мирные жители, вызвал протест среди еврейского населения и среди членов правительства. Правящая в то время партия МАПАЙ не раз издавала указы, направленные против действий Разиэля. В 1939 году Давид уехал в Париж, где встретился с Зеэвом Жаботинским. Разиэль пришелся ему по душе, и Жаботинский, не раздумывая, назначил Давида лидером молодёжного движения «Бейтар». Он также посоветовал Разиэлю продолжать акции возмездия против арабов. В мае 1939 года Давид Разиэль был арестован британской полицией. В 1940 г. его отпустили после того, как ЭЦЕЛь согласился помогать Британии во Второй мировой войне. В 1941 году, после того, как в Ираке произошло антибританские волнения, англичане попросили Разиэля направить отряд бойцов для организации диверсии на нефтяных башнях возле Багдада, которые представляли ценость для немецкой армии. Давид Разиэль решил принять участие в этой операции. Группа из четырёх человек вылетела из Израиля в Ирак 17 мая 1941 года. 20 мая, в ходе этой операции, Давид погиб от взрыва бомбы, сброшенной с немецкого самолёта. Звание генерал-майора ЦАХАЛа ему было присвоено посмертно. Сегодня его именем в Израиле названо поселение Рамат-Разиэль под Иерусалимом, основанное членами ЭЦЕЛя и «Бейтара».

20 ноября

1904 – В Москве, в семье фармацевта Соломона Натановича Гинзбурга (1875–1938) и Ревекки Марковны Гинзбург (1880–1949) родилась Евгения Гинзбург – будущая писательница, публицист, педагог и журналист. В 1920 году Евгения поступила на факультет общественных наук Казанского университета, а по вечерам преподавала в кружках по ликвидации неграмотности. Кроме того, её выбрали секретарём организации СТУДПОМГОЛ – Студенческий совет помощи голодающим. В 1922 году она перевелась на третий курс Казанского Восточного пединститута и окончила его в 1924 году по специальности «история». С июня 1925 года Е. С. Гинзбург вела преподавательскую работу на тюркско-татарском рабфаке, в экспериментальной школе при педагогическом институте, работала ассистентом кафедры истории Западной Европы в Татарском коммунистическом университете. Вышла замуж за Павла Васильевича Аксёнова (р.1899) – председателя городского совета Казани, члена Центрального исполнительного комитета (ЦИК) СССР. И она, и её муж были коммунистами, у них росли двое сыновей, Алёша и Вася (будущий известный писатель Василий Аксенов). Евгения заведовала отделом культуры в газете "Красная Татария". Принимала участие в создании книги "История Татарии". Увы, семейная идиллия оборвалась в феврале 1937 года. "Настало время умирать или молча идти на свою Голгофу вместе с другими, с тысячами других" (Е.Гинзбург). И она взошла на Голгофу – молча, не оговорив ни одного человека, не запятнав своей совести. Ей больше никогда не суждено было увидеть ни мужа (его арестовали 7 июля 1937 года, приговор - 15 лет ИТЛ с конфискацией имущества по статье 58-7 и 11, реабилитирован в 1955), ни родителей, ни сына Алёшу (погиб во время блокады Ленинграда). Начался конвейер – сутки без сна и еды, угрозы, лживые обещания, карцеры. Следователи пытались вынудить Евгению подписать кошмарную стряпню, чтобы на основаниях этих «показаний» арестовать её друзей и коллег. Она ничего не подписала. 1 августа 1937 года Военная коллегия Верховного суда в Москве приговорила Евгению Гинзбург к десяти годам заключения и пяти годам поражения в правах по 8-му пункту (террор) печально известной 58-й статьи. Два года она просидела в камере ярославского женского политизолятора. Затем всё «население» изолятора посадили в поезд с надписью «спецоборудование» - и начался долгий, мучительный этап на Колыму. В последующие восемь лет Евгения Гинзбург прошла все круги лагерного ада: валила лес в тайге, косила сено, была медсестрой, судомойкой, птичницей, уборщицей. Восемнадцать лет, вычеркнутые из жизни (Гинзбург была реабилитована в 1955), и стали временем действия ее широко известной книги "Крутой маршрут". Вплоть до 1970 года она работала над ней, пыталась опубликовать её в московских журналах, но безуспешно. Но все же «Крутой маршрут» был издан – не в СССР, а за рубежом (Милан, Париж, Лондон, Мюнхен, Нью-Йорк, Стокгольм и др.) и стал самой читаемой работой в Самиздате после солженицынского «Архипелага ГУЛАГ». Евгения не получила еврейского образования, но черпала силы в своей принадлежности к еврейскому народу. Описывая перипетии с устройством Васи в школу, она вспоминала: «Во мне бушевала кровь моих неведомых дедов и бабок. Тех самых, которые были готовы обходиться без супа, лишь бы вырастить учёных детей». Сидя в ярославской одиночке, она написала такие новогодние стихи:

И вновь, как седые евреи,
Воскликнем, надеждой палимы,
И голос сорвётся, слабея:
На будущий – в Иерусалиме!
... Такая уж наша порода:
Замучены, нищи, гонимы,
Всё ж скажем в ночь Нового года:
На будущий – в Иерусалиме!


Евгения Гинзбург умерла в Москве 25 мая 1977 года. Ее книга "Крутой маршрут", наряду с "Колымскими рассказами" Варлама Шаламова и "Одним днем Ивана Денисовича" Александра Солженицына, стала одним из главных свидетельств преступлений эпохи сталинизма. Власти СССР осмелились пропустить "Крутой маршрут" в печать только в 1988 году, когда автора уже не было в живых.

21 ноября

1900 - Еврейский историк и общественный деятель, создатель архива исторических свидетельств о Варшавском гетто и летописец его судьбы Эммануэль (Менахем) Рингельблюм родился в местечке Бучач, Австро-Венгрия, ныне Украина. Получил традиционное еврейское образование в хедере и светское - в польской гимназии. В 1919 году Эммануэль поступил на факультет гуманитарных наук Варшавского университета. В студенческие годы зарабатывал на жизнь частными уроками и преподаванием в одной из вечерних еврейских школ, в ассоциации которых вскоре занял видное место. Тогда же начал общественную деятельность в рамках левого крыла движения Поалей Цион, где также сразу обратил на себя внимание незаурядными способностями и преданностью национальным интересам. В 1927 году он окончил университет со степенью доктора (диссертация на тему «История варшавских евреев до их изгнания в 1527 году»). Работая затем учителем в средней школе, совмещал интенсивную научную работу в области еврейской истории с активным участием в деятельности еврейских организаций Варшавы. В 1927–37 гг. были опубликованы на идиш и польском языке его работы: «К истории еврейской печати и книги в Польше 18 века», «Проекты и опыты приобщения евреев к производительному труду в Польше при короле Станиславе Августе», «Участие евреев в восстании Костюшко в 1794 г.», а также ряд статей в научных журналах («Евреи в освещении польской печати 18 века», «Гигиена у евреев в старой Польше», «Врачи-евреи в Польше» и другие). В эти же годы Рингельблюм руководил основанным им Обществом молодых историков и его печатным органом «Молодой историк», был членом и активистом ИВО, редактором «Фолкс-hилф» — органа Еврейского кооперативного фонда, участвовал в партийной деятельности и борьбе на стороне идейно близких к коммунистам кругов сионистского рабочего движения. Первое потрясение от обращения нацистов с евреями Рингельблюм пережил в начале 1939 года в приграничном местечке Збоншинь, куда он прибыл в составе группы посланцев Джойнта для оказания помощи примерно 17 тысячам евреев, которые без всяких средств к существованию были депортированы из Германии. Рингельблюм, самоотверженно стремясь облегчить участь несчастных, помогая им организоваться и изыскивая пути доставки продовольствия, одежды и медикаментов, уделил большое внимание сбору свидетельских показаний о касавшихся евреев событиях в нацистской Германии.
В августе 1939 года Эммануэль Рингельблюм участвовал в работе 21-го Сионистского конгресса в Женеве и вернулся в Варшаву в день вторжения нацистской Германии в Польшу. С первых дней войны в осажденной и подвергавшейся массированным воздушным налетам Варшаве Рингельблюм стал одним из руководителей Организации еврейской взаимопомощи: по его инициативе в сентябре 1939 г. была создана сеть домовых комитетов (спустя год их насчитывалось уже около двух тысяч), которые сыграли важную роль в тушении пожаров, возникавших при бомбардировках, и предоставлении крова пострадавшим. Позднее, возглавляя отдел социальной помощи еврейской организации в оккупированной Варшаве, он основное внимание уделял подыскиванию тайных убежищ для евреев, которым угрожала непосредственная опасность, и оказанию материальной помощи беженцам и другим остро нуждавшимся евреям.
После создания Варшавского гетто и заключения в нем всех евреев города Рингельблюм, используя свой официальный статус, сумел установить контакты со всеми районами Варшавы, а также многими населенными пунктами за ее пределами, и благодаря этому получать и сообщать лидерам еврейского подполья важную информацию, в частности, о готовившихся антиеврейских акциях. Рингельблюм еще в начале сентября 1939 года понял беспрецедентность в мировой истории начавшихся событий и счел своим профессиональным долгом запечатлеть их для последующих поколений. Он сразу же стал вести систематические записи о происходящем в гетто (вел их почти до конца жизни), но вскоре понял их недостаточность и принял решение создать тайный архив документов и свидетельств о судьбе евреев Варшавы и Польши в период нацистской оккупации. Рингельблюм хотел, чтобы о событиях в гетто, казалось бы, невероятных в двадцатом веке, рано или поздно стало известно всему миру. Сразу же после создания гетто он, возглавив целый коллектив научных работников и просто сочувствующих, организовал настоящий секретный научный институт под безобидным религиозным названием «Онег-шаббат» (Общество проведения субботнего отдыха). 22 ноября 1940 года Рингельблюм утвердил рабочий план института. Главная его задача состояла в сборе документов. Собирались комплекты оккупационных и подпольных газет, плакатов и объявлений, хроники, мемуары и дневники, написанные в гетто, фотографии, даже такие предметы, как фуражки и нарукавные повязки еврейской полиции. К работе были привлечены люди из всех слоев общества, всех политических направлений, кроме, разумеется, прямых агентов гестапо. Каждому объясняли важность задуманного, говорили о его личной ответственности за точность переданных в подпольный архив сведений. Осторожности ради авторы большей части передаваемых в архив материалов не оставляли своих имен, и лишь немногие знали о местонахождении архива. Эта кропотливая работа велась более полутора лет. В архиве Рингельблюма собирались распоряжения нацистских властей и юденрата, сообщения очевидцев об антиеврейских акциях, обзоры чиновников еврейских учреждений в гетто о положении во вверенных им сферах, отчеты о деятельности Организации самопомощи, о нелегальной работе в области образования и культуры, номера выходивших в гетто подпольных газет, а также образцы продовольственных карточек, этикеток, даже записи анекдотов, детских песенок и другого фольклорного материала в гетто. Позднее по инициативе Рингельблюма оказавшиеся в гетто экономисты, социологи и другие ученые занимались научными исследованиями о положении различных еврейских общин на оккупированных нацистами территориях, о механизме функционирования нацистской машины депортации и уничтожения евреев. Собранные таким образом к середине 1942 года 20 ящиков документов были в августе того же года (когда уже не оставалось сомнений, что гетто будет скоро окончательно ликвидировано) в трех больших контейнерах зарыты в землю.
В обнаруженных после войны двух из них (третий, самый большой, до сих пор не найден) содержатся десятки тысяч страниц документов, которые являются бесценным источником для всех исследований по истории Варшавского гетто. Эти материалы хранятся в Еврейском историческом институте в Варшаве, а их фотокопии — в «Яд ва-Шеме» в Иерусалиме.
Личная судьба Рингельблюма сложилась трагически. Переправленный незадолго до ликвидации гетто в тайное убежище в одном из «арийских» районов Варшавы, он был летом 1943 г. схвачен и отправлен в концлагерь Травники. Попытка спасти его была предпринята с помощью польского антинацистского подполья, которое организовало побег Рингельблюма из лагеря и нашло для него и его семьи укрытие в Варшаве. Однако 7 марта 1944 г. он был вновь схвачен гестаповцами и после жестоких пыток казнен вместе с женой и малолетним сыном.
В 1961-63 гг. вышли в свет на языке идиш в двух томах записи, которые Рингельблюм вел в гетто («Ксовим фун гето»). Они и сегодня поражают изображением человеческих страданий, а также беспощадностью, с которой автор осуждает предательство и коллаборационизм, даже если в них виновны сами жертвы. Именем Рингельблюма названы улицы в Иерусалиме, Тель-Авиве и Беэр-Шеве.

_________________________________

При подготовке статей для рубрики "Это - мы" использованы материалы из   Литературной энциклопедии 1929-1939 годов, Краткой еврейской энциклопедии, Википедии, ЕжеВики и других авторитетных изданий, в том числе из различных энциклопедий on-line – российских и зарубежных, а также публикации "бумажных" и электронных СМИ, авторских блогов и страниц в "Живом журнале", отдельные авторские публикации
Количество обращений к статье - 1861
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (4)
Гость 02.47 | 21.11.2012 06:38
Г-н редактор, простите, из-за войны потерял счет дням. Принял вторник за среду. Прошу прощения.
Гость | 21.11.2012 02:47
Г-н редактор, Вы проспали срок выпуска следующего номера. А сейчас, в связи с войной, это очень актуально.
Амос Гольдин | 18.11.2012 22:22
Нобелевские премии 2012

Шведы в этом году на себя не похожи. Вы посмотрите кто получил нобелевские премии:
Во-первых, израильский профессор (мелочь, но приятно)Дан Шехтман - по химии.
Едем дальше по списку, заглядывая в википедию:
Брюс Бётлер - по физиологии и медицине, его бабушка и дедушка по отцовской линии с принятием нюрнбергских расовых законов в 1935 году были вынуждены бежать из Германии и осели в Милуоки. Его бабушка и дедушка по материнской линии по фамилии Флейшер эмигрировали в США с Украины.
Ральф Стейнман (скончался 30 сентября с.г.) - по физиологии и медицине, его родители происходили из семей еврейских иммигрантов из Седы и Острополя.
Сол Перлмуттер - по физике, его дедушка по материнской линии, идишист Сэмюэл Дэйвидсон (1903-1989), эмигрировал в Канаду из бессарабского
местечка Флорешты в 1919 году.
Адам Рисс - по физике, родился младшим из трёх детей в еврейской семье. Его отец эмигрировал с родителями из Германии на паруснике "Европа" в 1936 году.
Остались лишь премии по литературе, за мир (норвежская) и по экономике (имени Нобеля).
Я требую отдать эти премии представителям других конфессий, а то шведскому королю на вручении придётся надеть ермолку!
А я вот очень обеспокоен тем, как бы чувства мусульман не были оскорблены таким количеством евреев. Могут начаться волнения.
Гость | 15.11.2012 14:50
СПАСИБО Л.Школьнику за прекрасную рубрику и за журнал!
Здоровья и многие лета Редактору!

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com