Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Корни и крона
Рав
Елена Цвелик, Стони Брук, Нью-Йорк

"Да не станет насмехаться грядущее поколение над скромностью деяний и малостью трудов наших. Для тех условий – тяжелых и невыносимых‚ в которых мы жили‚ велики и громадны были эти дела. Во времена горести не отчаивались мы‚ совершалась работа малая‚ но непрерывная – из нее‚ из нее соткано полотно жизни‚ ибо дела незначительные сливаются в огромные и создают бытие человеческое... Да не будут потомки пренебрегать самой малой работой – и удостоятся тогда дел великих..."
Моше Мордехай Певзнер, еврейский летописец


В беседах с учениками рабби Нахман из Брацлава (Бреслова, как его произносили евреи) предсказывал, что в мир идет большое неверие, и счастлив будет тот, кто устоит в такие времена. Он отсылал учеников к текстам пророка Даниэля, который говорил, что “будут отобраны и прокалены многие, а злодеи будут злодействовать, … и мудрые поймут” (Даниэль 12:10). Эти смутные времена пришли спустя столетие после ухода рабби Нахмана и обрушили неисчислимые бедствия на еврейский мир.

Именно тогда в самом Брацлаве появится человек, благодаря которому еврейская жизнь в городе не угаснет в течение без малого полувека. Его звали реб Мойше-Янкель Рабинович; он не являлся религиозным философом и не оставил после себя школы и теологических трудов, а был лишь раввином, достойно выполнявшим возложенную на него миссию.

Рав Рабинович - человек огромного мужества и силы духа, которого не сломили страшные испытания, выпавшие на его долю. Он с честью продолжил дело своего великого предшественника, рабби Нахмана, не изменил своей вере в годы преследований и террора и всегда оставался на высоте - даже там, где это было почти невозможно.


Раввин Мойше-Янкель Рабинович (1883-1970). Брацлав, 1961 год. Фото из архива семьи Рабинович/Нахманович
В этой работе, посвященной раввину Мойше-Янкелю Рабиновичу, мне хотелось бы рассказать подробнее о его жизненном пути, но прежде я предлагаю читателю сделать небольшой экскурс в историю еврейского Брацлава.

Еще при жизни рабби Нахмана и по его рекомендации раввином города стал его последователь, реб Арон Гольдштейн (1775-1846), сын реб Моше из Херсона. Реб Арон обладал не только обширными знаниями, но и красивым голосом, что позволяло ему исполнять обязанности хазана в большой синагоге Брацлава. Он имел также склонность к уединенным мистическим переживаниям, которую поощрял рабби Нахман, сравнивавший реб Арона с первосвященником.[1]

После смерти рабби Нахмана, реб Арон оставался ближайшим другом и союзником его ученика, рабби Натана Штернгарца. Умирая, реб Арон Гольдштейн завещал своим потомкам сохранить верность учению р. Нахмана. И сын его, реб Цви-Арье, и внук, реб Хаим, стали впоследствии даянами в Брацлаве.

Рабби Натан Штернгарц посвящал все свое время заботам об укреплении общины бреславских хасидов и изданию трудов рабби Нахмана. Его правнук, реб Авраам Штернгарц (1862-1955) также внес значительный вклад в дело развития бреславской традиции (именно ему принадлежала инициатива вместо Умани совершать паломничество на гору Мерон, на могилу рабби Шимона бар Йохая).

После смерти рабби Натана в 1844 году движение возглавил его ученик, реб Нахман Хазан, переселившийся впоследствии в Умань, куда переместился и центр бреславского хасидизма. Еще при жизни рабби Натана бреславские хасиды подверглись гонениям и преследованиям, инициированными “савранским ребе”, Мойше-Цви Гитерманом, и цадиками чернобыльской династии, в результате чего движение стремительно теряло свою популярность в Умани и окрестностях, а во второй половине XIX постепенно пришло в упадок и в самом Брацлаве.

Известно, что рабби Нахман, переехав в Брацлав в 1802 году, получил от общины дом, расположенный рядом с бейт-мидрашом Бешта, с видом на улицу, ведущую к рыночной площади. В 1813 году последователи р.Нахмана построили на месте некогда сгоревшего его дома и бейт-мидраша собственный бейт-мидраш, названный ''новым''.

Базарная улица в Брацлаве, 1900 год. Фото П.М. Костецкого, владельца местной художественной фотографии. В доме, расположенном в конце улицы (перпендикулярно базару) с левой стороны, когда-то был “новый’’ бейт- мидраш рабби Нахмана. Фото из архива В.Козюка

Брацлав, начало ХХI века. В конце улицы - здание бейт-мидраша р. Нахмана.
Фото Ефима Цирульникова


Уже в 1853 году брацлавская община включала в себя четыре молитвенных общества: общественную деревянную синагогу, а также три молитвенных дома: ''Старый бейт-мидраш'' (300 прихожан, раввин Мейлах Галицкий, ''Новый бейт-мидраш'' (300 прихожан, раввин Ицхак Гельман), и ''Клауз'' (203 прихожанина, раввин Шмуэль Сирота).[2]

На фотографии - здание центральной (“большой’’) синагоги у притока
реки Пуцовки. Брацлав, вторая половина XIX века


Накануне Первой мировой войны в Брацлаве проживало более 6000 евреев; община содержала одну большую синагогу, где собирался простой ремесленный люд, и шесть молитвенных домов, куда ходили хасиды различных направлений, среди которых доминировали сквирские и садагорские. В городе также было несколько десятков хедеров и частное еврейское училище.

Евреи, составлявшие в этот период более половины населения Брацлава, практически все были заняты в торгово- промышленной сфере: им принадлежало большинство из 15 промышленных предприятий, в том числе две мельницы, кожевенный и медоваренный завод. Евреи держали две типографии и шесть городских гостиниц, более сотни магазинов и лавок, а также склады муки, яиц, леса, аптечных и писчебумажных товаров.[3] Среди евреев были врачи, дантисты, фельдшеры, акушерки, юристы, маклеры, банковские служащие, хотя значительная часть еврейского населения жила на доходы от ремесла, в основном портняжного и мелкой торговли на рынке, где дважды в месяц бывали базарные дни.

В Брацлаве в те годы служил казенный раввин Авраам Ольшанский, а общиной руководил духовный раввин Авраам-Яков Рабинович, сын Арье-Иегуды, получивший смиху от литовских раввинов: р. Хаима Соловейчика из Бреста, р. Занвиля Клейпфиша из Варшавы и p. Шимона Дова Анолика из Шедлиц.

Соблюдение традиции в те времена было глубокой внутренней потребностью еврейства, и такой образ жизни служил своего рода отдушиной. Хотя синагога и не могла избавить жителей местечка от социального расслоения, безработицы и нищеты, она давала ощущение, что люди не одиноки, и им есть на кого положиться.

И хасиды, и миснагеды Брацлава довольно мирно уживались друг с другом; к этому их вынуждала повседневная забота о хлебе насущном и взаимная зависимость в экономическом и социальном отношении.

Несмотря на внутренние противоречия, евреи Брацлава выступали убежденными противниками ассимиляции, и до начала первой мировой войны город оставался хранилищем еврейских традиций и языка идиш.

Если февральская революция 1917 года предоставила евреям России гражданское равноправие, отменив черту оседлости, то октябрьская революция повлекла за собой крушение еврейского патриархального мира в бурном водовороте погромов гражданской войны.

Громили все: и красные, и белые, и поляки. Громили деникинцы, петлюровцы и многочисленные местные атаманы, громило крестьянство. Громили не только людей и дома, стирали с лица земли сами еврейские поселения. Первая мировая, а затем и гражданская война привели к полной деградации власти, деморализации общества и люмпенизации крестьянства, а деградировавшие массы, к тому же обладавшие оружием, было легко спровоцировать на насильственные действия.

В 1918-1920 гг. только на Украине произошло свыше 1500 еврейских погромов; было убито и умерло от ран, по разным оценкам, от 50-60 до 200 тыс. евреев. Около 200 тыс. было ранено и искалечено. Были изнасилованы тысячи женщин. Около 50 тыс. женщин стали вдовами, около 300 тыс. детей остались сиротами. В 700 населенных пунктах еврейская собственность была полностью изничтожена.[4] Точное число жертв погромов вряд ли когда-нибудь будет установлено, поскольку многих евреев убивали на дорогах, в поле, в лесу, в поездах.

Истребление евреев в годы Гражданской войны было беспрецедентным по своим масштабам. Если учесть физические и психические травмы, десятки тысяч вдов и сотни тысяч сирот, то можно говорить, что погромы эпохи Гражданской войны оказали прямое воздействие приблизительно на один миллион человек.

“Цифры погибших в каком-нибудь пункте, в особенности, если они не велики, не дают никакого представления об ужасах этих погромов, о всей бездонности поразившего и поражающего еврейский народ бедствия. Потому что мертвые, хотя и перенесшие перед смертью тысячу нравственных и физических страданий, все же в конце концов успокоились в могиле и ни в чем не нуждаются. Но на десятки тысяч погибших имеются сотни тысяч уцелевших, многократно видевших перед собою смерть и все же оставшихся в живых. Эти люди, лишенные всего: своих отцов, жен, детей, своего пепелища, всех своих вещей, всех средств к существованию, физически и морально превращенные в инвалидов,— стоят перед неразрешимой задачей: как просуществовать, где найти приют, как спасти при современных экономических условиях себя и своих детей от голодной смерти, от надвигающейся осенней слякоти и зимней стужи, от грязи, от заразных болезней, от деморализации и одичания”.[5]

Известно, что с мая 1919 года по март 1921 года Брацлав пережил 14 погромов и фактически находился в этот период в ситуации “непрерывного погрома”. Точное число жертв установить не удалось, но 300 домов было разрушено, 600 детей остались сиротами, 1200 евреев лишились средств к существованию.[6]

С середины 1919 года община Брацлава уже не имела своего раввина; более того, в городе не оставaлось ни одного шойхета (раньше их было семь), и тогда брацлавские евреи принимают решение пригласить к себе из Ладыжина р. Мойше-Янкеля Рабиновича.

Из воспоминаний Рахили Нахманович, дочери реб Мойше:” Мы приехали после восстания. Страшное зрелище представлял тогда Брацлав. Количество убитых было очень велико. Много семейств было уничтожено полностью, а из отдельных – остались только представители. Бандиты не щадили ни стариков, ни детей. Точного количества не помню, но во всяком случае не меньше 500 – 600.”[7]


Примечания:

[1]. В.Лукин, А.Соколова, Б. Хаймович: ”100 еврейских местечек Украины”, Санкт-Петербург, 2000, стр.162
[2]. Там же, стр. 172
[3]. Там же, стр.178-179
[4]. Погромы. Краткая еврейская энциклопедия, Иерусалим, 1992, Т. 6, cтлб. 569-575; « Украина », Там же, Т. 8, cтлб. 1226. Сводку мнений о числе жертв погромов см. О.В. Будницкий, Российские евреи между красными и белыми (1917-1920),M.2005, с.7
[5]. Сергей Гусев-Оренбургский. ”Багровая книга. Погромы 1919-1920 гг. на Украине”
[6]. Лукин, стр. 180.
[7]. Воспоминания Рахили Нахманович из частного архива семьи Рабинович/Нахманович
Количество обращений к статье - 2488
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (0)

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com