Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Парк культуры
Миг бытия
Эстер Пастернак, Ариэль
בס"ד

Мы вытягиваем шею, чтобы разглядеть
счастливую землю, а земля у каждого своя…

В.Березин

Остров был дивный, над ним жило небо, перетянутое косяком улетающих на юг птиц. Острые, тростниковые пальцы ветра указывали в душное пространство, откуда, распластавшись, на землю падали буковки из птичьего букваря. "שלכת 'ונה" - "Голубиный перьепад". Широкий спуск долины утопал в зелени. Вглядевшись, вдали можно было увидеть верхушку насыпного кургана - "Колодец Иосифа". На несколько километров южнее начиналась Санурская долина. Из года в год к началу месяца тишрей сюда приходил навьюченный осенью рыжий верблюд. Выжженные до желтизны холмы оттенялись оливками и, смешивая уходящую зелень винограда с фиолетовыми пятнами спелых гроздьев, остров одевался в красно-желтые цвета.

День, объятый чайными кружевами, лежал на осенней скатерти, жадно касаясь последних лучей заходящего солнца. Внизу простиралась всё еще светлая, отливающая серебром долина, издали она напоминала незаконченный карандашный набросок. Асю охватило знакомое чувство смешения часов и минут, времени и вечности, прошлого и настоящего, так знакомое ей чувство размытых контуров, отделяющих день от ночи, чувство, от которого кружилась голова, и кололо в висках. Она поднялась на галерею. В углу стоял мольберт. Сейчас он был частью пустоты, которую она ощущала. Потеря была главным её персонажем, и она не знала, что с ней делать.

- Йони, посмотри, краски давно пересохли…

Йонатан развернул мольберт лицом к стене и что-то сказал, слова его не были слышны, они плыли над головой и бесшумно падали на деревянный пол галереи, как листья с садовой яблони. Чувство одиночества охватило Асю - отдельно взятый миг бытия посреди гудящей глухоты мира, - краткое мгновение, как пульс, частоту которого невозможно определить. Розы на каминной полке источали запах позднего лета, Ася протянула руку – острые шипы вонзились в ладонь, перед глазами сверкнула молния.


Я рисую тебя, и наброски в камине сгорают.
На галерее светло. Мы с тобою сегодня одни.
Темно-бархатный грог позабыт – в стороне остывает,
И в него окунается ночи пятнистый налим.

Мы с тобою, как музыка в сотах любовного бреда,-
Жаркий воздух колеблется, как на ветру палантин.
На рисунке раскатанной шерсти шотландского пледа
Изумрудно-зеленые зерна клюющий павлин.


Ты останешься слогом на ветви фамильного древа.
Задыхаются вишни, зажатые в белой горсти,
И ладони мои перепачканы розовым мелом,
И горячие капли на лбу, словно капли росы.

На рассвете все грани отточены. Память острее.
И знакомится ночь с переводчицей нового дня,
И камин замолчал, догорают глухие поленья,
И беснуются тени, как черная грива коня.

За окнами по-прежнему остывал день. В ванной, погрузившись в пенную воду, Ася думала о магическом возрождении, которое переживает человек под воздействием воды. Здесь ей бывало уютно и спокойно, точно эта теплая, утопающая в тиши комната, вмещала в себя спокойствие и волю всех вод Вселенной. На латуни дверных ручек подрагивали полоски света. Чуть слышно звеня, перекатывались сиреневые шары, счастливые видения, они свободно дышали и жили, как только бывает в замкнутом и непостижимом мире.

…Очередь за очередью. Волна пронеслась по комнате, пронеслась по дому. На втором этаже по всему фасаду летели стекла. Ася едва успела набросить халат, она дрожала от холода, ей казалось, что кожа стала стеклянной.

- Отойди от окна! – Йонатан передернул ствол автомата.

Следующая очередь прошила воздух, загрохотала падающая вниз черепица. Во дворе заскулил пёс. Еще не осознавая до конца, она уже знала, что происходит. Последнее лето к дверце холодильника магнитом прижат листок с инструкцией, как вести себя в случае теракта. По экрану портативного передатчика, меняясь, бежали строчки: "… оставаться в домах… есть раненые …армия на месте…".

Казалось, прошла целая вечность, пока из мегафона донесся голос офицера по безопасности: "Мехабель хусаль!" (Террорист уничтожен!). Над островом зависли два вертолета. На кругу ждали бронированные "амбулансы". Двух девочек, женщину и мужчину эвакуировали в больницу. Звенящая тишина окутала остров. Медленно, как во сне, Ася спустилась на первый этаж, зашла в комнату, прежде бывшую кабинетом, затем открыла входную дверь и по ступеням, усыпанным мелкими стеклами, вышла в сад и пошла по гравию в осколках черепицы, бывшему прежде садовой дорожкой. С этой минуты ничего уже не будет прежним.

На улице не было ни души. Призрачная улица в обрамлении темных домов распростерлась перед ней, как безмолвный кратер безумия. И только тяжелые звезды ночного неба по-прежнему освещали безличную темноту земли. Йони догнал Асю, и они пошли рядом. Каждый из них, грешный в своем неодолимом порыве и непорочный в своей боли, давно знал, что даже самую краткую дорогу невозможно преодолеть, если её не сопровождает вера в Творца.

Ноябрь-2002, поселение Хермеш; Северная Самария
Февраль 2008, Ариэль; Западная Самария
Количество обращений к статье - 2084
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (5)
Гость Ирина Лейшгольд | 19.01.2015 23:42
Пока шесть раз пыталась повторить код и отправить комментарий, потерялось имя. Дорогая Эстер, мой комментарий "Гость 18.01 20.02.
Пользуюсь случаем еще раз выразить свое восхищение.
Александр Гордон, Хайфа | 19.01.2015 14:24
В новом отрывке нет ничего внезапного. Во всех сочинеиях Автора о Самарии всегда существует напряжённость, заключённая в природе описываемого места. Описания природы, даже если они не прерываются автоматными очередями,духовно насыщены и эмоционально напряжены. Они не плоские красивости, созданные ради эстетической красоты. Они многоуровневые, глубокие протяжённости Авторской экзистенции. В них чувствуется душевное напряжение Автора, даже если читатель видит только красивые метафоры. Внешняя "красивость" - лишь наружная сторона сложной духовной жизни, поисков красоты и покоя там, где их может не быть. Обычный читатель находит в текстах Автора природные ламинарные описания, за которыми, однако, бурлит не природа местности, а источник еврейского беспокойства, душевное переживание и постоянное воссоединение с Землёй, на которой многое свершилось, совершается и будет совершаться.
Название сочинения парадоксально, ибо написанное не только "Миг бытия", а шире и глубже. Спасибо.
Гость Аарон (Вильям) Хацкевич, NYC | 19.01.2015 01:32
Замечательно. Спасибо!
Гость | 18.01.2015 20:02
Размеренно-спокойный тон рассказа о мирной жизни на дивном острове, где жило небо, о красно-желтой осени и розах на камине - миг бытия...
Этот мир, прозрачный и ясный, как осенний воздух, разбивается вдруг на тысячи осколков: автоматные очереди,
звон разлетающихся стекол, визг собаки - террористы.
Миг бытия...
Трудно вернуть мир прежний.
"И беснуются тени, как черная грива коня."
Но главное - Ася и Йонатан идут вместе, рядом. И это очень важно.
"Мы с тобою, как музыка в сотах любовного бреда".
Прекрасное стихотворение, Эстер, и снимки чудесные.
Мордехай Бэр | 18.01.2015 10:18
Глубокое впечатление от текста. Очень хорошие стихи. Спасибо

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com