Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Pro et contra
Предостережение второе. Окончательное
Федор Лясс, Лина Торпусман, Иерусалим

В №454 «МЗ» была напечатана статья Фёдора Лясса и Лины Торпусман «Предостережение». Две предлагаемые заметки – итоговые...


1. Профессор Федор Лясс, Иерусалим

Арье Бергер, военная специальность которого – радиология, пишет, что я, будучи «красным», «выступал в прессе со статьями о радиофобии, утверждая, что чернобыльский взрыв не опасен и его последствия не опасны. Чем лишил сотни людей, жертв Чернобыльской катастрофы, возможности получить помощь от государства».

Мои профессиональные выводы основаны исключительно на проведенной исследовательской работе и не имеют никакого отношения ни к политическому, ни к общественному противостоянию.

В Израиле мною проведено научное исследование по определению величины дозы, полученной вследствие аварии на Чернобыльской АЭС, и выявлено, что величина облучения от наружных источников в местах проживания будущих репатриантов, а также от распространенных в окружающей среде радиоактивных изотопов стронция, йода и других радионуклидов, создала дозу облучения, которая клинически в виде лучевой болезни (даже в самой незначительной стадии развития) не проявится и патологические отклонения со стороны щитовидной железы, внутренних органов и крови не произойдут. Этот прогноз подтвердился как на ранних стадиях наблюдения, так и в течение прошедших 25 лет. Результаты проведенных исследований были опубликованы в 33 моих работах в СМИ и получили положительную оценку со стороны ведущих российских специалистов в этой области знаний – академиков Российской академии медицинских наук А.К. Гуськовой, Л.А Ильина, А. Ф. Цыба. Борьба с радиофобией - психогенного эффекта, не имеющего прямой связи с воздействием ионизирующей радиации, позволила разрядить обстановку среди медиков и социальных работников, а также снять страх опасности от ионизирующей радиации у олим, приехавших в Израиль из зон Чернобыля.

Анализ состояния здоровья участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, проведенный в Израиле, выявил, что уровень смертности ниже среднего уровня смертности мужчин всех возрастов Украины, Беларуси и России, а структура смертности соответствует таковой для мужчин трудоспособного возраста названных стран. Не найдено взаимосвязи между длительностью участия в аварийных работах в Чернобыле, полученной дозы облучения и причинами смерти ликвидаторов. Уровень рождаемости соответствует средним показателям.

В настоящее время доказано, что сформированный годами мифологический облик Чернобыля плотно окутал ликвидаторов последствий катастрофы. Эта массовая негативная информация способствует углублению и появлению психологических травм у многих чернобыльцев, способствует их психологической изоляции, что и получило название «чернобыльский синдром». Он имеет весьма косвенное отношение к радиации, но самое прямое - к психиатрии. При формировании такого явления, как «чернобыльский синдром», радиационный фактор играет зачастую меньшую роль, чем постановления, действия и слова чиновников, журналистов и других публичных людей, не являющихся специалистами в области радиационной биологии, радиационной экологии и к клинической медицине никакого отношения не имеющих.

Сообщение А.Бергера о смерти малыша по имени Федя и о схвативших генетическое заболевание его родителях, которым был выставлен диагноз «чернобыльский синдром», выявил полную радиологическую безграмотность и безосновательность претензий Бергера.

Результаты обследования участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС показывают, что большинство из них находится в состоянии повышенного стресса. У них проявляется повышенная раздражительность, вспыльчивость, ранимость, неуверенность в себе, мнительность, пассивность, у многих нарушение сна, навязчивые страхи, чувство растерянности, беспокойство, ощущение надвигающейся беды. Типичной формой компенсаций подобных последствий у этих людей является уход в мир внутренних переживаний. Такие последствия имеют ярко выраженный психологический характер и никак не связаны с облучением. Этого А. Бергер не знает, так как работ по радиационной патологии не читает. У него примитивное понимание слов : «Чернобыль» это заведомо катастрофа, а «синдром» это сочетание признаков какой-то болезни, скорее всего лучевой болезни.

Широко известны также «стокгольмский синдром», «вьетнамский синдром», «иерусалимский синдром»… Они, как и «чернобыльский синдром», имеют прямое отношение к психиатрии.

2. Лина Торпусман, Иерусалим

Вначале - несколько уточнений.
Вечер, где я открыто выступила против находящегося в зале Арье Бергера, состоялся не в 2000-м, а в 2001 году И посвящён он был не 30-летию «самолётного дела» (1970 г.), как сказано у меня, а 80-летию Андрея Дмитриевича Сахарова (1921-1989). Мой досадный промах. То, что купа цдака названа у меня кружкой (так называли присутствующие ёмкость для пожертвований в руках Бергера) – ещё более непростительно. Каюсь, каюсь, каюсь…

Коснусь замечания лишь одного из оппонентов нашей статьи – Славы Шифрин, которой я «хорошо известна ещё с Москвы».

Отличную квартиру мы получили в конце 1984-го, прожили в ней три года и с великой радостью, без всякого возмещения, покинули её ранним утром 18 января 1988, чтоб через два дня оказаться в Израиле.

А до того мы впятером жили в однокомнатной «хрущобе». И, чтобы наши девочки хоть летом отдохнули, мы каждый год снимали дачу. Но в 1981 году дачу снять не получилось, а на дворе уже август,и я ломала голову в поисках решения. И вдруг Абрам приходит домой с благой вестью - в подмосковном Абрамцеве снята дача для еврейских детей. Отдых, питание, присмотр, еврейское воспитание… И Рахель, почти 11 лет, и Мирьям (7-летняя Марьяся), поехали в еврейский детский лагерь, которым руководила Слава Шифрина. Абрам пару раз бывал в доме Шифриных и видел её московскую квартиру, похожую на пещеру. Но мне он, увы, ничего не сказал, и я ничего о чистоплотности хозяйки «пещеры» не знала. Иначе бы дети на « еврейскую дачу» не поехали.

Через день-другой Шифрина позвонила нам вечером с известием – Рахель заболела, у неё фурункул, температура, слабость. Посоветовавшись со знакомым врачом, прихватив необходимые лекарства, я первой же электричкой выехала в Абрамцево. Приехала туда часа через три. Рахель была очень слаба, бледна, лежала с температурой, не ела. Шифрина властным голосом дала указания, как надо лечить.

- Мне дал рекомендации врач, у меня есть лекарства.

Её возмутило моё непослушание:
- Тогда забирайте её домой!
- Хорошо, мы сейчас уйдём.
- Нет, Марьяську я вам не отдам!
- Как?! Они вместе сюда пришли и вместе уйдут!
- Я вас сейчас запру и не выпущу!
- Слава! Если вы это сделаете, я вам стёкла вышибу!

Она благоразумно отступила. Я взяла Рахель себе на спину («на баранки»), и мы втроём покинули эту супергрязную «дачу». Не дожидаясь автобуса, прошли около двух километров до перрона станции Абрамцево.

Назавтра великолепный хирург Берта Еремеевна Гуревич сделала ребёнку маленькую безболезненную операцию, и Рахель стремительно пошла на поправку. Претензии у меня были только к Абраму – не заключают договор, не платят деньги за детей и не отправляют их под начало женщине, жилище которой напоминает грязную пещеру.

Знакомство моё с Шифриной продолжалось весьма недолго, но мне хорошо запомнились её алчность (Марьясю она не хотела отпускать, чтоб не лишиться денег и за младшую), её нахрапистость и вопиющая нечистоплотность. Больше видеть Шифрину мне, к счастью, не довелось, но слышать о ней – слышали.

Примерно лет десять назад об интернате Шифриной сообщала тель-авивская газета «Новости недели». Оказывается, дама продолжила свою бурную педагогическую деятельность на основе средств, полученных из каких-то фондов. Она воспитывала подростков 13 – 16 лет, возила их на экскурсии за границу. И несколько ребят пожаловались спонсорам или начальству на плохие условия в интернате, что их недостаточно кормят, зачастую они голодны. Об этой жалобе написали и «Новости недели». Детей было жаль, но мы надеялись, что теперь-то мадам из педагогики уж точно «уйдут»…

Сейчас она – член ревизионной комиссии «Еврейского мемориала» и заявляет: «Я… много лет знакома с Арье Бергером и знаю его как исключительно честного и порядочного человека…».

Теперь – об опровержениях Бергера. «Еврейский мемориал возник в 1990 году по моей инициативе», - пишет он.

Так ли это? Конечно же, нет. Анатолий Викторов (председатель Мемориала в 1992-1998 гг.), Алла Зускина, дочь великого еврейского актёра Вениамина Зускина (в стране – с 1970-х гг.), проф. Фёдор Лясс и узник Сиона Иосиф Менделевич свидетельствуют: «Еврейский мемориал» (далее ЕМ) был создан Авраамом Вишневским.

Авраам Моисеевич Вишневский – из тех евреев, что составляют костяк, цвет и гордость народа. Он родился в семье киевского раввина, учился в иешиве. Во время войны был директором оборонного объекта. Полковник в 35 лет. После войны трудился в Риге он на руководящей хозяйственной работе. Высокий, энергичный человек, не слишком счастливый в личной жизни, не имевший детей, он сильно рисковал. Он спасал евреев в хрущёвские времена, когда проштрафившихся руководителей предприятий (по национальности русских) сажали в тюрьму, а их заместителей (евреев) – расстреливали. Большие суммы Вишневский жертвовал на помощь вернувшимся из Гулага сионистам. Дружил с великим артистом Вениамином Зускиным, семьёй Иосифа Менделевича. Репатриировался в 1984-м или 1985-м году. Умер в Песах 1992 года.

ЕМ создал Авраам Вишневский, а не Бергер, приехавший в Израиль летом 1990 г. Это присвоение Бергером чужого деяния – ложь № 1.

Памятник «Евреям – жертвам советского режима» установлен на средства Вишневского. Для устранения орфографической ошибки в надписи внёс 200 шекелей Фёдор Лясс. Бергер в создании памятника никак материально не участвовал. Памятник, поставленный Вишневским (1991 г.), находится примерно в 5 метрах от памятника расстрелянным еврейским писателям и деятелям искусства – скромной стелы с 29 именами погибших (уст. в 1978 г.) Памятник Вишневского – это обычный небольшой куб из иерусалимского камня, часто встречающийся в иерусалимских скверах с именами жертвователей. Стела и куб строго и трогательно обрамляют вход в скверик на перекрёстке улиц Герцога и Черниховского.

Профессор Фёдор Лясс репатриировался в Израиль в апреле 1991 г. У Бергера читаем: «О нём Авраам Вишневский сказал так: «Этот не просто редиска, красный сверху. Этот – красный насквозь. Но у него есть машина, и нам он нужен для срочности…». В те годы это была редкость – новый репатриант из России с машиной. И действительно – красный…». Очередная ложь. У Лясса с Вишневским были идеальные взаимоуважительные отношения. Оба достойные люди, делавшие общее дело, хотя бы тот же памятник «Евреям - жертвам советского режима». Как Лясс мог быть «красным», если у него ещё в 1951 г., до «дела врачей» (1953), арестовали маму, кремлёвского врача Евгению Фёдоровну Лившиц и в результате пыток (лишение сна) и пребывания в застенке она потеряла здоровье и преждевременно умерла?! И чего бы вдруг благородный Авраам Вишневский стал клеветать на Лясса?

Это делает Бергер, сообщая , что Лясс «красный», что у него связи в МГБ, КГБ, ОГПУ. У него редкая для репатрианта машина… Выстраивается логическая цепочка, напрашивается вывод: КГБ хорошо оплатил услуги Лясса…

Фёдор Миронович Лясс ещё в конце 40-х – начале 50-х гг. заведовал медицинской частью закрытого предприятия, где делали заряды для атомных бомб. В таких учреждениях даже вахтёры и гардеробщики получали очень приличную зарплату, не говоря о главвраче. Лясс – радиолог очень высокого уровня, один из ведущих специалистов в своей области, один из создателей лучевой терапии в СССР, зав. Отделом радиологии в Институте нейрохирургии им. Бурденко… Естественно, у него была возможность купить не одну машину. А ещё раньше, в марте 1954 г., поехать в Сибирь на «свиданку» к маме. Увидеть бескрайние страшные лагеря заключённых, ощутить тепло и поддержку сибиряков, едва узнавших о цели его приезда. Почитайте или хотя бы полистайте его книгу «Последний политический процесс Сталина, или Несостоявшийся юдоцид». И сразу ложь Бергера станет явной. Она тем более отвратительна, что он приписывает её покойному Вишневскому, который и не говорил подобного, и ничего опровергнуть не может.

Не забыл Бергер и Викторова. И здесь сплошные передёргивания и фальсификации. Не только у Лясса, но и у Викторова, «у них обоих связи в МГБ, КГБ, ОГПУ. Меня насторожила такая связь…. А. Викторов повёл себя по-хулигански. За что был привлечён к суду и оштрафован на 15 тысяч шекелей. От судебных исполнителей он убегал, прятался, всячески обманывал. Я отказался от взыскания этих денег: жалко было пожилого человека». По Бергеру, Викторов - агент, старый хулиган, обманщик. А он, Бергер, либерален, молод и милосерден. Проще всего лишить Бергера ореола молодости, ведь разница в возрасте у них всего 8-9 лет.

Из письма Викторова, присланного в редакцию «Мы здесь»: «Я, Анатолий Викторов-Файнберг, прибыл в Израиль в декабре 1991 года из Москвы, где был правозащитником, заведующим юридическим отделом Международного общества «Мемориал». Работал совместно с А. Д. Сахаровым, получал деньги от Солженицына из США для помощи жертвам психиатрических репрессий. По приезде в Израиль был приглашён Н. Щаранским в Сионистский Форум, где был избран председателем аналогичного израильского Мемориала. В работе мне очень помогал Ф. Лясс и мешал координатор А. Бергер… После моего ухода с занимаемой должности в 1998 г. Бергер объявил себя директором общества, а свою жену, которая ничего не делала в Мемориале, - президентом . За время моей работы я скопил на расчётном счёте в банке значительные суммы пожертвований для поездки в Москву, чтобы получить клеветнические уголовные дела в ФСБ и скопировать имена следователей и стукачей… Бергер… получил эти деньги и растратил их».

Анатолий Викторов сказал мне, что никаких физических действий или сквернословия в отношении Бергера он не применял. Не было ни суда, ни штрафа – всё выдумка и враньё. Кстати, Бергер грозил судом и Ляссу за «клевету» - после того, как Лясс обвинил его в присвоении пожертвованных 7 тысяч шекелей. На суд Фёдор Миронович живо согласился, но Бергер, оценив ситуацию, в суд жалобу так и не подал.

В 1998 г. Анатолий Викторов, Фёдор Лясс, Джессика Платнер покинули «Еврейский мемориал». Напоминаю – Джессике Платнер Бергер и его жена Мирьям Туркинец не вернули книги её репрессированного отца, еврейского поэта Айзика Платнера. Несмотря на мольбы дочери и свои обещания вернуть. Джессика отдала драгоценные реликвии в 1995 или 1996 г. для музея памяти жертв сталинского террора, который он, Бергер, обещал создать…

Лев Пикус, заместитель председателя ЕМ, сообщает, что познакомился с председателем в 2001 г. «Мемориал много лет работал в помещении Общинного дома, но для центра необходимо было собственное место работы. Нам его предложили в Бней-Брите. Мы потратили много времени, приводя в порядок это помещение, перевезли туда архив и библиотеку. Но … хозяева этих помещений передумали, выбросив на свалку книги и документы и сожгли всё это».

Выходит, что варварство, совершенное Бней-Бритом, произошло где-то в 2002 г. или позднее, уже после знакомства Пикуса с Бергером в 2001-м. Пикус как-то обходит молчанием, что Бергер как порядочный человек должен был книги вернуть, а не перевозить куда-то. Но Арье Бергер и Мирьям Туркинец, «бескорыстно преданные идеям еврейской истории и памяти», забыли об обещании и перевезли архив и библиотеку в отделение Бней-Брита в 2002 -2003 гг… Ложь и ещё раз ложь.

Старший научный редактор Краткой еврейской энциклопедии Марк Кипнис и главный редактор КЕЭ узник Сиона д-р Нафтали Прат, оба репатрианты 70-х годов, на вопрос своего коллеги Абрама Торпусмана, когда была закрыта русская ложа Бней-Брита в Иерусалиме, ответили одинаково. Марк Кипнис: это произошло в конце 80-х гг. Д-р Нафтали Прат назвал конец 80-х или самое начало 90-х. Через 12-13 лет в закрытое помещение перевозить что-либо было уже невозможно.

Напоследок - о должности Бергера в Вильнюсе. Он сам рассказал Абраму Торпусману в середине 90-х годов, что он, тогда Лев Бергер, работая в закрытом учреждении, был членом парткома, ответственным за идеологию. И, смеясь, – о том, как он вышел из КПСС…

Для нас, как и для многих русскоязычных иерусалимцев, нравственный облик Арье Бергера ясен. Мы бы не стали поднимать вопрос о руководстве «Еврейским мемориалом» этой супружеской пары. Это (пока!) их вотчина. Но их усилия внедриться в создаваемый в Латруне Музей героизма еврейского народа прозвучал для нас сиреной тревоги. Им там не место. О чём мы публично и предупредили.
Количество обращений к статье - 2113
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (1)
Отто Магнус | 12.11.2014 02:26
Поражает, как столь невежественный и отталкивающий человек, как Бергер, может чуть ли не двадцать лет кормиться с общественничества.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com