Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
На вечере памяти Наталии Дараган
Борис Торн, Иерусалим

Прохладным иерусалимским вечером 11 января десятки друзей, коллег и поклонников дарований замечательного лектора, полиглота, талантливого учёного и общественного деятеля, мужественного человека, надёжного друга и очаровательной женщины Наталии Дараган собрались в Русской библиотеке столицы Израиля, чтобы вспомнить Наталию и почтить её память. Наталия ушла из жизни 23 ноября 2015 года 60 лет отроду, далеко не реализовав отпущенный ей потенциал, но оставив яркий след и добрую память в сердцах многих. Она была приверженцем не модных сегодня в русскоязычном пространстве атеизма, гуманизма, либерализма.


… На столике, стоящем на сцене, - портрет молодой Наташи – любимая фотография, выбранная дочерью Аней. Рядом букет цветов. Прозвучала исполненная глубокой печали мелодия «Адажио» Альбинони в мастерском фортепианном исполнении Александра Злотникова. Ведущий вызывает на сцену рабби Михаэля Ривкина, все подымаются, звучит молитва «Эль маале рахамим» в память Наталии бат Яаков.

Слово о Наташе: Абрам Торпусман, Марина Гутгарц

Во вступительном слове ведущий – коллега Наталии по Краткой еврейской энциклопедии Абрам Торпусман – высказал уверенность в том, что большинство присутствующих знакомо с некрологами о Наташе, опубликованными в интернет-изданиях, и призвал тех, кто их не прочёл, обратиться к изданиям «Мы здесь» и «Мастерской» Евгения Берковича. Наташа не посрамила имён своих великих родственников - гениальных музыкантов Елизаветы и Эмиля Гилельс (со стороны матери) и великого физика Льва Ландау (со стороны отца). Она не достигла их славы, но разделяла их «дум высокое стремленье» и прожила достойную жизнь. Те, кто работали с ней рядом, могут это засвидетельствовать.

Наталия приехала в 1993 г. в Израиль, хотя имела тогда два приглашения на работу по специальности в другие страны: в Данию (с предоставлением гражданства) и в США (с грин-кард). Трудоустройство её в Святой земле было под вопросом, и до 1996 г., когда её приняли работать в энциклопедию, Наташа пережила очень нелёгкую пору. Да и энциклопедия не стала зоной приложения всех её талантов. Но сионистским убеждениям Наташа не изменила.

Из наших разговоров с ней, не отразившихся в некрологах, рассказал А. Торпусман, хотел бы добавить: мы обсуждали с ней факт, что Наташа была одним из тех, кто довёл до русскоязычного читателя тексты великого румынского религиеведа Мирчи Элиаде (перевела и прокомментировала книгу его избранных работ). Я спросил Наташу, насколько это было нужно, ведь Элиаде – один из идеологов крайних националистов своей страны. Наташа пояснила, что Мирча Элиаде скомпрометировал-таки своё имя тремя позорными политическими декларациями, но эта его позиция никак не отразилась в научном творчестве. Научные тексты Элиаде не только талантливы, но и абсолютно кошерны, их невозможно сравнить с работами крупного советского востоковеда Льва Гумилёва, запятнавшего научное творчество антисемитскими вымыслами.

Ещё одна коллега Наташи, Марина Гутгарц, вспомнила, что появление Наташи в университетском здании Шпринцак в Гиват-Раме, где располагалась тогда редакция энциклопедии, сопровождалось весёлыми рассказами о её наивности и некоторой простоте, которые она сама же и инициировала. Первые впечатления не оставили сомнений, что Наташа - человек открытый и незлобивый, но её пригодность для энциклопедической работы была признана не сразу. И широчайшая эрудиция доктора Дараган в современных общественных науках, и блистательное знание нескольких языков, и прекрасный стиль изложения были оценены лишь спустя некоторое время. Довольно скоро Наташа рассказала и о своём онкологическом заболевании, с которым врачи быстро справились. Потом болезнь вернулась, и мы познакомились с такими сторонами Наташиного характера, которые раньше было трудно предположить; с той поры наше уважение и любовь росли и крепли. Я старалась встречаться с ней до последних дней (получалось не так часто, как надо бы) и накануне ухода Наташи рассказала ей о своём восхищении и преклонении. Счастлива, что Наташа это услышала …

Социолог Алек Эпштейн посвятил выступление анализу научных работ доктора Наталии Дараган. Он подчеркнул исследовательскую глубину и прогностический талант автора. Было высказано пожелание, чтобы о Наталии вышла книга воспоминаний, подобная той, что вышла в Москве в память об историке Рашиде Капланове, в которой приняла участие и Наташа.

Лина Торпусман исполнила на идише стихотворение Мойше Тейфа «Ву из дэр шней дэр фарйорикэр» («Где он, тот снег прошлогодний»), предварив исполнение подстрочным переводом на русский. Тональность стихотворения, посвящённого памяти рано умершей первой жены поэта, была созвучна настроению собравшихся.

Слово о Наташе: Людмила Цигельман (справа) и д-р Ирэна Милиевская

Людмила Цигельман поделилась впечатлениями о коллеге, с которой так много связывало. Мы работали с Наташей в одном здании, в рамках одной структуры, но в разных подразделениях. Наташа – в энциклопедии, я – в университетском Центре исследования и документации восточноевропейского еврейства. Я, человек не очень эмоциональный, всегда восхищалась Наташей – её эрудицией, основательностью её суждений, лекторским мастерством, добрым отношением к людям, эстетическим вкусом. Мне импонировала и Наташина чувствительность к общественным вопросам. Она дружила с людьми незаурядными, политически активными, смелыми – Галиной Старовойтовой, Надеждой Юхнёвой, Михаилом Членовым. Когда Наташа возглавила общество «Теэна», она сумела привлечь к деятельности этой культурно-просветительной организации десятки людей. Без её тепла, без её энтузиазма немыслимы прекрасные встречи, концерты, выставки, которые доставили радость тысячам зрителей. Мы, люди бывалые и в меру циничные, охотно участвовали в деятельности «Теэны», движимые примером неунывающей Наташи, уже поражённой страшной болезнью. Мне довелось по случаю несколько раз разговаривать с лечившими Наташу онкологами. Они восхищались редкостным оптимизмом и рациональностью пациентки. Она умела отстраниться от эмоций и рассматривать свою болезнь как учёный, со стороны. Врачи обсуждали лечение с Наташей как с коллегой, она всегда избирала оптимальный вариант, не считаясь с болью и допуская риски. Без этой смелости она не продержалась бы так долго. Однажды мне было сказано одной из этих врачей: «Ваша знакомая больше двух недель не протянет, это видно по её дыханию». Тот разговор состоялся семь лет назад. И эти семь лет Наташа прожила в трудах, не снижая общественной активности и преисполненная доброжелательности и любви к людям…

Д-р Ирэна Милиевская, представляющая Общество борьбы с раковыми заболеваниями, сообщила, что Наталия Дараган, с которой Ирэну познакомил А. Торпусман, к тому времени уже несколько лет сопротивлялась болезни. Она была образцовым пациентом, и я в лекциях и встречах с онкологическими больными всегда приводила её успехи как пример того, что разумное и жёсткое противостояние болезни продлевает и количество, и качество жизни. К сожалению, не у всех так получается, тут важен масштаб личности.

Прозвучала запись поминальной молитвы «Кадиш» в исполнении хора и великого кантора ХХ века Михаила Александровича – копии того легендарного исполнения 14 марта 1945 года, когда советские власти разрешили евреям провести траурную службу по ещё не подсчитанным жертвам Шоа в Московской хоральной синагоге, и Александрович пел перед тысячами сограждан и дипкорпусом.

Слово о Наташе: равнодушных в зале не было...

Композитор Дмитрий Якиревич (отвечавший за музыкальное сопровождение вечера) поделился воспоминаниями о совместной работе с Наталией Дараган над большой статьёй «Театр» для Краткой еврейской энциклопедии. В статье значительное место занимают очерки о еврейском театре и актёрах-евреях во многих странах мира, и в один прекрасный день автор статьи понял, что предстоит изучить огромный материал, к сроку выхода очередного тома энциклопедии статья может не быть готова. Он обратился к заведующей редакцией КЕЭ Элле Исаевне Сливкиной с просьбой назначить соавтора для одного из самых объёмных разделов статьи – «США». Элла Исаевна поручила принять участие в написании этого раздела научного редактора Дараган. Наталия взялась за дело с опаской: она не искусствовед. Я убедился, сказал Якиревич, какое удовольствие работать с таким талантливым и добросовестным энциклопедистом, каким была Наташа. Она перелопатила сотни страниц американских книг по истории театра, основательно ознакомилась с теми главами энциклопедической статьи, что были мной уже написаны. Мы работали вместе над разделом об американском еврейском театре, много спорили. Наташа умела убеждать в своей правоте, умела внимательно слушать соавтора и соглашаться, когда аргументы оппонента убеждали её. Раздел получился удачным, статья была сдана в срок. Эта работа была прологом многолетней дружбы с Наташей и совместной работы в «Теэне». Наташа была светлым человеком, невозможно будет забыть её.

Литературный критик Михаил Копелиович рассказал о встречах с Наташей Дараган в Маале-Адумим, где они по соседству жили. Наши разговоры, сказал Михаил, были интересны и насыщенны, я всегда восхищался широтой её интересов, глубиной знаний. Очень часто мы спорили, у нас противоположные политические взгляды, и я человек запальчивый. До ссоры дело никогда не доходило – Наташа неизменно спорила уважительно и тактично, да и я испытывал к ней глубокое уважение.

Слово было предоставлено третьему коллеге Наталии Дараган по Краткой еврейской энциклопедии, Леониду Юнивергу. Я работал в энциклопедии графиком, сказал Л. Юниверг. С авторами и редакторами энциклопедических статей надо было сотрудничать в подборе иллюстраций. С Наташей это было очень легко и интересно, она нередко разыскивала иллюстративный материал сама, прекрасно понимала эстетическую значимость книжного оформления. Особо я оценил творческий дар Наташи позднее, когда пригласил её к сотрудничеству в качестве редактора книги, выходившей в моём издательстве «Филобиблон». Это было в конце 90-х. Ко мне обратилась Рема Золотницкая, дочь покойного профессора-химика Исая Золотницкого (1905-1995) с просьбой издать в память об отце собрание пословиц, поговорок и крылатых выражений на семи языках, составлявшееся им в свободное время долгие годы. Проблема была в том, что уникальное собрание составлялось не специалистом-филологом, а увлечённым любителем и, в основном, «для себя». Следовало определить возможную читательскую аудиторию издания, отобрать наиболее значимые для этой аудитории образцы фольклорных и авторских крылатых фраз, упорядочить и унифицировать подачу соответствий каждой словарной единицы на разных языках и сделать многое другое. Для этого, во-первых, следовало быть филологом, во-вторых, хорошо знать все эти семь языков, в третьих, хорошо понять замысел составителя. Приглашённая мной Наташа прекрасно справилась с очень нелёгкой работой. «Словарь пословиц и поговорок на семи языках. Составитель И. Золотницкий» (Иерусалим, 2000, 248 с.) включает свыше пятисот русских пословиц и поговорок с их иноязычными эквивалентами, расположенных по тематическим разделам, а внутри каждого раздела - по русскому алфавиту. Наташина работа была высоко оценена детьми учёного. Тираж уникального издания быстро разошёлся. В моей уже долгой издательской карьере такого блестящего редактора, как Наташа, не было. Я уверен, что Наташино творческое наследие не должно остаться рассеянным по сборникам и периодическим изданиям. Вот Алек Эпштейн рассказал нам о научном творчестве Наталии Дараган. Я призываю всех, кому дорога память о Наташе, собрать и подготовить к печати сборник её сочинений. Возможно, там будут и воспоминания о Наташе.

Интересными воспоминания о раннем, московском периоде жизни Наталии поделился археолог Шломо Коляков. Он работал с Наташей в Институте этнографии им. Миклухо-Маклая Академии наук СССР. Институт был неординарным явлением в структуре Академии, рассказал Шломо. Мы, археологи, например, занимались там изучением древностей национальных меньшинств, что не очень нравилось официозным руководителям Института археологии. В Институте этнографии заметной была еврейская составляющая – замдиректора Соломон Брук, очень яркие этнографы Михаил Членов, его молодой друг Игорь Крупник и другие. Помню, однажды Игорь обращается ко мне: «А ты, Семён, оказывается, хасид!» - «Да откуда ты взял?» - «Новенькая, Наташа, говорит». – «Так мы с ней не знакомы!» Сегодня здесь говорили о пророческом даре Наташи. Да, мельком увидев меня, Наташа с ходу предсказала моё харедимное будущее. Я в те годы был бонвиваном, не хасидом, хотя и не чуждым еврейской традиции. Наташа очень органично вошла в бодрую многонациональную компанию молодёжи института. Мы постоянно рассказывали друг другу смешные истории; когда к нам присоединилась Наташа, некоторые из этих историй ушли из репертуара – дело было не столько в том, что в них была лексика, которую Наташа не использовала, а скорее в том, что она этих историй совершенно не понимала. При кажущейся наивности Наташа была очень умна, и научные успехи молодой коллеги были неоспоримы. Мы смогли убедиться в её незаурядной смелости, когда Наташа вместе с Галей Старовойтовой в конце 80-х поехала в «горячую точку» - Нагорный Карабах, где уже начались кровавые азербайджано-армянские столкновения, - искать возможности мирного урегулирования. Не думалось тогда, что скоро будем жить с ней недалеко друг от друга близ Иерусалима, тем более - что придётся когда-либо выступать на вечере её памяти…

Четвёртый из коллег Наталии по энциклопедии, Александр Фиглин, рассказал, что Наташа стала одним из самых успешных учеников, когда по предложению Фиглина заведующая редакцией энциклопедии Э. Сливкина приступила к компьютеризации издания. Наташе понадобилось совсем немного времени, чтобы освоить персональный компьютер. Но Наташа останется в памяти не столько как отличный коллега, сколько как человек в ореоле обаяния и даже мистики. Вот один из примеров. Наташу похоронили в рамках традиции очень скоро после смерти. Мне сообщили об её уходе и похоронах буквально за час до начала похоронной процедуры. Как успеть на кладбище Маале-Адумим? Я позвонил коллеге Шаулю Котлярскому, присутствующему здесь (не даст соврать!) Он немедленно выехал из Рамота на своём автомобиле, взял меня, и мы поехали. Шаулю этот город незнаком, а я, хоть и не раз там бывал (чаще всего в гостеприимном доме Наташи и Иона), тоже не знал, где тамошнее кладбище. Мы положились на электронный путеводитель GPS, не зная, что кладбище в Маале-Адумим только что открылось, и в путеводителях его просто нет. Команды от путеводителя («повернуть направо», «повернуть налево») Шауль, тем не менее, исправно получал, а когда поступила команда «остановиться», и я с тревогой осмотрелся, – мы находимся внутри городской черты, а до начала похорон всего полчаса, – то увидел, что остановились мы в точности у дома Наташи. Там нам сказали, как ехать. Вероятно, нас вела Наташа и подсказывала, куда вести автомобиль…

Не знаю большего врага мистики, чем Наталия Дараган, сказал Абрам Торпусман. Но метафорически можно сказать, что дух Наташи витает сегодня в Русской библиотеке. Спасибо тебе, Наташа, что ты, как много раз при жизни, снова сумела собрать для хорошего общения друзей, просто знакомых и незнакомых! Мы тебя не забудем.
Количество обращений к статье - 1594
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (3)
Абрам | 03.02.2016 18:15
Павел, выздоравливай! Мы с Линой желаем тебе полного и безусловного восстановления здоровья. Знаю, Наташа тебя очень ценила...
Павел Аронсон | 03.02.2016 09:58
Не смог быть: лежал после операции дома. Глубоко скорблю по тяжёлой нашей общей потере
Алла Шаинская | 01.02.2016 21:48
Как жаль, что я так мало была знакома с Наташей.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку





© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com