Logo
20-30 нояб..2017


 
Free counters!


Сегодня в мире
14 Ноя 17
14 Ноя 17
14 Ноя 17
14 Ноя 17
14 Ноя 17
14 Ноя 17
14 Ноя 17
14 Ноя 17
14 Ноя 17









RedTram – новостная поисковая система

Личное
Ради слов утешения
Константин Бондарь, Хайфа

…Я никогда их не видел – они ушли из жизни до моего появления на свет. И я только слышал о них семейные истории, в которых правда переплетается с вымыслом, драматизм заслоняется повседневностью, а пафос вытесняется анекдотом. Их лица смотрят на меня с пожелтевших фотографий, и сегодня не у кого спросить, как всё было на самом деле. Поэтому их жизнь и судьба – это канва для размышлений о жизни и судьбе русских евреев в горниле войн, потрясений и потерь, о неуловимом искусстве театра и забытом языке, на котором они играли, думали, мечтали, а кое-что и записывали. Кроме меня и моего пожилого отца из ныне живущих, наверное, уже никто не помнит об этих людях, и никто не напишет в память о них эти несколько страниц.

Роза Каплан и Наум Трейстман. 1950-е гг.

…Рейзеле была старшей из восемнадцати детей Мойше Батейко. Откуда происходит эта фамилия? В очерке моего коллеги Леонида Смиловицкого о поездке по Беларуси в 2014 г. [2] я прочел о хуторе Батейки возле деревни Александрово, Молодечненского района. Может быть, корни оттуда? Но родилась девочка в Игумене (теперь – Червень) все той же Минской губернии, примерно в 1885 г. Выйдя замуж за своего сверстника Биньямина Мордухова Каплана, стала носить его фамилию, родила двоих сыновей: старшего, Марка, моего прадеда, и его брата Якова. Семья жила в Чернигове. В 1920 г. Роза осталась вдовой. Вот те крупицы сведений, которые сохранились в отрывочных семейных рассказах и небогатом архиве.

Когда и как она стала артисткой? Может, подобно своей тезке из великого романа Шолом-Алейхема, ушла из дома с бродячей труппой? У кого училась актерскому мастерству? Этого мы никогда не узнаем, как не узнаем и о том, где и как она выступала на сцене до БелГОСЕТа. Наверное, это были передвижные антрепризы – единственная форма еврейского театра до революции и в ранние советские годы. Постоянный театр возник в Минске на основе студии М. Ф. Рафальского в 1926 г., и в его труппе Роза Каплан служила с самых первых лет. Историк театра, дочь одного из актеров Анна Герштейн, благодаря которой сохранились сведения о некоторых постановках, актерах и режиссерах, писала: «Eще в 1926 г. восемнадцати молодых актеров, недавних студийцев, было недостаточно для ежедневного выхода к зрителям. И Рафальский, несмотря на свое неприятие «старого» театра, обращается к актерам старшего поколения, имеющим профессиональный опыт» [3] .

Тогда же Роза встретила спутника своей жизни, одинокого актера Наума Трейстмана, ставшего детям вторым отцом, а позже – и дедушкой внучкам. Они прожили вместе около сорока лет. Наум был намного моложе, хотя и считался «старым» актером, и поэтому Роза изменила свой паспортный возраст примерно на восемь лет. Наум был родом из Варшавы и рос на попечении родственников; детство его было далеко не радостным. Даже в старости он имел привычку начинать обед со сладкого: а вдруг заберут, унесут? Мы не знаем его настоящей фамилии, а «Трейстман» («утешитель») – театральный псевдоним. Начало и его актерского пути кануло в Лету; мы впервые застаем Наума в Минске артистом БелГОСЕТа в конце 20-х гг.

Довоенное десятилетие – счастливейшее время в истории театра. БелГОСЕТ работал в помещении бывшей хоральной синагоги с прекрасной акустикой на ул. Володарского, 5. Теперь там, в перестроенном до неузнаваемости здании, расположен Национальный русский драматический театр Беларуси им. М. Горького. Одна за другой выходили премьеры, сделавшие Белорусский ГОСЕТ и его актеров известными в стране; театр обрел свое лицо и собственный голос. О нем много писали в республиканской прессе. Гастроли по Белоруссии, Украине, в Поволжье, Ленинграде, присоединенных областях Западной Белоруссии в 1939-1940 гг. позволили тысячам зрителей познакомиться с искусством еврейских актеров. Кроме этого, постоянно давались выездные спектакли на предприятиях, в колхозах и воинских частях.

Несколько сохранившихся у меня фотографий из спектаклей – в основном, неподписанных, – скорее всего относятся именно к этому времени. К сожалению, точно установить, в каких именно постановках были задействованы Р. Каплан и Н. Трейстман, я не могу и лишь примерно представляю себе их амплуа. Им были по плечу возрастные роли, зачастую характерные, преимущественно в национальном репертуаре, скорее комического, чем драматического плана. К примеру, в спектакле «Ди кишефмахерн» («Колдунья») по А. Гольдфадену (реж. В. Я. Головчинер) Роза Каплан играла мачеху. «Художественная точность была и у Р. Каплан (властная, распущенная, грубая мачеха)», – читаем у А. Герштейн [4] . На одном из сохранившихся снимков актриса представлена в роли Слепой королевы в пьесе «Самозванец», на другом – в роли Стере в неизвестной постановке. Несколько других фотографий позволяют предположить сцены из спектаклей «200 000», «Тевье-молочник», «Гершеле Острополер», «Два чудака» («Цвей кунилэмлэх»), «Свадьба в Касриловке».

Роза Каплан: спектакли и роли в БелГОСЕТе
(фотографии из семейного архива)





Впервые угроза нависла над театром в 1937 г. в связи с арестом М. Ф. Рафальского. Но руководителем стал В. Я. Головчинер, и коллектив смог продолжить работу. Следующим серьезным испытанием стала война, начало которой застало театр на гастролях в Витебске. Некоторые актеры не успели эвакуироваться из Минска и впоследствии погибли в гетто. Другие ушли на фронт. В Новосибирск с театром уехали, в основном, актеры старшего поколения, и там театр проработал четыре года, собирая полные залы. К военному времени относятся премьеры «Бар-Кохба» и «Суламифь». Моя бабушка, которая находилась с мамой в эвакуации, там же, в Новосибирске, окончила школу и поступила в институт, была постоянным посетителем БелГОСЕТа, и ее память сохранила некоторые подробности тех лет. Ее нееврейские друзья с большим удовольствием бывали на спектаклях – язык отнюдь не был преградой, если на сцене происходило живое, захватывающее зрелище. Вообще, насколько можно судить, в лучшие минуты театр воплощал завет своего основателя Рафальского: «Театр – это праздник, а всякий праздник доставляет людям радость – как тем, кто его организует, так и тем, кто на нем присутствует. Ищите музыку внутренней жизни роли, гармонию души. Артист без душевной гармонии – ремесленник…».

Казалось бы, после победы можно было вернуться к нормальной жизни. Театр не сразу смог уехать домой; здание серьезно пострадало от обстрелов и бомбежек. Актерам было негде жить. К тому же вскоре он лишился художественного руководителя: Головчинер вынужден был покинуть Минск. И зрителя, прежнего благодарного зрителя почти не осталось: Холокост в Белоруссии был особенно опустошительным. Но актеры мужественно держались и надеялись на лучшее. В январе 1948 г. в Минск приехал знаменитый коллега и учитель, великий мастер еврейской сцены Соломон Михоэлс. Конечно, он не мог не побывать у своих старых друзей – еврейских актеров, хотя должен был смотреть спектакли других театров. Об этой встрече опубликованы воспоминания Юдифи Арончик и других артистов. Конечно, время было тяжелое и безрадостное, но, казалось, в судьбе БелГОСЕТа на мгновение промелькнул свет. Тем ужаснее была ошеломившая всех утром 13 января новость: Михоэлс погиб! В книге Матвея Гейзера о Михоэлсе есть несколько примечательных страниц, основанных на воспоминаниях и свидетельствах очевидцев:
«…в это утро весь мир был завален снежным потопом и, казалось, что люди спасались в ковчеге, только что из него вышли и теперь делают свои первые шаги по заснеженной земле… У театрального сквера, сквозь белую пелену, я увидел идущих мне навстречу актеров минского еврейского театра. Они были взволнованы, в глазах ужас. Без всяких предисловий они мне сразу выпалили: „Михоэлса убили!“ Потом мы пошли в морг. Было нас немного: я, старый актер Наум Трейстман и несколько молодых артистов — бывших воспитанников московской Еврейской театральной студии, которые теперь работали в Государственном еврейском театре БССР. Молодой санитар, которого нам удалось разыскать на заснеженных дорожках, открыл перед нами дверь. Сразу же у входа первым лежал Соломон Михоэлс. Он был в шубе, одна пола наброшена на другую. В воротнике шубы покоилась непокрытая голова Михоэлса. Нижняя губа, хорошо знакомая по фотографиям, была опущена, будто он чем-то недоволен, обижен. Левая щека опухшая, заплыла кровоподтеком, как после кровоизлияния…» .

«…в толпе не только плакали и молились.

Наум Трейстман: – Помните его Тевье-молочника, его золотые слова: „Знаете ли вы, что есть Бог на свете? Я не говорю мой Бог или ваш Бог, я говорю о том Боге, об общем нашем Боге, который там наверху сидит и видит все подлости, что творятся здесь, внизу…“

Первый голос: – Наум, умоляю вас! Говорите шепотом.
Второй голос: – Вы нас всех погубите!
Третий голос: – А что, разве уже нельзя читать Шолом-Алейхема?

Наум Трейстман: – А его великий король Лир: „Нет, не дышит! Коню, собаке, крысе можно жить, но не тебе. Тебя навек не стало, навек, навек, навек, навек, навек! Мне больно…“ Эдгар: „Он умер“. Кент: „Удивительно не то, а где он силы брал, чтоб жить так долго“. Лир: „Боги, в высоте гремящие, перстом отметьте ныне своих врагов! Преступник, на душе твоей лежит сокрытое злодейство. Опомнись и покайся! Руку спрячь кровавую, непойманный убийца!“

Второй голос: – Эти актеры всех нас погубят.

Снежная буря усиливается. И у всех в толпе, стоящей неподвижно, уже по две шапки: своя и снеговая. Бешеный порыв ветра сносит корону из снега с головы короля Лира – Михоэлса – Трейстмана…» .

Вот так неожиданно, сквозь десятилетия, бережно сохраненный чьей-то памятью, может быть, неточно, до нас донесся голос еврейского актера, прозвучавший в одну из самых трагических минут в судьбе еврейского театра, да и всех советских евреев. Все понимали, что надвигается беда. И она действительно разразилась закрытием театра Михоэлса, разгромом Еврейского антифашистского комитета и гибелью его членов несколько лет спустя, наступлением на еврейскую культуру по всем фронтам, ростом антисемитизма и глухой вражды, отзывавшейся еще десятилетия, и, наконец, апофеозом мракобесия – "Делом врачей" 1953 г.

Театр в Минске просуществовал еще чуть больше года и весной 1949 г. был закрыт как нерентабельный. Актеры разошлись кто куда. Некоторым даже удалось продолжить профессиональную работу в театрах и студиях, а Роза Каплан и Наум Трейстман переехали в Харьков, где жили дети и внуки.

Странствия окончились. Все, что у них отныне было, – маленькая 10-метровая комнатка в коммуналке, скудная пенсия и воспоминания. Их жизнь по тем меркам можно даже признать счастливой. Наум набрасывал какие-то заметки о театре, может быть, записывал памятные события и встречи. Иногда декламировал за семейным столом из какой-нибудь роли, рассказывал об актерах прошлого. Дедушка рассказывал мне, что в этих историях часто звучало имя Эстер-Рохл Каминской. Где и когда они могли встретиться?

Конечно, все эти записи не сохранились. Сколько всего интересного ушло вместе с ними! Оставшись одиноким после смерти жены, Наум, несомненно, стал чем-то вроде экспоната кунсткамеры, украшением хлебосольных застолий прабабушки. Им «угощали» гостей, и это было сродни голосу затонувшего колокола. Было совершенно ясно, что та жизнь ушла и никогда не вернется. Хранить воспоминания и тем более искать утраченное никому не приходило в голову. Это было и небезопасно. Лучшим решением, конечно, виделось полное забвение. В усредненном советско-мещанском укладе и многослойном быте, особенно послевоенном, была специфически еврейская нота, отдававшаяся страхом и скепсисом, преувеличенным остроумием и приглушенным фрондерством как жизненной тактикой. Эта нота должна была звучать диссонансом той музыке, которая еще жила в памяти и в чувстве старого актера.

Я думаю, он это понимал и старался жить незаметно. Отчасти это ему удалось. Как точно подметила А. Герштейн, «сейчас уже почти никого из актеров и режиссеров нет в живых. В республике Беларусь еврейского театра больше нет. Лишь иногда кто-то из зрителей старшего поколения вспомнит взволновавшую его сцену из спектакля или актерскую работу, оставившую в душе особенно сильное впечатление. Свои размышления, свой опыт, свое умение театр не смог передать никому» [7].

Однако не умирает то, что делается с искренней самоотдачей и вдохновением мастерства. Еврейские актеры и писатели советской эпохи не то чтобы стремились быть евреями – они просто ими были и именно в этом качестве могли рассчитывать на полное самовыражение, без патетики геройства, но без уступок замалчиванию и духовной капитуляции. Не хотели обеднять себя и становиться на другую дорогу. Актерское ремесло по своей природе не может сохраняться долго. Очевидец может поделиться своим впечатлением от спектакля, но не может передать всех оттенков и нюансов. Фотография статична. И даже ошеломительная игра сохраняется в памяти как затухающее эхо, и ощущения становятся все бледнее. Что же тогда остается? Воспоминания о сострадании и радости, подаренной людям, о произнесенных однажды словах утешения.

Еще несколько фотографий
из семейного архива


Роза Каплан (слева), Вера Бондарь, Наум Трейстман. 1963 г.

Наум Трейстман с правнуком Виталиком

Слева направо: Берта Каплан, Марк Каплан, Роза Каплан, Виталий Бондарь, Михаил Бондарь,
Наум Трейстман. 1963 г.



Коротко об авторе

Константин Бондарь – филолог, историк, востоковед, преподаватель, исследователь еврейско-славянских языковых и литературных контактов, автор и составитель 4-х книг.


Родился в Харькове в 1972 г. в семье актера театра украинской драмы Виталия Бондаря. Мама – Нина Бондарь – работала инженером. В родном городе окончил университет по специальности «русский язык и литература» и аспирантуру, преподавал украинский язык будущим инженерам. Затем получил дополнительное востоковедческое образование и степень магистра в Москве, в Институте стран Азии и Африки при МГУ, в течение многих лет преподавал историю еврейского народа, введение в иудаику, библеистику, еврейскую литературу и другие дисциплины из цикла Jewish Studies в Международном Соломоновом университете в Харькове. Кандидат филологических наук, тема диссертации – «Древнерусские повести Соломонова цикла: источники, текстология, проблематика, поэтика». Специализировался также в области славянской текстологии и палеографии: в течение нескольких лет до репатриации работал в отделе редких изданий и рукописей Харьковской государственной научной библиотеки. Как литературный редактор и корректор подготовил к выпуску ряд изданий, участвовал в неформальном еврейском образовании школьников и студентов, проводил экскурсии по еврейским местам Харькова.

В Израиле – с 2015 г. В настоящее время – научный сотрудник Центра изучения еврейской диаспоры Тель-Авивского университета. Женат, воспитывает сына и дочь. В «МЗ» публикуется впервые.


Примечания:

[1] Эти заметки, основанные на семейных фотографиях и воспоминаниях, отражают в то же время профессиональные интересы автора – научного сотрудника Центра изучения еврейской диаспоры при Тель-Авивском университете.
[2] Смиловицкий Л. Путешествие в Беларусь // Авив. № 9-10 (214-215), сентябрь-октябрь 2014. С. 4-5.
[1] Эти заметки, основанные на семейных фотографиях и воспоминаниях, отражают в то же время профессиональные интересы автора – научного сотрудника Центра изучения еврейской диаспоры при Тель-Авивском университете.
[2] Смиловицкий Л. Путешествие в Беларусь // Авив. № 9-10 (214-215), сентябрь-октябрь 2014. С. 4-5.
[3] Герштейн А. Г. Судьба одного театра. Минск, 2000. С. 45.
[4] Герштейн А. Г. Судьба одного театра. С. 60.
[5] Гейзер М. Михоэлс // https://www.litmir.me/br/?b=157166&p=74
[6] Там же
[7] Герштейн А. Г. Судьба одного театра. С. 91.
Количество обращений к статье - 602
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (6)
Tanya Azaz Livshits | 15.09.2017 09:24
Рассказ о семейных корнях в непринужденной и живой форме представляет перед глазами читателей как тесно, буквально интимно, переплелись страницы бурной и трагичной истории советского еврейства и личные судьбы людей на протяжении почти целого столетия. Спасибо автору! Очень яркая и запоминающаяся публикация!
Абрам Торпусман, Иерусалим | 14.09.2017 20:21
Очень хорошо сделанные станицы семейной саги.Печально, что прекрасное искусство театра,- в отличие от изобразительного искусства, художественной литературы, творчества композиторов, - уходит бесповоротно и навсегда. Остаются только имена актёров и воспоминания о них. Спасибо Константину за интересный очерк.
Константин Бондарь | 14.09.2017 16:28
Спасибо за указание на "Лексикон еврейского театра"!
Генрих Рутман | 12.09.2017 00:01
Рассказывая об убийстве С.Михоэлся, автор очерка К. Бондарь приводит цитату М.Гейзера, в которой тот пишет: "У театрального сквера, сквозь белую пелену, я увидел идущих мне навстречу актеров минского еврейского театра. Они были взволнованы, в глазах ужас. Без всяких предисловий они мне сразу выпалили: „Михоэлса убили!“ Потом мы пошли в морг. Было нас немного: я, старый актер Наум Трейстман..."
Думаю, что читателям будет интересно узнать, что человеком, скрытым под местоимениями "Я, мне", является известный еврейский поэт Айзик Платнер.
Вот отрывок из его Воспоминаний: - "Мы пошли в морг, где лежал убитый Михоэлс. Нас было несколько человек: я (Айзик Платнер) старый артист еврейского театра Трейстман и два-три молодых артиста, бывших учеников московской студии, которые после учебы стали работать в Минском государственном еврейском театре".
Гость | 08.09.2017 16:31
об уроженце Варшавы актере Н.Трейстмане вы можете прочитать во втором томе "лексикона еврейского театра". статья (страница) 893. удачи!
Гость | 08.09.2017 14:30
спасибо, очень интересно

в книге Герштейн упоминается дирижер БелГосЕта Соломон Павлович Эммерман. я же ищу сведения о некоем "Л.Эммермане". тоже музыканте из белоруссии, сотрудничавшем (до войны) с Еврейским вокальным ансамблем БССР Клауса. известно, что у СПЭ был брат, хормейстер минской хоральной синагоги, выпускник Варшавской консерватории.

http://www.mishpoha.org/n27/27a14.shtml

может у вас есть какие-либо данные о "разыскиваемом", которыми вы могли бы поделиться?

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2017, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com