Logo



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!



RedTram – новостная поисковая система

Корни и крона
Возвращение блудного сына, ч. 5
Илья Гейман, Нью-Йорк

(Продолжение. Начало в «МЗ», №№ 489-492)

По обочинам дороги стоят или сидят люди. Много людей. Явно убивают время, которое некуда девать. Стоит нашей машине остановиться из-за встречного транспорта или какой-либо иной помехи, как тут же около нас возникают два-три человека и начинают жестами руководить действиями Марсии. Когда препятствие оказывается позади, они подходят к окну водителя и теми же жестами показывают: им полагается плата за работу. Марсия небрежно отмахивается: а мы, мол, тебя и не нанимали. Впрочем, на лицах незванных помощников разочарования нет – видно, они не очень-то и рассчитывали на вознаграждение.

Взгляд на Рио-де-Жанейро с высоты Корковадо

С вершины горы открывается волшебная картина: белый город раскинувшийся в горной чаше на берегу редкой по красоте голубой лагуны. И я теперь понимаю, как далеко в океане видел с капитанского мостика тот поляк эту огромную каменную фигуру на высокой горе.

…Продолжаем знакомиться с родственниками. На этот раз едем к Лее – вдове другого моего двоюродного брата Лейба, о смерти которого – помните? – не знали в семье Кармен. Лея – популярный в Рио-де-Жанейро художник. Она работает в пластической технике, постоянно участвует в выставках. Невысокого роста, в годах, она просто источает неукротимую энергию.

Нас принимают в огромной гостиной, где даже массивный письменный стол выглядит как-то несерьезно. Мы знакомимся, и я думаю о том, как много мы все потеряли в Союзе, год за годом разменивая свои жизни, таланты, способности на никчемную заботу о считанных квадратных метрах жилья, куске колбасы, одежде. Десятилетиями мы добывали их по знакомству, нередко в обход закона и в ущерб другим людям. На такую вот стабильную, размеренную, созидательную жизнь, как у моей родни, не оставалось ни сил, ни ресурсов. Да мы и не понимали, что такая жизнь вообще существует.

Я совсем не собираюсь разносить в пух и прах нашу бывшую страну. Просто было на свете такое нескладное государство с его недостатками и его правилами игры. Кто оказался в том государстве, тот и был обделен судьбой.

…Мой кузин Лейб, сын Аниты, тоже был судьей. Как и Залкинд, он не удовлетворялся только своей службой во славу закона. Глубоко творческое начало, присущее всей семье Пятигорских, было сильно и в его натуре. Лейб совершил, с моей точки зрения, настоящий творческий подвиг – один, без каких-либо помощников, кроме своей верной жены Леи, он написал и издал ни много ни мало, а юридическую энциклопедию. Фолиант величиной в несколько томов Большой Советской энциклопедии. Я попробовал испытать этот справочник с “русской” стороны, спросил о Вышинском и тут же получил статью о печально известном сталинском генеральном прокуроре.

Лейб умер полтора десятка лет назад. За это время подрос и остепенился его без сомнения талантливый сын Феликс (он тоже участвовал в нашей встрече). Феликсу 37 лет, он адвокат. И замечательно, что сын не оставил забытым гигантский труд своего отца. Феликс сел за отцовский письменный стол, осовременил энциклопедию, перевел ее на диск CD. Энциклопедия Лейба получила новую жизнь и стала теперь доступна всем пользователям компьютеров.

Творческое начало присуще еще одному члену этой примечательной семьи – дочери Лейба Тане. Она живет с двумя детьми здесь, в США, в Сан-Франциско и работает в журналиcтике.

Марсия, Лея и Марта, которая кроме “мишигене коп” мало что помнит на мамэ-лошн…

На нашей встрече в доме Леи присутствовал еще один человек – моя двоюродная сестра Марта. Когда мы ехали туда, Кармен и Марсия в один голос утверждали, что труднее всего будет разговаривать с Мартой, потому что она не знает английского, владеет лишь португальским и идиш. Но тут я был спокоен: если Марта знает идиш, с ней вполне сумеет поговорить моя жена Бира.

Пока знакомились, улыбались друг другу, все шло лучше некуда. Но вот мы сели за большой обеденный стол и под руководством Леи приступили к трапезе. Я посмотрел на Марту и сказал:
- Давай поговорим…

Видно было, что сестра сама с волнением ждала этого момента. Она набралась духа и выпалила на идиш с десяток смачных еврейских ругательств наподобие “Ин дрерд арайн”, “Мишигене коп”, “А цорес ин дайн коп”… Выпалила и замолкла довольная, расслабленная, хитро улыбающаяся. Оказалось, что кроме этого она больше ничего на идиш не помнит – время стерло память, с годами ушел язык.

Но мы все-таки сумели поговорить – кое-какой запас английского у Марты нашелся. Эта достойная женщина живет без мужа. У нее большая семья – четверо детей и пятеро внуков. Пятый ее ребенок, Марсия, умерла тридцать лет назад. Ее дети стали экономистом, инженером, врачом, профессором. Словом, все стоят на твердых ногах.

…Фуникулер медленно ползет вверх, все шире раскрывая перед нами панораму Рио-де-Жанейро. Города, в котором живет примерно девять миллионов человек и который является крупнейшим научным и культурным центром континента Южная Америка. Мы едем на его вторую высшую точку – гору Сахарная Голова. С ее вершины открываются картины, от которых дух захватывает. Мы видим одновременно и город, и бирюзовый, совсем не такой, как в Нью-Йорке, Атлантический океан. Видим убегающий вдаль пляж Копакабана и знаем, что длина золотых пляжей Рио – 80 километров. Мы видим, что бухта имеет неширокий выход в океан. В этом месте еще в старину были построены форты, которые надежно прикрывали город от вражеских вторжений. Хотя, как мне помнится, Бразилия, кроме как с Парагваем в девятнадцатом веке, никогда ни с кем всерьез не воевала и главная задача ее армии состояла в том, чтобы поставлять реакционных генералов-диктаторов к руководству страной.

Отсюда, с большой высоты Сахарной Головы, хорошо видно, как человеческое жилье карабкается в горы. Там, где появляются поселки, сразу же возникают дороги, специальные ограждения, подпорки, призванные сделать жизнь даже на крутизне удобной и безопасной.

…- А не хотите ли вы посмотреть старый Рио-де-Жанейро? – спросила однажды Кармен.
- Конечно.
- Тогда пошли к моей сестре Селии. Ее муж Фернандо покажет нам это место. Там и поедим.

Понимая, что нам предстоит немало ходить, я натянул шорты (здесь их называют бермудами). Но Кармен всплеснула руками:
- Нет, туда, где мы будем обедать, в бермудах ходить не принято.

Прежде, чем отправиться в путь, - небольшая справка. Как я уже упоминал, Кармен родом из штата Минас-Жерайс. Название ее родного города звучит мелодично: Белу Оризонти. Ее матъ – фармацевт, отец – бухгалтер. У них было шестеро дочерей и один сын. В этой семье выросли два юриста, учительница, два инженера, психолог. Единственный сын – аналитик компьютерных систем, отец семерых детей.

Два юриста в семье, это сестры Кармен и Селия. Обе вместе работали в одной крупной компании, пока не выработали 30-летний стаж, необходимый для выхода на пенсию.

К Селии – худощавой, стройной женщине с копной седых волос мы и собрались на этот раз. Ее муж Фернандо – финансовый аналитик – тоже совсем недавно оставил работу.

Лифт поднял на предпоследний этаж дома. У выхода из кабины нас встретила горничная, проводила в гостиную, из широкого окна которой открывался вид прямо на залив Гуанабара. Вскоре хозяева пригласили нас подняться этажом выше и мы увидели большую лоджию, на которой рос настоящий сад. А еще выше, уже на крыше здания – голубел плавательный бассейн.

Потрясающий фон для снимка Селии с Бирой

Я постоянно останавливаюсь на размерах и качестве квартир, в которых живут наши родственники в Бразилии потому, что проблема жилья преследовала меня всю мою жизнь. Вечные очереди на квартиру, постоянное беспокойство о необходимости хотя бы немного расшириться в связи с рождением очередного ребенка, увеличением семьи… Кто не пережил этого! И кто не испытывал постоянного унижения в тесной, очень часто коммунальной квартире. А тут – такой простор.

...Наша экскурсия по старому Рио началась с обеда отнюдь не в забегаловке. Кармен была права: в этот ресторан в шортах не пойдешь. Хотя он и не притязателен внешне, этот ресторан – один из известнейших в городе и уровнем обслуживания, и тем, что он находится в первом губернаторском дворце страны. Здесь, в древней части Рио, неподалеку от кромки океана жили не только губернаторы, но и вершилась история. Сюда в 1808 году бежала семья португальского короля, когда Наполеон оккупировал его страну. Здесь он создавал центральную администрацию, почту. Тут, возвращаясь на родину, он оставил вместо себя сына-регента. Именно здесь, в этом дворце, его сын в 1822 году провозгласил независимость Бразилии от португальской короны, а себя – императором. Таким образом, Бразилия побывала в империях тоже.

Теперь в так много повидавшем на своем веку дворце разместились музей и ресторан, с посещения которого мы начали знакомство с древней частью города. Улицы старого Рио напомнили нам с женой Старую Ригу. Ширина их величиной с обеденный стол, древняя брусчатка, средневековая архитектура. Казалось, вот за этим углом мы увидим такой-то рижский магазин, а за тем – наш дом, в котором выросли наши дети. Удивляться нечему – оба города строились, развивались в одно время и создавали их европейцы.

В связи с Ригой мне пришел на память еще один нюанс. Когда через несколько дней мы снова пришли к Селии и Фернандо, хозяин пригласил нас в свой кабинет, включил видео, и телевизор стал показывать фильм о современной Латвии, о Риге. Этот трогательный жест свидетельствовал о хорошем вкусе наших хозяев. Наверное, не так-то просто было им здесь, у черта на рогах, по другую сторону экватора разыскать фильм о крошечной прибалтийской стране. Но они сделали это и таким неназойливым способом продемонстрировали нам меру своего гостеприимства.

…Программа нашего пребывания в Бразилии была довольно плотной и теперь предстояло лететь в Сан Пауло – крупнейший город страны с 10-11-миллионным населением. Там, в Сан Пауло, живут Клаудио и его родители. Его мать Ольга – вторая сохранившаяся в живых моя двоюродная сестра. Кузина – моя ровесница, ее мужу Соломону под восемьдесят лет. Возраст не детский, но люди эти очень подвижны, энергичны, а с лица Соломона вообще не сходит улыбка. Он юрист, до выхода на пенсию работал в крупном химическом концерне. Судя по уровню его жизни, был не последней спицей в колеснице компании, в которой служил.

На мой взгляд, Соломон – главный лихач этого многомиллионного города. Мы носилисьс ним по горам и закоулкам с такой скоростью, что сердце иногда замирало.

(Продолжение следует)
Количество обращений к статье - 1786
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (1)
Игорь, Маалот. | 25.05.2015 04:53
Илья, ваш материал интересно читать.Продолжайте в ом же духе.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2020, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com