Logo


Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!


RedTram – новостная поисковая система

Корни и крона
Рав
Елена Цвелик, Стони Брук, Нью-Йорк

(Продолжение. Начало в «МЗ», №№456-459)

Фейге и реб Мойше приходили посылки от Брандл, немного помогали и прихожане, у которых еще оставались какие-то запасы муки, но этого было недостаточно, чтобы прокормить детей. И тогда реб Мойше, понимая, что из-за голода детям дома не выжить, едет в Ленинград и договаривается с родственниками Фейги, чтобы они приняли часть его семьи. После этого в Ленинград уезжают Сарра с мужем, Мотя, а позднее - Абраша. Рахиль Рабинович в то время работала в одесской артели «Трудартшмуклер», производившей нитки, шнурки и разнообразную мануфактуру, и зарабатывала себе рабочий стаж, необходимый ей, как дочери лишенца, для дальнейшей учебы. Однако вскоре с артелью пришлось расстаться, поскольку ее рабочим перестали выдавать хлебные карточки, и девушка поступила на фанерный завод. Через некоторое время в Одессу приехала Нина, которая жила в Мозыре у тети Брандл, и привезла оттуда чемодан с продуктами. Нина устроилась на работу в штамповочную при кожевенном заводе, но привезенные ей продукты быстро кончились, и девушки начали продавать часть своих хлебных карточек, чтобы взамен купить немного крупы и молока.

Часто во время продажи кто-то просто вырывал у них из рук хлеб, и, в лучшем случае, им оставались только корки. Рахиль так оголодала, что стала падать в обмороки; тогда Нина настояла, чтобы Рахиль поехала к тете Брандл (Броне Яковлевне Кауфман) в Белоруссию на поправку; благодаря заботам этой замечательной женщины ее жизнь была спасена.

Несколько месяцев спустя Рахиль возвращается в Одессу: необходимо было срочно пройти паспортизацию. Впоследствии она вспоминала, что слово “Одесса” у неe навсегда было связано с понятием “голод”. Нина к тому времени находилась в очень тяжелом состоянии: она начала опухать и у нее горлом шла кровь. Рахиль уговорила Нину срочно уехать к Сарре в Ленинград, чтобы прийти в себя. Через некоторое время в магазинах появился коммерческий хлеб, и продовольственная проблема стала менее острой.

Дома, в Брацлаве, с родителями оставались младшие - Роза и Гедаль. Сначала они ходили в еврейскую школу, но в 1937 году, после ее закрытия, перевелись в украинскую. Мир вокруг становился все мрачнее: власти закрыли синагогу на Пролетарской, оставив евреям лишь маленький клауз (клойз). “Из Тульчина, Гайсина, Немирова приезжали евреи, тихо шушукались, и по выражению их лиц чувствовалось, что чёрная туча нависла над нами. Не помню в каком году отец стал поставщиком перьев для заготсырья: он резал кур, собирал все до перышка и заполнял мешки. Заготовители приезжали, забирали их, и за это отец получал деньги. Может быть, благодаря этому, власти отца не трогали? Но мать всё время тревожилась за него, просила нас, детей, отца не огорчать и слушаться его” [24].

Сталинский террор набирал обороты, и в брацлавский еврейский детдом начали прибывать дети троцкистов; это были очень интеллигентные и доброжелательные дети, они прекрасно учились. Роза Рабинович искренне удивлялась, как “враги народа” могли так хорошо воспитать своих детей.

Реб Мойше понимал, что детям надо учиться, чтобы выжить, и не хотел, чтобы они вели двойную жизнь, поэтому он старался оберегать их от лишних и ненужных переживаний. Роза помнит, как в четвертом классе на торжественной линейке ее принимали в пионеры. Она шла домой и переживала, как к этому отнесется ее папа.

“Я отца очень любила и дорожила его любовью ко мне. Каково же было моё удивление, когда папа, увидев на мне красный галстук, меня, большую девочку, поднял на руки и поцеловал. Всю жизнь я убеждалась, какой замечательный человек был папа! Он никому не навязывал свою веру и взгляды» [25]. Реб Мойше знал, что дети нарушают уговор, и пишут по субботам, но не трогал их - наоборот, то, что Рахиль, Мотя и Абраша получают высшее образование, было предметом его гордости.

Старшие дети и внуки приезжали летом, и родители были счастливы, что могут с ними повидаться. В предсубботние вечера атмосфера была праздничной: “Отец приходил из синагоги, лицо спокойное, одухотворенное. Говорит: ”А гут шабэс”. Мы все в приподнятом настроении садимся за большой круглый стол. Отец читает молитву в честь наступления Субботы. Разговоры, разговоры…Мать нарядная, сияющая. Любуется своими внуками, счастлива, что у нее такие умные, образованные дети. Наверно не переставала молить Бога, чтобы дети и внуки были здоровы и счастливы, и чтобы никогда не было войны!” [26].

Ребецн Фейга с детьми. Слева направо стоят: Рахиль, Мотя и Гедаль; сидят: Абраша, ребецн
Фейга, Роза. Брацлав, конец 30-х годов. Фото из архива семьи Рабинович/Нахманович


Отец читал детям рассказы Шолом-Алейхема, Менделе Мойхер-Сфорима, Ицхака-Лейбуша Переца и других еврейских писателей, читал на родном языке – идише. На страницах их произведений оживал мир еврейских местечек, мир души и сердца. Со школьных лет писал на идиш юмористические рассказы Абраша и охотно читал их родным. И как все смеялись и радовались, отгоняя от сердца тревожные предчувствия, а не за горами была война…

Семейное фото. Стоят слева направо дети р.Мойше Рабиновича: Нина с дочерью Раей на руках,
Рахиль, Абрам, Роза, Гедаль, Мотя. Сидят слева направо: Иосиф Босинзон, муж Нехамы, Рива Резник -
мать Фейги, ребецн Фейга, реб Мойше, его дочь Сарра с сыном Гришей на коленях. Нижний ряд -
внуки Мойше Рабиновича: слева направо- Яков - сын Нехамы, Лия - дочь Сары, Азик - сын Сары.
Брацлав, лето 1939 года. Фото из архива семьи Рабинович/Нахманович


Роза помнит маму, жизнь которой была нелегка: oна вечно стояла у печки, раздувая огонь, или у корыта с бельем. Водy приходилось набирать из колодца, еду готовить в русской печи: керосинok и примусов тогда еще не было. “A дрова порой сырые, не хотят гореть. Мать дует на них, глаза красные от дыма. Но сегодня суббота: она будет отдыхать и набираться сил для повседневных дел” [27].

(Продолжение следует)

Примечания:
[24] Воспоминания Розы Рабинович из частного архива семьи Рабинович/Нахманович
[25] Там же
[26] Там же
[27] Там же
Количество обращений к статье - 2394
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (1)
Jakov | 31.01.2015 01:55
Menja vsegda pritjagiwajut starie snimki ludei,kotoruh vosmozno sejchas net. ,slovno sredi nich mogu uvidet tech moich rodnich,kotorich ja nikogda ne widel.

No liza eti,skolko v nich dobra i lubvi svoei semji.
pust budet mir i pokoi tem kogo net,i tem,kogo B-G
sbereg do naschich dnej.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com