Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
09 Фев 19
09 Фев 19
09 Фев 19
09 Фев 19
09 Фев 19
09 Фев 19
09 Фев 19
09 Фев 19
09 Фев 19












RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
Кто вы, Даниэль
Освальд Руфайзен?
Лев Мадорский

Беседа с журналистом и писателем Сэмом Ружанским


«В Израиле, на вершине горы Кармель, с которой открывается чудесный вид на Средиземное море, стоит построенный в готическом стиле монастырь, в котором уже долгие годы живёт человек-загадка: монах, герой Второй мировой войны, еврей-христианин, израильтянин, носивший нацистскую форму, польский еврей, который, будучи унтер-офицером немецкого полицейского подразделения, организовал побег евреев из гетто;он же - беглец, который, скрываясь от своих бывших нацистких „коллег“, находит убежище у польских монахинь и становится католиком; пацифист – боец Сопротивления; католический священник, настаивающий на своём еврейском происхождении; сионист, который выбрал местом жительства Израиль и идентифицирует себя с ним и, наконец, спаситель евреев, посвятивший свою жизнь наведению мостов между иудаизмом и христианством».
Нехама Тэк, In The Lion’s Den. The Life of Oswald Rufeisen


Всем еще памятно как в 2006 году все русскоязычное книжное пространство буквально заполонила изданная почти 300-тысячным тиражом книга ЛюдмилыУлицкой «Даниэль Штайн, переводчик». И практически никто из потенциальных читателей не знал и вряд ли знает теперь, что в действительности жил и совершал подвиги его прототип, реальный юноша-сионист Освальд Руфайзен, ставший впоследствии широко известным в мире проповедником, монахом-кармелитом братом Даниэлем. Этот пробел в информации заполняет вышедшая в январе 2013 года в издательстве Lulu книга Сэма Ружанского и Леонида Комиссаренко «Освальд Руфайзен, Брат Даниэль».

Предлагаю вниманию читателей «МЗ» разговор с Сэмом Ружанским. Человеком, который уже многократно доказал, что прекрасно владеет мастерством брать интервью. Особенно поражает, что при этом Ружанский - не профессиональный журналист. Более того, он начал заниматься одной из древнейших профессий достаточно поздно. Отсюда и первый вопрос.


Как случилось, Сэм, что Вы, в прошлом инженер, учёный, специалист по строительным материалам, стали журналистом?

Честно скажу, - смеётся Сэм. - Сам удивляюсь. С 1945 года и до отъезда в США в 1992-м я жил в Риге. Окончил там институт и защитил диссертацию, связанную с автоматизацией производства строительных материалов. Автор почти 30 изобретений. К журналистской работе я, правда, и раньше имел некоторое отношение: публиковался в технических журналах и даже был членом редколлегии журнала «Строительные материалы». Но, как Вы понимаете, это была совсем другая журналистика, чем та, которой занимаюсь сейчас.

А в Штатах Вы не пробовали работать по специальности?

Пробовал, конечно. Не получилось. Думаю, Вы о трудностях устроиться на работу по специальности на новой «земле» знаете не хуже меня. Во-первых, далеко не беглый язык. А, во-вторых, не забывайте, что я приехал в Америку, когда мне было за шестьдесят. Поэтому с 1992 года решил искать для себя другой род деятельности. По совету журналиста из Риги Виктория Юдкина начал писать для газет очерки на самые разные темы, которые оказались, судя по реакции редакторов и читателей, достаточно удачными. Но постепенно меня всё больше привлекал жанр интервью. В этом жанре есть немало трудностей: поиск интересного человека, общение с ним, умение его, что называется, разговорить. За эти годы удалось опубликовать довольно много интервью в русскоязычных американских, да и мировых изданиях.

Какие из интервью, на Ваш взгляд, были наиболее интересными?


Мне трудно судить - они же все мои, но, наверное, это интервью с внучкой Шолом-Алейхема Бэл Кауфман, создателем Google Сергеем Брином, писателем Аркадием Ваксбергом и известным кинорежиссером и сценаристом Агнешкой Холланд.

Cэм, я читал некоторые Ваши интервью. Но сегодня хочу поговорить о работе, которая связана с личностью Освальда Руфайзена. В том числе – и о разделе Вашей «Антологии», посвящённом книге Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик». Отсюда мой вопрос: что в ее книге правда, а что вымысел?

По страницам СМИ «ходят» два протагониста – настоящий брат Даниэль Освальд Руфайзен и его литературный клон – Даниэль Штайн, искусно созданный известной российской писательницей Людмилой Улицкой. Эти два протагониста на одном этапе смотрятся почти как близнецы, а на другом (особенно после крещения) – как разные люди. На русском языке, в основном, публикуются материалы о Даниэле Штайне и лишь изредка мелькнут крохи информации о настощем брате Даниэле Освальде Руфайзене!

Вот как на такой же вопрос ответила сама Улицкая: «В книге много вымысла. И если меня сегодня спросят, а сколько там вымысла, а сколько правды, мне на этот вопрос будет очень трудно ответить. Потому что в каком-то смысле, правда – всё, в каком-то смысле вымысел – всё» (Литературная Россия, № 47, 2006).

Что же касается моего личного мнения, то так сходу сказать, чего больше, я бы не решился. Начнем с того, что Даниэль Штайн - это литературный герой, а не реальная личность. Под этим именем Улицкая рассказывает о событиях, имевших место с настоящим героем – евреем Освальдом Руфайзеном; о человеке-загадке, который во время Второй мировой войны не только сам чудом спасся от смерти, но и, будучи унтер-офицером немецкого полицейского подразделения, организовал побег 300 евреев из Мирского гетто. Впоследствии, скрываясь от бывших нацистских «коллег», Освальд нашел убежище у польских монахинь и принял христианство. По окончании войны он стал католическим священником, настаивающим на своём еврейском происхождении, переехал в Израиль и возглавил в Хайфе общину кармелитов.

И ещё один существенный момент: в 1989 г. в Германии вышла книга (стенограмма лекции Освальда в Кельне) Освальда Руфайзена и пастора Дитера Корбаха «Человек из львиного рва. Из жизни Освальда Руфайзена». А в 1990 г., за 16 лет до книги Улицкой, в Америке выходит на английском языке фундаментальная книга писателя и социолога, профессора Нехамы Тэк с похожим названием: «Во львином логове. Жизнь Освальда Руфайзена». Обе книги повествуют о том, что происходило с абсолютно реальными людьми в реальных местах действия. Говорю обо всём этом, чтобы стал лучше понятен мой ответ: в документальной части описываемых событий Улицкая опирается на книги Корбаха и Тэк и не отступает от истины (кроме смены всех имен, места действия и деталей событий). Другое дело, когда писательница выступает с религиозными и философскими рассуждениями от имени Даниэля Штайна. Поскольку тут Улицкая переходит от квази-документального повествования к чисто художественной прозе, тут она, естественно, полностью свободна на любое описание, которое ей подсказывает собственное желание так или иначе преподнести своего Штайна. Отсюда - тот месседж, как теперь говорят в России, который мы вместе с Леонидом решили донести до возможных читателей – рассказать правду, всю правду и ничего кроме правды об абсолютно реальном человеке Даниэле Освальде Руфайзене.

Кстати говоря, такая возможность была и у Улицкой. В одном из интервью она рассказала, что начала, было, переводить книгу Тэк, но потом... потом из-за разногласий с Нехамой приняла решение написать свою книгу. И это решение, заявляет она, в некотором смысле было вынужденным. И очень жаль. Ведь она первоклассный писатель! Но этим же решением она открыла дорогу нашим публикациям.

Пожалуй, не так много книг, которые получали бы столь противоречивые оценки - от «...литература самого высокого полёта» до «...лишена художественных достоинств», как книга Улицкой. Особенно много нареканий в отношении религиозных убеждений Даниэля Штайна, которые не по душе как христианским критикам, так и еврейским. А какова Ваша оценка книги?

Скажу честно. Отношение моё к этой книге тоже неоднозначно. С одной стороны, она получила заслуженное признание - и не только в России. Но, с другой, - это художественная проза, поэтому многие факты автор вольна изменять и придумывать. Например, Улицкая пишет, что верная помощница Даниэля, немка Хильда, вступает в интимную связь с женатым арабом Мусой, в то время, как реальная помощница Элишева (кстати, тоже немка) - пример благородства и нравственной чистоты. Более того, у Улицкой Даниэль как-то весьма вольно для священника относится к этой связи. Цитирую Улицкую: «Если ты ничего не можешь изменить, терпи. Так не может длиться вечно, кто﷓то из трех человек всегда сдаётся. Сдайся ты, отойди сама. А не можешь, так жди. Не связывай себя обетами. Монашество — тяжёлый путь, он мало кому по плечу. Вот мне, например, не по плечу. Мне так тяжело быть монахом, всю жизнь я тоскую — без детей, без семьи, без женщины… Но моя﷓то жизнь была мне столько раз подарена, что она мне уже не принадлежала, и я принёс её. Потому что она мне совсем уже не принадлежала».

На мой взгляд, это неуважение и к Элишеве, и к памяти Освальда Руфайзена. И я, и Леонид Комисаренко считаем, что книга Улицкой - типичное «дежа вю» книг Корбаха и Тэк, прикрытое мессианским макияжем. Что касается религиозной части, то тут, на мой взгляд, особенно полный и всесторонний анализ этой стороны романа Улицкой даёт Юрий Малецкий в статье «Роман Улицкой, как зеркало русской интеллигенции» (журнал «Новый мир» за май 2007 года).

И еще один пример: Улицкая приписывает Штайну следующее отношение к Троице «Для многих христиан Даниэль, как и его прототип Даниэль Руфайзен, тоже неприемлемая фигура – он отрицает догмат Троицы...». На самом же деле Освальд в своей «Автобиографии», в частности, пишет: «А поскольку Веру эту признаю, то хотел бы в ней жить и умереть, в том перед всеми Ангелами и Святыми, а найпаче - перед Тобою, Святая Троица, присягаю и обещаю».

Отсюда наша позиция: кто хочет познакомиться с Даниэлем Штайном, должен читать книгу Улицкой. А те, кто хотят узнать правду о реальном Освальде Руфензайне, должны читать книги Нехамы Тэк, Дитера Корбаха и нашу «Антологию». Кроме того, рекомендую посмотреть вышедший в Израиле на иврите и русифицированный нами с Леонидом фильм, который выложен в интернете под названием «Освальд Руфайзен, Последний еврей». В этом фильме вы встретитесь не только с самим Освальдом Руфайзеном, но также с его братом и спасенными им евреями, с членом Верховного суда Израиля и историком Холокоста, друзьями Освальда и его прихожанами. Не упустите эту возможность! После просмотра Вам многое станет ясно.

Вы рекомендуете читателям так же познакомиться с книгой Тэк. Я знаю, что вам удалось взять интервью у писательницы. Почему у Вас появилось такое желание?

Во-первых, хочу отметить, что полностью с этим и другими интервью, приведенными далее в нашей беседе можно ознакомиться в нашей «Антологии». Во-вторых, после прочтения книги Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик» у меня возникло много вопросов. Каким образом сослуживцы Штайна, немецкие полицейские, не обнаружили, что он еврей? Что это за странная фигура – немец, начальник Даниэля, который разрешает ему бежать после того, как тот его предал, организовав побег евреев из гетто? Почему Даниэль принимает решение креститься? И вообще, что в книге правда, а что художественный вымысел. Поэтому естественным было мое желание взять интервью у самой Улицкой, но она не отвечала ни на письма, ни на телефонные звонки. В тоже время из ее интервью другим СМИ я узнал, что в Америке живёт писатель-исследователь Холокоста Нехама Тэк, автор книги об Освальде Руфайзене. Прочитав ее книгу, я понял, что, в отличие от книги Улицкой, это удивительно правдивое документальное повествование, написанное на основе архивных документов и десятков, если не сотен, интервью как самого Освальда,так и тех, кто хорошо его знал. Отсюда и появилось мое желание провести с ней интервью.

Имя Нехамы Тэк мало известно русскоязычному читателю. Кто она?

Нехама Тэк (девичья фамилия Бавник) родилась в 1931 году в Люблине (Польша). В 1939 году немцы оккупировали Польщу, но случилось невероятное: Нехама и её родители выжили в огне Холокоста. Их спасла семья поляков-католиков. Сама Нехама выдавала все годы оккупации себя за польку Пелагею Павловски. Сразу после окончания войны семья Нехамы репатриируется в Израиль. А спустя несколько лет переезжает в США. Здесь Тэк в Колумбийском университете защищает докторскую диссертацию и посвящает свою жизнь исследованию истории Холокоста. Сегодня Нехама Тэк - почётный доктор гуманитарных наук ряда университетов США и других стран, автор нескольких книг-исследований о Холокосте.

Итак, Вы взяли интервью у Нехамы Тэк. Удалось ли получить ответы на интересующие Вас вопросы?

Не на все. Кое-что Тэк и сама не понимает. Ну, скажем, как никто даже в бане не обнаружил, что Освальд еврей. Или как ему, «верущему католику», удалось избежать исповеди. Нехама объясняет этот так: «20-летний юноша умел быстро оценивать ситуацию и принимать решения.» Не слишком ли это просто?

Вы спросили Нехаму о том, почему юноша-сионист, оказавшись в монастыре, просит настоятельницу монастыря крестить его?

Да, конечно. Это и был тот вопрос, на который Тэк так и не смогла получить ответ, который бы её удовлетворил. Нехама рассказала, что Освальду в монастыре случайно попал в руки журнал, в котором описывалось чудесное исцеление, произошедшее во Франции. Потом сёстры принесли Освальду Новый Завет, который он раньше никогда не читал. Далее Тэк зачитала мне слова самого Освальда: «В монастыре, совершенно один, в окружении чужих людей, я создал для себя некий искусственный мир. В этом мире, встретившись с Иисусом из Назарета, я неожиданно понял, что согласен с его отношением к иудаизму. Я неожиданно понял, что моё сближение с христианством - не уход от иудаизма, а, напротив, поможет мне, как еврею, найти ответы на интересующие меня вопросы». Нехама сказала, что её не удовлетворил такой ответ, и она продолжала донимать Освальда вопросами. В какой-то момент он посмотрел на неё внимательно и сказал, как бы ставя точку в разговоре: «Я хочу, чтобы Вы знали - это не Вы перешли в христианство, а я».

Освальд был человеком, который посвятил свою жизнь попытке сблизить две религии. Добился ли он каких-либо результатов?

Я спросил об этом Нехаму.И вот что она сказала: «Во-первых, это зависит от того, что вы понимаете под успехом. Освальд действительно хотел навести мосты между двумя религиями –иудаизмом и христианством. В определенной мере Освальд этого достиг, но только в пределах своей общины. Потому что он сам как личность и как гуманист с большой буквы был этим мостом. Я считаю, что даже само ведение служб на иврите было небольшим, но важным шагом в направлении его идеи – вернуться к церкви еврея Иисуса...Но это еще далеко не означало примирения между рассматриваемыми двумя религиями. В тоже время он, будучи чрезвычайно скромным человеком, понимал, что он не всемогущ, чтобы стать мостом между евреями и христианами хотя бы в масштабе Израиля... Но его доброта и любовь к людям оставили свой неизгладимый след в сердцах его прихожан».

Вы заговорил об общине Освальда, а я знаю, что Вы брали интервью у одной из его прихожанок - Ольги Агур. Как вам удалось на неё выйти?

Продолжая поиски людей, которые могли бы пролить свет на жизнь отца Даниэля в Израиле, я натолкнулся в Интернете на заметку об общине Даниэля. Автором её и была Ольга. Ну, а дальше все было так, как обычно бывает.

Каковы её впечатления от отца Даниэля - Освальда?

Я спросил её. Вы знаете, Лев, она так хорошо ответила, что могу повторить, не заглядывая в записи: «Он был как ясно солнышко. Как солнце встаёт, так и он, когда появляется, всюду свет - и никакой тьмы».

Агур рассказала, что отец Даниэль говорил по-русски, что тогда было для Ольги важно. Он спросил ее на первой встрече, как она чувствует себя в Израиле, чем он может помочь? По словам Ольги, Освальд так со всеми людьми разговаривал. Он был настроен на то, чтобы люди просили помощи, и был готов эту помощь оказать.

Рассказала ли Ольга что-то об отце Даниэле, что раньше не было известно?

Думаю, да. Хочу привести несколько её высказываний, которые, на мой взгляд, прибавляют новые штрихи к портрету Освальда: «На иврите "экскурсовод" - это морэ дэрех - учитель пути! На самом деле Даниэль был не "переводчик", хоть товарищ Улицкая его так назвала в своем романе, он был Учитель Пути. Во всех смыслах. Он был частью Израиля. Он был сам Израиль. Считается, что каждый еврей несёт в себе весь еврейский народ, весь Израиль. Это в нём было ярко выражено. Он мечтал в юности стать учёным, заниматься наукой. Он всегда говорил: «Если бы я не был тем, кто я сейчас есть, я был бы учёным». Я полюбила Израиль через Даниэля. Он был моим отцом в этом мире. Когда Даниэль ушёл, я потеряла кусок жизни. Я потеряла близкого человека.Он был как мудрый волшебник. И, вместе с тем, очень простой. Никакого ощущения сверхценности». О Даниэле можно говорить бесконечно. Он неисчерпаем.

Ольга что-то говорила о том, как Освальд проводил богослужения?

Знаете, об этом она рассказывала в самых восторженных тонах: «Раз в неделю Даниэль вел службу на иврите. Это была молитва, в которой сочетались христианское богослужение и еврейское...Там было принято после молитвы оставаться, пить чай, разговоры разговаривать - между собой и с Даниэлем. С ним можно было обо всем говорить...О религии, о собственных неприятностях, о внутреннем поиске… И, конечно, о нашей стране, об Израиле».

А как Ольга отнеслась к книге Улицкой о Даниэле Штайне?

Как и я, неоднозначно. Чтобы не было искажений, я лучше зачитаю её запись в «Живом журнале»: «Я не хочу обсуждать достоинства и недостатки столь популярной книги Улицкой Людмилы Евгеньевны, милого человека и признанного писателя. В конце концов, для меня главное в этой книге - это факт ее появления, она получила признание, люди узнали о Даниэле, спасибо, большое спасибо. Дай ей Бог всех премий…».

И далее…«О книге Улицкой нельзя сказать "ближе к Даниэлю", тут о реальном Даниэле речи нет. Роман, на мой взгляд, весьма проблематичен – именно потому, что это не художественное произведение и не документальное... Рассказала ли она о Даниэле? Отчасти. Я думаю, это произошло потому, что личность Даниэля – мощное энергетическое образование, и эта энергия в какой-то степени наполнила образ, созданный Улицкой».

Хочу ещё раз вернуться к вопросу, почему всё-таки Освальд решил креститься? Дают ли что-нибудь новое в этом плане воспоминания игуменьи Бартковяк?

В значительной мере дают. Мы с Леонидом снова и снова возвращались и продолжаем возвращаться к крещению Освальда, потому что ответ на вопрос: «Почему?» долгое время оставался и, пожалуй, остается открытым. В надежде найти ответ мы продолжали (и продолжаем!) ежедневно «прогугливать» Интернет. И получили достойную награду за усердие: обнаружили воспоминания Эузебии Бартковяк. Той самой игуменьи, которая приютила Освальда в монастыре и тем самым спасла его от смерти. (В 2002 году она была признана музеем «Яд ва-Шем» Праведником народов мира). Ее воспоминания написаны на польском и тут нам на помощь пришел Вилен Калиновский, свободно владеющий этим языком. Воспоминания спасительницы Освальда помогли нам лучше понять мотивы и чувства Освальда в то время. Что мы узнали нового? Из воспоминаний становится ясно, что сама игуменья и сёстры-монахини подталкивали юношу к этому решению, постоянно внушая, что его спасение от нацистов - результат Божьей любви и заботы. При этом не надо забывать, что Освальд после девяти месяцев работы в гестапо, где он постоянно ходил по острию ножа, был на грани нервного срыва. Думаю, это и подтолкнуло юношу к решению креститься. Чтобы было более понятно, что я имею в виду, хочу привести слова самого Освальда: «Последние девять месяцев я был под ужасным давлением. Я боролся, чтобы спасти людей, и я, наверно, выдохся. В то время я нуждался в учителе. В ком-то, кто укажет мне путь, кто будет меня направлять».

Завершая этот ответ, хочу напомнить читателям, что уже в возрасте восьми лет он страстно искал Учителя и Истину, несмотря на то, что рос в далеко не религиозной семье. И вот уже 20-летний Освальд под впечатлением всего произошедшего с ним, толкований игуменьи и прочтения нескольких религиозных книг вновь находит Учителя и Истину. Однако из песни слова не выкинешь, и эти слова умудренного жизнью уже не Освальда, а брата Даниэля о принятие им христианства я не могу не привести:

«Во время очередного интервью Нехаме Освальд сказал: «Я не сожалею, что выбрал этот путь . Был я объективно прав или нет, я не в силах решить».

Думаю, для полноты картины уместно вспомнить и то, что он сказал на заседании Верховного Суда Израиля, решавшего вопрос о признании его евреем:

«Хочу, чтобы в моё удостоверение вписали «еврей». Я хочу принадлежать к земле моих отцов. Более того, я еврей по своей сути. Еврей католического вероисповедания».

Известно, что об Освальде Руфайзене написано много книг. Много сведений о нём есть и в Интернете. Стоило ли писать ещё одну?

Вы правы, в Интернете можно обнаружить о нем немало материалов, но, в основном, на польском, английском и немецком языках. В результате настоящий брат Даниэль остается неизвестным для читателей, не владеющих этими языками. Этот пробел в публикациях заполняет наша книга, где впервые по-русски под одной «крышей» собраны уникальные материалы, повествующие о сложной, но по-своему интересной жизни неординарной личности, прошедшей сложный путь от юноши-сиониста до монаха-кармелита.

Как появилась идея написать книгу? Как Вы стали писать вместе?

Когда два года назад я начал свой журналистский поиск правды о Даниэле Освальде Руфайзене, то даже не мог себе представить, во что выльется эта работа. Я уже говорил, что мне не удалось поговорить с Улицкой, И тогда я решил, что буду действовать самостоятельно и начал с изучения книг Тэк и Корбаха. Но последняя есть только на немецком языке, которым я не владею. Как быть? Тут я вспомнил про живущего во Фрайбурге Леонида Комиссаренко, с которым познакомился во время одной из дискуссий и который знает немецкий. Я позвонил, объяснил ситуацию, и Леонид сразу согласился. Так началась наша будущая книга, о чем мы тогда и не подозревали.

Как Вам работалось вместе - если учесть, что живёте Вы в разных странах?

В техническом отношении всё не так уж сложно. Современные средства информации и общения – e-mail и Skype - предоставили нам возможность работать за единым виртуальным столом. Если оценивать результаты, то могу сказать, что мы столько проделали вдвоем за два года, сколько ни один из нас в одиночку не осилил бы и за четыре. Мы друг друга заражали все возрастающим интересом к поиску все новых и новых публикаций о Даниэле. Каждой находке радовались как маленькие дети. Наш виртуальный кабинет практически был открыт с утра до поздней ночи - и снова до утра. Конечно же, были и споры и «баталии», но из них мы оба выходили победителями – рождалась очередная серьезная публикация.

В вашей Антологии особое место занимает практически неизвестная «Автобиография», написанная на польском самим Освальдом Руфайзеном, история появления которой в книге сама по себе говорит об отношении людей к его памяти. Как все это произошло?

Тут действительно интересная, прямо-таки фантастическая история. Пытаясь донести до читателя правду об Освальде Руфайзене, мы практически все время сталкивались с информацией, в которой его слова о себе звучали не в прямой речи, а передавались через «посредников». И только один раз, с помощью фильма племянника Даниэля Шалома Руфайзена у читателей была возможность услышать его самого.

Все эти годы мы не прекращали поиски всевозможной информации об Освальде. Неожиданно повезло: мы наткнулись на информацию о том, что в 2001 году издательство «Wydawnictwo Karmelitow Bosych» (Краков) опубликовало автобиографию, написанную Даниэлем Освальдом Руфайзеном. Это было для нас полной неожиданностью, ведь никто - ни Нехама Тэк, ни Корбах, ни Элишева - не знали о ее существовании.

Оставался «пустяк» – найти эту книгу. Попытка приобрести Автобиографию через Интернет не увенчалась успехом и мы решили обратиться напрямую в издательство. Леонид позвонил в Краков, рассказал о наших публикациях и попросил помощи в приобретении книги. Просьба была встречена с пониманием, но ... в издательстве не оказалось ни одного экземпляра этой книги. Сотрудник издательства Рафаэль Гермашевский предложил попробовать обратиться к монастырям, полагая, что у них найдется экземпляр Автобиографии. Леонид стал обзванивать монастыри, в одном из которых, расположенном в г. Усолье-Сибирское, в Монастыре Босых Кармелиток, на звонок Леонида ответила сестра Ида, которая пообещала сделать все возможное, чтобы найти для нас книгу. Через пару дней она сообщила, что единственный экземпляр книги есть в Карагандинском монастыре, и сестра Мириам, желая помочь нам, вышлет ксерокопию. И... через пару недель Леониду пришла высокого качества ксерокопия. Не было слов, чтобы выразить нашу признательность за неоценимый подарок. Мы, естественно, хотели компенсировать все расходы, связанные с копированием и пересылкой. И вновь сёстры поразили нас: они сказали, что это подарок, и попросили только помолиться в память об отце Даниэле и о процветании их приходов.

Вскоре пришла и другая хорошая весть. Мы узнали, что на аукционе в Варшаве выставлена Автобиография. Тогда я обратился в варшавский институт еврейской истории. Меня соединили с практиканткой из Львова Анной Сусак. Она сразу согласилась приобрести книгу и переслать в Штаты.

Далее после переговоров с издательством нам разрешили перевести книгу на русский язык. Сложнее было найти бесплатного переводчика. Тут повезло: нам согласился перевести книгу одноклассник Комисаренко Виллен Калиновский из Москвы.

Тут Сэм помолчал и как- то странно, то ли вопросительно, то ли удивлённо посмотрел на меня: «Как думаешь, Лев, может быть вся эта невероятная история появления у нас Автобиографии и есть ещё одно чудо брата Даниэля?

И, наконец, «последнее слово» интервьюируемого...


Наша «Антология» ничем, кроме вступления, не связана с книгой Улицкой. Мы пишем не о Штайне, а о совсем другом человеке - об Освальде Руфайзене. В заключительной части «Антологии» «звучит» финальный аккорд этой своеобразной симфонии под названием «Жизнь и Бытие Даниэля Освальда Руфайзена» - написанная им лично своеобразная исповедь – «Автобиография» (раритетное издание) , которая так же, как и книга Корбаха, впервые выходит на русском языке.

___________________

Сэм Ружанский, Леонид Комиссаренко, "Освальд Руфайзен, Брат Даниэль. Антология." Издательство Лулу (http://www.lulu.com) , Общество Любителей еврейской старины, 2013
Количество обращений к статье - 4178
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (3)
Сэм Ружанский | 21.07.2014 21:08
Уважаемый Борис, приобрести книгу можно только онлайн в компании Лулу (http://www.lulu.com), после открытия главной страницы, щелкните правой кнопко по надписи "bookstore" , после чего откроется страница этого виртуального магазина, следующий шаг вписать по русски мое имя и фамилию в графу search (она же book), а дальше даете команду отправить книгу в корзину для покупок, нажав кнопку "Add to cart" и далее следовать процедуре оформления покупки. Успеха Вам, Сэм Ружанский
boriszindel@gmail.com | 21.07.2014 18:22
Где можно приобрести эту книгу? Спасибо Борис
Абрам Торпусман, Иерусалим | 19.07.2014 12:32
Хорошее интервью. Брат Даниэль (кстати, Яд ва-Шем признал его Праведником народов мира) - личность яркая и неординарная. Отлично, что появилась столь обстоятельная книга о нём по-русски.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com