Logo



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!



RedTram – новостная поисковая система

Израиль
Сердце, умеющее слышать...
Лея Алон (Гринберг), Иерусалим

Есть люди, которым дано откликаться на зов о помощи. Они слышат этот зов, даже когда их никто не зовёт…

Уриэль Хефец… Это имя ничего не говорило мне, как я, думаю, и многим из нас, репатриантов. Недавно его семья подготовила о нём книгу, и рассказ об Уриэле появился в одной из публикаций газеты "Макор Ришон".

Возможно, я бы не остановила на нём своё внимание, если бы не фото, которое я встретила впервые. Оно вернуло меня почти на сорок лет назад, в один из самых трагических дней истории Израиля – день нападения террористов на школу в Маалоте в мае 1974 года. Я увидела полные напряжения фигуры солдат, наполовину скрытые высокой травой. На плечах одного из них - спасённая девочка. Она прыгнула из окна, и солдат подхватил её. А в окне появился тонкий профиль ещё одной девочки, и солдаты приготовились к её прыжку. Уриэля Хефеца среди них нет. Увидев, что дети в окне, он побежал к школе с криком : " Не бойтесь! Прыгайте! Я подхвачу вас!" Один мальчик прыгнул и теперь лежал на земле.Уриэль бросился к нему, но граната террориста разорвалась рядом с ним…

Уриэль Хефец со своей семьей. Фото: «Макор ришон»

Он выжил, оставшись парализованным и прикованным к инвалидной коляске до конца своих дней. Но никогда, даже в самые горькие минуты жизни, не пожалел о том, что поехал в Маалот.

Уриэля Хефеца никто не призывал, как не призывали множество раз до этого, но он появлялся там, где требовалась его помощь. Его жена вспоминает: "Если он чувствовал, что можно помочь, он шёл".

Так было и на этот раз. Услышав о том, что произошло в Маалоте, немедленно приготовил своё оборудование, купил верёвки, лом и всё, что считал необходимым, и отправился из Иерусалима в Маалот. Ни Мота Гур, ни Рафаэль Эйтан, участвующие в операции, не удивились ему. Его хорошо знали. Он был известен своим редким умением подготовить и провести тяжелейшую операцию по спасению людей, военного оборудования…

Офицер инженерных войск, Уриэль в одном лице мог заменить целую бригаду. У него были светлая голова и прекрасные умные руки. В годы Войны за независимость Уриэль спроектировал и провёл потайную канатную дорогу на Сионскую гору. Он откликался на зов о помощи. Он слышал этот зов даже тогда, когда его никто не звал…

Для него это был естественный порыв, и назови кто-нибудь его геройским, он бы просто удивился. Как удивился бы Рои Кляйн, с прощальными словами "Шма, Исраэль" перехвативший летевшую гранату, чтобы спасти своих солдат. Профессор Бенцион Тавгер, вспоминая, как начал раскопки древней синагоги Авраама Авину в Хевроне, сказал мне: "Я увидел, что никто не начинает, я взял лопату и пошёл сам".

Есть люди, которые подчиняются естественному порыву сердца. Они знают, что подвергают себя опасности, но их ведёт внутреннее чувство, как вело оно Аарона Карова, который ушёл на фронт в начале Второй ливанской войны сразу же после своей свадьбы, хотя по израильскому закону солдат остаётся дома с женой. Он победил смерть, пережив ранение, казалось, не оставлявшее ему никаких шансов на жизнь, и остался прежним Аароном Каровом, которого ведёт по жизни чувство высшего долга перед собой и людьми.

Эти воспоминания я получила через Интернет от кого-то из своих друзей и, читая их, невольно думала о сходстве двух далёких друг от друга людей, воспринимающих свой поступок как совершенно естественный. Может быть, именно это и держит нас, живущих в окружении врагов, познавших немало войн и актов террора…

Письмо написано на иврите. Ниже - мой свободный перевод.

"Ранний утренний час. Обычный день иерусалимской осени 2004 года. Я проезжал мимо бензозаправки около Ган ха- Паамон, когда в автобусе №14, который только что покинул остановку, раздался взрыв. В ту же минуту я выскочил из машины и через остатки покорёженной взрывом двери вошёл в автобус. Может быть, с момента взрыва прошло полминуты. Я был один среди убитых и раненных. Стояла тишина. Страшная тишина. Потом будут крики и стоны. Потом… А пока - стояла тишина. Я начал вытаскивать людей из автобуса. Одной из первых была девушка, позже я узнал, что её зовут Лиз: уложил её на тротуаре и вернулся в автобус за другими раненными. Кого-то вытащил через окно с подоспевшим на помощь солдатом. Всё это время я думал о девушке: она была ранена в голову. Осколок задел вену, и девушка теряла много крови. Армейский опыт подсказал: нужно попробовать остановить кровотечение, закупорив отверстие в вене. Я приложил палец к ране и сильно нажал. Скорая всё не приходила. Лицо девушки становилось всё бледнее и бледнее, её состояние было очень тяжёлым, но она не теряла сознания, и, стоя над ней, я успокаивал её, говорил, что всё будет хорошо. Я знал, по своему военному опыту, что если не перекрыть вену, наступит мгновенная смерть.

В автобусе оказалось восемь убитых и шестьдесят раненых. Когда приехала «скорая помощь» , я продолжал вытаскивать раненных. Я не был при том, когда Лиз увозили и не знал, в каком она состоянии.

В больницу сумел приехать лишь назавтра ночью. Я прошёл по палатам, чтобы увидеть тех, кого вчера вытаскивал из автобуса. Лиз была без сознания и находилась в операционной в процессе сложной многоступенчатой операции. Её родители, которых я встретил впервые, рассказали, что она прибыла в больницу на грани между жизнью и смертью, каждая минута играла роль.То,что я перекрыл вену пальцем, на время остановив кровотечение, спасло ей жизнь.

Через пару дней, когда Лиз пришла в себя, я навестил её в больнице. Это была первая встреча после того утра, когда она лежала на тротуаре возле автобуса, искалеченного взрывом, и я старался подбодрить её, убеждая, что всё будет хорошо…


… Прошло два года. Я должен был выступить в иерусалимской женской гимназии. После лекции одна из девушек подошла ко мне и представилась. Это была Лиз. Повзрослевшая, уверенная в себе, полная жизни. Меня ждал сюрприз: коробка крембо. Мы обнялись. С той встречи между нами родилась настоящая дружба. Я знал о каждой серьёзной перемене в жизни Лиз. Перед своей свадьбой она позвонила мне и попросила, чтобы я вёл её к хупе в этот счастливый день её жизни. Я был очень взволнован.


Под хупой я вновь вспомнил, как лежала она на асфальте, теряя кровь, а я стоял над ней и, утешая, обещал, что всё будет хорошо. Мы обнялись, как два близких человека. Мне кажется, что вокруг нас не было ни одной пары сухих глаз. И у меня тоже… Счастья тебе, Лиз!»


Под рассказом была вот эта фотография. И подпись: Нир Баркат.

Есть сердца, которым дано откликаться на зов о помощи. Они слышат этот зов даже тогда, когда их никто не зовёт…



* * *

СОВЕТУЕМ

ПРОЧЕСТЬ


Книга Леи Алон (Гринберг)
"Наедине с Иерусалимом"
включает в себя избранные
овеллы, очерки, эссе.

Стоимость книги:
в Израиле – 90 шекелей,
в Европе, США, странах СНГ – 40 долларов (включая пересылку).

Для заказа обращаться: L.Grinberg. Aliyat Ha-Noar str.,10 \5 Jerusalem Israel

Tel. (972) 2 6763439
leagrenberg@gmail.com
Количество обращений к статье - 2003
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (1)
Гость | 05.11.2013 21:52
Добрые чувства давно уже в большом дефиците среди людей всех народов мира.Израиль не исключение,но у евреев эти качества проявляются чаще и ярче.Приведенный пример тому свидетельство.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2020, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com