Logo



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!



RedTram – новостная поисковая система

Парк культуры
Семь миниатюр
Эстер Пастернак, Ариэль
בס"ד

Живая вода

Свернув с шоссе, мы подъехали к дому тети Шошаны. На столе нас ждало блюдо с приготовленными особым способом кабачками. Дядя Гриша неторопливо рассказывает:
" В конце 30-х годов в Палестине свирепствовала малярийная лихорадка. Начиная с Хедеры и дальше, шло интенсивное осушение болот. За несколько лет было посажено огромное количество эвкалиптов, считалось, что они осушают почву. С водой бывали частые перебои. А твоя тетя так до сих пор и не расстается с сундуком.
Он повернул голову в сторону гостиной.
- Шошана, что у тебя в сундуке?
- Живая вода.
- Как это?
- Как тебе сказать…Колодец Мирьям.

Позже на веранде мы пьем чай с мятой, и запах мяты смешивается с запахом сонных кипарисов, деревенским запахом конских яблок и скошенной накануне травы. Размеренно капает вода из садового крана, толстые улитки свободно ползают по плитам веранды, в икры ног вонзаются комары, вразброд мяукают кошки. Обычный летний вечер в Биньямине.

Бинокль

Конечно, не самодельный и не театральный, а настоящий полевой. О таком все мальчишки мечтают. Черный, блестящий, с большими линзами и на потертом, видавшем виды кожаном ремешке и в таком же кожаном специальном домике, ну точно домик из двух комнат.

Вот о таком мечтал Шурик и даже один раз видел во сне. С таким биноклем далеко видишь, у такого препятствий нет и самый захудалый птенец на дальнем дереве, приблизившись к твоему зрачку, мгновенно вырастает во сто раз, ну не во сто, это он загнул, а положим в двадцать раз, тоже хорошо, ведь правда? Только родители твердят, что такой бинокль не для детей. Шурик уверен, что говорят они это себе в оправдание - ведь у них такого бинокля нет.

- Нужная вещь? – спрашивает мама. – Где именно - в походе, на пикнике, просто на что-нибудь смотреть...или… - мама остолбенела – ты … подглядываешь?
- Подглядываю?! – Шурик возмущен. У него перехватывает дыхание.
– Мама, я переношусь, я становлюсь совсем-совсем свободным, понимаешь? Вот почему я хочу такой бинокль.

Все это мне недавно рассказал сам Шурик, а я только записала.

Эспрессо кацар

В итальянском кафе "Альдо" мы выбираем столик у окна. Мне необходимо видеть людей, гуляющих по улице и одновременно тени на стекле от сидящих за столиками посетителей. Я заказываю эспрессо кацар. Ты, как всегда, пьешь эспрессо арох.

Миндальные пирожные здесь вкусные, хотя, конечно не такие, как в Париже в кафе на бульваре Бомарше, но это было давно.

Запах кофе, гул голосов, на салфетках рисунок бегущих оленей, счет и круглые леденцы на блюдце. Я откидываюсь на спинку стула и вдруг застываю в изумлении – в кафе входит худенькая молодая женщина среднего роста в джинсах цвета индиго, с короткой рыжеватой стрижкой. Она садится за столик на двоих. Ты вопросительно смотришь на меня, а я мучительно пытаюсь вспомнить, откуда я ее знаю.

На стекле, как в зеркале, виден её профиль. Женщина заказывает эспрессо кацар. Она волнуется, это видно. В замешательстве я отвожу взгляд. Я уже точно знаю, когда и при каких обстоятельствах она была моим двойником.

Пустыня

Горячий воздух плавает в пространстве литейного цеха пустыни.
Ты лежишь на боку не в силах открыть глаза. "Тривиальность песка" мучает тебя. Тебе кажется, что ты перестал дышать. Кто-то незнакомый - наклонился над тобой и спрашивает, который час. Собравшись с силами, тебе удается приоткрыть один глаз.
"Час, - напряженно думаешь ты, - что это такое, час? Может быть, "кто-то" имел в виду часть? Но от чего?"
У тебя нет сил на расчеты, ты всегда был слаб в математике. Скорее всего, надо встать и поехать к морю. Прямо сейчас встать и поехать. Есть же в Израиле море, это ты хорошо помнишь, не совсем память отбило. Да, но в какой оно стороне, вот задача, а ты слаб в математике и не дружишь с медузами. А впрочем, возможно, она не успеет добраться до моря, потому что сойдет с ума от жары, от жажды, от одиночества, от невыносимого, режущего веки стронции-анового цвета, в конце концов.
"Это страница Анны", – думаешь ты. Но вот цвет приближается, а надо бы сторониться Анны, а она, как назло, сияет напротив, гуляя по набережной. Как глупо, как безрассудно глупо было предполагать, что разоренный дом пустыни прельстит её сумеречную душу.

Второе апреля 1979

Гладко зачесанные и собранные на затылке большим узлом волосы. Черная юбка, на шее тонкий шарф. Мы сидим на маленькой кухне, не в силах расстаться.

- Все мои ученики уезжают. У меня никого из друзей не осталось. Недавно уехал Марк И. Помнишь его?
- Еще бы. Мы называли его "Киссинджер".
- Ефрем Б. уехал. Рудик О. уехал, и Катя К. тоже уехала, кажется, в Америку.
- Рудик умер, Катя известная поэтесса, а Баух - почти бессменный секретарь Союза писателей Израиля.

- Ты помнишь наш первый приход к Бауху в газету?
- Я все помню.

- Вот и вы уезжаете… - Т.Н. вздохнула.

- Т.Н., сегодня 2014 год. Я хочу написать о вас.
- Это потом. Расскажи мне лучше о себе.

Одесса, 11-я станция -

А значит, наступило лето. Лето, а значит жаркий южный июль. В домах закрывают ставни, там жужжат мухи и постепенно засыхают, до зимы оставаясь в створках ставен. Жизнь замедляется, пылинки пляшут в солнечных полосках. На пляже не очень-то почитаешь. Лежа на спине это почти невозможно.

Солнце слепит глаза, приходится держать книгу прямо над собой на вытянутых руках.
Но только солнце Одессы надолго отстало от солнечного Средиземноморья, и лучше мне ждать на берегу закат, он скоро наступит.

Песочные часы

Начался прилив и песчаные замки распались, как карточные домики. Валеты волн и короли моря и дамы, разглядывающие чаек, и королева, восседающая под зонтом, вся в цвете охры. На секунду не пойму, откуда они – из пустыни песка, или из вод глубинных? Если смотреть против яркого солнца, то они поднимаются по ступеням, а если смотреть на ступени, то и короли и дамы повисли в воздухе и золотятся в мелких крупинках песка.


На берегу собирают ракушки дети с кожей шоколадного цвета. Море в оперенье серо-белой пены. Оранжевое солнце не помещается в горячем зрачке. Песочные замки уплывают обратно в море, слышен короткий вздох между отливом и приливом, между солнечным рассеяньем и закатным спокойствием, между часовой стрелкой чайки и отрешенной неподвижностью опустевшего пляжа.

Ариэль
Количество обращений к статье - 1810
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (1)
Александр Гордон, Хайфа | 22.05.2015 17:14
Очень хорошо! Спасибо.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2020, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com