Logo
12-20 авг.2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
17 Авг 18
15 Авг 18
15 Авг 18
15 Авг 18
15 Авг 18
15 Авг 18
15 Авг 18
15 Авг 18
15 Авг 18





ЕВРЕЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ
БОРИС САНДЛЕР
в студии Черновицкого ТВ





RedTram – новостная поисковая система

Парк культуры
Неведомые миры
Эстер Пастернак, Ариэль

Зееву-В. Пастернаку

«Лучшее, что мы способны сделать,
это попытатьсяудержать пятна радужного
света, порхающие в нашей памяти".
В. Набоков

"Чи-велир, чи-верос"

Как гортанно поет пшеничное солнце! Летний диалог травести на открытой всем ветрам, сцене. Лето – пульсация чувственной прозы, яшма и афарсемон - знак земли – симан – афар, но это уже забвение. Забвение часа, дня. Моя любовь нуждается в воздухе, счастливой я чувствую себя дважды: когда пишу и когда люблю. Я отказываюсь сдаваться. Отказываюсь отказаться. Отказываюсь уступить законам забвения на минуту, на час, навсегда. Я никогда не пойму, почему, когда нам выпадает счастье любить кого-то, мы почти всегда воспринимаем это, как несчастье любить самих себя. Помнишь ночь, и венецианское зеркало, в котором мы словно утопали в прохладном водоеме, как у подножья Хермона, у истока Дана? Ну, конечно, помнишь, разве можно забыть эту воду, обнаженную и красивую, как молодая лань?

Кроме зеркала там была мебель из красного дерева, я люблю красное дерево, оно напоминает мне розу бенгали. Нет, это не завершение, а только начало, только отделение поэзии от спящей паузы, обладательницы "грации увядших вещей" (Малларме), только слияние губ с круглой, естественной формой яблока. "Таль сфатайх…" "Роса твоих губ…" Дай выговориться птичьему перу в воздушном скольжении, и получишь квинтэссенцию изящества - дар впечатлять.

"…и рифмой чарует, исчадием роз:
чивир-чивилир-чивирам-чивирос".
("Кенарь", Л. Беринский)

Летняя просодия, птичья долгота дня, - как совладать с ней, как описать эти "прозрачные, плачущие камни", эти неведомые миры, эти длинные вьюнки дорожек, которые, в конце концов, приведут меня к знаку совершенства, только надо ещё немного подождать. И разве это повод к печали?

Глаз Цимофана

Этой осенью я не перечитываю "Сто лет одиночества" Маркеса, а читаю Китса в переводах Бориса Пастернака "Пора плодоношенья и дождей", ода осени:

Пора плодоношенья и дождей!
----------------------------
Лесных орехов, и как можно доле
Растить последние цветы для пчел,
Чтоб думали, что час их не прошел
И ломится в их клейкие ячейки.


И если лето меня утомляет Лугонесом: "Солнце тигром по кругу", то зима – безвыход-ностью, этой ежегодной новос-тью. Из-за дождей не выйти в парк, не подняться на холм зафирантов, в общем, живи безвыходно, за кулисами, и жди паузы. Птицы прячутся, а тивись-тью замолкает до весны. Небо скучает, мои нервы обнажены, я считаю дни, и ты говоришь, что я напоминаю тебе скрипичную долю, симфонию продрогших веток. Ты любишь эту игру, я люблю эту музыку в сказочной Фандиковой расцветке и, опираясь локтями на твою рассеянную задумчивость, я беседую с тобой за чаем.

На небе выстраиваются грядки верхнего сада. Скоро пойдет дождь, и вода его щедро польет нижний сад и мои любимые розы, опять эти розы, в оттенках синего лазурита. Розы, арфиные феи, нашедшие приют в моей книге. Цвет обложки песочный, роза пустыни, оттенок зеленый - этакий глаз кота Цимофана. На земле «молока и меда» такой глаз встречается часто в садах Иерусалима, высаженных в форме шестиконечной звезды.

Осень

Вот она, госпожа Осень, совсем близко, в воздухе чувствуется смолистый аромат пачули. После лета - осень – одна из неоконченных мною миниатюр. Кромки гор в заусеницах мха и плесени, деревья роняют на землю ленты листвы.

Я люблю осень, как любят горький шоколад. Я ем его небольшие квадратики – 2-3 - не более. Осень тянется вверх и падает, растянувшись во весь рост на дорожках парка и на дождливых улицах. Как она внимательна, эта Осень. Предельно внимательна. И я люблю ее за это.

Когда в разгар лета я открываю шкаф, и на меня в упор глядят зимние шарфы, я на секунду теряюсь. Нет, я не устаю за лето. Это другое, это – томление, томление той-ленью, о которой я мечтаю всю короткую зиму. Странно, но каждой осенью я хочу взять домой кошку. "Ничего странного, – мне говорят – осень". Я почти соглашаюсь, ведь я тоже иногда так думаю. На книжных полках стоят осенние и летние книги. Они отличаются одна от другой так же, как воспоминания отличаются друг от друга.

- Ты когда-нибудь вздрагивал от осенних слов?

Книгослов - это человек, собирающий душистые травы, а затем настаивающий их на миндальном спирте. Слова делятся на растительные и воздушные; земные и небесные; сказанные и невысказанные; книжные и живые. На книжной полке стоят слова книжные, и мне не хватает слов.

Последний сентябрь перед отъездом в Израиль мы провели в Одессе, на одиннадцатой станции, на даче друзей. Пройдя небольшой рощицей, каждый день мы спускались к морю, и это чудо было закрашено невероятными запахами, меняющимися в зависимости от времени суток. Под утро это был запах сырой земли с оттенком камфары, а когда усталые мы возвращались дневной рощей на дачу, воздух до краев наполнялся дымчатым ароматом смолы, запахом сухого ореха, сосновых игл, и расплавленного сургуча. Это были противоположные морю ароматы. На море волны синели, отенненные багровой сладостью роз, утренняя вода пахла шалфейным напитком, в котором растворили крупную соль, а влажный песок - мармеладом из кожуры плодов бергамота. Вот такие запахи последнего сентября, перед тем, как он стал Элуль на другой Земле в этом мире.

• Только мы еще не раз встретимся, ведь мы каждый год встречаемся с тобой, Осень, ведь мы не станем объединять эти два коротких слова в одно – "ведьмы", уж слишком оно осеннее, слишком промозглое. И если я тебе не надоела, то мы встретимся в следующем году тоже.

А пока …мое тело становится намного легче, чем наяву, я закрываю глаза и, не успев уснуть, просыпаюсь, не зная, куда просыпятся мои явные сны, мои ночные мысли, мое привычное нетерпение поскорее увидеть утренний свет, но, придется переждать ночь. Согретые моим дыханием, на подушке засыпают рассыпанные лепестки роз. Немного погодя за окном начинает идти дождь, и я вспоминаю: "Детство - это всегда лето, даже если на дворе осень".

Снег

"Лучше всего, конечно,
был падающий в небеса снег".
Микки Вульф "Несвобода небосвода"

По опустевшим улицам бродят снежные хлопья, заговорщицки моргают фонари, и снег пахнет арбузной коркой. У меня немного кружится голова, и ощущение такое, точно мы находимся с тобой на корабле, каюту покачивает, а вокруг белая и очень холодная вода. Я стараюсь дышать глубоко и, насколько можно, ровно. Я знаю, что я люблю, и не пойму, почему в бокале с вином жужжит настырная пчелка. Интересно, где она пряталась раньше, в каком сосуде жила до того, как прознала о моей любви и, понятно, - никогда не оставит меня эта боль, эта пчелка - до тех пор, пока я люблю. Как непринужденно падают снежинки, нежные, они тают в воздухе, не касаясь земли. Тогда как же земля покрывается снегом? На тротуары, высокие от снега выступили желтые окна домов. Темные полосы ложатся на землю, и она кажется стеклом, покрытым черной краской. Прорываясь сквозь запавшие щеки сугробов, мы, наконец, останавливаемся у дверей дома. Когда мы входим, он задумчиво говорит: "Я обратил внимание, что когда идет снег, дети выбегают на улицу и кричат". Быть может оттого, что земля была создана из снега? [1].

Я смотрю в окно. Падает снег. "Tombe la neige", - поет Адамо. Кричат дети. И мне тоже хочется кричать… только от боли. "Снег, иначе говоря - детство, иначе говоря - счастье" [2].

Я не научилась прощаться, не умею расставаться, не хочу провожать. Мне бы продлить и продолжить, но так не получается, так не бывает, и кончается всё, кроме карминных роз. Кро-ме – это карма кромешных часов и дней, кроме - это «семью ночами выше», это времени белый агат и, кончается всё, кроме кроме…

Примечания:
1. Из книги "Пиркей де раби Элиэзэр"; часть 3.
2. Э.Чоран



Cтоимость новой книги прозы Эстер Пастернак "Терцины роз":
в Израиле – 80 шек. в Европе, Америке и странах СНГ – $25.
Заказы – по адресу: Pasternak Ester
Dereh Efrata 12/6, Ariel, 4077912 Israel
Электронный адрес автора: ester.zeev@bezeqint.net

За информацией о приобретении книги
обращаться по тел.: 053-6764786 – Зеев

Книгу также можно купить в магазине
"Книжная ярмарка" в Тель-Авиве,
тел.: 054-3329543 – Лена
Количество обращений к статье - 780
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (1)
Александр Гордон, Хайфа | 01.06.2018 10:33
Я читал книгу "Терцины роз", но с удовольствием прочел помещенный отрывок "Неведомые миры". Терцины - трехстишья, способ рифмовки, который, кажется, ввел Данте в "Божественной комедии". Тексты в книге Эстер - эссе и стихи. Автор утверждает, что розы растут терцинами. Этого я не вижу - воображения не хватает. Но я понимаю, что ее письмо в новой книге - это действительно "неведомый мир". Рифмовку терцетами я в книге не обнаружил, но заметил ритм, который она заимствует из природы: птицы, цветы - важные образы автора, В своей эссеистике она "взлетает" и "парит". Книга наполнена особой энергией. В ней новые гармонии. При внимательном чтении читатель начинает слышать музыку удивительных образов автора. Неожиданные, парадоксальные сравнения и метафоры Эстер взяты из "неведомых миров". Спасибо.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com