Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Взгляд
Дым Отечества
Владимир Левин, Нью-Йорк

Вошь ползет по России, вошь,
Вождь встает над Россией, вождь.
Буревестник грядущей войны,
Привлекательный, словно смерть.
Россияне, снимайте штаны:
Вождь желает вас поиметь!

Роберт Рождественский

Он написал эти строчки накануне смерти. Они неожиданны хотя бы тем, что Роберт всегда был тождествен власти. Мы, его сокурсники, называли его за это Робот Тождественский. Хотя тогда, в юные свои годы, сами были такими. Он очистился от скверны перед самым концом. Людям, которые строили коммунизм, надо жить долго, чтобы дойти до истины.

Мы стоим у плиты красного канадского гранита, на плоскости которой высечен самолет Ил-28 с бортовым номером 02. Это его самолет, который уже никогда не взлетит. Он был военным летчиком - мой старший брат, штурманом эскадрильи разведполка. Он мечтал о небе, казалось бы, от рождения. Еще в школе организовал “шайку имени Чкалова”. Ну, назвал бы ее как-то иначе, скажем отряд, дружина, общество. Нет, назвал именно шайкой, за что и получил сполна, хотя ничего предосудительного эта шайка-лейка не делала: они строили модели самолетов и читали всё про летчиков. Но Мишка был главарем шайки, а это предполагало нечто нехорошее. Ему тогда так досталось, что он помнил это до последних своих дней и в свой последний день рождения рассказывал об этой шайке своим внучкам.


Мы стоим рядом с его единственным сыном Колей у памятника, который не похож на другие - он здесь один такой. Так мы решили, потому что он ни на кого не похож. Да, эти люди ни на кого не похожи. Правда, иногда я называл его в шутку Ясиром Арафатом за внешнее сходство, и это ему не нравилось очень. А однажды нас арестовали в аэропорту Могилева: я показал удостоверение, менты извинились и показали нам фотографию бежавшего зэка - Мишка и в самом деле на него смахивал. Они зэка искали. Потом я его этим допекал.

... Кладбище на Стейтен-Айленде огромное, я таких раньше нигде не видел. Насколько вмещается в глаз - ряды стандартных обелисков с еврейскими письменами, магендовидами и семисвечниками. До нашего святого места приходится ехать на машине. Я говорю Коле:
- Смотри, сколько народу лежит, и все евреи.
- А сколько их еще бегает! - говорит Коля, и мои брови от гнева взлетают сами собой. А потом я улыбаюсь, потому что это наше семейное - юморить, когда очень и очень грустно. Так мы спасаемся от тяжести бытия. Мишка спасался другим способом - он ходил. После аварии, в которой он получил тяжелый перелом, ему сказали в госпитале: всё будет нормально, если будешь больше ходить. Но своё ты уже отлетал.

Он ходил, как одержимый, превозмогая боль. По десять километров в день. Это была его норма. И ходил до тех пор, пока мог. И всякий разговор начинал словами: “Когда я служил под знаменами...”

Служить под знаменами он начал в пятнадцать лет. Он так и не стал гражданином Америки. В ответ на разговоры об этом он говорил:
- Во-первых, я себя таковым гражданином не чувствую, а во-вторых, я давал присягу. Она дается один только раз.
- Да ведь нет уже той страны, которой ты давал присягу!
- Я ее не только стране давал, но и себе.
- Ты что, плохо здесь себя чувствуешь?
- Мне здесь очень хорошо. Но чувствую себя так, будто приехал в гости, сильно засиделся, но уехать домой не могу.

В своих походах вдоль океана он часто встречался со старыми советскими полковниками, они каким-то образом находили друг друга, о чем-то своем говорили – видимо, вспоминая о том, как служили под знаменами, потом приносил мне их высказывания про мои писания. Я даже удивлялся: они все были положительными, и все эти бывшие военные сильно удивляются, когда на меня вдруг находит хандра и они не видят этих писаний. Полковников была целая стая, а потом она сильно поредела, потом они исчезали насовсем.

Еще в те времена, когда я служил под газетными полосами, он говорил: - Ты, мне кажется, вращаешься в верхних слоях атмосферы? Ходишь по властным коридорам? Так скажи этим своим начальникам, чтоб они не так сильно увлекались порчей атмосфер.

Он был умней и упрямей меня.
Еще не родился конь, на котором было бы можно догнать свою молодость. Но есть Память.

Он стал летчиком благодаря Сталину. Еще шла война. Ему было тогда 15 лет, и он после ремеслухи уже работал на заводе слесарем-котельщиком. Писал Сталину письма. Видимо, рассказал товарищу Сталину про шайку имени Чкалова, и это “отцу всех народов” понравилось. И вскоре он получил ответное письмо. Конечно, не сам Сталин ему написал, а кто-то из его чиновников. В письме говорилось, что он зачислен в Липецкую спецшколу ВВС. “Предлагаю вам явиться в город Липецк для зачисления в авиашколу”. Это было нечто вроде суворовского училища, но с авиационным уклоном. Как он был счастлив! Он уехал, а вскоре прислал фотографию, где он в форме учлёта. Эта фотография и сейчас висит в доме моей старшей дочери в Нью-Джерси. А мне тогда было пять. И я гордился, что мой брат лётчик, и всем об этом рассказывал. И даже песню пел раненым в госпитале, в котором работала мама. Хотя голос у меня был не сильный, но довольно противный, я орал:

Много чудес впереди, ребята,
Много чудесных дел.
В небе пилот молодой, крылатый,
Тучу крылом задел.
Пусть я моложе, ну так что же?
Быстро дни пролетят.
Смелым пилотом я стану тоже,
Стану, как старший брат.


Летчики - расходный материал войны. Их много требуется. И у них нет могил. Они сгорают в небе. Один авиционный генерал водил меня по кладбищу своего военного городка где-то в семидесятых годах. Здесь были точно такие самолеты, на которых летал мой брат. А у летчиков на кителях блестели новенькие боевые ордена. Где они их получили - военная тайна.

- Хочешь, открою тебе одну тайну? - спросил генерал. - В этих могилах -пустые гробы. Погибшие летчики сгорают в небе. Как звезды.

Мой брат не успел на войну. Она кончилась без него. Он уже завершал учебу в Борисоглебском училище летчиков-истребителей, как Сталин вновь вмешался в его судьбу. Вождь сказал авиационному маршалу, что из евреев получаются отличные штурманы, и высказал пожелание, чтобы всех летчиков-евреев переучили на штурманов. Так за пару месяцев до окончания истребительного училища в Борисоглебске Мишка оказался в Харьковском училище, где готовили штурманов. Он удивился, что большинство курсантов понимало идиш. Он тоже понимал этот язык, хотя я не слышал, чтобы он на нем говорил. Мишка окончил училище по первому разряду (с отличием), а это давало право выбора военного округа, где он хотел бы служить. Он выбрал Белорусский, поближе к нам, к маме. Я помню до сих пор его эмблему на кителе: крылья держат золотую бомбу. Стал мастером бомбометания, лучшим в полку. Но в Академию его не пустили. Самые лучшие рекомендации он получил в полку и в дивизии, а вот в штабе армии безо всякого объяснения сказали “Нет”. Он не сразу понял, почему.

А я плохо учился в школе. Где-то в классе шестом или седьмом вместо того, чтоб ходить в школу, оставлял в классе свой портфель и шел в парк читать. К тому же связался с нехорошей компанией. Вот это была настоящая шайка, блатная и довольно криминальная. И мама отправила меня к старшему брату на перевоспитание. Это был белорусский город Речица, возле которого Сож впадает в Днепр, и он становится таким, когда “редкая птица долетает до середины Днепра”. Здесь стоял его полк. После полетов летчики разных эскадрилий прогуливались по улице Калинина. И я ходил за ними, как хвостик, из одного «Голубого Дуная» в другой. Этими «Дунаями» назывались пивные. Мишкин командир эскадрильи майор Подобед запомнился тем, что в каждой пивной заказывал бокал водки и стакан пива. Потом всей гурьбой шли на другую сторону улицы, где было такое же заведение. Мне пива не наливали, я просто смотрел, как эта громкоголосая молодая стая летунов поглощает его в невообразимом количестве. Я пива никогда не пил, потому что однажды мама сказала, что пиво - это лошадиная моча. Этот образ закрепился в мозгу по сей день. А Мишка ходил в школу на родительские собрания и с удивлением узнал, что я стал отличником. Всё оказалось очень просто: в маленьком городке Речица было не раздельное обучение, а девочки и мальчики учились в одном классе. Прослыть у девчонок тупым идиотом-двоечником было стыдно, и я стал слушать и делать уроки. Оказалось, что это даже интересней, чем их срывать. А книжки я читал у Колиной кроватки. Он тогда совсем маленький был, только родился. Теперь Коля такой же седой, как и я.
Мы молча стоим у самолета, врезанного в красный гранит, и каждый думает о своем. Здесь, на островном кладбище, где стоят памятники с русскими именами, - тысячи судеб, слитые воедино. Укоренились мы в этой стране своими могилами.

На кладбище думается о прошлом и настоящем, о тех, кто ушел. И тут вдруг доходит, что я уже довольно старый молодой человек. Все уже ушли. Ушел мой младший брат Алик. Ушли мои побратимы, друзья юности - Василь Быков, Рыгор Бородулин, Геннадзь Буравкин . Это Беларусь. Это моя родина - Беларусь, ее лицо. Безукоризненно честные, талантливые и абсолютно профессиональные.

В каждом поколении есть люди будущего. Рыгор Бородулин никогда не занимал никаких номенклатурных постов - он был поэтом от рождения, народным поэтом, автором гимна. Он прислал мне сюда свою книгу «Дулина от Бородулина», по-хорошему хулиганскую. Василь Быков - писатель, которого знал весь мир, прислал мне горькое и доброе письмо. И не одно. В них были надежды на то, что у меня будет всё хорошо, и полная безнадёга на то, что происходило дома. Геннадзь Буравкин звонил и выказывал свою обиду: я приехал в Нью-Йорк, когда он был здесь постоянным представителем Беларуси в ООН, но я так ни разу к нему не зашел - не хотел компрометировать своим иммигрантством, боялся за него. У него за спиной всегда стояли соглядатаи, и я это знал. Вот у него была куча номенклатурных постов - корреспондент “Правды”, главный редактор литературного журнала, председатель Госкомитета по телевидению и радиовещанию - это более трех тысяч человек, да еще объединение телефильмов, хор, оркестр. Как можно руководить такой оравой? Но он всегда оставался Поэтом, до последнего вздоха. Вот его последние строчки:

Гнев повис чернеющими гроздьями,
Когда все вокруг пошло на слом.
Боже, защити же мою родину
Мудростью, спокойствием, теплом.
Ты прими мою молитву грустную
И прости, когда найдешь вину.
Боже, отведи от Белоруссии
Вероломство, подлость и войну.


На белорусском это звучит лучше, чем в моем переводе.

Уходят из жизни лучшие люди нашего послевоенного поколения. Других таких больше не будет, таких теперь не делают. Без них мы разбредемся и пропадем поодиночке, даже если срок нашего отбытия еще не пришел. Мы пропадем, исчезнем без этих людей с глубоким дыханием и благородными порывами. Остается одно - нести тяжелое бремя мысли. Оно очень тяжелое, но не дает привыкать к людям в сером.

,,,Дым Отечества висит над океанским островом. Он в русских словах на каменных обелисках. Здесь всё и всем прощено, в этом вечном покое.

У нашего народа всегда были мыслители и художники огромного масштаба. Случалось, что и они ошибались. Вот Илья Эренбург - человек огромного интеллекта и великого ума художник. А как он ошибся! Он писал: “Не сидите, евреи, в одной солонке, а живите рассыпанными по всему миру., даже если на каждую крупицу этой соли будут мочиться все антисемиты. Гордитесь тем, сколько интеллекта, таланта и остроумия вы приносите тем народам, среди которых живете. Вы, вечные шуты и затейники, ваша судьба - придавать остроту и блеск всем остальным. Этим и будьте довольны. А государство свое иметь - это уж не про вас”.

Жизнь опровергла эти его слова. Государство - есть, и ему завидуют во всем мире. Среди моих белорусских друзей, о которых я скорблю на огромном еврейском кладбище, никогда не было антисемитов. Я помню, как Василь Быков, Рыгор Бородулин, Геннадзь Буравкин стояли рядом со мной на скорбном митинге памяти евреев, расстрелянных в Минском гетто. Я каждый день почти разговариваю по скайпу с Володей Блохиным, который работал на “Беларусьфильме”. Уже давно этот рязанский парень является гражданином Израиля, живет в Бат-Яме, а на иврите он говорил еще в Минске. Он всей душой предан этой стране, за которую сейчас, в дни войны против ХАМАСа, болели у нас сердца одинаково. За каждого нашего погибшего и раненого, за каждый шаг в этой бесконечной войне за независимость. Хамасовцы годами рыли свой подземный термитник, как муравьи, откладывая под землею яйца своих смертоносных ракет. Десятки тысяч таких “яиц” обнаружили израильские солдаты-герои. Израиль давал арабам Газы цемент от пуза, полагая, что они строят школы и больницы. Школы им помогала строить ООН, но и под ними они устроили ракетные склады. И ракеты уже были не самоделки, а дальнобойные, завезенные из Ирана. Они и били в цель по тем, кто давал им цемент и стройматериалы для возведения крысиных нор. В школах и больницах, даже в университете они водрузили пусковые установки и устроили свои военные штабы. Из жилых домов тоже пробиты туннели. Разведка прохлопала, как они вынесли столько земли из этих нор, а они выносили ее в мешках из-под гуманитарной помощи.

Я обычно смотрю два телевизионных канала – 9-й израильский и 5-й украинский. И сопоставляю. Израиль ведет войну за жизнь, Украина воюет с Россией за независимость. Бывшая империя ведет подлую тайную необъявленную войну, скрывая к ней свою причастность. К сожалению, на обоих каналах слишком много слов, дозированная информация. Это объяснимо войной. Что происходит на самом деле, можно только догадываться. Но информационные блоки израильтян выглядят честнее - у них постоянные корреспонденты в тех точках, где быть дозволено. И нельзя упрекать людей за то, что они слишком эмоциональны, когда они страдают от боли. И всюду смерть.

Ах, как жаль, что уходят лучшие! Умирают не только люди, умирают газеты, умерла моя профессия - журналистика. Ее заменила оголтелая телевизионная пропаганда и какие-то длинноногие барышни с закомуфлированными лицами, на которых мысль никогда не задерживалась.

Времена “исторических решений” многочисленных съездов, в которых мы жили, стали временами исторических ошибок, а политвожди того времени стали персонажами анекдотов. Путин не вошел в историю, он в нее влип. Сбитый самолет всё поставил на свои места. В Израиле, когда посадили президента, который, говорят, трахал своих секретарш, хорошо и смешно шутили: лучше президент трахающий, чем трахнутый патриотизмом и величием. Но что мы видим? Патриотические прыжки в высоту по поводу прихваченного Крыма. Их ведут особые телевизионные войска оперативно-тактического назначения и реагирования.

Хотелось бы любить родину. Но попробуйте полюбить страну, где трудятся в дыму и производят дым, ненужный никому - ни мертвым, ни живым. Если согнать козлов в стаю, они немедленно превращаются в баранов, издающих победные возгласы: “Мы будем флагманом третьего мира!” (В. Соловьев по поводу БРИКСа).

Наша добавка к русской культуре - наши строчки. С нашим смехом можно справиться только расстрелом. Песня сегодняшнего дня: “В Мавзолее, где лежишь ты, нет свободных мест - на ступеньках заседает вновь партийный съезд”. Лучшие люди страны собрались под руководством капельмейстера Соловьева и поют, убеждают народ , что все зло мировое проистекает из западных демократий: “Фашизм - это европейская ценность” (Внук Молотова, депутат и политолух Никонов). “Бендеровская жидофашистская хунта Киева” (Зюганов), “Демократия ведет к насилию”, - заявил клоун Жириновский, еще совсем недавно дававший команду своим телохранителям изнасиловать беременную журналистку. “Трупы погибших детей, упавших со сбитого Боинга - это все дело рук западной демократии” (друг детей Астахов). Там еще что-то страстно вякал Миронов, но на него уже у меня не хватило сил слушать этот бред идиотический. Все поют в унисон, как в унитаз. Все орденоносцы, а на самом деле - путинское быдло номенклатурное. Сволочи. Они занимаются псевдоисторической словесной эквилибристикой, эти политолухи-наперсточники и мошенники разговорного жанра, великие мастера патриотических оваций в честь своего вождя.

Двести лет назад великий мыслитель, философ Петр Яковлевич Чаадаев написал: “Иногда кажется, что Россия предназначена только к тому, чтобы показать всему миру, как не надо жить и чего не надо делать...Тусклое и мрачное существование, лишенное силы и энергии, которое ничего не оживляло, кроме злодеяний, ничто не смягчало, кроме рабства. Ни пленительных воспоминаниний, ни грациозных образов в памяти народа, ни мощных поучений в его преданиях. Мы живем в одном настоящем в самых тесных его пределах, без прошедшего и будущего, среди мертвого застоя. Так и жили тысячу лет, уничтожая друг друга”.

А вот Иван Тургенев в том самом стихотворении в прозе про русский язык, которое мы учили в школе, не зная, что нас обманули, вымарав оттуда одну строчку: “Русский народ есть наибольший и наинаглейший лгун во всем свете”.

Сергей Аксаков: “Ох как тяжко жить в России, в этом смердючем центре физического и морального разврата, подлости, вранья и злодейства!”

Михаил Булгаков: “Не народ, а скотина, хам, дикая орда душегубов и злодеев”.

В отсутствии патриотизма этих людей уж никак не обвинишь.
И вот сегодня наша родина вернулась в XIX век крепостничества, расширения империи. И в Совок, в Софью Власьевну. Всё общественное пространство зачищено, Все, кто против этого, кто не согласен, - провокаторы, национал-предатели, жидобандеровцы. Страна не производит ничего, что может быть интересно миру, кроме того, что качает нефть и газ из своих недр , и кроме оружия еще советских разработок. Бензогазоколонка Европы с ракетами и воблоглазым вождем.

Всё, что создано интеллектом, родилось не в России. Страна эта вкладывает миллиарды и триллионы не в образование и в науку, а в оружие, чтоб убивать и убивать.


С. Лавров радушно принимает в Москве главаря ХАМАСа Х. Машаля
Москва принимает убийц и мерзавцев из ХАМАСа как друзей. Подкармливают. Тайно. Кремль всегда горой стоял за подлецов и призывал людоедов к вегетарианству, подсовывая им свои стрелялки. Лидеры “Новороссии” сейчас заседают в самых богатых московских ресторациях, бросив обманутое ими войско, которое все еще борется за русский язык и “русский мир”. Про Стрелкова-Гиркина уже собираются восклебздонить книгу в серии ЖЗЛ. Его называют русским Че Геварой. И Гиркин, и Бородай были авторами прохановской газеты “Завтра”. “Главнокомандующий Новороссией” последний приказ издал о запрещении мата в своей армии, которая доживает последние дни перед разгромом. Хотя ей на помощь уже со всей России спешат “комсомольцы-добровольцы”: там объявлены сборы для всех резервистов, и очень даже может иметь место откровенное вторжение в Украину - этой публике после введения серьезных санкций терять уже нечего. Хотя Родина все слышит, все про всех знает, но стройные березки что-то пахнут липой. И если говорить откровенно, нормальной страны по имени Россия за тысячелетие ее существования никто никогда не видел, а видел лишь космические масштабы российского воровства. Прохиндейские рожи только то и делают, что гасят все светильники разума.

Они врут друг другу в глаза, друг другу поддакивают, друг друга подъялдыкивают, сами не понимая, что говорят. Например, о мятежной Украине, ведущей войну за независимость: это братский народ, мы идем ему на помощь с танками, “градами”, “буками” и “ведями”, белыми медведями, хорошо подготовленными провокаторами, хотя никакого братского народа нет, есть русский мир, Украина это вообще не страна, а наша окраина, а украинцы никакой ни народ, а наши холопы.

Коллективную вонь телевизионных боевых скунсов народ воспринимает как единство русского духа. Хорошо выразился один украинский деятель: “Не можна впихнуть невпихуемое”.

В стране проявились все признаки надвигающегося фашизма. Первый признак - “национальная гордость”. Вначале она проявляется на футболе: «Давай, Россия, давай-давай!», «Знай наших!» , потом - “Крым наш!”, затем повсеместным восхвалением нацлидера. Первоначально национальную идеологию именуют патриотизмом.

Второй признак фашизма: единство народа, государства и вождя. Помните геббельсовское: “Один народ, одна родина, один фюрер”. Не согласен с политикой государства - ты враг народа, ибо государство есть лидер национального сознания. Ты против коррупции и воровства чиновников - ты пятая колонна, враг.

Третий признак - поклонение национальным традициям. Прошлое величественно и легендарно. У тебя должен быть восторженный образ мыслей. Это всё из речи Гитлера после захвата Судет, и какой-то идиот из администрации включил эту гитлеровскую муть в речь Путина, которую он произнес перед другими холуями. Таки «впихнул невпихуемое». Потому и у российской политики сортирный уровень.

Шпана понимает патриотизм как пропуск в закрома. Хохот этих гиен стал доминирующим. Идет погружение в фашизм. Если шариковым дать возможность размножаться, они вскоре сожрут и Швондера - своего вождя. Жители Донбабве и Луганды начали с борьбы за русский язык, а кончают тем, что их обстреливают свои же самозванные лидеры из России артиллерией и “градами”. Что хотели, и то и получили. Это их метода - бей своих, чтоб чужие боялись. Боюсь, что все это кончиться нескоро - не зря призывает Россия резервистов для обучения. Известно, чему их научат.

Новоявленные арийцы под хоругвями ходят по российским городам со своими дугиными, прохановыми, скойбедой своей антисемитской, шевченками и мединскими - несть им числа. Сильно пахнет сталинской эпохой.

Тихо над вечным покоем. Но запах гари - дым Отечества - долетает и сюда, где евреи уже не бегают.
Количество обращений к статье - 2879
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (4)
Гость | 15.08.2014 00:45
Государство правовое!
Мы не ходим вне конвоя!
Что ещё в нём правового?...
Право Вовы! Право Вовы!
Гость | 13.08.2014 18:23
Rodina dlya cheloveka -to mesto, gde on rodilsya i gde pohoroneny ego predki. Est istoricheskaya rodina naroda - eto sovsem drugoe. Vse ostalnoe - mify.
Борис Бальсон | 11.08.2014 01:14
Очень хорошо,Владимир.
Гость | 10.08.2014 19:52
Интересно, что для еврея из колена Левитов родина - это все же Россия. Он плачет по поводу того, что она говенная, но все же родиной считает именно ее. Эивет при этом в Америке, а Израилю издали сочувствует. При этом еще и Эренбургу пеняет, что неверно понял еврейское предназначение.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com