Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Корни и крона
Ветви моей родословной
Любовь Гиль, Беэр-Шева

(Продолжение. Начало в «МЗ», №431-437)

Из книги Петра Львовича Бограда «От Заполярья до Венгрии. Записки 24-летнего подполковника. 1941–1945. (На линии фронта. Правда о войне)». ЗАО Центрполиграф, Москва, 2009:

«Я хорошо помню нашу колонию Доброе. Это был большой населенный пункт, расположенный на площади более восьми квадратных километров, численностью жителей более восьми тысяч человек. Имелась еврейская школа-семилетка, и были еще две школы-четырехлетки — еврейская и немецкая. В Добром была целая улица немецких поселенцев-колонистов. Я не знаю, в каком году они появились. Улица, где они жили, называлась Советской. Они были довольно зажиточными, работали в колхозе. Все так тесно переплелось, что трудно было разобрать, где еврей, а где не еврей. Язык немецкий почти слился с идиш.

В Добром было четыре синагоги. Самая большая стояла напротив нашего дома. Она была примерно на 600–700 посадочных мест.

Искусственно устроенные пруды как бы разделяли село на три части. В общественных прудах разводили рыбу разных сортов (сазан, карп, карась), и жители имели возможность ловить рыбу. Население занималось, главным образом, хлебопашеством и животноводством. Очень многие занимались виноградарством. Виноградники были вынесены за пределы колонии, где большинство семей имели по 0,25 десятины земли.

Я помню, как аккуратно были устроены участки: на каждом имелся шалаш, в котором работники могли в жару или дождь передохнуть и поесть. Был на 10–15 участков один колодец. Вода в наших местах ценилась на вес золота. В Причерноморье всегда были проблемы с питьевой водой.
Виноградники охранял один человек — Ареле Спелярский. Маленького роста, всегда заросший, обвешанный множеством свистков разной тональности. Никто не знал, когда он спит, когда ест. Днем и ночью раздавались трели его свистков, что значило — Ареле не спит, охрана на месте. Урожаи винограда были очень велики. В жаркую погоду, если попросить напиться воды, у нас предлагали медную кружку с виноградным вином.
Климат в наших краях способствовал также и высоким урожаям колосовых. Посевная начиналась в начале марта, а уборка заканчивалась в августе. На всю колонию была одна молотилка и один паровик, и в годы большого урожая обмолот проводился последовательно по группам, а в обычные годы обмолот зерна проводился на токах в каждом дворе, самым примитивным способом. Вначале специальным камнем с парой лошадей, а затем специальной доской и также парой лошадей. В 1920-х годах возникла проблема с хранением зерна, и на сходе колонии решили построить большой элеватор на десятки тысяч тонн. Это было очень красивое сооружение, которое было видно за много километров.

Большинство колонистов жили зажиточно, но было и немало бедных семей, которым по возможности оказывалась помощь. Рабочие колонии трудились на трех маслозаводах и на паровой мельнице, была также крупная молочная ферма, где производились масло и сыр высокого качества, который закупали Одесса и Николаев. В 1926 году в деревне появился первый колесный трактор, присланный, как говорили, организацией «Джойнт». Это было большое событие, вся колония сбежалась смотреть на это чудо. Электричество появилось только в 1938 году. Дома освещали керосиновыми лампами, свечами. Радио впервые мы услышали в 1933 году, когда я уже окончил 7 классов.

Папу моего звали Лев (еврейское имя — Лейб) Боград. Он родился в 1896 году. Он хорошо читал и писал по-русски. Вначале он работал гуртоправом, то есть занимался перегонкой скота для скототорговцев. Потом научился варить сыр, окончил курсы, на которых учился несколько лет, и стал лучшим сыроваром в области. В нашей деревне у него было кустарное производство. Потом отец переехал из деревни в Николаев, устроился на завод, где производство сыра было механизировано. Там он был начальником сыроваренного цеха, делал разные сорта сыра. Папа характером был в дедушку, был добрым человеком.

Маму звали Соня, 1897 года рождения. В молодости была модисткой. Ее девичья фамилия Найдина. Мама моя родилась в Смеле, это на Украине, от Киева километров четыреста. Она была человеком очень строгих правил в смысле нравственности, держала нас с братом строго, не давала распускаться. Мальчишки в деревне бегали без штанов. Мама никогда этого не разрешала. Всегда чистенькие белые рубашечки, а уж если начинала нас мыть, то так отдраивала, что мы кричали: «Боже мой!» Она была очень аккуратным человеком. В день своей смерти она встала, приняла душ и умерла. Это был 1985 год. Мама окончила начальную еврейскую школу (4 класса), была грамотной, умела читать и писать на идиш и по-русски.

У мамы и папы было два сына — я, родившийся в 1920 году, и мой брат Рувим, 1924 года рождения. Брат был очень хорошим парнем. Он был небольшого роста, курчавый, блондин. Моя мама тоже была блондинкой. День, когда он родился, я как сейчас помню. Это было 21 января 1924 года. Мама лежала на кровати, и ноги ее были привязаны полотенцем к ножкам кровати. Мой дядя, младший брат мамы, закутал меня в платок и увел из дома. А потом я помню, как брат лежал в кровати и играл золотым кольцом, которое моя бабушка спускала ему на нитке. Потом он вырос, пошел в школу, учился очень хорошо. Его из третьего класса перевели в пятый, такой он был способный. В хедере он не учился. Рувим начал ходить в школу в 1931 году, тогда уже синагогу превратили в клуб. В 1938 году он закончил семь классов и поступил в Одесский еврейский машиностроительный техникум. Я его перед началом учебного года отвез в Одессу, устроил на частной квартире.

Я пошел в хедер по настоянию бабушки в 1926 году. Мне хотелось вольности, но бабушка сказала: «Нет, в хедер, и всё». Там я научился читать и писать на идиш. Как сейчас помню, как я читаю буквы: алеф, бейт, гимел. И тут мне на стол падает конфета. Надо мной стоит ребе и говорит на идиш: «Это тебе послал Бог». Я благодарю ребе и думаю: как же это Бог смог мне прислать эту конфету. Смотрю наверх: ни щели, ни дырки нет. Я смотрю, а что Бог даст Борьке Минькову, и вижу, что ребе отгибает палец и из его кулака падает конфета. Я говорю: «Ребе, это же вы бросаете!» Ребе отвечает мне: «Ах ты, мамзер!» — и бьет линейкой по рукам. «Мамзер» в переводе значит «незаконнорожденный», это такое ругательство. С тех пор, как ни странно, я перестал верить в Бога. Потом я учился в еврейской семилетней школе. Все предметы преподавались нам на идиш.

В начале 1920-х наша молодежь организовала сельскохозяйственную коммуну «Новый быт» - по сути, прообраз израильских кибуцев. Но, к сожалению, вскоре директивно начали создавать колхозы. Было создано два колхоза. Первый — на базе коммуны «Новый быт», второй — «Вперед». В середине 1930-х годов создали третий колхоз, «Красный луч». Голод 1930-х годов тяжело сказался на этих колхозах, однако хороший урожай кукурузы, припрятанный руководством колхозов нашей колонии, обеспечил колхозникам минимальный уровень жизни, у нас не было умерших от голода. В пяти километрах от колонии была создана специальная сельскохозяйственная ферма, где дети колхозников получали среднее агрономическое образование. Детство было прекрасным, я с радостью делал все, любую работу. Я вместе со взрослыми после занятий работал на винограднике, в поле, на току, убирал кукурузу и подсолнух.

Забегая вперед, скажу, что война оказалась переломным моментом в жизни моей родной колонии. С начала войны все годные к службе мужчины ушли на фронт. Часть жителей ушла на восток Украины. А многие жители остались, остались и дедушка с бабушкой, они пытались уехать из колонии на повозке, но немцы их перехватили и вернули обратно.

Фашисты заняли село без единого выстрела в конце августа 1941 года, а 2 сентября оставшихся жителей — стариков, детей, больных — они согнали на край села и всех 257 человек расстреляли. Были расстреляны мои близкие: дедушка, бабушка, тетя Хая, Сура, жена Иосифа, дядя Вельвел, двоюродная сестра Бася в возрасте 15 лет. Расстреляли их на немецком кладбище возле оврага. Бабушка тогда ходить не могла, ее везли на повозке. Бася сбежала и спряталась в скирду соломы. Немцы вилами разворошили эту скирду, вытащили ее и убили.

Больше всего меня возмущает то, что большинство участников убийств были немцами, жителями нашей деревни. О том, что мои родные погибли, я узнал только после войны, хотя о том, что немцы свирепствуют, убивают евреев, я знал и во время войны. Мои папа и мама к началу войны жили в Николаеве. Отец работал технологом на молочном заводе. Потом началась война. Я родным успел из Пскова дать телеграмму, что скоро буду участвовать в боях, и выслал им аттестат, и, кстати сказать, по этому аттестату они всю войну получали деньги. В начале августа немцы подходили к Николаеву. Мама и папа пешком пошли вдоль Днепра. Там переправились на другую сторону, сели на поезд и уехали в Саратов, где жила семья брата моей мамы. Дядю вскоре призвали в армию. Сначала они жили вместе с семьей дяди, а потом жили в Саратовской области, в деревне, где отец работал на элеваторе.

Похороны останков погибших от рук немецко-фашистских бандитов 10.09.1941  с. Доброе, 17 апреля 1960 г. Фото любезно предоставил уроженец с. Доброе Михаил Косой (г. Маалот, Израиль)

В 1970 году я побывал в родной колонии. Это уже была не наша колония. Все, что создавалось долгими годами, было разрушено, сады и виноградники варварски выкорчеваны. От нашей колонии осталась только школа, заросшие пруды и плохонький памятник на братской могиле расстрелянных. Больше туда приезжать у меня желания нет. После войны туда переселили украинцев из Западной Украины. Все, построенное прежде с любовью, разрушено, в руинах».

У Исаака Лейбовича Бограда и его жены Ципоры Иосифовны, дедушки и бабушки Петра Бограда было 9 детей, 6 сыновей и 3 дочери: Лейб(Лев) – отец Петра, Абрам, Нисан, Ефим, Борис, Иосиф, Дина, Рива и Лия.

В главе «Яростный 37-й» П.Л. Боград написал о своем дяде, Ефиме Исааковиче Бограде, дочь которого, Владилена Ефимовна, упоминаемая мною в статье (№163, «МЗ), живет сейчас в Нью-Йорке.



«Кто же такой мой дядя, неожиданно для меня объявленный врагом народа?
Боград Ефим Исакович родился в 1898 году. Коммунист с 1917 года, прошел большой путь в партийной иерархии. Окончил Ленинградский институт красной профессуры, работал в столице Украины Харькове во ВУЦИКе с Г.И. Петровским, затем с П.П. Постышевым. В начале тридцатых — секретарь Кобелякского райкома партии Харьковской области, Фастовского райкома Киевской области. Затем — ректор Коммунистического вуза имени Косиора в Киеве. В марте тридцать седьмого дядю избрали членом комитета партии института. А на рассвете следующего после избрания дня его арестовали. Нарушая логику изложения, сообщу: после многих допросов и прочих мытарств дядю сослали в район Магадана, где он и погиб в 1945 году».

В заключение хочу заметить, что я получила много комментариев к первой части статьи «Ветви моей родословной» и более 5000 читателей прочитали ее («МЗ», №163). Один из комментариев - от Дины Перлюк (Боград) – правнучки кузнеца Исаака Бограда, деда П.Л. Бограда, живущей сейчас в Нью-Йорке. Дина пишет:

«У Исаака Бограда было 9 детей, Один из них - мой дед Борис Боград. Его жена – моя бабушка Рая. До войны они жили в селе Доброе недалеко от Николаева. У них было два сына – Михаил и Семен, мой отец, и дочь Белла, умершая до войны. Дед Борис воевал под Ленинградом, прошел всю войну рядовым. Его старший сын Михаил в 17 лет в 1937 году со сталинским призывом «Все на самолеты» ушел в летное училище и войну встретил лейтенантом, а освобождал Кенигсберг уже майором.

Моя бабушка Рая, взяв моего отца Семена (в 41-м году ему было 10 лет) и уговорив еще несколько таких же солдаток с детьми, пешком ушли из села. Это было в середине августа 1941 года. А 10 сентября было расстреляно все село Доброе . Отец рассказывал, как они шли по степи, как колонну беженцев немцы расстреливали из самолета, как чудом все остались живы, как чудом оказались в Бухаре, как бабушка Рая делила на всех свой солдатский паек, который она получала за мужа, и офицерский паек - за старшего сына. Три женщины и шестеро детей – все они после войны вернулись в Доброе.

Почти никого из этой истории уже нет в живых. Нет и моего отца. А те, кто живы из этих спасенных детей, уже далеко не молоды. Однажды, много лет назад, еще в Николаеве, меня однажды спросили, как звали мою бабушку. Оказывается, я на нее похожа.

Так я случайно узнала часть этой истории и то, что сегодня живы те, кто хранят память о моей бабушке. Много лет живя в Николаеве, я с моим отцом каждое 10 сентября ездила в село Доброе почтить память погибших. Там стоит маленькая стела. Ее установили в конце 60-х. Вначале в этом списке погибших односельчан имен было мало. Отец написал: семья Боград - 4 человека. Он не помнил всех, ему в 41-м было 10 лет. Сейчас на этой стеле нет свободного места. Многие хранят память о колонии Доброе. По сей день там есть дом моего деда Бориса. По сей день сохранилось зажиточное в прошлом подворье из двух домов и колодца кузнеца Исаака Бограда. Храню в своем сердце память о колонии Доброе и расскажу об этом своему сыну Александру. Спасибо за Ваш поиск. С уважением, Дина Перлюк (Боград)».

(Продолжение следует)
Количество обращений к статье - 2396
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (4)
Любовь Гиль | 25.02.2014 08:41
Дорогие мои Тара, Аарон и Зиси!
Ваши отзывы тронули мое сердце, мы с вами на одной волне.
Очень благодарна вам за постоянное внимание к моей
работе, это вдохновляет.
Зиси Вейцман | 24.02.2014 16:53
Нелегко все это читать, но знать нужно.Это история нашего народа.Еще раз, Люба, спасибо!
Гость Аарон (Вильям) Хацкевич, NYC | 24.02.2014 10:03
Дорогая Люба, спасибо за очередной отрывок из прошлого,
рассказ о людях, родословные ветви которых переплетаются
с Вашими. Как часто такие рассказы кончаются изображением
ямы, в которой похоронены еврейские мечты и таланты! Каким
был бы сегодняшний мир, если бы эти люди не погибли?
Есть разные ответы. Может, удастся о них написать.
Но главное: не забыть и не простить.
Гость Tara Levin, NY | 22.02.2014 05:13
Чью бы историю жизни ни читала, сердце разрывается от боли... Любонька, не устаю повторять: "Спасибо за память."

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com