Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Парк культуры
Фестиваль о вашем бесправии
окончен. Забудьте.
Александра Свиридова, Нью-Йорк

24-й Международный кинофестиваль правозащитной организации «Хьюман Райтс Вотч» завершен. Награды вручены, гости разъехались. Те, кому повезло – увидели свои фильмы не только на экране Валтер Рид театра Линкольн-центра, но еще и по телевизору – крупнейший дистрибьютор документального кино старался транслировать лучших из лучших. Так российские барышни с гитарами в балаклавах - «Пусси райот», обратившиеся с молитвой «Богородица, Путина прогони», знакомы теперь всему земшару. Теперь в защиту сидящих в тюрьме дерзких интеллектуалок подпишется больше народу, чем Мадонна – одна штука, и Пол Маккартни – еще одна. Богатый телеканал даже привез их в Америку – в дни работы кинофестиваля на Манхэттене прошли пресс-конференции и встречи с девушками, чьи имена остаются скрытыми за кличками. Йоко Оно собственной персоной приветствовала их. Некто Фара и Шайба выступили на премьере фильма в кинотеатре Landmark Sunshine в Нью-Йорке, а также в нью-йоркском магазине радикальной феминистской литературы Bluestockings.


"Pussy Riot - не столько группа, это движение", - сказала Фара зрителям. А на вопрос, почему они не переедут из России в США, Шайба ответила: "Потому что мы любим нашу страну. Мы должны бороться за права человека в нашей стране". В тоже время барышни Фара и Шайба отметили, что нигде не чувствуют себя в безопасности и должны быть очень осторожны. Призвали своих сторонников поддержать их борьбу за гражданские права.

Теперь удобное американскому уху «Pussy Riot» быстро облетит Америку и мир и расскажет об этих несчастных девочках, которых держат в тюрьме за 40 секундную попытку пропеть частушку о нелюбимом лидере...

Невольно приходится вспоминать "Былое и думы" (1875 год, однако...) А там - "Мелкая и щепетильная обидчивость особенно поразительна в Павле и во всех его сыновьях, кроме Александра; имея в руках дикую власть, они не имеют даже того звериного сознания силы, которое удерживает большую собаку от нападения на маленькую"...

Официальным фаворитом фестиваля стала картина режиссера Marc Wiese «Camp 14 – Total Control Zone» о лагере в Корее. Режиссеру вручили высшую награду фестиваля – приз имени Нестора Альмендроса - «За смелость, проявленную при съемках фильма».

Это совершенно уникальная история – рассказ первого и единственного заключенного, которому удалось сбежать из северокорейского трудового лагеря №14.

Фильм построен примитивно, но очень доходчиво: в нем три компонента – первый - рассказ героя – молодого человека, который родился и вырос в лагере. Второе – рисунок – то, что нельзя снять – воосоздают по его рассказам: план лагеря, интерьверы столовой, мест, где спали, где трудились. И вечную колючую проволоку... Так – рисованным – предстает эпизод побега, когда он – уже 20 лет от роду – подружился с вновьприбывшим зэком, который рассказал ему, какая там жизнь – за проволокой, и увлек идеей бежать. И они бежали... В самом дальнем углу лагеря, где и надзирателей не было, а только стена проволоки, по которой пропущен ток, друг нырнул меж двух слоев проволоки, да зацепился, упал, погиб под током, но тяжестью тела своего увелищил расщелину меж двух параллельных проволок, и так – по его телу – нырнул паренек. Его било током, но не убило. Только обгорели ступни ног...
- Но я ничего не чувствовал – я бежал и бежал...

И дальше он делится самым невероятным для меня откровением: у него не было идеи свободы. Он вообще не руководствовался ЭТИМ. Он не знал такого слова. Он услышал от друга, что там – за проволокой – есть еда! И друг описал – какая. В рассказе была курица и какое-то мясо. Он даже не знал, что это за еда. А друг выдал слово «барбекью» и описал так красочно, что паренек решил – он говорит в кадре – выйти, попробовать, что это за мясо такое - барбекью, и потом – пусть убивают.

Сегодня он свободный, хорошо одетый мальчик в американской Корее. Но счастья в глазах нет: он разочарован – как оказалось, за проволокой за всё нужно платить. Он с трудом освоил науку о деньгах. Рассказывает, что знал в зоне, что еду можно только украсть, а на свободе – вышел на рынок – увидел, что на какие-то бумажки еду обменивают. Теперь он знает новое слово – деньги. Но их нужно где-то взять. И все заняты добыванием денег, - как огорченно отмечает мальчик.

Создатель фильма осторожно спрашивает, подозревая неладное:
- Есть что-то, по чему ты скучаешь в лагере?
- Да, - твердо кивает герой. – Моя невинность...
И уточняет, как он был глуп, когда в зоне представлял себе свободу раем. А это совсем не рай.

Третий компонент совершенно невероятный и я могу только скулить от досады, что у нас – что русских, что американцев, - нет такого фильма. В кадре – лагерные надзиратели. Как перебежали они из одной Кореи в другую – не уточняется, но они параллельным комментарием подтверждают детали, о которых повествует центральный герой. И когда мальчик описывает, как надзиратели легко убивали людей в зоне, этот самый надзиратель – не в тюрьме, а на свободе – кивает, что да, все было именно так. И в качестве недоуменного оправдания, вскидывает на камеру лицо и говорит, что ему никто никогда не сказал, что убивать – нехорошо, и что те, кого они убивают – тоже люди. Такие же, как они.

Их несколько – надзирателей. Хорошо одетые элегантные мужчины. Один в задумчивости запрокинув лицо, говорит, что однажды две Кореи соединятся и он встретится лицом к лицу с теми, кого бил по голове палкой. Он не пугается, а только слезы выступают на глазах. Ему неловко.

Как говорил любимый Алексей Герман: «А у нас – что? Ну, встретились две России – та, что сидела – с той, что сажала. В другой стране резня бы была, а у нас – что? Сказали «Большое спасибо» и разошлись...».

Я много снимала евреев, выживших в годы Холокоста, и никто никогда не снял в пару к ним немца. Пусть бы рассказал, как это было... со своей стороны картинки. Чтоб она объемной была, а не плоской. А я бы послушала. Узнала бы, например, за что убили всю мою родню. Может, немцу тоже никто никогда не сказал, что убивать – нехорошо?

Невероятный фильм. И очень пристойно сделан.
Но вы не станете смотреть. Увы...



А мальчик вспоминает, что он там видел – когда еще не ходить, а только ползать начал. И первое воспоминание — казнь. С матерью он пришел на пшеничное поле, где стража окружила несколько тысяч заключенных. Мальчик прополз сквозь частокол ног в первый ряд и увидел стражников, привязывающих человека к деревянному столбу. Шину Инь Чжыну был тогда четыре года и он был слишком мал, чтобы понять слова, сказанные перед казнью. Многие годы он будет наблюдать бесчисленные казни, слышать, как страж рассказывает толпе о том, что обреченному на смерть заключенному предлагали “искупление” через тяжкий труд, но он отверг эту щедрость правительства. Стражи запихивали гальку в рот заключенному, одевали ему на голову мешок и стреляли.

В лагере-14, тюрьме политических врагов Северной Кореи, заключенным запрещалось собираться больше двух человек. Единственным исключением являлась казнь - все были обязаны на ней присутствовать.

По оценкам правительства Южной Кореи, в таких рабочих лагерях содержится порядка 154 000 заключенных. Правозащитники США приводят цифру в 200 000 человек. 31 миля в длинну и 25 в ширину — самый крупный лагерь превышает площадь Лос-Анджелеса. В лагерях 15 и 18 существуют зоны перевоспитания, откуда заключенных иногда выпускают. Остальные лагеря — “районы полного контроля”, где “неисправимые” работают до самой смерти.

Лагерь Шина, № 14, создан около 1959 года возле округа Каэчон в провинции Южного Пионгана и содержит 15 000 заключенных. На территории в 450 квадратных километров есть фермы, шахты, лаборатории.

Шин и его мать спали прямо на бетонном полу, кухню делили еще с четырьмя семьями. Электричество работало два часа в день. Не было кроватей, стульев, столов, проточной воды. Если мать Шина выполняла дневной план, она могла принести домой еду. В 4 часа утра она готовила обед для сына и для себя. Еда всегда была одинаковой: кукурузная каша, маринованная капуста и щи. Шин всегда был голоден и съедал обед, как только мать уходила на работу. Кроме того, он съедал и ее обед. Когда она возвращалась домой с полей в полдень и не находила ничего съестного, она била его полотенцем. Ее звали Джан Хйе Джиюнг. Она никогда не говорила с ним о своем прошлом, о семье, о том, как оказалась в лагере, а он никогда ее об этом не спрашивал. Его рождение было организовано стражами: они свели его мать и человека, ставшего его отцом, в рамках “призового” брака.

Одинокие мужчины и женщины жили в разделенных по полу общежитиях.
Восьмое правило лагеря-14 гласило: “Сексуальный контакт без одобрения начальства запрещен. Нарушители будут расстреляны на месте”. “Призовой” брак был единственным обходным путем этого правила. Отец Шина, Шин Джын Суб, говорил сыну, что стражи “дали” ему Джан в качестве премии за его умение обращаться с токарным станком.

Стражи говорили детям, что они заключены здесь за “грехи” родителей, но могут “смыть” грех, тяжело работая, беспрекословно подчиняясь стражам и донося на родителей.

Летними ночами дети прятались в фруктовом саду, чтобы поесть неспелых груш. Когда их ловили, то избивали. С другой стороны, стражам было все равно, если Шин с друзьями ели крыс, лягушек, змей и насекомых. Есть крыс было необходимо, чтобы выжить. Их мясо предотвращало пеллагру. Ловля крыс стала для Шина увлечением. Вместе с друзьями вечером они собирались во дворе школы — там был мангал, на котором можно было жарить улов.

Однажды, в июне 1989 года, учитель Шина, страж, носивший форму и пистолет на бедре, устроил обыск шестилетних детей. Когда обыск был окончен, страж держал в руках пять початков кукурузы. Все они принадлежали худенькой девочке. Учитель вывел ребенка к доске и поставил на колени. Взмахивая указкой, он бил ее по голове. Пока ученики смотрели на эту сцену в полной тишине, шишки вздувались на ее голове, носом шла кровь. Затем она упала на бетонный пол. Шин с одноклассниками донес девочку домой. Следующей ночью она умерла.

На склоне холма, возле школы Шина, висел плакат: “Все подчиняются правилам и регламентам”. Мальчик помнил 10 правил лагеря и мог рассказать их наизусть. Третий подпункт третьего правила гласил: “Каждый, кто крадет или прячет еду, будет расстрелян на месте”. Шин считал, что наказание девочки было справедливым.

Летом ученики работали в полях с четырех утра до заката, собирая зерно. Мыло было роскошью. Брюки Шина были жесткими от грязи и пота. Когда было слишком холодно, чтобы мыться в реке или стоять под дождем, Шин и его мать пахли как животные.

Шину было девять лет, когда он с одноклассниками шел к железнодорожной станции за углем под присмотром учителя. Чтобы попасть туда, они должны были пройти перед солдатским постом. Те прокричали: “Смотрите, идут реакционные сукины дети”. На головы детей посыпались камни. Шин с одноклассниками завопили и попытались спрятаться. Камень попал Шину прямо в голову. Когда он очнулся, многие одноклассники стонали и истекали кровью. Мун Сун Сим была без сознания. Когда учитель увидел, что часть учеников лежала посреди дороги в крови, он разозлился. “Почему вы не заняты делом?”, - прокричал он. Учащиеся неуверенно спросили, что же им делать с одноклассниками, которые были без сознания. “Хватайте и тащите их”, — приказал учитель.

Главное – всё это называется СОЦИАЛИЗМ и эти люди владеют ядерным оружием. И время от времени пугают мир ракетами, которые взлетают со стороны их зоны и летят неизвестно куда...

Я неожиданно поняла, зачем следует смотреть фильмы этого фестиваля: прежде всего - чтобы почувствовать, как нам повезло, что все это случилось не с нами. И, конечно, катарсис – открытие античной Греции, подробно описанное Аристотелем: «очищение через страдание». Через со-страдание чужому горю.

Признайтесь, вы давно не плакали в кино?
Особенно глядя документальный фильм. А я с трудом могла разглядеть, что там за картинка. Фильм «Нереальный сон» (или «мечта») стал моим фаворитом. Потому что весь фильм за кадром зучал тихий голос счастливого человека, и время от времени в кадре было его просветленное лицо. Милый, с мягкой улыбкой, в джинсах и простой рубашке, чисто выбритый и от того выглядящий очень молодо, пятидесятилетний мужчина сидел на стуле посреди пустого зала суда, в котором четверть века назад его обвинили в убийстве жены и посадили. И вот - 25 лет спустя его выпустили. Сказав, что, извините, ошибочка вышла... И кадры семейного альбома и домашнего видео вперебивку с телерепортажами из зала суда, воссоздают ад, который обрушился ему – юному в ту пору – на голову. Четверть века назад. В АМЕРИКЕ! В штате Техас.


Молодой мужчина, любящий жену и крошку-сына, он вышел из дому, а когда вернулся – жена его лежала убитая в постели. Стены были забрызганы кровью. Ей проломили голову бейсбольной битой. Следователи решили, что это сделал он. И парень лишился в одночасье жены, сына, которого у него отобрали, и свободы. Ушел в тюрьму на пожизненное. Могли ведь и убить! А его адвокаты – и не только они, а примкнувшие к ним другие адвокаты, которые создали бюро по защите прав невинно осужденных, продолжали бороться. Белые американцы – с Америкой. И победили. Там – прямо у постели убитой женщины, была найдена бандана – тряпочка размером с носовой платок, которой подвязывают волосы, чтоб не спадали на лицо. И еще 25 лет назад обвиняемый сказал, что это не его бандана, и не его жены. Но только современная наука позволила провести анализ ДНК и найти там следы совсем другого человека. А дальше – и самого человека, а дальше – еще одну убитую женщину той же бесйсбольной битой. И наш герой вышел, а убийца – сел.

Камера снимает, как счастливы папа и мама оправданного героя. Как они всегда знали и верили, что он невиновен. Но та же камера снимает красивого молодого мужчину 30-ти лет... Это сын героя. Он вырос из того крошки, которого отец поцеловал, уходя в тюрьму. Мальчик честно рассказывает на камеру, как он один не хотел верить в невиновность отца: его так воспитали – что он сирота, т.к. негодяй-отец убил его мать. Из ревности, наверное. И вот – отец вышел на свободу. А для мальчика он - убийца. Мальчик женат, у него жена на сносях, и этот оправданный убийца ему неинтересен. Но – друзья уговаривают его повидаться с отцом. И они встречаются.

- Он вошел и я увидел – это мой сын! Он был в моих джинсах, в моей рубашке. Держался легко, независимо - так, как я учил его.

Мальчик оттаял потом. И рассказывает об этом. Он пригласил отца к себе в дом. Предложил жить с ними. И жена его родила девочку. И они дали ей имя погибшей мамы. В кадре – они – молодые родители - вручили девочку отцу, то есть деду крошки. Дед целует ее – крошечную – в макушку, обнимает, как обнимал сына в кадрах старого видео – до трагедии, и говорит: «Я никогда не видел девочки краше этой...».
Конец фильма.

Там еще титры – о том, что адвокаты отсудили миллион за пропавшую жизнь. И удивительное лицо – его дают коротко, мельком – судьи. Сытый боров, который засудил этого парня. Он настаивает на том, что всё было по закону. С одной стороны. С другой – он плохо помнит то дело вообще. Он воротит нос от камеры, он не хочет об этом говорить... Он не знает, что он похож на Вышинского. Адвокаты намерены разбираться с ним отдельно. Они ищут и найдут виноватого. И он не слышит, что говорит осужденный в последней фразе фильма: о том, что он счастлив, что справедливость восторжествовала, счастлив, что он на свободе, что у него живы родители, вырос сын, родилась прекрасная внучка. Ему нечего просить больше у Бога. Разве что - снисхождения к этому судье...



Посмотрите в лицо этого человека, которому погубили жизнь. Он прошел через такое горнило боли, что страдания выжгли у него внутри весь мусор, и он вышел из этого огня переплавленным чистым слитком. Глядя в его лицо и зная, что он пережил, понимаешь, какая это великая вещь - знать, что ты чист перед Богом.

Я проплакала весь фильм, пока герой сдержанно улыбался. И поняла наощупь, что сие есть – «очищение через страдание». Аристотель, я поняла, о чем ты! Над своими бедами я не плачу, а над чужой – случилось. Он страдал, я – сострадала. Вот для чего и следует смотреть эти фильмы - чтобы очиститься.

Увы, думаю, именно поэтому у фильмов ЭТОГО фестиваля нет прокатной судьбы - в нашем дьявольском мире чистые люди не нужны. Властям с ними не справиться, ими нельзя манипулировать, когда они – такие – знают, что предстоят перед Богом – им уже не расскажешь, кто тут начальник – на Земле....
Количество обращений к статье - 2161
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (3)
АС - Игорю | 29.06.2013 22:42
Игорь, я о фильме писала, а не о том, что мне известно. Посмотрите, я покадрово пересказать не могу и не хочу.
А фильм стоящий.
Игорь, Нью Джерси | 29.06.2013 17:12
Все правильно, разве что Вам неизвестно что в США не судьи решают виновность, а присяжные, которых отбирают дай Б-г так в каждой стране. Судьи в США следят чтоб процесс соответствовал закону.
Печально конечно, но 100% справедливый суд только на небесах.

Насчет фильма о Корее, большое спасибо! Посмотрим...
Гость | 28.06.2013 17:10
СПАСИБО ОГРОМНОЕ, ЛЕОНИД ЗА ПУБЛИКАЦИЮ!

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com