Logo
10-25 июня 2017


 
Free counters!
Сегодня в мире
19 Июн 17
19 Июн 17
19 Июн 17
19 Июн 17
19 Июн 17
19 Июн 17
19 Июн 17










RedTram – новостная поисковая система

Наша история
Здравствуй, оружие!
Давид Маркиш, Ор-Иегуда

Теперь, с трудом вытягивая ноги из прошлого, вернёмся в нынешнее время. Вернёмся и оглядимся.

Умный и располагавший к себе аварский поэт Расул Гамзатов своей книжке «Мой Дагестан» предпослал эпиграф: «Абуталиб сказал: Если ты выстрелишь в прошлое из пистолета, будущее выстрелит в тебя из пушки». Этот Абуталиб – лакский поэт Абуталиб Гафуров, сборник стихов которого мне довелось (в соавторстве с Л. Милем) перевести на русский язык. Книжка вышла много лет тому назад в Махачкале.

Можно по-разному оценивать пророчество горного Абуталиба, но, следуя сюжету его мысли, трудно отказать ему в проницательности. Израильская молодёжь, оттачивающая мозги в зарослях компьютерной премудрости, в этом царстве кнопок и клавиш, плохо себе представляет события шестидесятилетней давности – все те хитросплетения надежд, политики и войны, которые привели к созданию Государства Израиль. И это молодые израильтяне, преемники поколения военных героев, ощетинившихся берданками, антикварными винтовками, самодельными пистолетами-пулемётами и самопальными гранатами - и в 1948 году, в войне за Независимость отстоявших свою и нашу свободу! Что уж тут говорить об увлечённой своими проблемами молодёжи стран рассеяния, об их знании основ новейшей национальной истории…

Та война была остановлена на пике успешных наступательных операций еврейской армии, развёрнутых по всем направлениям. Вопреки пожеланиям вдохновлённых успехом военных, Бен-Гурион приказал остановиться на достигнутых рубежах, и причина тому была одна-единственная: в боях за свободу евреи потеряли убитыми шесть тысяч бойцов – из шестисот тысяч человек, составлявших тогда еврейское население Палестины, включая ветхих стариков, женщин и детей. Шесть тысяч молодых людей, предназначение которых заключалось в продолжении рода и которые никогда не возьмут на руки своих нерождённых детей – будущее новорожденного Государства. Можно было идти дальше, на север и на восток, приращивая новые территории и теряя бойцов – биологический цвет нации… Человек категорических решений, Бен-Гурион отверг такое развитие событий.

В начале войны (ноябрь 47-го) еврейские силы насчитывали, по разным оценкам, около сорока тысяч солдат. Сюда входили и ударные подразделения, своего рода сионистский спецназ – Пальмах (около трёх тысяч бойцов, командир – Игаль Алон), ЭЦЕЛЬ (до пяти тысяч человек, командир – Менахем Бегин) и ЛЕХИ (тысяча человек, командир – Ицхак Шамир). К концу войны (июль 49-го) будущая Армия обороны Израиля объединяла вдвое больше людей, и это объяснимо: со дня провозглашения Независимости в страну, открывшую границы перед евреями со всего мира, ежемесячно прибывало около десяти тысяч репатриантов.

В то же время военные формирования пяти арабских стран, двинувших свои войска против Еврейского государства, насчитывали вдвое больше вооружённых и экипированных солдат. Сюда входил трансиорданский Арабский легион под командованием бывшего генерала британской армии Джона Глабба, подразделения сирийской армии, египетский корпус и ливанская бригада. Египетским и сирийским войскам была придана истребительная и бомбардировочная авиация и танковые батальоны. Цель военной операции против палестинских евреев была предельно точно сформулирована в октябре 1947 года генеральным секретарём Лиги арабских государств Аззамом-Пашой: «…это будет война на уничтожение, молниеносная бойня, о которой будут вспоминать так же, как о резне монголов или о крестовых походах» (David Barnett and Efraim Karsh. Azzam's Genocidal Threat // Middle East Quarterly. Fall 2011. P. 85-88).

Ход и исход войны известен. Доблести евреям, стоявшим на пороге гибели, было не занимать; не хватало только оружия. И вот оно пришло, подоспело вовремя. Здравствуй, оружие!

В Москве, в «еврейских кругах», прошёл слух о чехословацком оружии для Израиля. Слух передавали друг другу на ухо, шёпотом: новость отдавала военной тайной, за болтовню на эту тему могли посадить в лагерь. Очень скоро – скорей, чем хотелось бы арабским генералам, – всему свету стало ясно, что в этой «молниеносной бойне» им не победить, и с мечтой о сталкивании евреев в море придётся распрощаться. Оснащённая присланным Сталиным оружием, израильская армия уверенно шла вперёд, сея среди арабов дикую панику – эту лучшую подругу военного поражения, в котором в Европе и Америке никто уже и не сомневался. В сложившейся обстановке Сталину лишь оставалось следить из его Кремля за ходом боёв в Палестине. Отправлять туда, для укрепления московского влияния, «братскую помощь» - военных евреев или настроенных по-боевому сельскохозяйственных поселенцев - не представлялось возможным: окрепшие за счёт сталинского оружия евреи во главе с Бен-Гурионом, рассыпая слова пылкой любви к усатому Хозяину, были твёрдо намерены самостоятельно решать свои политические проблемы и даже не думали обращаться к СССР с призывом о подмоге. Сам Бен-Гурион молчал, дружеская социалистическая связь между ним и Москвой почти пресеклась и оставляла желать много лучшего. А вломись Сталин в Святую Землю средь бела дня, ради установления там надлежащего порядка и устройства задуманного плацдарма для наступления на тучные нефтяные поля важнейшего региона, тот же Бен-Гурион, этот хитрый «мужичок-с-ноготок» из Плонска, открыл бы рот и устроил скандал на весь мир. Такой просчёт не был предусмотрен Джугашвили в недавний час душистого расцвета кремлёвско-еврейской дружбы. Ближний Восток был ему нужен, а громкий международный скандал – нет, не нужен.

Не зная подоплёки событий на Ближнем Востоке и подробностей происходящего там, советскому еврейству не оставалось ничего, кроме как не без опаски ликовать по поводу возрождающейся национальной независимости на земле древней родины. К этому скрытному ликованию (приказа ликовать никто им не отдавал) внимательно присматривались и прислушивались на Лубянке, и выводы из этих оперативно-розыскных действий напрашивались самые тревожные: советские социалистические евреи проявляют повышенную нездоровую симпатию к происходящему в «национальном образовании за пределами СССР» - Государстве Израиль. Такая подозрительная симпатия свидетельствует об опасной идеологической неблагонадёжности лиц еврейской национальности, об их приверженности буржуазным националистическим ориентирам и, таким образом, склонности к антисоветской деятельности. Эта ориентировка оказалась вторым неприятным сюрпризом для Джугашвили в его отношениях с послевоенными евреями, на которых он делал определённую ставку в своей политической игре – как у себя в империи, так и в Палестине. Надо думать, он испытывал по этому поводу некоторую досаду: как говорится, не в коня корм…

В Еврейском антифашистском комитете в это тревожное зыбкое время знали о палестинских событиях немногим более, чем на открытой «еврейской улице», - за исключением, быть может, внедрённых агентов: Фефера, Хейфеца, других. Но это не меняло существа дела. Будущее Еврейского Государства было - подспудно - вопросом вопросов всего советского еврейства, и в этом оно было солидарно с общинами в других странах рассеяния по всему миру; естественно, такая солидарность не могла не вызывать досады, а то и гнева Кремля.

ЕАК тем временем занимался своими повседневными делами: выпускал газету «Эйникайт», подготавливал и рассылал статьи и фотографии для газет и журналов на идиш, выходивших в странах «компактного проживания евреев», - в США, Аргентине, Южной Африке. Продолжалась работа над составлением «Чёрной книги» о фашистском геноциде на оккупированных советских территориях. Этот скрупулёзный труд, эта страшная книга должна была стать могильным памятником всем 6 000 000 жертв Холокоста.

Такое «выпячивание» трагедии еврейского народа не вписывалось в рамки идеологических установок Кремля: пострадали, дескать, все советские граждане, в том числе и пресловутые «лица еврейской национальности»; «пальма первенства» здесь не причитается никому. К середине 1948 года тень над ЕАК, не разделявшим такой взгляд на историю Катастрофы европейского еврейства, сгустилась до темноты. На пути Комитета ставились препоны, он подвергался нападкам «сверху», и зловещие перспективы для его руководства и актива обрастали плотью.

Чем отчётливей вырисовывалась победа израильтян в войне за Независимость, тем туже затягивалась петля на шее Еврейского антифашистского комитета.

Заказать книгу Давида Маркиша «От Черты до черты» можно здесь
Количество обращений к статье - 547
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (0)

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2017, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com