Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Это - мы
11-17 июля 2013
Рубрику ведет Леонид Школьник

11 июля

 

1888 - Российско-американский математик Яков Тамаркин родился 125 лет назад в Чернигове, Украина, в семье врача Давида Ильича Тамаркина и Софьи Красильщиковой из семьи зажиточного еврейского землевладельца. Окончил 2-ю гимназию Санкт-Петербурга, учился на физико-математическом факультете Санкт-Петербургского университета, по окончании которого был оставлен при нём для подготовки к профессорскому званию. Преподавал в Институте инженеров путей сообщения, в Электротехническом и Политехническом институтах. В 1917 году защитил диссертацию. В 1919 году женился на Елене Георгиевне Вейхард. В 1919-1920 годах — профессор Пермского университета. Выполнял также обязанности декана физико-математического факультета этого университета. В 1920-1925 годах - заведующий кафедрой математики Петроградского политехнического института. Весной 1924 года Тамаркин был на 1-м Международном конгрессе по прикладной математике в Дельфте, а в августе 1924 г. ездил вместе с большой группой советских математиков, в числе которых были А. С.Безикович и Я. В. Успенский, на Международный конгресс математиков в Торонто (Канада). В США с 1925 года. Обосновавшись в этой стране, Тамаркин много сделал для развития американской математики, стал активным членом Американского математического общества, а затем – и его вице-президентом, членом Американской математической ассоциации. Его избрали в Американскую академию искусств и наук. Авторитет Тамаркина, его широкие контакты с ведущими математиками мира способствовали как становлению математической школы США, так и признанию его роли в мировой науке. Основное место работы Якова Давидовича Тамаркина – штат Род-Айленд. С 1927 года он – профессор Брауновского университета (г. Провиденс). Именно здесь достигла расцвета его научная и преподавательская деятельность. Здесь создал он свою научную школу и подготовил более двух десятков докторов философии, многие из которых стали крупными американскими математиками. Он первым – и это признал сам Норберт Винер – оценил значение новых идей основоположника кибернетики для последующего развития мировой науки. Умер Яков Тамаркин 18 ноября 1945 года в Вашингтоне.

 

12 июля

1884 - В своей книге «Я – голос ваш…» Анна Ахматова когда-то написала: «Марк Шагал уже привёз в Париж свой волшебный Витебск, а по парижским бульварам разгуливало в качестве неизвестного молодого человека еще не взошедшее светило - Чарли Чаплин. "Великий немой" (как тогда называли кино) еще красноречиво безмолвствовал. «А далеко на севере»... в России умерли Лев Толстой, Врубель, Вера Комиссаржевская, символисты объявили себя в состоянии кризиса, и Александр Блок пророчествовал:

О, если б знали, дети, вы
Холод и мрак грядущих дней...


Три кита, на которых ныне покоится XX век, - Пруст, Джойс и Кафка, - еще не существовали как мифы, хотя и были живы как люди».

Модильяни творил в то же время, но талант его вознесся над миром чуть позже.
А родился будущий знаменитый художник и скульптор в городе Ливорно в Италии, в еврейской семье коммерсанта Фламинио Модильяни и Евгении Гарсен. Род Модильяни происходит из одноименной сельской местности к югу от Рима. Отец Амедео торговал углем и дровами, потом приобрел скромную маклерскую контору и был связан с эксплуатацией серебряных копей на Сардинии. Однако бизнес у отца не заладился, это подорвало его силы, и вскоре он скончался.
Мать стала зарабатывать на жизнь преподаванием французского языка и переводами. Считается, что именно её романтическая натура оказала огромное влияние на мировоззрение юного Модильяни. С самого детства он обладал очень слабым здоровьем. Мать и сестры заботились о хрупком ребенке, страдавшем от частых приступов пневмонии, им приходилось постоянно бороться за его жизнь. Вскоре у Амедео развился туберкулез, и это страшное заболевание не оставляло художника до конца жизни.
Именно мать обратила внимание на необыкновенные способности сына, и он начал брать уроки рисования в ливорнской Академии искусств. В 1902 году во Флоренции Амедео поступил в Свободную школу живописи обнаженной натуры, начал посещать флорентийские музеи и церкви, изучать восхищавшее его искусство Возрождения. Через год по приезде в Венецию Модильяни поступил в Институт изящных искусств, продолжая при этом изучение работ старых мастеров.
Зимой 1906 года молодой художник приехал в Париж и поселился на Монмартре, рядом со знаменитым Бато Лавуар — общежитием полунищей художественной богемы. Здесь жили Пикассо, Брак и Ван-Донген, постоянно бывали Матисс, Дерен и Вламинк, поэты Г. Аполлинер, М. Жакоб, А. Сальмон. В холодных мастерских и за столиками кафе рождалось художественное видение нового столетия.
Амедео снял квартиру на улице Коланкур, ему 22 года, он ослепительно красив, у него летящая походка, а весь облик - эффектный и гармоничный. В общении он аристократичен, вежлив, прост и благожелателен и сразу располагает к себе. Одни говорили тогда, что Модильяни - начинающий скульптор, другие - что он живописец. И то и другое было правдой.
Модильяни увлекается работами Сезанна, чья ретроспективная выставка 1907 года произвела на него неизгладимое впечатление. Одновременно он начинает заниматься и плоскостной японской гравюрой, и негритянской пластикой, а в 1909 году под влиянием скульптора К. Бранкуси начинает создавать каменные и деревянные головы и кариатид – сам художник называл их «колоннами нежности». Параллельно Амедео рисует, пишет маслом и принимает участие в нескольких живописных выставках.
С началом Первой мировой войны многие друзья Модильяни покинули Париж. Художника угнетали перемены в жизни, безработица, нищета. В это время он встретил английскую поэтессу Беатрис Гастингс, с которой прожил два года. Модильяни был дружен с такими разными художниками, как Пикассо, Хаим Сутин и Морис Утрилло, а также с коллекционерами и деловыми людьми – Полем Гийомом и Леопольдом Зборовским. Последний стал покровителем художника и поддерживал его творчество.
В эти годы Модильяни вернулся к живописи и создал, возможно, свои самые значительные произведения. Присущая его произведениям отвлеченность явилась следствием изучения искусства древних цивилизаций и итальянского примитива, а также влияния его друзей-кубистов; в то же время его работы отличаются поразительной тонкостью психологической характеристики. Позже формальная сторона его творчества становится все более простой и классичной, сводится к сочетанию графического и цветового ритмов.
Однако богемная жизнь затянула Амедео, он пристрастился к выпивке. Его драки с мужчинами из-за дам вошли в фольклор Монмартра. Он употреблял кокаин и курил марихуану. Но получилось так, что вечная бездомность и неприкаянность были для художника благом, потому что подпитывали его в творчестве. Обнажённые женщины, служившие ему натурщицами, были предметом его вдохновения. Он поменял, наверное, сотню из них, предпочитая рисовать простых женщин: прачек, крестьянок...а им льстило его внимание. О женщинах он отзывался так: "Если женщина настолько прекрасна, что с нее можно рисовать портрет или лепить скульптуру, одежда обременительна для нее".
Живописный стиль Модильяни удивителен. Он изобрел уникальный художественный стиль: элегантные лебединые шеи и покатые плечи, ясно различимые черты лица, длинные острые носы и тонкие губы, необыкновенные миндалевидные глаза, трагичные и пустые. Контраст бледного фона и убогой одежды с насыщенностью цвета кожи и волос просто поразителен.
Во время пребывания в Париже Анны Ахматовой они с Амедео познакомились, он сделал 16 рисунков и подарил их ей. В названной выше книге «Я – голос ваш…» русская поэтесса вспоминала: «Как-то раз мы, вероятно, плохо сговорились, и я, зайдя за Модильяни, не застала его и решила подождать несколько минут. У меня в руках была охапка красных роз. Окно над запертыми воротами мастерской было открыто. Я, от нечего делать, стала бросать в мастерскую цветы. Не дождавшись Модильяни, я ушла. Когда мы встретились, он выразил недоумение, как я могла попасть в запертую мастерскую, когда ключ был у него. Я объяснила, как было дело. "Не может быть,- они так красиво лежали...".
Рисовал он меня не с натуры, а у себя дома,- эти рисунки дарил мне. Их было шестнадцать. Он просил, чтобы я их окантовала и повесила в моей комнате. Они погибли в царскосельском доме в первые годы революции. Уцелел тот, в котором меньше, чем в остальных, предчувствуются его будущие "ню"...».
В 1909 году, окончательно растратившись, Модильяни вынужден был менять студии одну за другой, чердак за чердаком. В конце концов, он очутился на улице со всеми пожитками. Тогда художник решил вернуться в родной дом в Италии, чтобы восстановить силы и поправить здоровье. Однако в 1913 году Модильяни опять возвращается в Париж, но слабые легкие вновь дают о себе знать, и он в очередной раз едет на лечение в Италию. Ему говорили, что он попусту растрачивает свой талант так же, как и деньги - Модильяни продавал свои работы за несколько су...
В 1917 году прошла выставка художника, содержавшая, в основном, изображения обнаженной натуры. Было представлено 32 картины и несколько рисунков, однако почти ничего не было продано, а саму выставку пришлось закрыть из-за неприличного содержания картин. Так случилось, что эта выставка оказалась первой и последней при жизни художника.
Любил Модильяни в своей жизни только двух женщин. Первой была упоминавшаяся выше английская поэтесса-аристократка Беатрис Хастингс. Но в 1916 году она сбежала от Амедео, а он горевал недолго и через год познакомился с 19-летней Жанной Эбютерн. Молодая студентка происходила из французской семьи католиков. Они стали жить вместе, несмотря на сопротивление родителей Жанны, не желавших зятя-еврея. Жанна не только была моделью для произведений художника, она пережила с ним годы тяжелой болезни и абсолютного безденежья. В ноябре 1918 года Жанна родила дочь. Когда Модильяни лежал при смерти в Париже, он предложил ей присоединиться к нему в смерти, «чтобы я мог быть с моей любимой моделью в раю и вместе с ней наслаждаться вечным блаженством».
Амедео умер 24 января 1920 года. В день похорон художника Жанна находилась на грани отчаяния. Беременная их вторым ребенком, она бросилась с пятого этажа и разбилась насмерть. Через год по настоянию семьи Модильяни их соединили под одной могильной плитой...

13 июля

1930 - «Первая леди израильской песни» Наоми Шемер родилась в кибуце Кинерет. Ее родители, Меир Сапир и Ривка Шафрири, порознь репатриировались в Эрец Исраэль из Вильны в 1920-х годах и были одними из основателей кибуца "Кинерет", где познакомились и спустя четыре года после знакомства поженились. Отец Наоми, как пишет израильская журналистка Марина Яновская, был активистом подпольной алии, лоцманом на суднах с нелегальными иммигрантами. Мать же славилась своим крайним максимализмом. Она всегда и во всем стремилась достичь совершенства и требовала того же от своих детей. Даже когда Наоми Шемер стала знаменитостью, лауреатом Государственной премии Израиля, упрямая Ривка Сапир считала, что ее девочка могла бы добиться большего. Наоми стала их первенцем. Спустя два года родилась Рутик, затем брат Яаков. Детство протекало на лоне природы в сказочном, красивом окружении волшебных закатов над уникальным озером Кинерет. Всё это есть в ее песнях: цветы, фруктовые деревья, пастораль, просторы, поэтические закаты и восходы солнца, тяжкий, но неспешный физический труд первопроходцев земли еврейской. Когда Наоми было шесть лет, её мама получила в подарок фортепиано, которое она передала детям кибуца. Но именно Наоми выделялась своими музыкальными способностями и с раннего возраста руководила хоровым пением. Она училась в средней школе в соседнем кибуце Дгания, после чего поступила в Академию музыки и танца имени Рубина в Иерусалиме, где её учителями были крупнейшие израильские композиторы. Окончив Академию в 1951 году, Наоми вернулась в родной кибуц, где преподавала музыку и ритмику в детском саду и школе. Там же она начала сочинять, вначале - детские песни, в том числе "Почта придёт сегодня", популярная среди израильских детей песня "Младший брат" и другие композиции. В 1956 году, демобилизовавшись из армии, Наоми Сапир вышла замуж за Гидона Шемера и переехала с ним в Тель-Авив, написав в том же году либретто израильского мюзикла "5/5". Мюзикл имел большой успех и прославил Наоми. В результате Шемер начала писать песни для армейских ВИА и отдельных певцов. Хаим Тополь, с которым Наоми познакомилась в армии, привлёк её в 1957 году к сочинению песен для группы "Зелёный лук". Для неё Шемер написала знаменитые песни "Ноа" и "Песня певца-скитальца". В 1960 году композиция Шемер "Хопа хай" заняла первое место на международном фестивале в Италии. Расставшись с мужем, Наоми с дочерью Лели уехала в Париж, где сочинила популярную песню "Город в сером". Вернувшись в Израиль, она пишет ивритские версии известных французских шансонов - так были написаны "Белоснежка", "Эти птицы" и другие песни. В этот период Наоми начинает выступать с исполнением песен, аккомпанируя себе на фортепиано. Рассказывает Марина Яновская: «К началу 1960-х годов Наоми Шемер занимает прочные позиции на вершине израильского музыкального Олимпа. Но подлинный успех и популярность пришли к ней с песней "Золотой Иерусалим", написанной в 1967 году по заказу мэра Иерусалима Тедди Колека. Премьера песни «Иерушалаим шель захав» состоялась за несколько месяцев до Шестидневной войны. Фразу «Иерушалаим шель захав» и сравнение поэта со скрипкой ("кинор") Наоми позаимствовала из Псалмов Давида, многие из которых знала наизусть. На концерте одного из армейских ансамблей она услышала девичий голос, прозрачный и звонкий, как воздух над Иерусалимом. Так скромная солдатка Шули Натан была избрана стать первой исполнительницей легендарной песни. "Золотой Иерусалим" в исполнении Шули Натан впервые прозвучал на фестивале еврейской песни. После того, как песню повторили на радио, через несколько дней ее уже пела вся страна. Спустя несколько недель разразилась Шестидневная война. Наоми Шемер выступала перед солдатами на передовой, ее концерты проходили в Рафиахе и в Эль-Арише. Газеты полнились фотографиями десантников, со слезами на глазах певших перед освобожденной Стеной плача «Иерушалаим шель захав». Тогда у Наоми Шемер родились слова нового куплета. Однажды, вернувшись домой, она обнаружила под входной дверью записку от Тедди Колека, в которой тот просил ее добавить куплет. "А он уже готов", - сказала она мэру по телефону. И назавтра выступила с новым куплетом на концерте в Бейт-Лехеме. Когда солдаты зааплодировали ей после нового куплета, она сказала: «Что вы мне аплодируете? Изменить песню намного проще, чем освободить город…». Послушайте эту песню в исполнении талантливой израильской певицы Офры Хазы:



В период Шестидневной войны Наоми Шемер написала ещё одну известную песню (исполненную впервые в 1969 году ВИА Центрального военного округа): "Мы оба из одной деревни", выразившую боль от утраты близких, павших на войне. В октябре 1973 года, во время жестокой и кровопролитной войны Судного Дня, по просьбе израильского телевидения Шемер исполнила в прямом эфире новую песню "Лу йеhи" - "Пусть будет так", ставшую глотком надежды для сотен тысяч израильтян в тяжелые часы той войны. Вскоре симпатии Наоми Шемер были отданы поселенческому движению "Гуш Эмуним", возникшему после войны Судного дня, и придали некоторую политическую окраску её творчеству. Песни Шемер начали истолковываться в соответствии с политическими взглядами толкователей. В продолжение своего творческого пути Шемер написала немало песен, неизменно становившихся шлягерами: "За всё за это", "Вехи пути", "Ещё достаточно я не любила", "Ночь на пляже Ахзив", "В полях Бейт-Лехема", "Каждый год осенью, Гиора" и многие другие. В 1983 году популярная израильская группа "Гиватрон" выпустила альбом с записями её песен. В 1993 году Наоми выпустила кассету для детей "У нас в пианино", и на ней песня "Всё открыто", ставшую одним из величайших шлягеров в истории израильской музыки. В первую годовщину убийства Ицхака Рабина (1996) она перевела и положила на музыку известное стихотворение Уолта Уитмена "О, Капитан". В 2000 году Шемер вернулась на сцену с успешной программой "Тысяча и одна песня". В 2003 году вышла в свет книга "Вехи пути", содержащая 121 избранное стихотворение Наоми Шемер, включая её знаменитые песни. Всего с 1956 года Н. Шемер написала слова и музыку 311-ти песен, сочинила музыку к 80 песням израильских и зарубежных авторов (в переводе на иврит), и написала слова к 13 песням различных израильских композиторов. В 1983 году Наоми Шемер была удостоена Государственной премии Израиля, ей также было также присвоено почётное звание Doctor Honoris Causa четырех израильских университетов и Института Вейцмана в Реховоте. И снова дадим слово исследовательнице жизни и творчества Наоми Шемер Марине Яновской. Она с болью рассказывает о последних годах жизни талантливого израильского композитора. Наоми не могла похвастаться крепким здоровьем: в последние годы ей довелось пережить немалое количество операций. Последняя из них, на открытом сердце, длилась восемь часов. Во время этой операции ее сердце вытащили из грудной клетки, поменяли клапаны и сосуды. Всё прошло хорошо, и она, по собственному признанию, чувствовала себя отлично. Но перед каждой операцией Наоми Шемер писала заново завещание и даже сценарий собственных похорон, о чем советовалась с сестрой Рутик. Раньше, перед прежними операциями, писала даже новые песни. Одна из них стала своего рода песней протеста: «Од ло ахавти дай». Другая – сожалением о недожитой жизни: «Ацув ламут бе эмца тамуз». - Мне казалось, что всё, конец, - говорила Наоми. - Это вовсе не страх, скорее, точное знание того, что случится. Я была уверена, что не встану с операционного стола. Мы с Рутик перед операцией проработали все нюансы похорон. Я хотела, чтобы те, кто придёт на похороны, пели мои песни. Всё это было довольно забавно. И все же я оставила ценные указания: чтобы не произносили никаких речей, а только спели «Шам арей Голан». Песня эта подходит к месту, где находится кладбище, на берегу Кинерета, того райского места, которое я так люблю…». Наоми Шемер скончалась утром 26 июня 2004 года в больнице «Ихилов» в Тель-Авиве, оставив двух детей и четырёх внуков. Ей было 74 года. Похоронили ее на кладбище родного кибуца Кинерет. «Я не боюсь предстать пред Господом, держа в руках гитару с оборванными струнами». Эту песню, которая получила известность в исполнении Хавы Альберштейн, Наоми Шемер исполняла сама. Слишком глубокий в ней подтекст...

14 июля

1904 - Американский прозаик Ицхак (Исаак) Башевис-Зингер (настоящее имя - Ицик-Герц Зингер), писавший на идиш, родился в маленькой деревушке Леоцин под Варшавой. Согласно одним источникам, дата его рождения – 14 июля, другим – 26 октября. Ицик был третьим из четырех детей Батшевы Зильберман, дочери ортодоксального раввина, и Пинхаса-Менделя Зингера, раввина хасидской школы. Когда мальчику исполнилось 4 года, семья переехала в Варшаву и осела в еврейском квартале, где отец стал зарабатывать на жизнь службой в Бейт-Дин (еврейском суде). В школе юный Зингер изучал еврейские законы по иудейским и арамейским текстам, а в свободное время читал на идиш книги по естественным наукам, политике и экономике, а также литературную классику, особенно произведения русских прозаиков XIX в. Многие книги давал ему старший брат Израиль-Йошуа, писатель, отказавшийся от хасидизма и являвшийся сторонником модернизации иудаизма, его интеграции в западную культуру. В 1917 г. Ицхак едет с матерью в Билгорай, в ее родную деревню на востоке Польши, которая практически не изменилась со времен средневековья. Мальчик прожил там четыре года, наблюдая жизнь еврейского местечка, впитывая в себя его нравы и обычаи. «Я имел возможность видеть прошлое таким, какое оно было, – писал впоследствии Зингер. – Казалось, время повернуло вспять. Я жил еврейской историей». Когда в 1920 г. отец Зингера получил пост раввина в польском городке Джикув, юноша убедил родителей отпустить его в Варшаву при условии, что он поступит в иудейскую духовную семинарию и получит духовное образование. Однако, проучившись в семинарии всего несколько месяцев и недолго пожив с семьей в Джикуве, Зингер возвращается в Билгорай, где зарабатывает на жизнь уроками иврита. В 1923 г. он вновь возвращается в Варшаву и живет там в течение 12 лет, поначалу работая корректором в Literarische Bletter - еврейском литературном журнале, редактируемом его братом Израилем-Йошуа Зингером. В эти годы молодой человек много читает, интересуется философией, физиологией, психологией, естественными и оккультными науками, пробует свои силы в прозе. В 1927 г. в «Литературных листках» появляется первый рассказ Зингера «В старости» - под псевдонимом Tee. Второй рассказ начинающего писателя «Женщина» был напечатан в следующем году за подписью Ицхак Башевис (буквально: «сын Батшевы»). Следующие пять лет Зингер продолжает писать короткие рассказы для еврейских газет и журналов, а на жизнь зарабатывает переводами с немецкого на идиш криминальных романов, а также произведений Кнута Гамсуна, Томаса Манна и Эриха Марии Ремарка. В 1932 г. вышел в свет роман его старшего брата Израиля-Йошуа Зингера «Грешник», и автора пригласили на работу в редакцию нью-йоркской еврейской газеты «Джуиш Дейли Форвард» (Jewish Daily Forward). Израиль Зингер принял приглашение и уехал в США, а младший брат остался без наставника. Тем не менее, Ицхак Башевис-Зингер продолжает писать и в 1933 г. становится заместителем редактора литературного журнала «Глобус» (Globus), в котором публикуются его рассказы, а затем и первый роман «Сатана в Горай», печатавшийся в журнале в течение 1934 г. и вышедший отдельной книгой в 1943 г. «Сатана в Горай», по мнению ряда критиков, лучший роман писателя, навеян воспоминаниями автора о днях, проведенных в Билгорае. 30-е годы стали для Зингера временем тяжких испытаний. Его жена Руня, коммунистка, уехала в СССР, забрав с собой их сына Израиля. В это же время к власти в Германии пришли нацисты. Опасаясь антисемитской политики Гитлера, Зингер в 1935 г. покидает Варшаву и уезжает к брату в США, поселяется в Бруклине и работает нештатным сотрудником газеты «Джуиш Дейли Форвард». В 1940 году он женится на Альме Вассерман, эмигрантке из Германии, двумя годами позже переселяется из Бруклина в Вест-Сайд (Манхэттен), становится штатным сотрудником идишской газеты «Форвертс», подписывая свои статьи псевдонимом «Исаак Варшавский». В 1943 году Зингер получает американское гражданство, а еще через два года вновь начинает писать. В 1944 году, в связи со смертью Израиля-Йошуа, который в писательской среде был тогда известнее брата, Зингер переживает творческий кризис. Смерть старшего брата он назвал «величайшим несчастьем» своей жизни. Тем не менее, в следующем году он начинает работу над «Семьей Мушкат», первым из трех реалистических социальных романов, который печатался с 1945 по 1948 г. в идиш «Форвертсе» и рассказывал о моральном разложении варшавских евреев после гитлеровской оккупации. Двухтомник романа на идиш и однотомник на английском языке появились почти одновременно – в 1950 году. В последующие два десятилетия Зингер печатает множество рассказов, несколько романов, четырехтомную автобиографию и полтора десятка книг для детей. Главный герой романа «Люблинский чародей», написанного в 1958 г. и переведенного на английский язык в 1960 году, – обаятельный волокита, раскаивающийся в конце концов в своих многочисленных прегрешениях. Во второй сборник рассказов Зингер «Спиноза с Маркет-стрит» (1961) вошли некоторые ранее публиковавшиеся рассказы, действие которых происходит в польском гетто после Второй мировой войны. Любовный роман «Раб» (1962), история из еврейского быта средневековой Польши, сразу же стал бестселлером. Когда же в английском переводе были опубликованы лучший, по мнению критиков, сборник рассказов Зингера «Друг Кафки и другие рассказы» (1970) и роман «Шоша» (1978), где писатель вновь обращается к темам невинности, любви и раскаяния, авторитет писателя возрос еще больше. В 1964 г. Зингер становится первым почетным членом Национального института искусств и литературы, пишущим не на английском языке. Через пять лет писатель получает Национальную книжную премию по детской литературе за автобиографические очерки «День удовольствий. Истории о мальчике, выросшем в Варшаве». На вопрос, почему он пишет для детей, Зингер ответил, что «дети еще верят в Бога, семью, ангелов, чертей, ведьм, домовых...». Нобелевская премия по литературе 1978 г. была присуждена Зингеру «за эмоциональное искусство повествования, которое, уходя своими корнями в польско-еврейские культурные традиции, поднимает вместе с тем вечные вопросы». Представитель Шведской академии Ларе Йюлленстен назвал Зингера «бесподобным рассказчиком и стилистом, мастером и волшебником». Особо были отмечены книги автора, действие которых происходит в средневековье. «Именно в исторических произведениях искусство Зингера проявилось в полной мере, – сказал Йюлленстен. – В литературный пантеон вошли многие из его исторических персонажей: мечтатели и мученики, личности ничтожные и благородные». В своей Нобелевской лекции Зингер сказал, что рассматривает награду, как «признание идиш – языка изгнания, языка без земли, без границ..., языка, в котором нет слов для выражения таких понятий, как «оружие», «амуниция», «муштра», "тактика боевых действий"». «Идиш, – продолжал, отмечая неизменность еврейских традиций, писатель, – это мудрый и скромный язык запуганного, но не теряющего надежд человека». «Когда я был мальчиком и рассказывал разные истории, меня звали лгуном, – вспоминал Зингер в одном интервью через несколько лет после получения Нобелевской премии. – Теперь же меня зовут писателем. Шаг вперед, конечно, большой, но ведь это одно и то же». Умер Ицхак Башевис-Зингер 24 июля 1991 года в городке Сёрфсайд, в штате Флорида.

15 июля

1907 – Талантливый еврейский поэт Зиновий (Зяма) Телесин родился в белорусском местечке Калинковичи, Минской губернии, в многодетной семье ремесленника. Зяма посещал хедер (до его закрытия властями), затем работал с отцом жестянщиком-кровельщиком, овладев в совершенстве профессией. В 1929 г. уехал в Москву, поступил на еврейское отделение литературного факультета Московского государственного педагогического института им. Бубнова (окончил в 1935 г.). Вместе с женой, поэтессой Рохл Баумволь, выпускницей того же отделения, был направлен в Минск, работал редактором государственного издательства, публиковал стихи в еврейской прессе. В Минске вышли в свет первые два поэтических сборника Телесина — «Ойф майн эйгенер эрд» («На родной земле», 1939) и «Лидэр ун поэмен» («Стихи и поэмы», 1941). В годы 2-й мировой войны Телесин добровольно пошел на фронт рядовым и был демобилизован в конце 1945 г. (после тяжелой контузии) в звании капитана. В послевоенные годы Телесин жил в Москве. Две его стихотворные книги были изданы на идиш — «Ойф дер лихтикер велт» («В светлом мире», М., 1957) и «Ойф майне ахрайес» («На мою ответственность», М., 1968). В Москве вышли также на русском языке два сборника переводов его стихотворений — «Глубокие корни» (1957) и «Близко к сердцу» (1965), и в «Детгизе» — пять иллюстрированных детских книг. Стихи Телесина переводили такие известные поэты, как М.Светлов, Я. Козловский, Ю.Нейман, А.Адалис, Т.Спендиарова и другие, а также жена и сын Юлиус Телесин. Первые же публикации Зямы Телесина показали, что в еврейскую литературу пришел самобытный поэт, отлично владеющий народным языком, который звучал в доме его родителей в Белоруссии. В лирике видное место занимали пейзажи Полесья, в бытовых зарисовках — обычаи и нравы людей местечка. В еврейской поэзии он был мастером образного, поэтического описания труда; персонажи его ранних стихотворений — кузнец, плотник, печник, швея, сапожник. В 1971 году, после долгой борьбы с властями за право репатриации, Телесин с женой уехал в Израиль. Выезду предшествовали обыски, преследования и запугивания со стороны властей, связанные, главным образом, с правозащитной и диссидентской деятельностью сына. В Израиле вышли стихотворные сборники Телесина «Гевэйн фун зикорн» («Плач памяти», 1972), «Комец алеф — о» (фраза, с которой начиналось изучение еврейской азбуки, 1980), «Дер вэг фунэм фойгл» («Путь птицы», 1976), «Дос ниселэ вос файфт» («Свистящий орешек», 1992), что свидетельствовало о новом творческом подъеме поэта. Появились стихи, посвященные близким друзьям, погибшим в застенках КГБ, — еврейским поэтам. Галерея героев войны с нацистами пополнилась образами борцов Израиля, к пейзажам Полесья органически прибавились одухотворенные пейзажи Иерусалима, Изреэльской долины, Негева. Некоторые израильские стихи Телесина положены на музыку (в частности, композитором Ц.Пайкиным) и звучат на концертах и по радио. Телесин — лауреат самой престижной в литературе на идиш премии имени Ицика Мангера (1990), награжден также премией Союза еврейских писателей и журналистов (1979), премией «Кдошей Люблин» (1972) и др. Умер в Иерусалиме в 1996 году. Юлиус Телесин (родился в 1933 году в Москве), сын Телесина, математик, шахматист и поэт-переводчик. В 1960-е гг. — видный диссидент. С 1970 г. — в Израиле. Автор книг на русском языке: «Тысяча и один советский политический анекдот» (1986, США), «Теория комбинаций» (шахматный учебник, Иерусалим, 1992).

16 июля

1906 – В семье Абрама Хоровица и Голды Шерман в американском городке Вайенна в штате Джорджия родился будущий режиссер, актер и писатель Винсент Шерман, снявший более 30 фильмов, среди которых и такие популярные ленты, как «Приключения Дон Жуана», «Молодые филадельфийцы», «Всю ночь напролёт», «Горячее сердце» (с участием будущего президента США Рональда Рейгана), «Любовь последнего рыцаря» (с участием непревзойденной Джины Лолобриджиды). Шерман окончил университет в Атланте и стал профессиональным актёром, сценаристом. В 1938 году он подписал контракт с киностудией «Уорнер Бразерс» и через год снял свой первый фильм - фильм ужасов «Возвращение доктора Икс» с Хэмфри Богартом в главной роли. Популярность Винсента Шермана быстро росла. Все продюсеры знали: ему можно дать любой сценарий – и он сделает из него «конфетку», настоящий блокбастер. Именно это и привело Шермана к созданию таких популярных лент, как «Мистер Скеффингтон» (1944), «Мужчины не плачут!» (1950), «Харриет Крейг» (1950), «Прощайте, мечты» (1951). Увы, в тех же 1950-х годах голливудская карьера Винсента Шермана дала трещину из-за объявленной сенатором Джозефом Маккарти «Охоты на ведьм», когда людей выгоняли из кинокомпаний из-за начавшейся в стране антикоммунистической истерии, во многом принявшей форму антисемитских гонений. И хотя Шерман не был членом каких-нибудь левых организаций, он вынужден был уйти работать на телевидение, где стал снимать телесериалы. По завершении своей карьеры на телевидении Шерман в 2004 году стал старейшим из двадцатки ветеранов американского кино, чье интервью было включено в документальный фильм «Мнимый свидетель». Оно было посвящено его 60-летнему пути в американском кино, тайнам его профессии, трагедии Холокоста и другим важным темам. Более 50 лет Винсент Шерман был женат на Хедде Комора, в браке с которой у них родились сын Эрик Шерман и дочь Хедвин Неймарк. О своей жизни в кино Винсент Шерман поведал в автобиографической книге «Дела студийные. Моя режиссерская жизнь». Умер Винсент Шерман 18 июня 2006 года, всего за месяц до своего столетия...

17 июля

1921 – Талантливая поэтесса Хана Сенеш родилась в Будапеште, ее отец, Бела Сенеш, — одаренный еврейско-венгерский писатель, умер молодым, когда она была еще ребенком. Между осиротевшей девочкой и ее матерью, Катериной Сенеш (урожденной Зальцбергер) установились необычайно трогательные, сердечные отношения, какие редко бывают между детьми и родителями. Мать много сил отдавала ее воспитанию и оказала на нее огромное влияние. С детства проявилась незаурядная одаренность Ханы, и она была первой ученицей в школе. Девочка воспитывалась в зажиточном еврейско-венгерском доме, очень далеком от национальных традиций, посещала венгерскую, а не еврейскую, школу. И всё же атмосфера усиливавшегося антисемитизма, отголоски народных страданий, сигналы бедствия, доходившие из Палестины, — всё это раздувало в ее душе уголек национального самосознания, приобщило к благородным идеям сионизма. И Ханой овладела одна страстная мечта — Эрец Исраэль. 19 сентября 1939 года, когда Вторая мировая лишь начиналась, и никто не был в состоянии предсказать размеры и масштабы грядущей Катастрофы, Хана репатриировалась в Палестину и поступила в сельскохозяйственную школу в Нахалале, где пробыла два года. Закончив учебу, она решила, после короткого периода колебания и поисков, присоединиться к движению «ха-Кибуц ха-меухад» - к одной из групп рабочей молодежи. 22 декабря 1941 года она вступила в коллектив кибуца “Сдот-Ям - Кейсария”. Более двух лет Хана проработала в нем, и тут в ее сознании вспыхнула мысль о священной миссии по спасению от смерти запертых в гетто и лагерях евреев диаспоры. Эта мысль зрела в ней в течение ряда лет. В тот день, когда она прощалась со Страной, ей довелось встретиться с единственным братом, горячо любимым Гиорой, прибывшим в Палестину из Франции. Назавтра она была уже по пути в Каир. 11 марта 1944 года она улетела в Италию, а 13-го приземлилась с парашютом в Югославии, среди партизан, боровшихся с нацистами. Около трех месяцев скиталась она по партизанскому краю, стремясь пересечь границу, не давая покоя ни себе, ни товарищам. 9 июня ей, в конце концов, удалось пробраться через границу в Венгрию, но назавтра же она попала в руки нацистов, став жертвой предательства. Пять последних месяцев своей жизни она провела в фашистском застенке, а 7 ноября 1944 года (21 хешвана 5705 года) была казнена. Тюрьма и пытки не сломили ее духа, никакими страданиями не удалось заставить ее покориться, выдать секреты своей миссии. Неизвестные похоронили ее на “Площадке мучеников” в Будапеште. В 1950 году ее останки были доставлены в Израиль, и на горе Герцля в Иерусалиме Хана Сенеш нашла свой последний покой. А ее стихи и песни до сих пор звучат в Израиле. Особенно эта песня – «Эли, Эли... Шело игамер леолам...».

_________________________________

При подготовке статей для рубрики "Это - мы" использованы материалы из   Литературной энциклопедии 1929-1939 годов, Краткой еврейской энциклопедии, Википедии, ЕжеВики и других авторитетных изданий, в том числе из различных энциклопедий on-line – российских и зарубежных, а также публикации "бумажных" и электронных СМИ, авторских блогов и страниц в "Живом журнале", отдельные авторские публикации
Количество обращений к статье - 2349
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (1)
Гость | 10.07.2013 22:22
Друзья! Прочтите здесь все-все. А особенно - о Зингере, Модильяни, о Наоми Шемер. И послушайте удивительную грузинку Неку Себискверадзе.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com