Logo
1-10 декабря 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18












RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
Мы всё равно чего-то не успели...
Наталья Голованова, «МЗ»

Уход человека всегда потрясает, но уход мыслителя, крупного философа – в особенности. Ведь та самая важная часть Вселенной, которую составляют идеи, смыслы, состоит из вот таких единиц-гениев, и их уход – сильнейший взрыв Вселенной.

И никогда нас так не завораживает физическое совершенство, красота внешняя, как манит, просто на всю жизнь вбирает в себя истинная МОЩЬ ДУХА.


Помню, как мы провожали в последний путь Алексея Федоровича Лосева – казалось, вся интеллектуальная Москва прощалась! Это был день Кирилла и Мефодия, 24 мая 1988 года. Лосева не стало в этот день. Когда мы хоронили его, не помню - 25-го или 26-го. Мы, студенты Литературного института, восприняли тот пеший ход, одним из важнейших уроков, ритуалов. Хорошо помню, как говорили Виктор Ерофеев, Станислав Джимбинов – ученики Лосева, вмиг осиротевшие… На обратном пути с Ваганьковского хотелось жаться к Азе Алибековне Тахо-Годи, вдове Алексея Федоровича, и мы жались, долго-долго бредя пешком… Алексея Лосева не стало на 95-м году жизни. Его, последнего из могикан, ХОТЕЛА СУДЬБА, дав долгие годы жизни.

16 февраля 2013 года в 22.00 по московскому времени не стало еще одного «последнего из могикан» - Григория Соломоновича Померанца. Тоже на 95-м году жизни, ему 13 марта исполнилось бы 95. Тоже – СУДЬБА ХОТЕЛА, хранила.


Мы не всегда успеваем, а, точнее, всегда не успеваем - сделать еще одну передачу, написать еще одно интервью. Или не просто одно, а одно-единственное, к которому готовились. И даже если пробирались своими помыслами к гению, заочно разговаривали с Ним, всегда определяли Им Россию, Москву, мир, - мы всё равно чего-то не успели…


Философ, культуролог, публицист. Писатель. Участник Великой Отечественной войны, заключенный ГУЛАГа, активнейший деятель самиздата 1960-1970-х гг. Академик Академии гуманитарных исследований России. Страстный исследователь творчества Достоевского, Мандельштама, восточных культур, поборник диалога во всех смыслах.

Согласно «Автобиографии» родился в Вильно (Вильнюс, Литва) и с семи лет жил в Москве. Мама была актрисой еврейского театра, папа - бухгалтером. Первым и долгое время единственным языком Григория был идиш. В 1940 г. окончил Институт философии, литературы и искусства (ИФЛИ) по отделению русской литературы, занимался Достоевским. Его студенческую работу о Достоевском преподаватели оценили как антимарксистскую кандидатскую диссертацию и она была уничтожена после его ареста в 1949 году. В 1941 г. пошел на фронт добровольцем, был ранен. 1950-1953 гг. провел в КаргопольЛАГе, освобожден по амнистии, в 1958 г. реабилитирован. «А в лагере меня сперва вдохновили белые ночи — ведь это было потрясающе красиво! И затем в темные зимние ночи, в мороз градусов под тридцать пять, хорошо было слушать то, что передают по радио. А надо отдать должное тогдашнему режиму — популяризировали они хорошую музыку и передавали по радио сплошные симфонии Чайковского» (из интервью Григория Померанца «Часкору»).

В 1953-1956 гг. работал сельским учителем в Краснодарском крае. Вернувшись в Москву, избрал работу библиографа, стал сотрудником Библиотеки общественных наук (ФБОН).

К 1953-1959 гг. относятся первые эссе Григория Померанца («Пережитые абстракции»).

Венгерские события 1956 г. и травля Пастернака произвели на Померанца сильное впечатление, вызвав мысли о прямом политическом противостоянии режиму (вплоть до эксперимента с подпольем и участия в вооруженной борьбе, если таковая стихийно начнется). В 1959-60 гг. вокруг Померанца образуется нечто вроде полуподпольного философско-исторического и политэкономического семинара («слегка законспирированного, но без всякой организации»). Среди участников семинара — многие активисты «Маяковки». Опыт этого философско-политического полуподполья был оценен Григорием Померанцем как отрицательный. Между тем состоявшееся в 1960 г. знакомство с Гинзбургом, Горбаневской, Галансковым открывало иную перспективу деятельности, главное в которой - «совершенная открытость и свобода от страха». Новое настроение было связано с «Синтаксисом», со свободным и творческим духом, царившем и среди новых знакомых, и среди художников-«лианозовцев», с которыми Померанц общался в это же время. Большое значение для формирования мировоззрения Померанца имела встреча в 1960 г. с поэтом Зинаидой Миркиной, ставшей его женой. По словам Григория Померанца, его собственные «взгляды и взгляды Зинаиды Александровны развивались в постоянной перекличке и могут рассматриваться как одно целое».

Начиная с 1962 г., Померанц публикует в научных изданиях статьи по востоковедению (Индия и Китай) и сравнительной культурологии, выступает с докладами и лекциями, много пишет. В 1970 г. посещал семинар, собиравшийся на квартире Валентина Турчина.

Позднее Андрей Дмитриевич Сахаров говорил об этом семинаре в своих «Воспоминаниях»: «Наиболее интересными и глубокими были доклады Григория Померанца - я впервые его тогда узнал и был глубоко потрясен его эрудицией, широтой взглядов и «академичностью» в лучшем смысле этого слова. Основные концепции Померанца..: исключительная ценность культуры, созданной взаимодействием усилий всех наций Востока и Запада на протяжении тысячелетий, необходимость терпимости, компромисса и широты мысли, нищета и убогость диктатуры и тоталитаризма, их историческая бесплодность, убогость и бесплодность узкого национализма, почвенности».

В 1968 г., после того, как Григорий Померанц поставил свою подпись под «Письмом 224-х» в поддержку «Обращения к мировому общественному мнению» Богораз и Литвинова в защиту Гинзбурга и Галанскова, его лишают возможности защитить диссертацию в Институте стран Азии.

В 1972 г. в Мюнхене работы Померанца выходят отдельным изданием («Неопубликованное»). С 1976 г. прекращается публикация научных статей Померанца в советских изданиях. В то же время его работы широко распространяются в самиздате и перепечатываются в зарубежной эмигрантской печати, в т.ч. в журналах «Континент», «Синтаксис», «Страна и мир». Во второй половине 1970-х Померанц близок к редакции самиздатского журнала «Поиски», публикует там свои новые эссе. Все написанное подписывает собственным именем, не прибегая к псевдонимам.

Известна многолетняя полемика Григория Соломоновича с Александром Солженицыным («Человек ниоткуда», «Страстная односторонность и бесстрастие духа», «Сон о справедливости возмездия», «Стиль полемики» и др. П.; «Образованщина» и др. Солженицына.). «Александр Исаевич Солженицын разбудил во мне еврея (это целую четверть века не удавалось отечественной истории…), – написал впоследствии Померанц. – Но, получив толчок, – продолжал он, – я тут же почувствовал, что не способен быть только евреем. Во всех отношениях – и в национальном тоже – я не такой, как надо» (из статьи Марка Харитонова).

В «Информационном бюллетене » №1 Комитета защиты Татьяны Великановой, выпущенном вскоре после ее ареста (конец 1979 г.), было опубликовано эссе Григория Померанца «Накануне юбилея Молоха» (имеется в виду 100-летие со дня рождения Сталина). Оно завершалось словами: «Наш общий долг – противостоять тени Сталина, которой приносятся в канун столетнего юбилея эти новые жертвы. Еще несколько голов на гекатомбу из 30, 40 или 60 миллионов».

Фрагменты из книги П. «Сны Земли», опубликованные в №№ 6-7 «Поисков», следствием по делу «Поисков» были квалифицированы как клеветнические.

Публицистика и политическое поведение Померанца вызывали усиленное внимание со стороны КГБ. В конце 84-го года Померанц был предупрежден по Указу от 25.12.1972 в связи с публикацией своих произведений за границей. 15 мая 1985 года был произведён обыск в квартире, где Померанц хранил свой архив. Архив был конфискован. В том же году в Париже напечатан полный текст «Снов Земли».

С конца 80-х и по настоящее время в российской периодике помещается большое число публицистических эссе Григория Померанца, вышло в свет несколько философских и литературоведческих книг: «Открытость бездне. Встречи с Достоевским», «Лекции по философии истории», «Собирание себя», «Выход из транса» (сборник эссе и культурологических статей за многие годы), «Образы вечного» (в соавторстве с Зинаидой Миркиной). Померанц получил возможность выступать с докладами и лекциями.

Совершив переход «от марксизма к идеализму», Померанц пришел к обоснованию религии и глубинной философии как основ человеческого бытия. Отказ от наукообразных и мифологизирующих идеологий, «самостоянье» личности в религии и культуре, путь вглубь себя взамен растворения в массе – таков предложенный Померанцем выход из духовных и политических кризисов современности. «Только новый дух, найденный в собственной глубине, может нас вывести из трясины. И об этом, собственно говоря, идет речь во всех моих книгах».

«Померанц не принадлежал ни к одной конфессии, не придерживался никаких ритуалов, но я не знаю человека более религиозного, чем он. Религиозно все его мироощущение, само отношение к жизни. Рассуждая о разных вероисповеданиях, он мне как-то сказал:
– Окна у людей могут быть разной формы, квадратные, прямоугольные, круглые. Но свет, который в них льется, для всех один», - писал пять лет назад по случаю 90-летия Григория Соломоновича Марк Харитонов.

Диалог культур, переплетение философий, религий мира, литературные контуры жизни – все это волновало Григория Соломоновича чрезвычайно. Чуть ли не как автобиографию писал он пласты знания, открытые им собственноручно. В его письме не было холодного академизма, его письмо было горячим и очень личностным.

…«Я был счастлив по дороге на фронт, с плечами и боками, отбитыми снаряжением, и с одним сухарем в желудке, потому что светило февральское солнце и сосны пахли смолой. Счастлив шагать поверх страха в бою. Счастлив в лагере, когда раскрывались белые ночи. И сейчас, в старости, я счастливей, чем в юности. Хотя хватает болезней и бед. Я счастлив с пером в руках, счастлив, глядя на дерево, и счастлив в любви» (из статьи Марка Харитонова).

« - Террор может вдохновляться любыми идеями коммунизмом, анархизмом, экологическими соображениями. Но в последнее время он, по-моему, еще вдохновлен и телевидением. Герострат, сжегший храм Дианы Эфесской, прославился этим благодаря людской молве. Но молва могла на него и наплевать. А тут - живая картинка. Есть же люди, которых влечет к себе такая известность. Человек, устроивший чудовищный взрыв в Оклахоме, нахватался, конечно, каких-то идей. Но я в нем наблюдаю, скорее, нечто геростратовское. А может, в чем-то чувство "подпольного человека".
- Вы имеете в виду "Записки из подполья" Достоевского?
- Да, помните, как "ретроградный джентльмен" хочет дать пинка хрустальному зданию? Сейчас выстроено "хрустальное здание" глобализации, и создана безличная система, в отношении которой не только отдельный "ретроградный джентльмен", но целые страны и континенты чувствуют себя совершенно беспомощными. Гигантские потоки условных финансовых масс, передаваемых электронным путем, концентрируются в основном среди тех, кто их и передает, а некий "простой человек" хочет всем дать пинка. И антиглобалистское движение я бы, скорее, связал с желанием дать пинка хрустальному зданию. Плюс эффект телевизионного спектакля: хоть на час, но ты калиф! … Понимаете, в глобальном смысле мир может спасти только поворот к другим ценностям. Это уже было: "собирайте свое сокровище на небесах", "продайте все богатство, чтобы обрести одну жемчужину", и так далее. Без духовно-религиозного поворота погоня за новыми материальными игрушками, когда большая часть человечества их лишена, крайне опасна. Можно сказать, что в этих случаях сама реальность помогает катастрофами, несчастьями и тупиковыми ситуациями, из которых нет выхода. Все это заставляет человека задуматься. Кое-что можно открыть только страданием. Я многое пережил в своей жизни. Самым страшным была смерть на операционном столе моей первой жены. Смерть совершенно неожиданная, я даже не думал о такой возможности. И многое во мне тогда раскрылось. Я и до этого много пережил - и на войне, и в лагере. Очевидно, человеку даже нужно жить в несовершенном мире, где не все усыпано розами (еще и без шипов), чтобы в нем раскрылась не только "культура удовольствия", но и что-то поглубже»
(из интервью Григория Померанца Игорю Шевелеву).

В последнее время Григорий Соломонович болел, а до этого много выступал с лекциями за рубежом по приглашению разных стран. Раз в неделю у себя в двухкомнатной квартире на улице Новаторов, где они жили все эти годы с супругой Зинаидой Александровной, принимал учеников и собеседников.

Удивительный человек сопровождал Григория Соломоновича большую часть его жизни (53 года вместе!) – вторая его супруга Зинаида Александровна Миркина. Поэт, философ, литератор, переводчик, соратница и друг Григория Соломоновича, а также его бессменный соавтор, вот что она написала в марте 2008-го от имени себя и супруга:
«Мы хотим, чтобы не только физические глаза, а Душа научилась бы читать. Потому что только она может прочесть Божье Слово.
Бог не говорит ни на одном из наших языков.
Он говорит светом, тишиной, высотой и глубиной, обнимающими нас…».

Зинаида Александровна сумела сказать о Боге.
И вот как тогда, в 1988-м, хотелось скакать по пятам за Тахо-Годи и учениками Лосева, - словно хватаясь за соломинку, за оставшиеся на этом свете ниточки-связи, так и сейчас хочется схватиться за нее, за Зинаиду Александровну, самую яркую и ясную звездочку как свидетельство, как свидетельницу великого Померанца.
Количество обращений к статье - 3895
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (4)
Гость Изабелла Слуцкая | 20.02.2013 13:47
Хочется присоединиться к памяти об ушедшем удивительном человеке. Я о нем узнала от прекрасного поэта и честнейшего человека - Бориса Алексеевича Чичибабина, недавно отмечали его 90-летие со дня рождения, но без него... Мне хочется привести небольшой отрывок из книги "Борис Чичибабин в стихах и прозе", которую поэт подготовил к изданию в Харькове, но, к сожалению, она вышла в свет, когда его не стало. Это был 1995 год. В рамках комментария можно только процитировать первые строки "Мысли о главном": "Да будут первыми словами этих моих раздумий на бумаге, которые сам не знаю куда меня заведут, слова благодарности и любви. В начале 70-х судьба подарила мне близкое общение с двумя замечательными людьми - Зинаидой Александровной Миркиной и Григорием Соломоновичем Померанцем, вечное им спасибо!" И далее все о них... Это удивительно написано, читайте, теперь как завещание от людей редчайшей широты души и благородства. Может, стоит потом дать отрывок в "МЗ", чтобы принять их молитвы и слова как святой дар нам на всю жизнь...
Гость | 19.02.2013 04:40
www.fishka-film.ru

Это сайт киностудии, арт-директор которой - режиссер и сценарист Ирина Васильева, сняла десяток фильмов с участием Г.Померанца. Фильмы прекрасные. В каждом вы можете увидеть и услышать совершенно замечательного мыслителя. Мир его памяти...
Гость | 18.02.2013 05:08
Григорий Померанц был замечательным человеком, и я навсегда запомнил его фразу о Солженицыне, который на всё знал ответ, а вот он нет... И ещё фразу о добровольном самоограничении в познании мира, как проявлении истинной, а не показной мудрости. Мир вашей душе, добрый мыслитель! Владимир Иванов-Ардашев.
Гость | 17.02.2013 21:04
Cпасибо, Наталья, за Ваше поразительно тонкое по ощущению эссе о прекрасном цельном человеке - Григории Померанце. Таких людей вообще очень мало, а в одном поколении - просто крошечка...Люди смертны, они уходят, но очень немногие продолжают свой путь дальше - в памяти людской. Наверное, это и есть избранность...Еще раз спасибо...

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com