Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

На еврейской улице
Биробиджанское дело
Исроэл Эмиот

(Хроника страшного времени)


На русском языке публикуется впервые.
Перевод с идиш Зиси Вейцмана, Беэр-Шева


(Продолжение. Начало в «МЗ», №№ 409-448)


Латыш еврейского происхождения



Жизненные невзгоды, болезни и лагерный труд подкосили здоровяка - латыша Балодиса. Прежде он больше смахивал на немецкого графа, чем на латыша. Даже здесь, в неволе, где он, сидя за швейной машинкой, занимался ремонтом одежды для зэков, начальство проглядело его усы, запрещенные в лагере. Свои стильные усы он холил и лелеял, закручивая их кверху, что придавало ему аристократический вид. Будучи еще физически крепким человеком, Балодис ежедневно выполнял две нормы, хотя работа была не из легких. Из старого, прогнившего материала для фуфаек, курток и ватных штанов в швейной мастерской, похожей скорее на фабрику, шили фуфайки, куртки и ватные штаны для всего Тайшетлага. Производство было хорошо налажено, и начлаг каждый месяц получал премии за перевыполнение плана.

Материал для пошива сначала стирали в прачечной, потом готовую одежду латали. Стиральных машин, разумеется, не было, все делалось вручную. Да и зачем нужна техника, когда в избытке столько дармовых рабочих рук? Такой парой рук был и Балодис - вроде живой машины. Правда, он хромал на левую ногу, но все знали. что у него хромота не от слабости или ревматизма. Этот "подарок" латыш получил от следователя-мучителя, сделавшего его калекой на одном из допросов с пристрастием.

Балодис, будучи во время немецкой оккупации студентом четвертого курса медицинского института в Риге, работал в военном госпитале. Когда после войны за него серьезно взялись "органы", он этот факт и не отрицал, но энкавэдэшники хотели от него услышать о латышской националистической организации, в которой он, якобы, состоял. Его долго били палкой по голым пяткам до тех пор, пока этот атлет на всю оставшуюся жизнь не стал инвалидом. Но и хромой, с палочкой. Балодис физически выглядел все-таки еще достаточно крепким мужчиной с внешностью аристократа.

Напомню, что работал он как лошадь, выполняя двойную норму. Вечерами корпел над книгами по медицине, которые привез с собою в лагерь. Сходился этот латыш лишь с евреями, хотя видел, как относятся к ним зэки-антисемиты. "Все-таки странно, - размышлял я, - отчего его так тянет к евреям?"

Загадка прояснилась позже, когда этого крепкого зэка скосил внезапный недуг - кровоизлияние в мозг, в результате чего он был наполовину парализован. Балодис тяжело боролся с болезнью. В больнице он пролежал несколько месяцев, оттуда он вышел полным инвалидом, волоча за собой безжизненную ногу, с онемевшей рукой. Работать он больше не мог.

Однажды он раскрыл мне секрет своей симпатии к евреям. Я тогда болел, лежал в лагерном стационаре, и наши кровати стояли рядом. Сколько раз я просил Всевышнего, чтобы Он ниспослал на меня болезнь, так как трудиться мне уже совсем было невмоготу. Однажды мои мольбы дошли до Него, и я свалился с воспалением легких. Мое тело от жара горело, сердце ослабло от чрезмерного употребления салициловой кислоты (других нужных лекарств в лагере не было), к тому же я начал страдать от цинги. Из разговоров с врачами я понял, что жизнь моя в опасности. Не сплю ночами и не могу придти в себя от боли. Вот и сейчас я уже дважды я просил доктора дать мне болеутоляющее. Кажется, что все ночи слились в одну бесконечную ночь.

В одну из таких нескончаемых ночей Балодис раскрыл мне свою тайну. Сначала я плохо разобрал его речь, но когда его слова стали до меня доходить, то я от изумления забыл о своей сумасшедшей боли.

...Когда ему было всего несколько месяцев, его настоящие еврейские родители во время Первой мировой войны вместе с тысячами других жителей города бежали из Риги. В панике и суматохе родители потеряли своего мальчика. Его нашла и усыновила бездетная супружеская пара латышей, которая дала имя и воспитала малыша в далеком, разумеется, от еврейства духе. В детстве и юности он с приемными родителями посещал кирху и лет до двадцати даже не подозревал, что родители у него совсем не родные. Тем более, что особо скрывать этот факт не составило труда: когда они нашли младенца, над ним (так уж случилось) не был на восьмой день совершен обряд обрезания.

О своем происхождении он узнал случайно. Соседи, с которыми его нынешние родители были в добрых отношениях, неожиданно сильно разругались между собой. Тайна его рождения им была известна, и во время ссоры соседи-латыши ее выболтали ему. С того момента он потерял покой и сон. Как и другие латыши, он находился в гитлеровской оккупации и даже работал в немецком госпитале. Он с горечью и болью наблюдал, как жестоко действовали нацисты в отношении евреев, и кровь стыла в его жилах. Насколько было возможно, он тайно помогал рижским евреям во время оккупации. Одно время прятал от немцев в съемной квартире студентку-еврейку с медицинского факультета, приносил ей еду, всячески заботился о ней.

Никто тогда в Риге, ни сейчас в лагере не знал о его еврейском происхождении. "Понимаешь, - говорил он мне, - я чувствую себя евреем и меня тянет к евреям...".

Позже, когда мое состояние улучшилось, я стал обучать Балодиса ивриту. Что удивительно, еврейский алфавит он выучил за несколько дней.

- Я нахожусь в интересном положении, - откровенничал он. - Если мои латвийские друзья-лагерники узнают о том, что я еврей, они наверняка от меня отвернутся...

Я делился с ним своими познаниями о сути гиюра - перехода в иудаизм, рассказывал о горькой судьбе еврейского народа, преследуемого веками. Быть евреем очень непросто; нееврея, принявшего каноны Торы, следует приблизить к себе и возлюбить.

За время нашего совместного пребывания в больнице я научил его устно и письменно многим словам на иврите. Мой собеседник весьма живо интересовался еврейской историей, еврейскими обычаями. Думаю, что у него хватило бы мужества вернуться в еврейство, но неожиданно (уже повторно) его хватил сердечный удар, которого он не выдержал. Когда я позже рассказал о нем бухарскому еврею-хасиду р. Аврааму-Хаиму, тот сокрушался: - Какая еврейская душа пропала среди неевреев! Эх, кабы я знал об этом, то обязательно вернул бы его к нашим истокам!

(Продолжение следует)
Количество обращений к статье - 2151
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (5)
Гость Mark. Dusseldorf | 18.05.2014 14:46
Спасибо интернет-журналу за публикацию! Читаю с интересом каждый номер.
Любовь Гиль | 18.05.2014 12:38
Какие неординарные сюжеты, взятые из жизни!
Такое не придумаешь.
Спасибо Вам, Зиси, за интереснейшие литературные переводы.
Клара Вальдман, Ашдод. | 17.05.2014 08:35
Привет, земляк! Читаю в твоем переводе эту книгу и перед глазами страшная картина тех лет, хотя жила, как и ты, в другую эпоху. Ты же всегда увлекался, как я
тебя знаю и помню, еврейским языком. Помню, как ты, еще вБельцах. приехав в отпуск с дальнего востока, приходил к нам домой в начале 70х годов и читал свои стихи на идиш. Сколько лет уже прошло!
Ефим. Тель - Авив. | 16.05.2014 20:05
Эти воспоминания - целый роман!Каждая его часть
или главка имеет свое содержание, живет своей
жизнью. Объединяет одно - ГУЛАГ.Читается с
интересом.
Михаил. Астрахань. | 16.05.2014 14:35
Вроде бы латыш. И тот еврей. Ай-я-яй!

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com