Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

На еврейской улице
Взошедший на эшафот
Зиси Вейцман, Беэр-Шева

Питайся хлебом и водой,
Останься гол и бос.
И память не бери с собой -
В лицо чужбине брось.
Пусть лес кричит:"Не уходи!" -
И стонет от тоски.
Пусть голос детства позади
Рвет душу на куски.
Пусть плач его тебя зовет,
Пусть поседеешь враз -
Гляди вперед,
Иди вперед,
Иди - и в добрый час!

(Иосиф Керлер. Перевел Барух Авни)

После того, как поэт Иосиф Керлер (1918-2000) вместе с семьей в марте 1971-го, преодолевая чудовищные препоны советской системы, переехал в Израиль, в числе своих замечательных книг, например, "Гезанг цвишн цейн" ("Песнь сквозь зубы"), за которую получил премию Ици ка Мангера, он издал еще одну - сборник "Цвэлфтэр ойгуст 1952" ("12 августа 1952") - о гибели виднейших деятелей еврейской культуры в СССР. В этой книге (1978) И. Керлер поместил стихотворение другого замечательного поэта, Зямэ Телесина, - балладу "Трость Добрушина", взятую из варшавского издания "Идише шрифтн". Зямэ Телесин был одним из первых, кто отбросил завесу молчания вокруг злодейского убийства советских еврейских писателей. Не писали в те годы уцелевшие еврейские поэты таких пронзительных стихов на эту тему, а Телесин написал:

Кто не знал его знаменитую
резную трость - память о нем...
Его деревянная нога в мягком резиновом ботинке
не стучит больше о пол.
Хозяином трости был седовласый еврей
с мудрой печалью в глазах.
Он нес свое тяжелое, кряжистое тело
вместе со свыкшейся хромотой.
Словно строгий отец, не дающий детям шалить,
он сидел, уперев трость в колени.
Вот он говорит - и сверкают очки -
это признак, что он разгневан.
Этот тихий, хромой человек вне себя,
он бушует, стучит тростью,
как будто предостерегает убийц своих...
Но эти убийцы сломали надвое трость
о бедную голову Добрушина!
Я вижу куски этой трости,
ее на заказ полированную ручку...
О Боже! Дай силы нам, оставшимся в живых,
всё это видеть и знать...

               (Подстрочный перевод)

Мне уже приходилось писать о Добрушине, о его пребывании в Биробиджане и участии в первом областном съезде Советов, на котором в 1934 году законодательно была утверждена Еврейская автономная область. Такая значительная фигура в еврейской литературе и еврейской культуре вообще не могла перестать меня не интересовать.

Иехезкель Добрушин (1883-1953) родился в довольно состоятельной семье лесоторговца в украинском селе Мутин Черниговской губернии. Несколько лет обучался у частного учителя, освоив древнееврейский и русский языки. В 1902 году уехал в Париж, где учился в тамошней Русской высшей школе общественных наук (лекции читались на русском языке и иногда на французском), в которой прошли обучение многие российские политики, затем в Сорбоне на юридическом факультете. Был избран председателем одной из организаций социал-сионистов, о пребывании в которой в советские годы хранил глубокое молчание, но после войны, при аресте, ему об этом, конечно, напомнили. Сдав университетские экзамены, он на некоторое время вернулся в отчий дом, но там тяжело заболел. До 1912 года находился в Киеве, прикованный к постели, затем вынужден был уехать на лечение в Крым, с 1916 года обосновался в Киеве. В результате своей тяжелой болезии потерял левую ногу, пришлось пользоваться протезом и не расставаться с деревянной тростью. В 1917-м стал членом так называемой "Объединенной партии" - Социалистической еврейской рабочей партии (CEPП), сочетавшей социализм с национальной идеологией и выпускавшей две газеты: "Фолксштимэ" ( "Голос народа", на идише) и "СЕРП" (на русском). Был также одним из основателей "Култур-лигэ", учрежденной в Киеве в январе 1918 года и ставившей целью развитие образования, литературы и театра на языке идиш, а также еврейской музыки и изобразительного искусства, и состоял в ее руководстве. В культуре на идише, включая И. Добрушина, проявила себя тогда известная как киевская группа писателей: Довид Бергельсон, Довид Гофштейн, Мойше Литваков, Дер Нистер, Нахман Майзиль и др. Переехав в Москву, читал лекции студентам Коммунистического университета нацменьшинств Запада (был и такой!), в котором в 1925 году после смерти Юлиана Мархлевского (он же был и председателем МОПРа - международной организации помощи борцам революции) ректором стала Мария Фрумкина (1880-1941?), урожденная Малка Лифшиц, поэт, публицист, литературный псевдоним - Эстер. В 38-м она была арестована и сгинула в степном Карлаге (Казахстан).

Когда еврейские массы стали заселять степной район Крыма, обрабатывать землю и строить новые поселения, Добрушин часто посещал этот район. Там он открывал еврейские школы, подбирал для них подходящих учителей, читал им лекции. помогал населению вести переписку на еврейском языке (идиш) с официальными учреждениями. От тех, кто посещал еврейские села в пропагандистских целях, он отличался простотой и искренностью, спокойной речью и большим желанием помочь каждому переселенцу. Он страшно стеснялся, когда его приглашали занять место в президиуме. выступать на собраниях и славословить "счастливую жизнь", которая ожидает переселенцев в крымских колхозах. Эти самые переселенцы-евреи были в него влюблены, и не зря по их ходатайству руководство Крыма назвало один из сельских поселков его именем - Добрушино, который под этим названием существует и поныне в юго-западной части полуострова, в 18 километрах к северу от Евпатории.

Путь Добрушина в литературу начался в 1912 году, когда в Вильно вышла его первая книга стихов и одноактных пьес - "Бэнкендэ нэшомэ" ("Тоскующая душа"), а в Киеве ("Кунст-фарлаг, 1914) - повесть "Эстерке", хотя писать и публиковаться он начал на иврите в газете "hацфира", а затем на идише ("Вохенблат", под редакцией Гилеля Цейтлина). За свою творческую жизнь он выпустил ряд монографий и много других книг, написал довольно значительное количество количество оригинальных драматических произведений, сделал сценические обработки пьес для Московского ГОСЕТа и других еврейских театральных коллективов, с большим успехом осуществивших их постановку. Его перу принадлежит большое число теоретических работ в области театрального искусства, написанных и изданных, разумеется, на идише: "Драматургия Шолом-Алейхема", "Еврейская театральная культура в Советском Союзе" - 1932, "Биньомин Зускин" - 1939, "Михоэлс как актер" - 1940, а в 1948 году - книга "Драматургия классиков (Авром Гольдфаден. Менделе Мойхер-Сфорим, Шолом-Алейхем, Ицхок-Лейбуш Перец)". Во всех жанрах, даже в литературно-критических работах, чувствовалась его поэтическая душа. К его мнениям и советам прислушивались режиссеры, он был одним из любимейших учителей в театральной студии. В 1939 году за заслуги в развитии театрального искусства государство наградило его орденом "Знак почета".

В статьях литературно-критического жанра Добрушину не было равных. Все заметные еврейские писатели двадцатых-сороковых годов прошлого столетия более или менее нашли свое отражение в добрушинских статьях, ни одно литературное явление не обходилось без его оценки. К шести томам 15-томного собрания сочинений Шолом-Алейхема, предпринятого издательством "Дер эмес" в 1935-38 годах, он написал вступительные статьи - к 1, 2, 3, 9, 14 и 15 томам. Творчество Шолом-Алейхема он начал изучать еще в дореволюционные годы. Опубликовал статьи о нем, посвященные второй и третьй годовщинам со дня его кончины (Петроград,1918 и Киев,1919). В 1948 году отдельной книгой вышла его последняя большая работа "Довид Бергельсон".

Добрушин был также известен как неутомимый исследователь еврейского фольклора - художественного творчества широких народных масс, преимущественно устного поэтического творчества. Все сборники народных песен, включая "Еврейские колыбельные", "Классический и советский фольклор еврейских масс", вышедших в разных издательствах в СССР, сопровождены его статьями. Так, например, в сборнике "Еврейские народные песни" (Москва, Госиздат, 1947). составленном совместно с историком и исследователем еврейской литературы и театра Авромом Юдицким (1886-1943) и изданном на русском языке, в своей вступительной статье Добрушин отмечает трудности перевода еврейской песни, "в которой каждая строка талантливого народного еврейского поэта представляет собой, по сути, готовый образец народной поговорки". Писатель состоял в редколлегиях литературного альманаха "Советиш" и газеты "Эйникайт", через его руки прошли сотни рукописей писателей - маститых и начинающих. К каждому из них он относился с вниманием и уважением. В вузах Киева и Москвы профессор Добрушин выступал с лекциями о литературе и фольклоре. Сохранились воспоминания о нем бывших студентов, проникнутые любовью и уважением к своему учителю и наставнику.

В 1942 году по предложению Арона Кушнирова (1890-1949) на заседании Еврейского Антифашистского комитета (ЕАК) была создана историческая комиссия из одиннадцати человек, в которую, против своей воли, был выбран и Добрушин. Он догадывался, что работа в этой комиссии очень ответственна, так как она касалась и участия евреев в войне, значение которого власти всячески принижали. Когда в 1948 году жена еврейского поэта Мотла Гарцмана (1909-1943), погибшего на фронте, отдала приехавшему специально из Москвы сотруднику исторической комиссии ЕАК И. Добрушину, работавшему над серией очерков о писателях-воинах, рукописи, письма, фотографии и книги Мотла Гарцмана, она не могла знать, что совсем скоро, в феврале 1949-го, Добрушин будет арестован и сгинет в неволе, а вместе с ним и исчезнет архив молодого поэта. Гарцман погиб на фронте, но и мервый, выходит, он подвергался репрессиям. Как известно, власти ликвидировали ЕАК, который к тому времени переподчинили от Совинформбюро союзному Совету Министров вместе со всеми комиссиями и его членами - писателями, поэтами, артистами, учеными, исследователями литературы.

Мало кто предполагал, и прежде всего сам Добрушин, что злые тучи сгустятся и над его головой, Никогда и на что он не жаловался, был осторожен в разговорах, немногословно утверждая, что если кого и "берут", то "советское руководство знает, что делает, хотя, возможно, и имеются ошибки, если о которых товарищ Сталин узнает, то обязательно во всем разберется..." В дискуссии, как экономические, а уж тем более политические, он никогда не ввязывался, с заграницей переписки не вел. Если взглянуть в произведения Добрушина, написанные в сороковых блестящим литературным идишем, (например, его книга "Ундзэрэ мэнчн" ("Дер эмес", 1942), в котором редко можно встретить слова и выражения ивритского происхожения - "гебраизмы", а уж цитат из ТАНАХа и упоминаний о вновь появившемся государстве Израиль - и подавно. В душе Добрушина теплилась надежда, что несмотря на участившиеся аресты членов ЕАК - писателей и журналистов, горькая участь минует тишайшего, преданного советской власти Иехезкеля Добрушина.

"Взошедшие на эшафот" - "hаругей малхэс" или "haругей малхут" (дословно: "убитые царством", то есть государством - так образно на идише и иврите определили тех невинных жертв, еврейских писателей, уничтоженных в Советском Союзе после войны. Добрушин был самой старшей по возрасту и самой последней жертвой. В чем его только во время следствия не обвиняли: и в том, что будучи старейшиной советской еврейской еврейской литературы, он подготавливал националистические кадры для будущей еврейской республики в Крыму, и в прошлых "парижских грехах", когда юношей штудировал науки в Сорбонском университете. Добрушин все обвинения отметал напрочь, систематически получая от следователя удары в живот, но протокола все же не подписал. Когда следствие было завершено, допрашивающий его следователь приказал подойти к столу, ознакомиться с содержанием "дела", которое будет передано в прокуратуру для принятия дальнейших мер, и затем расписаться. Чувствуя острую боль под ребрами, Добрушин несколько минут не мог подняться с места. Тогда следователь набросился на свою жертву с ругательствами: "Ах, ты, жидовская морда! Скоро ты у меня бегать начнешь!" Вырвали со злобой из рук Добрушина трость и ударил его по голове. Деревянная трость с треском сломалась, а Добрушин, потеряв сознание, свалился с табуретки на пол. Он пришел в себя уже в камере, очутившись на нарах.

А в стране по-мирному было спокойно и тихо. Страна зализывала нанесенные войной раны, советский народ продолжал строить социализм, бороться с "поджигателями" новой войны и, конечно, "безродными космополитами". Народ не ведал о том, что произошло с Добрушиным и многими другими, менее известными, еврейскими писателями и учеными - сломленными, покалеченными, загнанными в тюрьмы и лагеря...

Почти три года пребывания в московской следственной тюрьме, и, наконец, неправедный суд - заочно - без свидетелей и адвокатов. Особое совещание (ОСО) - "тройка" - приговорила Добрушина к десяти годам исправитель-трудовых лагерей в районах Крайнего Севера. Работать никаких сил уже не было. Страдал от унижений, холода и голода, но подойти к раздающему за миской баланды не хватало силы. Вскоре его хватил сердечный удар и 11 августа 1953 года писатель скончался в лагерной больнице.

Как это часто случается в жизни, большинство друзей и учеников Добрушина забыли его и даже не пытались отыскать его могилу. Писатель Шмуэл Гордон (1909-1999), в один день отправленный по этапу в сибирский лагерь Абезь (Коми АССР) вместе с Добрушиным, узнал случайно, где покоится его прах. Еврейский прозаик и драматург Шмуэл Гордон, кстати, писавший о еврейских колхозах в Крыму, сотрудничавший с ЕАК и публиковавшийся в "Эйникайт", по уточненным сведениям, в 1950 году был также репрессирован и до 1955 года пребывал в тамошних лагерях. О рабском труде заключенных и их унижениях он частично, так как хрущевская "оттепель" закончилась и наступила брежневская холодная эпоха ограничений на эту тему, описал в романе "Фрилинг" ("Весна", журнал "Советиш Геймланд", №№ 4, 5, 6, 7 за 1965 и выпущенный отдельной книгой - Москва, 1970)). Более полно писатель раскрыл эту тему в документально-художественном романе "Изкер" ("Изкор" - поминальная молитва), публиковавшийся в журналах "Советиш Геймланд" (1989-1992 - первая часть) и "Ди идише гас" (№ 4-5, 1993 - вторая часть)" и изданный отдельной книгой в Израиле (2003).

Шмуэл Гордон, несмотря на солидный возраст и плохое здоровье, отправился в дальний путь, чтобы посетить могилу своего учителя и собрата по несчастью. В дальнем углу одного из тамошних кладбищ, где нашли свой вечный покой советские зэки разных национальностей, возвышался деревянный столбик, на котором было обозначено: "Б-47, Добрушин Иехезкель, родился в 1882(?) г., умер 11 августа 1953 г., Абезь".

Старый, больной Гордон, один из десятков тысяч заключенных Минлага (Минеральный, или Особый лагерь №1, располагавшийся в Коми АССР - поселках Инта и Абезь, предназначенный почти исключительно для осужденных по 58-й, политической, статье, ничего уже не мог сделать, разве что поклониться могиле Добрушина и другим безвинным жертвам на этом ничем не огороженном участке заснеженной сибирской земли, прошептать - не пропеть! - на лошн-койдеш "Изкор" - поминальную молитву, которую помнил еще с юных лет...
Количество обращений к статье - 2391
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (9)
Гость | 10.07.2013 19:01
Господа,
откуда столько злобы? "Враг культуры" на деле ее друг, очень компетентный, а вы, знающие намного меньше, не можете вести диалога с таким человеком! Если бы вам была культура интересна, вы бы постарались его знания получить. А так - никого он не оскорбил, задал профессиональные вопросы, поделился важной информацией....А вы грязью его полили. Неужели так завидуете знающему и влюбленному в идишскую культуру человеку? Теперь понимаю, что не зря на вашем сайте столько грязи и лжи льют на порядочных и талантливых людей - Дмитрий Львович Быков - типичный пример (в его поношении вы в экстазе слились с нашистами, фашистами и всей антисемитской сворой, неужели сами не понимаете?). Слава Б-гу, он не имеет времени и желания на вас реагировать. И "врагу" не советую. Не мечите бисер, "враг", вспомните строфу из известного стихотворения ДБ: "А мне — мне не хочется думать о былом: В моем мировоззрении случился перелом. Полно мне к согражданам моим приставать: Больше я не буду их к добру призывать". И успехов Вам в Ваших изысканиях, дорогой "враг".
Гость | 01.07.2013 21:04

"г-н Админ, мне больше по душе предложение сменить место, чем имя"
__________________

Эт точно, такое "имя" менять нельзя, оно как тебе как опознавательный знак для своих, таких же как ты. С таким "именем" тебя с радостью примут везде. Флаг тебе в руки (красно-коричневый, не бело-голубой). Барух ашем, что ты валишь отсюда.
Самый Главный Враг Еврейской (идиш) Культуры | 01.07.2013 19:13
> Г-н "враг", читатели правы, с таким ником вам лучше бы подошли другие сайты, совсем другого направления. Предлагаю оперативно сменить ник, либо вынужден буду сделать вместо вас. Админ сайта "МЗ"

г-н Админ, мне больше по душе предложение сменить место, чем имя : для еврейского меня это привычнее

Илья Ройзман, Москва | 01.07.2013 11:00
Гостю 14:53.
1. Как же можно ёрничать над такой статьёй? Ведь это о жизни большого человека, погибшего, от рук палачей. Как же можно упиваться своими познаниями на фоне прозябания идишской культуры? Представьте себе, что такие “комментарии” появляются к статье о вашем близком родственнике, замученном в концлагере! У вас явно не в порядке с мозгами.
2. Вы объявляете себя врагом идишской культуры. И не замечаете, что в своём ерничанье докатились до фашистского отношения к культуре. Ваши слова, как две капли воды, повторяют фашистский лай. Вот вам доказательство: http://www.bibliotekar.ru/encSlov/10/114.htm
“КОГДА Я СЛЫШУ СЛОВО «КУЛЬТУРА», Я ХВАТАЮСЬ ЗА ПИСТОЛЕТ.
Ошибочно приписывается Герингу, Геббельсу и др.
Из пьесы «Шлагетер» (1933) немецкого поэта, драматурга и национал-социалиста Ганса Иоста (1890—1978). Ее главный герой — молодой немец Альберт Лео Шлагетер, нацист, который в 1923 г. был казнен французами, оккупировавшими Рур после Первой мировой войны, за диверсию, устроенную им на железной дороге Дюссельдорф — Дуйсбург. Нацистская пропаганда, не без участия Иоста, сделала из него «мученика за идеи национал-социализма»”.
И вам, получается, не скучно от того, что вы мыслите, как гитлеровцы???

Может, хватит дурака валять? А Админу, может, следует, наконец, изымать посты этого идиота. Ведь как только появляется серьёзная публикация на идишскую, тему, он тут как тут. Причём демонстрирует эрудицию. Но превращает в цирк желание людей поговорить о том, что для них кровоточащая рана. А сейчас это уже переходит все границы. Только врагов культуры ещё не хватало! Неважно, каких: “Самых Главных” или рядовых. И пропаганда его установки на отношение к культуре это оскорбление для большинства читателей “МЗ”, вне зависимости от страны проживания.
Илья Ройзман, Москва.
Самый Главный Враг Еврейской (идиш) Культуры | 30.06.2013 14:53
спасибо большое

забавно, но не принципиально: если сборник вышел "под редакцией академика Ю.М.Соколова", а сам он умер в 1941, то, видимо, сборник был сверстан еще до войны, а в 1947 в него были добавлены лишь некоторые "злободневные" песни, например о ВОВ

ps
> Что за "самый главный враг евр.(идиш)культуры?

да разве это имеет значение? раз есть культура, то должен быть и враг! а иначе скучно...
______________
Г-н "враг", читатели правы, с таким ником вам лучше бы подошли другие сайты, совсем другого направления. Предлагаю оперативно  сменить ник, либо вынужден буду сделать вместо вас. Админ сайта "МЗ"
Зиси Вейцман, Беэр-Шева | 30.06.2013 12:49
Что за "самый главный враг евр.(идиш)культуры?
Тем не менее отвечу:В сб-ке"Евр.нар.песни"(М,
1947,Госизд.худ.лит.)указано:составители-И.
Добрушин и А.Д.Юдицкий,под редакцией академика
Ю.М.Соколова.Предисловие-проф.Ив.Розанов.
Сб-к состоит из частей: песни-детск.,любовн.,
семья и быт.. сатир.и юмор,истор.,работа,нужда,
советские(Сталин, колыб.,Бироб-н,частушки,ВОВ).
Переводчиков песен много. но Соколов нигде
не значится.




Самый Главный Враг Еврейской (идиш) Культуры | 29.06.2013 19:16
если разрешите, два небольших вопроса по теме статьи

1) > ...в своей вступительной статье Добрушин отмечает трудности перевода еврейской песни...

к сожалению, у меня этой книги нет, но мне известно, что на некоторых изданиях в числе авторов указывался и русский (советский) фольклорист Юрий Соколов. но в качестве кого? переводчика? но ведь Соколов скончался в 1941! может у вас есть какая-то уточняющая информация?

2) хорошо известно, что сборник Добрушина-Юдицкого послужил литературной основой для вокального цикла "из еврейской народной поэзии" Дмитрия Шостаковича. еврейские первоисточники некоторых песен определяются с (относительной) легкостью: "колыбельная" это "слойфн сюгн шварце волкн" Гирша Номберга, а "перед долгой разлукой" это ничейный "ой, Аврам" и еще немножко тд. может вам встречалась таблица "перевода" всех 11 песен цикла?

заранее признателен за любую помощь
АЛ Россия | 27.06.2013 21:46
Спасибо, Зиси. Очень хорошиая, добрая статья.
Гость | 26.06.2013 20:32
Как всегда у Зиси Вейцмана, все пронзительно, трогательно, образно и выверенно. Только благодаря таким публикациям современный русскоязычный читатель может соприкоснуться с тем великим и трагическим, что навсегда ушло. А И. Добрушин был одной из самых ключевых фигур в среде созидателей замечательной культуры. И в теплоте Зиси, с которой он пишет, ощущается и теплота самого Иехезкеля Добрушина.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com